Глава 9. Незваный гость.
20 сентября 2025 г., 19:00
— А теперь мы поиграем, — с широкой улыбкой произнёс Пак, потирая руки в предвкушении.
— Что ты задумал? — задумчиво вскинул бровь Намджун.
— О, тебе понравится, — хихикнул суккуб. — Внимательно наблюдай за своим человечком.
— Чимин, — нахмурившись, грозно произнёс адский пёс. — Не смей насылать сны на Джина.
— По-оздно, — елейно протянул Чимин. — Я уже это сделал. А ты наслаждайся представлением.
— А с Чонгуком что? — он сложил руки на груди и перевёл взгляд на Сокджина. Пока всё было спокойно, тот продолжал во сне обнимать друга, но это явно продлится недолго.
— Просто спит, — пожал плечами Пак. — Я не настолько бессмертный, чтобы ещё раз нарваться на гнев Тэ. Мне прошлого раза хватило с лихвой.
— Вот, кстати, об этом мы сейчас и поговорим, — вмешался до этого молчавший Юнги. — Какого хуя ты поцеловал Чонгука и пытался залезть к нему в трусы?
Вот только этого сейчас не хватало. Чимин мысленно закатил глаза, он не хотел об этом вспоминать и говорить. Сам виноват в том, что нарвался, не надо было трогать того, кто принадлежал Тэхёну. И сейчас, когда он уже не был при смерти, видеть Бельфегора тоже не хотелось. Раз его не было, когда демон был ему так нужен, так и пусть катится на все четыре стороны. Хоть к людишкам, хоть к Люциферу на куличики. Его это больше не волнует. Заебало.
— Я с тобой ни о чём разговаривать не собираюсь, — фыркнул суккуб и уселся на стул, сложив ногу на ногу. Он собирался насладиться интересным шоу и чутка отомстить Джину за то, что отверг его, и за то, что поцеловал его демона. — Так что отвали и делай, что хочешь.
— Чимин… — устало закатил глаза Мин. — Тебе не одна сотня лет, а ты по-прежнему ведёшь себя как маленький обиженный ребёнок.
— Пошёл нахуй, — обида вспыхнула с новой силой, и Чимин не собирался себя останавливать от ругани. — Тебя забыл спросить, как мне себя вести.
— Ладно, — хмыкнул Бельфегор. — Значит, ты молчишь и слушаешь, а обо всём тебе расскажу я.
— Я не собираюсь тебя слушать, — показушно отвернулся Пак, а Юнги это начинало раздражать.
— А я тебя не спрашиваю, — Мин откинул его как тряпичную куклу в стену, чуть её не проломив, (благо защита Тэхёна стояла мощная), и, вмиг приблизившись, схватил его за горло, крепко сжимая. — Завалил ебало и слушаешь.
— Ты мешаешь мне лицезреть занятное представление, — буркнул суккуб, услышав шебуршание и первый раздавшийся стон от Джина.
Удивительно, что чары сработали только сейчас и только после того, как суккуб поменял главного героя влажных фантазий Сокджина. Значит, он всё-таки был прав, и парню понравился именно Намджун. Что ж… Это очень интересно. Джин с самого начала кричал, что любит только девушек, а сейчас во сне ёрзал и постанывал под крепким телом адской гончей. Кто бы мог подумать, что тот, кто всегда брал, сейчас будет самозабвенно отдаваться. И неважно, что это нереально. Такими темпами это очень даже скоро претворится в жизнь.
— Мне похуй, — Бельфегор даже внимания не обратил на происходящее. За столько лет он видел подобное не одну сотню раз, да и важнее всего было поговорить со своим суккубом. — Хватит вести себя как истеричка и слушай, что я тебе скажу.
— А что ты можешь мне сказать? — гордо вздёрнул нос Чимин, не обращая внимания, что хватка на горле стала сильнее. — А, Юни? Что променял меня на человечишку, от которого меня отваживал? Так мне это и без того понятно, необязательно об этом говорить, чтобы окончательно меня добить.
— Научись уже затыкаться, когда это надо, — рыкнул Мин. — Или я это сделаю сам.
— Попробуй, — фыркнул суккуб и тут же охнул, когда в его рот толкнулись языком. — Мм…
— Ты допиздишься, — пророкотал Юнги, разорвав поцелуй, и погладил его по щеке. Он убрал цепкую хватку с горла, опустив её на бок и крепко сжимая. — И в следующий раз я заткну тебя не поцелуем.
— Себя заткни, — пробубнил Пак, и в следующее мгновение Бельфегор толкнулся бёдрами, проехавшись по чужому возбуждению своим, и глубоко поцеловал, а суккуб застонал ему прямо в губы.
