Лучший утренний секс в жизни

После первой встречи в клубе прошло много времени, чтобы успеть слезть с режима до редких самокруток, в случае если вообще пиздец. Да и к тому же, зачем наркота, когда есть крашенный долбоёб, Су Бон, довольно известен под псевдонимом «Танос», который погружался в создание новых треков на своей студии, а Нам Гю же работал в клубе, где его ждали постоянные проблемы и заботы в лице поиска сотрудников, недостачи, ассортимента, от чего он часто задерживался после своей смены, исправляя чужие ошибки. Не с проста же он директором является. Треки Таноса порой проигрывались в клубе, но не особо часто. Реп читал действительно отпадно и быстро, умеет языком работать). Да, в начале отношений было трудно, никто не спорит, потом приняли все ревности и ссоры как за должное. Ведь куда без этого в отношениях? Работали оба много, чтобы ни в чем себе не отказывать. Но старая привычка выпивать не уходила, ведь, как бы смешно не звучало, но в мире культ алкоголя, и он приветствуется куда лучше, чем та же наркота, из-за чего вечерами после студии Танос без предупреждения мог пойти выпить в бар. И этот день не стал исключением. Под утро Су Бон завалился в квартиру пьяный и уставший. Что-то уронил в прихожей, опустился поднять и столкнулся с ногами чужими.  —Охх, Нам Су, my boy, разбудил? — Су Бон стыдливо почесал затылок, расплывшись в ухмылке насмешливой. — Не мог бы ты поднять, пожалуйста, я не вижу. — еле подняв тяжелую, как ему казалось, руку он указал на вещь, что валялась на полу, а после стремительно опустил руку в изначальное положение. Нам Гю лишь с призрением смотрел на свою любовь сверху вниз. И тяжело выдохнув, ответил: —Нам Гю. Нет, не разбудил, вообще-то я тебя тут каждое утро встречаю, — брюнет быстро наклонился, поднял вещь и поставил обратно на своё законное место, а после отошёл от дверного косяка, где был проход в спальню, — Иди спи. —Ah, shit. Нам Гю, а я и забыл… — неловкая пауза сменила обстановку, теперь из чего-то нелепого это стало чем-то тяжелым и напряженным, ужасно давящим. — Даже не спросишь где я был? А как же истерики как обычно? — Насмешливо-грустным тоном сказал Танос, выпячивая губу вперёд. А заглянув за спину его ненаглядного, увидел подушку с одеялом на диване, глаза загорелись, а брови сместились к переносице. — Вот и весь secret.  —Это для меня. —, быстро и без лишних слов, — Иди спи, ругаться с тобой мне ещё не хватало. Я и так устал за сегодня. — грубо и холодно отрезал. Скорее даже обрубал, ведь на душе кошки когтями скреблись, что Танос снова обещание провести время вместе не сдержал, променял на бар, да ещё и не принес ничего с собой. Сегодня благо нашёл чем заняться, наша брюнеточка. Выспался наконец-то, убрался в квартире, порисовал, почитал, занялся готовкой по рецептам из тик тока на свой второй выходной и пару рабочих дней, потому что Су Бону готовить для любимого некогда. В общем провёл время с пользой, хоть и один.  —No problem. — Су Бон показал палец вверх и действительно уполз спать. Пока Нам засел в зале, глядел на свой пустой стакан и гордился, что сегодня трезвый. Надеялся, что Су Бон удосужился хотя бы снять уличную одежду, иначе не хотелось спать бы на вонявшем белье, тем более трахаться. Читал какой-то детектив, наконец-то заканчивая, что не мог сделать давно из-за нечитуна и истерик. Не заметил как и уснул.  