маленький принц.

Раны было глубоки. Но не настолько,как душевные. Сер Алон находился на последнем издыхании, давясь кровью пурпурного цвета. Лицо рассечено так, что его внешность перестала быть знакома. Дыхание спёрло. Каждая косточка в теле отдавала сильнейшей пронизывающей болью. В глазах постепенно мутнело. Голова трещала, звуки гулко бились о барабанные перепонки, эхом звеня, но ничего непонятно. Все вокруг плясало, как хоровод. Человек около в панике суетился, незная как и поступить. Все мертвы, а близкий и по совместительству твой защитник делал свои последние вдохи. Ничего уже не поможет, ни слова, ни крики. Невольно что-то врезалось в голову. Воспоминания?

***

Несчастный 16 день рождения ДеЛеонМаффаVII. А кому он нужен? В одиночестве на едине со своей фантазией и компанией неодушевленных предметов, на самом деле весело. Отец больше никогда не был радостен. Несчастье принято передавать по наследству. Сынишка навряд ли что-то осознаёт. Ослеплён своей невинностью и детскостью, на деле он лишь не хотел принимать эту ношу на и без того хрупкие плечи. Мать осталась только на фотографии, на которую невольно бросается взгляд. Под воздействием чужих эмоций словить пощечину, две, три, слёзы, но попытка сохранить мужество и честь. Держаться стойко, но по жизни быть глупцом. Так себе судьба. Когда единственный понимающий тебя человек на этой земле является тот, кто "ниже тебя по чину". Когда он возможно и не слушает тебя, но хотя бы находится где-то поблизости. Когда всегда готов был подставить свою грудь, лишь бы не видеть мук принца. Когда задыхался от постоянных панических атак, но зачем-то умело скрывал это. Когда он был единственным, но по настоящему другом. Шестнадцать лет, да не мал, не велик. Время шло, стрелки продолжали свой ход, а Алона все не было. Не то, чтобы он надеялся и ждал...Но было интересно. Ведя монолог с самим с собой в образе коварного пирата, махал саблей в воздухе, в его голове это в разы выглядело лучше, но реальность собственно и не интересовала. Похоронную тишину комнаты нарушил шорох за дверью. С несильным скрипом она открылась и краем глаза на пороге он увидел никто иного, как Алона. Медленно и нерешительно он подходил ближе, почему-то покоцанный и несколько взволнован. -Наконец-то ты пришёл! Где ты был?- завопил Делеон от радости. Алон протянул палец к губам в просьбе быть тише, но тут Делеон схватился за другую мысль. Его зрак пал на свежую рану, рассекающую бровь. Жестом указывая на место ранения, обеспокоено спрашивает: -Погоди, откуда это у тебя? Рыцарь в смятение. Нервно улыбаясь и отводя взгляд куда-то в пол, отвечает: -Не волнуйтесь, ваша светлость, это сущие пустяки... Из-за спины он протягивает что-то завёрнутое в обёртку. Делеон растерялся, принимая в руки презент. Любопытство распирало. Аккуратными движениями он вынул содержимое и это оказалась шкатулка. Держа на ладонях столь хрупкое создание, боясь сделать лишний выдох, всматривался. Та самая шкатулка. Неужели Алон и вправду добыл её ради сюрприза? Несмотря даже на свою рану на брови все равно поспешил обрадовать. Секундно вернувшись в реальность, Делеон перевёл взгляд на улыбающегося во всю ширь Алона. Видя его ласковый взгляд и чувствуя это добро, исходящее из глубин его души. Он не смог сдержать наплыва эмоций и бросился в тёплые объятия, пробормотав тихое "спасибо". На чистейших глазах, незамутненными хитростью и иными человеческим пороками, невольно наворачивались слёзы. Счастья, конечно. Но по прежнему обеспокоен был лишь одним. -Не стоило...правда, не стоило...Да и твоя царапина... - опустив взгляд в пол, пробормотал Делеон. -Не переживайте, я зарёкся, чтобы не случилось, я всегда буду защищать вас! Неловкие переглядки. Но на душе было спокойно каждому. Единственный день, что прошёл хорошо. Единственный день рождения, где Делеон не был отрешён.

***

Снег остро впивался в лицо. Держа на руках полуживого товарища, внесиле помочь - вот настоящая пытка. Кровь струйками распространялась по телу. Раны были в мясо. Холод теперь не только снаружи, но он пробирался в самую глубь, до солнечного сплетения и так по каждому нерву, каждому миллиметру, заполнял душу. В голове каша, поток информации и мыслей, все это крутится и сплетается в одно, но так и не может выйти, не находит освобождение. К горлу постепенно подступает комок, а во рту привкус горечи. Алон умирал снаружи, а Делеон внутри. В агонии рыцарь лишь выдавливает из своей туши последние слова. -...Твой отец всё организовал, чтобы убить тебя...а мне было жаль... -И однажды я зарёкся, что буду всегда защищать... Хрипя и скрипя с кровью из горла, трудно давались ему слова, каждый выдох со смертью вровень. Сдавленно кашлянул и обессиленно пал на руках у Делеона. Глаза перестали видеть, уши перестали слышать, а жизнь заставила покинуть мир. Последние клетки отмирали, сердце перестало биться. Делеон трясся, то-ли от холода, то-ли от осознания трагичности всей ситуации. Ещё несколько минут он в ступоре смотрел на бездыханное тело. Прямо на его глазах умер его самый близкий друг. Его больше нет. Его больше не будет. В горле неприятный ком, а из глаз льются горькие слёзы. Руки тряслись, в висках пульсировало, а в ушах стоял звон. На окрашенном кровью снегу лежал Алон. Склонившись над ним утопал в горе Делеон. Переведя взгляд на дальние пейзажи, в надежде найти упокоение в этих могучих горах, в этом небосводе. Но всё застыло. Всё умерло вместе с ним. Неописуемое горе.

***

За окном потемнело. Часы тикали. Вечернее время. День подходил к концу. Все почему-то ощущалось по другому. Намного приятнее, спокойнее. Царила тишина. Делеон сидел за столом, разглядывая узоры на шкатулке. Лампа тускло освещала некоторые совсем мелкие царапинки. Не имело значения. Алон был где -то рядом. Совсем поблизости. Смотрел в окно. Кинув взор на часы, сделал пару шагов и тихо промолвил: -Доброй ночи, маленький принц.- коснулся плеча и потрепал по голове. Улыбнулся и покинул комнату. Почему-то после ухода слегка повеяло грустью. Делеон смотрел на дверь, а после перевёл взгляд на фотографию, стоящую на столе. Две улыбающиеся фигуры стояли рядом. Маленькие мальчишки. Это были они. Золотистая рамка поблёскивала на свету, мальчики всё улыбались. Жаль,что покинувший эту комнату больше никогда не улыбнётся.