Вся обида резко сошла на нет, и это так бесило. Юнги при ссорах всегда всё сводил к сексу, чтобы успокоить истеричный характер суккуба, а уже потом начинал разговор, в котором его больше не посылали в пешее эротическое. И вот тогда получалось помириться и договориться о компромиссе. А Чимин никогда не мог сопротивляться чужому напору, распалялся за долю секунды, ведь секс — это его жизнь. В прямом смысле этого слова. И уже ругаться и пререкаться не хотелось, осталось лишь одно желание — почувствовать своего демона в себе.
— Эй, не устраивайте при мне свои игрища! — недовольно воскликнул Намджун.
— Пошёл нахер, — фыркнул Мин.
— Наблюдай лучше интересное представление, — хихикнул Чимин, запрокидывая голову и предоставляя доступ к своей шее. — Я хотел сначала посмотреть на его реакцию, поэтому во сне Джин видел Юнги. Но, к нашему всеобщему счастью, ему до моего котика нет никакого дела. И как думаешь, кого он сейчас видит, раз так самозабвенно ёрзает, что скоро аж на Чонгука залезет, — он в голос рассмеялся.
— Прекрати это немедленно, — рыкнул адский пёс, но Пак и бровью не повёл.
— Я не стану этого делать, — усмехнулся суккуб, наслаждаясь поцелуями в шею, которыми его осыпал Юнги. — Придётся тебе со своей возникшей проблемкой самому разбираться. Но ничего, у тебя есть целые две руки и порно, которое разворачивается у тебя прямо на глазах. Расслабься и получай удовольствие.
Он перестал обращать внимание на явно возбуждённого от звонких стонов Намджуна, полностью сосредотачиваясь на своём демоне и его ласке. Юнги покусывал его кожу клыками, оставлял засосы, хоть те и пропадали достаточно быстро, но хотя бы на время хотелось оставить метки принадлежности, чтобы его истеричный суккуб-собственник вспомнил, что они принадлежат друг другу, и это никто и ничто не сможет изменить.
— Чимин… — прохрипел Намджун, пытаясь отвлечь их от пожирания друг друга. — Чимин!
— Ну чего тебе? — рыкнул Пак, отлипая от Бельфегора. — Ты мешаешь нам.
— Оставлять меня тут в одиночестве жестоко, — суккуба с чужой жалобной интонации пробило на смех. Такой брутальный адский пёс сейчас был похож на ребёнка, которому не дали игрушку.
— Ну уж извини, присоединиться не позову, — фыркнул Чимин и положил руки своему демону на плечи. — Юни только мой.
— Я и не хочу к вам вообще-то, — буркнул Намджун.
— Тогда чего ты от меня хочешь? — на автомате выпалил суккуб, а потом его голову прострелило осознанием. — Постой-ка, ах ты шалун…
— Не смейся, — закатил глаза мужчина. — Поможешь?
— Так уж и быть, — протянул Пак и, не отрываясь от Бельфегора, использовал магию на Намджуне, чтобы его усыпить. — А то ты нам потрахаться нормально не дашь. Иди, развлекайся.
— Спасибо, — поблагодарил адский пёс, постепенно погружаясь в глубокий сон.
— Серьёзно? — хмыкнул Юнги. — Отправил его в сон Джина? Ты же понимаешь, что так их будет?..
— Ага, — самодовольно ухмыльнулся суккуб. — Сокджин словил грёбаный джекпот. Мало того, что в реальности потрахается с мужиком, который ему понравился, так ещё и с двумя, — он в голос рассмеялся от своей шалости.
— Ты самый настоящий чертёнок, — прошептал ему в губы Бельфегор и утянул в очередной глубокий и мокрый поцелуй.
— Да-да, я самый лучший, — фыркнул Чимин. — Ты не отвлекайся от своих обязанностей.
— Как Вам будет угодно.
Он торопливо стянул с суккуба одежду, на вопросительный взгляд поясняя, что сжигать вещи было бы плохим напоминанием о недавних событиях, а рвать не вариант, ведь Мин не хотел, чтобы кто-то другой увидел его обнажённым. Эта потрясающая картина должна быть только для него. Весь Пак — только для него одного. Чимин же в ответ нетерпеливо стаскивал мешающие сейчас тряпки с Юнги, а после сам развернулся к нему спиной, опираясь на стену и прогибаясь.
— Потрясающий вид, — протянул Бельфегор, шлёпая по упругой ягодице. — Но не надейся на мою благосклонность. Ты очень плохо себя вёл, и тебя ждёт наказание.
— Меньше слов, больше дела, — хмыкнул суккуб, но тут же сорвался на звонкий стон, получив хлёсткий удар по другой половинке.
— Нетерпеливый, — рыкнул Юнги и прикусил его за холку, пахом вжимаясь в задницу и придавливая Чимина своим телом к стене.
