Жертва

Дождь льет без остановки, его капли стучат по крыше, создавая мелодичный, но настойчивый ритм. Ветер подхватывает их и разносит по округе, заставляя людей спешить укрыться от непогоды. Лужи на асфальте отражают тусклые огни фонарей и силуэты прохожих, спешащих по своим делам. Зонты раскрыты, но даже они не всегда способны защитить от натиска погоды. Вода стекает по стенам зданий, образуя маленькие водопады, а в воздухе витает свежий, влажный аромат земли. В такую погоду уютно сидеть дома с чашкой горячего чая или кофе. За окном виден мир, окутанный серой пеленой, где капли дождя образуют на стеклах причудливые узоры. Внутри — тепло и спокойствие, книги и пледы создают атмосферу уюта. Дождь за окном становится своеобразной симфонией, приглашающей к размышлениям или мечтам. Но к огромному сожалению Ольги Сергеевны Москвиной — проректора по учебной работе, этого позволить она себе не могла, ведь находилась в стенах такого родного, но в то же время слегка надоевшего ВУЗа и уходить собиралась только сейчас, ведь просидела до вечера, разгребая бумаги, что свалились на неё с приходом осени. Но была и ещё одна причина её задержки в университете. Простая, но такая нужная сейчас вещь — зонт, именно сегодня был выложен из женской сумочки. Внезапно послышался стук, заставив Ольгу подскочить от неожиданности и мгновенно перестать витать в облаках. — Оленька Сергеевна, не помешал? - интересуется заглянувший в кабинет проректор по молодежной политике. — Вадим Юрьевич, не помешали, вы что-то хотели? - на автомате отвечает женщина, пока мозг стал прокручивать по кругу обращение, произнесенное Казанцевым пару секунд назад. — Хотел, Ольга Сергеевна, очень хотел, - кивнул тот, про себя добавляя такое желанное «Вас». — Предложить подвезти, - приподнял уголки губ Вадим, оставляя сокровенные желания при себе. — Ну, что вы, вам ведь совсем в другую сторону, мне неудобно, да и дождь скоро закончится, я лучше пешком, в пробках дольше стоять будем, - мотнула головой шатенка. — Пешком говорите? Прекрасно! Тогда я вас провожу, зонтика у вас нет ведь нет, правда? - спрашивает мужчина, точно зная ответ на заданный вопрос.

***

Спустя десять минут коллеги шли под одним зонтом, который Вадим Юрьевич героически добыл для них у одного из профессоров, что задерживался в политехе.  Капли громко стучали по нейлону, пока Казанцев пытался всяческими способами закрыть Ольгу и от дождя, и от ветра, что завывал на улице. — Умеете вы выбирать погоду для прогулки, Ольга Сергеевна, - едва перекрикивая бушующую стихию, произнес проректор по молодежной политике. — Это вынужденная мера, я не выбирала, Вадим Юрьевич, - донесся до него голос Москвиной. Заметив, что шатенка сжалась, пытаясь согреть себя руками, Вадим снял с себя сырой, но всё ещё отдающий теплом мужского тела пиджак, да накинул его на хрупкие плечи, тут же получая удивленный взгляд от их обладательницы. Лишь лучезарно улыбнувшись на взор голубых глаз, Казанцев забирает переданный ранее зонт из рук спутницы, а та поправляет его пиджак, чувствуя слабый аромат мужского одеколона.

***

Спустя двадцать минут молчаливой прогулки под осенним ливнем, двое людей, что, кажется, были единственными, кто находился на улице, останавливаются у одного из подъездов многоэтажного жилого дома. — Спасибо, что проводили, - поблагодарила женщина, в ответ получая широкую улыбку. — Мне только в радость, Оленька Сергеевна, - молвил светловолосый, после чего взял маленькую ладошку в свою, да оставил нежный поцелуй на тыльной её стороне. — До завтра, - напоследок проговаривает тот, после чего разворачивается, оставляя Москвину под бетонным навесом. — Вадим Юрьевич, стойте, - окликнула его та, тут же продолжая: — Не хотите на чай зайти?

***

— Так какую прожарку вы предпочитаете? - задает вопрос Вадим, улыбаясь и продолжая следить за стейками. — Я предпочитаю полную прожарку, - с задором отвечает шатенка, да делает несколько глотков алой жидкости. — Тогда у нас получится сухарик, но хозяин барин, - смеясь, произносит мужчина. Мужчина стоял рядом с женщиной, его взгляд искал её глаза. Она была прекрасна в своей простоте: волосы, собранные в небрежный пучок, и легкий свитер, который подчеркивал её фигуру. В этот момент все вокруг будто исчезло — остались только они двое. Сердце мужчины забилось быстрее. Вадим знал, что это мгновение решит всё. Он медленно наклонился к ней, его дыхание становилось все более прерывистым. Когда их глаза встретились, он увидел в её взгляде нежность и ожидание. Светловолосый остановился на мгновение, чтобы убедиться, что она не против. — Можно? — тихо спросил он, его голос едва слышен на фоне тишины кухни. Она кивнула, и в этот миг мир вокруг них перестал существовать. Проректор аккуратно прикоснулся к её губам, словно боясь нарушить волшебство момента. Поцелуй был нежным и трепетным, полным чувств и надежд. Это был не просто поцелуй, это было признание в любви, которое они оба хранили в своих сердцах слишком долго. Запах сгоревшего мяса заставил их прерваться, а пока Ольга суетливо выключала плиту, Вадим обвил её талию со спины, тихо прошептав: — Чтобы получить одно, нужно жертвовать другим. На этот раз мы с вами, Ольга Сергеевна, пожертвовали нашим ужином.