Пак поводил бёдрами, желая, наконец, почувствовать своего демона внутри, и по возможности сильнее прогнулся, откидываясь головой на его плечо. Мин обхватил суккуба поперёк талии, не позволяя ему самостоятельно насадиться на член, и принялся покусывать участки шеи и плеч, до которых мог достать. Суккуб извивался от удовольствия и высоко постанывал на каждую метку, расцветающую на его фарфоровой коже.
Юнги, предварительно не растягивая его, хотя всегда любил уделить этому внимание, резко вошёл на всю длину до упора, крепко сжимая чужую талию. Узость и отсутствие смазки доставили дискомфорт не только Чимину, но Бельфегор собирался его проучить, поэтому, не давая времени привыкнуть, выходил и толкался обратно, пока проникновение не стало легче. Болезненные ощущения смешивались с возбуждением от чужой злости, а также с грубой лаской, и суккуба размазывало по стенке от такого контраста в прямом смысле этого слова.
Он подавался бёдрами назад, навстречу толчкам, громко постанывая от попадания по простате, и скрёб когтями по стене, оставляя полосы. Ему вторил другой звонкий голос, предававшийся похоти во сне, а Чимина это только больше распаляло. Не было ничего лучше занятий любовью со своим демоном, насыщаясь при этом энергией от человека. Намджун похоже хорошенько постарался, ведь суккуб чувствовал просто невероятный прилив сил.
Резко выйдя, Юнги развернул его к себе и, прижав к стене, вновь вошёл одним слитным движением, переходя на быстрый темп. Пак сомкнул ноги на его талии и впился в губы демона грубым поцелуем, покусывая и сплетаясь языками. От каждого толчка он мычал, царапая плечи и спину Бельфегора когтями, а тот обтирал стену чужой спиной, сдирая кожный покров, который достаточно быстро заживал ввиду хорошей регенерации.
Оргазм постепенно накатывал волной, Юнги сдавил чужую шею рукой, прекрасно помня про кинк на асфиксию, и быстро вбивался до громких шлепков кожи о кожу. Суккуб уже не стонал так звонко как раньше, а мычал и хрипел, рассыпаясь от удовольствия на атомы. Он сжимал мышцами член демона и ближе к себе его прижимал, глубоко толкаясь языком в чужой рот. Их накрыло одновременно: с громким хрипящим стоном Чимин излился на их животы, а Мин с грудным низким — в него. Суккуб, стоило демону его отпустить, обессиленно скатился по стене на пол и немного перекатился, так и замерев.
— А вот теперь, я думаю, мы можем и поговорить, — фыркнул Бельфегор, наблюдая, как Чимин пытался собрать себя по кускам после ошеломительного оргазма.
— Говори, — прохрипел Пак, развалившись на полу звёздочкой и игнорируя вытекающую из него сперму. — Я сорвал голос, говорить не собираюсь.
— Как всегда, — закатил глаза Мин и сел с ним рядом. — Слушай, я не пытался променять тебя на человека. Мы с Джином заключили сделку.
— Чего?! — он от шока аж подскочил и сморщился, усевшись на ещё не зажившую задницу. — Нахрена?
— Во-первых, я хотел отомстить ему за то, что он оскорбил тебя, — Юнги положил руку на его колено и принялся поглаживать. — А во-вторых, он смертельно болен и ему осталось совсем немного. А так я убил двух зайцев одним ударом: он проживёт счастливо десять лет, а затем отправится в Ад, где сможет быть с Намджуном.
— А что получаешь с этого ты? — непонимающе посмотрел на него Чимин.
— Моральное удовлетворение, — хмыкнул он. — Он тогда направо и налево заявлял, что любит девушек, а из-за сделки ему пришлось меня поцеловать. Чем не хорошая месть?
— Тем, что этой хуйнёй ты обидел меня! — воскликнул Пак, прокашливаясь. — Я же… я подумал, что больше тебе не нужен… — последние слова он обиженно прошептал.
— Хэй, я люблю тебя, чертёнок, — с робкой улыбкой произнёс Юнги и, наклонившись, поцеловал своего суккуба в щёку, а тот шокированно распахнул глаза. — И мне никто другой никогда не будет нужен…
***
— Чонгук… мой сын. — Ты несёшь чушь, — хмыкнул Тэхён. — Это чистая правда, — пожал плечами демон. — Могу доказать. — Ну, доказывай. — Его глаза, — махнул он рукой. — Они чёрные. Ну, я думаю, ты обратил на это внимание. Он, что тогда, что сейчас, родился с такими глазами, и из-за того, что его никто не научил использовать силу, Чонгук не смог их поменять на человеческие и в итоге так и остался с ними. Маленький чертёнок, столько внимания к себе привлекает этим. — А ты где прохлаждался? — насмешливо фыркнул Вельзевул. — Если хватило ума заделать ребёнка, какого хуя ты тогда бросил его одного? — Я не знал о нём, ясно? — закатил глаза Астарот. — Только когда проследил за тобой, увидел его и почувствовал, что он мой сын. — Как вышло, что у него тогда были другие родители? — задумчиво протянул Ким. — Или только отец другой? — Да, его мать потом вышла замуж, — ответил он. — Вот и растили его вдвоём. — Понятно, — хмыкнул Тэхён. — Полудемон, но после смерти почему-то попал в рай. Занятно. — Ты же знаешь, что на нефилимов это не распространяется, — с очевидной досадой произнёс демон. — Чонгук оказался слишком хорошим, поэтому блядские небеса забрали его у меня! — Он — не твой, — улыбнулся уголками губ Вельзевул, прекрасно осознавая, чей парень на самом деле. — Ты его знать не знал, чтобы называть своим. — Он — моя плоть и кровь! — рыкнул Астарот. — И никто не смеет у меня его забирать! — Поздно, — пожал плечами Ким. — Я уже забрал его. Что тогда, что сейчас. Смирись, горе-папаша. — Я убью тебя, а потом и его, — зло прошипел демон, нападая на Тэхёна. — И будем мы править в Аду, ведь без тебя у меня хватит сил свергнуть Люцифера. — Какие амбиции, — хохотнул Вельзевул, отражая попытки ему навредить. — Как можно рассказывать свои планы врагу? А если я расскажу всё Люциферу. — Ты тут сейчас немного сдохнешь, — ехидно усмехнулся Астарот. — Тебе будет не до ябедничества. — Ты явно себя переоцениваешь, Астарот, — ухмыльнулся он. — К тому же ты забываешься. Чонгук и в этой жизни чистый и невинный, если ты его убьёшь, он снова окажется в Раю. — О, поверь, у меня совершенно другие планы, — Астарот сел на свой импровизированный трон. — Его убью не я. — А кто? — Он сам, — широко улыбнулся демон.***
— Поступают массовые обращения в полицию о пропаже людей, — произнёс мужской голос в трубке мобильного. — Хосок, это явно какая-то чертовщина. Возвращайся домой, без тебя мы не справимся. — Я понял, — коротко ответил парень, собирая свой любимый пистолет. — Скоро буду. Сбросив звонок, Хосок тяжело вздохнул. Он так давно не был в родном городе. Года три, минимум. С тех самых пор, как Чонгук послал его в пешее эротическое, он принял решение туда не возвращаться. Но новости о том, что люди начали массово пропадать, ничего хорошего собой не предвещали. И уж точно это было дело рук чего-то сверхъестественного. Хосоку двадцать четыре, они с Чонгуком братья-погодки, но, в отличие от брата, он всегда чувствовал себя в семье изгоем. Как лишняя нога или рука, которая только мешалась. Всё дело в том, что их мама, влюбившись по уши с первого взгляда в мужчину, после одной единственной ночи от него забеременела, а он бесследно пропал на следующий же день. Она пыталась его искать, положила на это огромное количество сил, средств и нервов, но того будто и не существовало. Да, она оставила ребёнка, ведь это же плод, который должен был стать продолжением их взаимной любви, только вот, как оказалось, любовь-то не была взаимна. Девушку накрывало истерикой, а вскоре она вообще впала в депрессию, до самого рождения ребёнка не покидая пределов своей квартиры. После родов всё лишь усугубилось: она оставляла сына с соседкой, а сама уходила прожигать свою жизнь по барам, клубам и прочим сомнительным местам. И в какой-то момент она вновь забеременела. Девушка понятия не имела от кого, когда и где, но её это не то чтобы сильно волновало. Она собиралась сделать аборт, но по состоянию здоровья ей это строго-настрого запретили. Всё же сказалась депрессия и пофигистическое отношение к первой беременности. Её вновь накрывали истерические приступы, а полугодовалый ребёнок, чувствуя настроение матери, тоже буянил, и это походило на какой-то беспробудный кошмар. Но она всё же выносила второго сына, и когда после родов увидела его необычные чёрные глазки, то моментально в них влюбилась. Девушка взяла себя в руки, успокоилась, перестала гулять и начала заботиться о своих детях. Не без ошибок, но она стала для них родным человеком, который их любил. Правда, больше всего ласки и любви дарилось именно младшему ребёнку, а Хосоку, как старшему сыну, внимания почти не уделялось. Мол и сам справится. Конечно, его это обижало. Он не понимал, чем заслужил такое отношение, и очень сильно завидовал брату, которому дарили всё, чего бы ему ни захотелось, по мере возможностей, конечно. Они росли, ничего не менялось, и Хосок уже смирился с тем, что оказался нежеланным ребёнком. Правда, после его совершеннолетия мама рассказала о том, как они родились и что на самом деле именно он был рождён от любимого мужчины, а Чонгук — нет. И парень абсолютно не понимал, когда мир перевернулся с ног на голову, ведь родители должны любить своих детей одинаково, не выделяя кого-то из них, несмотря ни на что. Но вышло как вышло, а детская обида никуда не девалась. Спустя полгода после совершеннолетия Хосок попал в аварию, в которой чудом остался жив — обе машины были всмятку, а он оказался снаружи без каких-либо ранений. И вот тогда-то он осознал, что являлся не совсем человеком. Хосок мог перемещаться в пространстве. Стоило ему подумать о том, где он хочет оказаться, и тут же появлялся в том месте. Когда это осознанно произошло впервые, парень охренел от жизни, а потом радовался этой способности как чуду. Он начал перелопачивать интернет, чтобы найти информацию о том, кто на такое способен, и пришёл к двум выводам: он либо ангел, либо демон. Больше никаких вариантов не подходило. И, что удивительно, это не стало для него сильным шоком, подсознательно он легко принял эту новость. Внимательно изучая способности обоих представителей, Хосок решил практическим путём выяснить, кто же он. Парень пытался сделать то, что было указано на сайтах, и в итоге пришёл к выводу, что был всё же ангелом. Его шоку и радости тогда не было предела, потому что адской тварью оказаться не хотелось. Он, конечно, не был святошей, но всё же позиционировал себя как хорошего человека. А ещё опытным путём парень случайно выяснил, что, помимо ангелов и демонов, на земле полным-полно всяких тварей, которые представляли опасность для человечества. И он решил, что раз имеет такую силу, то должен быть полезен людям, поэтому стал охотником на нечисть. Уже пять лет он мотался по стране, если проходили слухи о странных смертях, похищениях или самоубийствах. Когда у мамы возникли серьёзные проблемы со здоровьем и обострились болезни, Чонгук позвонил ему и попросил о помощи, только вот у Хосока было лишь оружие и желание творить добро по отношению к человечеству. Он никак не мог бросить свою миссию, чтобы спасать женщину, которая всю его жизнь выбирала второго сына, а не его. Возможно, в тот момент парень поступал как скотина, отказывая в помощи родному человеку, но обида, сидящая в глубине души долгие годы, ехидно говорила, что она не заслуживала траты времени, ведь ей угрожали не сверхъестественные существа. Именно тогда Чонгук послал его нахер и сказал, что больше не хочет никогда в жизни брата видеть. Хосок принял эту новость достаточно спокойно, всё же они не были сильно близки, чтобы страдать из-за потери, хоть и на мгновение в сердце кольнуло. Следующие три года парень занимался своим долгом, перебиваясь подработками, чтобы иметь средства к существованию, стараясь не вспоминать о том, что в родном городе остались больная мать и брат. И у него это неплохо получалось. До этого самого момента, когда сказали, что там массово пропадают люди. Переместившись в дом, в котором они раньше жили, Хосок удивлённо рассматривал совершенно не изменившуюся обстановку. Всё было так, будто он никуда и не уезжал, все предметы на тех же местах, их совместные фотографии в рамках на шкафу, книги, подаренные статуэтки для декора. Обойдя всю квартиру, парень поразился, что никого не было. Это довольно странно. Уже вечер, мама должна была вернуться с работы, а Чонгук с учёбы. Возможно, просто задерживались? Он попробовал позвонить брату, но его телефон оказался недоступен, и это заставляло внутреннее напрягаться. Хосок прошёл в его комнату и принялся осматриваться. Раньше Чонгук не позволял ему заходить на свою территорию, как и он, лелея личное пространство, но сейчас был исключительный случай. К тому же, он ведь не узнает о том, что брат здесь был. Трогать вещи и как-то их передвигать, Хосок не собирался, значит, все должно быть хорошо. Всё было аккуратно сложено по местам, и он даже удивился педантичности брата. Никаких валяющихся вещей, бумажек и прочего мусора. Внимание привлёк ноутбук, и Хосок молился, чтобы тот оказался не запаролен, ведь сидеть и пытаться подобрать код будет долгим квестом. К счастью, надежда оправдалась, и парень принялся лазить по мессенджерам брата, пытаясь найти что-нибудь интересное. Например, где тот сейчас находился. Странным оказалось то, что он уже четыре дня не открывал сообщения, и его друга так же не было в сети четверо суток. Ни одного упоминания, куда парни собирались, не было. Если они созванивались, то ничего не получится выяснить. Но, может быть, что-то получится найти в другом месте? Зайдя в историю браузера, он увидел, что Чонгук просматривал вакансии, и поджал губы. Видимо, проблемы так и не покинули этот дом, как это сделал сам Хосок. Тыкнув последнее объявление, он принялся изучать информацию, с каждым словом всё больше хмурясь. То, что там предлагали, звучало как какая-то сказка. Никто не платит такие бешеные бабки за сортировку товара на склада, только если это не… твою мать! Увидев в чате, что Чонгуку подробно объясняли принцип работы, Хосок пришёл к выводу, что тот, скорее всего, сейчас находился там. И если он там уже четыре дня и не выходил на связь, значит, дело дрянь. Хосок быстро собрался, прихватив кучу разного оружия против всевозможных существ, и, четко представив место, в котором хотел очутиться, тут же туда перенёсся. Парень увидел перед собой помещение, в котором лежали на стеллажах какие-то запакованные коробочки, и облегчённо выдохнул. Так, он на месте. Теперь нужно почувствовать что-то сверхъестественное. О том, что Чон на это способен, он узнал практически сразу, потому что у него возникло странное чувство опасности от исходящего рядом, как оказалось, вампира. Но сейчас не получалось никого распознать. Ощущение, что на складе вообще никого не было, и это странно. Но внезапно лампочки стали мигать, а изо рта повалил пар. Чёрт, призраки. Схватив лом, он принялся отбиваться от появлявшихся отовсюду тварей. Хосок пока не понимал, как с ними справляться, ведь обычно призраки были привязаны или к месту, или к предмету, но здесь их было слишком много, и это выбивалось из обычной картины. Вообще у парня отлично развита интуиция, которая очень помогала в охоте. И сейчас она подсказывала, что тут творилась самая настоящая чертовщина. Внезапно Чон почувствовал двух сильных существ, которые медленно направлялись в его сторону, и приготовился обороняться не только от призраков, но и от гостей. Только он никак не мог ожидать, что те ему помогут прогнать нападающих кричащих тварей. Стоило тем исчезнуть, как Хосок тут же перевёл взгляд на двух парней, один из которых широко улыбался, осматривая его, а второй стоял с выражением похуизма на лице, будто всё, что сейчас происходило, его никак не касалось. — Ну привет, красавчик, — произнёс довольно высоким голосом парень с миловидной внешностью. Единственное, что портило симпатичную мордашку — короткие чёрные волосы. — Ты не обращай внимания на причёску, волосы скоро отрастут. — А что с ними случилось? — это явно не тот вопрос, который стоило задавать первым, но почему-то он вырвался сам по себе. — Сгорели, — он болезненно сморщился от воспоминаний. — Но волосы — не зубы, отрастут. — Чёрт, — сочувственно протянул Чон, совершенно забыв о том, что стоящий напротив него парень не человек. Настолько красивым тот был и привлекал, что все остальные мысли улетели в трубу. — Это, наверное, было очень больно. — Невыносимо… — прошептал парень и подошёл к Хосоку, положив руки ему на грудь. — Но ничего, всё проходит. Меня зовут Чимин, а стоящий позади меня с недовольным ебалом — Юнги. — Я — Хосок, — заворожённо глядя на неописуемую красоту вблизи, прохрипел Чон. — Что тебя сюда привело, красавчик? — игриво спросил Чимин, одной рукой поднявшись до шеи и трогая её указательным пальцем. — Мой брат… пропал, — прошептал он, странно реагируя на необычную ласку, которая пускала мурашки по голове. — Его уже четыре дня нет дома, и никто не знает, где он. — Мм… — задумчиво промычал парень, выдыхая Хосоку прямо в губы: — Возможно, он погиб. Мне жаль. — Нет, — отрицательно помотал головой Чон. — Я чувствую, что он жив. — Чувствуешь, говоришь, — протянул Чимин, касаясь носом его щеки и выдыхая на неё горячий воздух. — Я тоже чувствую, что ты не обычный человек, а наполовину ангел. Что тут забыл святоша? — он вмиг отпрянул на шаг, зло выплюнув этот вопрос. — Я не святоша, — Хосок нахмурился. Вот кто-кто, а он точно запятнан в чужой крови. — И я ответил, что ищу брата. А что здесь делаете вы? Вы ведь… демоны? — Какой догадливый мальчик, — хихикнул он, вновь внимательно рассматривая парня напротив. — Кого-то он мне напоминает… Тебе так не кажется, Юни? — Чонгука, — коротко ответил второй парень, а Хосок, услышав имя брата, удивлённо распахнул глаза. — Чонгук? — переспросил он. — Откуда вы знаете моего брата? — Он наш друг, — пожал плечами Чимин. — Это невозможно, — неверяще покачал головой Чон. — Демоны не дружат с людьми. — А вот и нет! — воскликнул он и топнул ногой. — Гук-и — мой друг, как и Сокджин! — Сокджин?! Он тоже здесь? — ошарашенно прошептал Хосок, но потом пазл в голове сложился. Они оба пришли сюда из-за объявления о работе. — Да, — легко подтвердил демон. — Малыши устали, поэтому сейчас спят. — Я хочу их увидеть, — уверенно произнёс парень и сделал шаг вперёд. — Покажите мне дорогу. — Нет, — отрезал до этого молчаливый Юнги. — Даже если ты и правда его брат, мы тебе не доверяем. Вдруг ты пришёл с целью навредить ему или нам? — Не буду я никому вредить, — твёрдо ответил Чон. — Если хотите, то я оставлю оружие и пойду с вами. Вы можете следить за мной. Я всего лишь хочу увидеться с братом. — Ладно, но при одном условии, — хихикнул Чимин. — Каком ещё?! — возмущённо воскликнул Хосок. — Ты меня поцелуешь, — демон с удовольствием наблюдал за чужим ахуем и ржал в голос. Юнги на это в очередной раз лишь тяжело вздохнул и закатил глаза. Из раза в раз одно и тоже. Правда, раньше им на пути никогда не попадались нефилимы. Чон с минуту подумал и пришёл к выводу, что эта плата не так уж и сильно ударит по его карману, поэтому, преодолев расстояние между ними в пару шагов, обхватил чужие щёки ладонями и впился в мягкие пухлые губы, блаженно простонав. Тут распахнулись в ахуе глаза обоих демонов. Чимин не ожидал, что, не использовав на нём чары, получит положительный ответ без слов, а Юнги — что какой-то наглый мальчишка посмеет покуситься на его суккуба. Невидимой силой оттолкнув гостя к стене, Юнги схватил его за горло и крепко сжал. Он с наслаждением наблюдал, как из чужого тела постепенно пропадал кислород, а глаза становились стеклянными. Мин с удивлением отметил, что Хосок не умирал, хотя он использовал силу, которой можно было сломать шею и мигом лишить человека жизни. Занятно. Похоже этот ангелочек не так уж и прост, хотя и не имел крыльев. — Никто не смеет прикасаться к Чимину, — прорычал Юнги ему в лицо. — Ты меня понял?! — Н-но ведь, — едва слышно прохрипел Хосок, и демон слегка разжал хватку, давая тому высказаться. — Чимин же сам меня попросил… — А у тебя что, своих мозгов нет? — хмыкнул он. — Или тебе насрать с кем целоваться? Может, вы тут тогда ещё и поебетесь? — Я согласен! — на автомате воскликнул Чимин. — Завалил ебало! — рявкнул Юнги, возвращая внимание к своей жертве. — А ты больше никогда не смеешь прикасаться к тому, кто принадлежит мне, иначе сдохнешь в адских муках. Ясно? — Д-да, — прошептал парень и, когда его отпустили, схватился за пострадавшую шею. Всё ещё оставалось ощущение, что её сдавливало крепкой рукой. — Вот и молодец, — хмыкнул демон и, развернувшись, пошёл дальше по складу. Хосок, всё же прихватив своё оружие, быстро направился за ним, поглядывая на Чимина. Неудивительно, что тот был занят, такой шикарный парень заслуживал самого лучшего партнёра, который как Юнги — за своего любимого загрызёт. А сам Чимин, ощущая чужие желания и догадываясь о его мыслях, широко улыбался. Нет ничего приятнее, чем быть привлекательным для человека, даже не используя на нём чары. Это так… по-настоящему, волнующе. Единственная проблема лишь в том, что такое неимоверно бесило Юнги. И Чимин бы рад сделать так, как хотел бы его демон — перестать флиртовать с людьми, хотеть их, но это его природа. Ему это нужно, жизненно необходимо, и как искать компромисс в этой ситуации, он не знал. Но Хосок… он другой. Он не как все людишки до этого – сам к нему тянулся, позволяя к себе прикасаться. Даже несмотря на то, что Чимин не использовал на нём чары, тот продолжал зависать и думать о чём-то очень интересном… Пока они шли, по всему складу внезапно прошла странная волна. От неё не было больно, но после этого стали ощущаться еще пятеро присутствующих. Три демона, человек и… сложно сказать, но как будто тоже что-то демоническое. Юнги и Чимин странно переглянулись и попросили поторопиться, ведь Чонгук и Сокджин могли оказаться в беде. Он вреда брату не желал, поэтому побежал, что было сил, чтобы поскорее оказаться там, где они были. Когда они добежали до нужного места, то застали страшную картину: призраки с громкими криками кружились и нападали на огромного чёрного пса, который своим телом старался кого-то прикрыть. Юнги, материализовав из воздуха железное копьё, быстро отгонял от них орущих тварей, стараясь заковать их в металлические клетки. Он, кинув ещё одно копьё Хосоку, просил того помогать загонять их в ловушки. Не сразу, но у них стало получаться это делать, и спустя минут десять они разобрались со всеми призраками. Пёс осторожно отошёл от людей, которых прикрывал своим телом, и облегчённо выдохнул, увидев, что Сокджин не пострадал. Только вот у Чонгука дела были крайне диаметрально противоположны. Он истекал кровью и еле дышал. Джин, увидев это, испуганно закричал и попытался привести друга в чувства, однако у него ничего не получалось. Чимин ошарашенно наблюдал за всеми и не мог произнести ни слова. Как же так? Тэхён же им голову открутит за то, что не защитили его драгоценность. Тэхён… Если завеса спала, значит, с ним что-то случилось. Как такое вообще могло произойти?! Он же, чёрт его дери, один из сильнейших демонов! Блядь. Он ведь отравился к Астароту, а с ним у них силы практически равны. Неужели тот смог Вельзевула одолеть? И что им тогда делать в таком случае? Они ведь перед Астаротом как слепые, ни на что не способные котята, которых забьют тут же, как только они попытаются открыть рот и укусить. Что же делать? Как помочь Чонгуку? Господи, какого хрена ты никогда не помогаешь своим детям, заставляя проходить их через чёрти что? — Я не понимаю, что произошло, — произнёс Намджун, принимая человеческое обличье. — Призраки не смогли до них добраться, но Чонгук почему-то истекает кровью. А ещё… у неё странный запах. — О чём это ты? — спросил Чимин, садясь на корточки рядом с парнем. — Она не пахнет как человеческая, — протянул адский пёс, но все остальные почему-то этому не удивились. — Я тоже чувствую от него что-то демоническое, — вмешался Хосок и тоже сел рядом с братом. — Я смогу его вылечить. — Так чего ты тогда время тянешь? — воскликнул Чимин. — Спасай Гук-и! — Рана странная, — пояснил Чон, прикладывая руки к груди Чонгука. Ладони вспыхнули мягким светом, который медленно проникал в тело пострадавшего. — Она будто… сделана изнутри. Не знаю, как объяснить. Это точно не призраки. — Что за чёрт?.. — протянул Джин, прижимающийся к обнажённому Намджуну, но совершенно этого не стесняясь. Не в тех они сейчас условиях, чтобы думать о чём-то, кроме Чонгука. — Эй, ты нас не приплетай! — возмутился Пак. — Прости, я не это имел в виду. Рана очень медленно, но начинала заживать. Все с волнением и восторгом наблюдали за происходящим, а Джин смотрел на брата своего лучшего друга и не понимал, как тот здесь оказался и… он что, не человек? Крепкие объятия адской гончей успокаивали, и он постепенно приходил в себя, переставая трястись от страха за жизнь Чонгука. Правда, всплыли воспоминания о недавнем сне, в котором он и Намджун… Щёки покраснели, и он не знал, как после такого смотреть мужчине в глаза. Всё-таки это было чертовски неприлично… Чёрт, почему же всё так сложно-то?! Как не выдавать себя, что ему приснился самый горячий сон на свете, в котором чего только не происходило? Как продолжать спокойно общаться? Ему ведь их общение очень сильно нравилось. С Намджуном можно поговорить обо всём на свете, а сейчас… он не мог произнести ни слова. — Ты как? — спросил мужчина, наклонившись прямо к его уху. — В ахуе, — ответ с прошлого раза не изменился. — Понимаю, — вздохнул Намджун. — Но всё будет хорошо, мы не дадим вас в обиду. — Верю, — так же вздохнул Сокджин. — Только Чонгука это не спасло. Если бы здесь не оказался его брат, то он бы не выжил… — Это его брат? — удивлённо спросил адский пёс, переводя взгляд на парня, лечащего Чонгука. — Как у Чонгука может быть брат ангел? — Он — ангел?! — ошарашенно прошептал парень. — Ахуеть… — Хотя, если учесть, что от Чонгука сейчас ощущается что-то демоническое, — хмыкнул Намджун. — Вообще интересно получается… — Хоть когда-то я не буду удивляться от происходящего или нет? — пробубнил Джин. — Когда-нибудь этот кошмар закончится, и ты сможешь вернуться к своей нормальной жизни, — мужчина улыбнулся, а Сокджин залип на его милые ямочки на щеках. — Наверное, ты прав, — опустил голову парень и вновь вернул взгляд к другу. Свет постепенно начинал тускнеть, и вскоре Хосок отошёл от Чонгука, позволяя его рассмотреть. Тот медленно приоткрыл глаза, удивлённо смотря на всех вокруг и явно не понимая, что произошло и почему все так взволнованы. Джин, оторвавшись от Намджуна, отпихнул Чимина, сел рядом с другом и крепко его обнял, и Чонгук словил дежавю с моментом, как в прошлый раз проснулся ото сна. К тому же, в этот раз он был волнующим, очень болезненным. Парень ощущал все те чувства, о которых говорил с Тэхёном, и помнил все последующие неприятные события... И это… самый настоящий кошмар. Он будто проживал во снах всё то, что с ним происходило. И сейчас сердце продолжало очень сильно биться, буквально выламывая его грудную клетку. Чонгук обнимал друга в ответ, рассматривая всех остальных, а после встретился взглядом с родными карими, которых не видел вот уже три года после случившейся ссоры. Что Хосок тут делал? Как здесь оказался? Почему смотрел так… по-доброму? Будто был рад его увидеть. — Хён… — прохрипел парень. — Что ты здесь делаешь?