Уже утром Нам Гю проснулся из-за чего-то кряхтения и громкого стука за стеной. Явно проснулся Су Бон не дольным. Волосы лезли в лицо, очки пережали переносицу, неудачно съехав во сне, а книга и вовсе валялась раскрытой в пол, от чего несколько страниц погнулось. Стало досадно. Хоть и свет во всю пробивался через окно и тонкие занавески, забытый торшер возле дивана так и стоял включен. В горле пересохло, а тело ломило от неудобной позы, но и сбавлять обороты своей гордости он не собирался, только чтобы поспать удобно. В планах вести себя с Су Боном как со знакомым или сожителем, а не второй половинкой. Пока Су Бон за стенкой явно пытался не откинуться от боли в голове и сушняка с бодуна, Нам Гю встал, размял тело, от боли тихо простонав, и пошёл умываться. Уже в ванной, стоя перед раковиной с щеткой в зубах, в зеркале появился силуэт, облокачивающийся на дверной косяк, сложив руки не груди, такие сильные и горячие, а тату делали их ещё лучше, лишь цветной лак добавлял шарм, эти руки непроизвольно пускали ток по телу и кровь разливалась быстрее. Волосы смешно торчали в стороны, лицо опухшее, а глаза кое-как открытые, стоял он в одних трусах. Хотелось усмехнуться с такого вида, но приходилось сдерживать, не двинув и мышцей лица.   —Даже таблетки аспирина и стаканчика водички не оставил, совсем разлюбил?… — голос был хриплым и низким, выдавая першение в горле, что на деле добавляло масла в огонь, возбуждая Гю сильнее. Нам Гю лишь сплюнул пасту и принялся промывать рот. — Игнорить не хорошо, kitty. Танос подошёл сзади, невесомо при обнял за талию, притягиваясь ближе, а голову опустил на плечо брюнета. Их разница в росте позволяла эту картину делать милой, но пока что Нам Гю пытается игнорировать. Продолжает умываться, ополаскивать лицо холодной водой, пока Су Бон досыпал и приходил в себя на плече парня. От холодной струи в закрытой комнате становилось прохладно для полураздетого разгоряченного тела, на что Су Бон лишь съежился и прижался ближе к Нам Гю, от чего упёрся в задницу того членом метко в промежность. Даже через ткань ощущения были достаточно яркими, чтобы заставить кровь ещё сильнее приливать к уже набухшему члену, покалывая до боли от давления в сосудах. Тело Нам Гю поддалось вперед, и чтобы не упасть, пришлось вжаться руками в раковину, а с губ сорвался тихий стон.  —Oh, my sweet boy уже с утра пораньше возбуждается. — хриплый басистый голос шептал это так вульгарно куда-то в шею, обволакивая чувствительную кожу горячим дыханием на контрасте низкой температуры в комнате, что пробило на дрожь в коленях. Танос же лишь сильнее вжимал Нам Гю в чёртову раковину. Пусть брюнет и пытался держаться, не поддаваться, тело предательски растаяло и ждало ласки. Су Бон начал тереться членом о промежность, слюняво выцеловывая каждый миллиметр от шеи до предплечья, что было доступно через растянутое горлышко домашней футболки, кусая и сразу зализывая, будто извиняется. Пока с губ Нам Гю срывались позорные всхлипы, было видно, что он сдерживался как мог, хоть и хотелось ужасно уже оседлать любимого, почувствовать себя заполненным. Но гордость выше. Наверное. Казалось, что раковина вот вот и лопнет от того, как её сжимают. С такой же силой за шею держат и Нам Гю, не позволяя тому наклоняться вперёд. Отпечатки пальцев точно останутся, но когда уже плаваешь в эйфории и хочется только большего, лишь бы грубее, лишь бы сексуальнее.  — Kitty, извини меня, сегодня я весь твой, правда… — продолжает целовать Су Бон уже рядом с ухом, щекоча дыханием, кусая и посасывая мочку. Всё также трётся и ускоряется, в трусах было тесно и мокро, ведь предэкулят уже оставил пятно, сочась из члена. Свободная рука, ранее держащая за талию, залезла под домашнюю футболку парня, трогая холодное тело своей горячей плотью. От одного лишь прикосновения Нам Гю выгнулся в спине, подставляя задницу ближе к члену, проклиная Таноса и то, насколько сексуален. Рука которого уже игралась с сосками, то сжимая и потягивая, то поглаживая, переходя от одного к другому. Темп был быстрым настолько, насколько сил хватало. Кульминационный момент уже был близко, в глазах виднелись звёзды, сколько белую пелену удовольствия, заставляя стонать всё громче во весь голос. —Ты чёртова мразь, Су Бонг. — на одном дыхании сказал брюнет, позорно кончая в трусы на пару с Су Боном. Раковину перестали сжимать, только опираться. На руках точно останутся вмятины. Парни пытались отдышаться, Нам Гю запрокинул голову назад, а Танос остался в том же положении ещё минуту.  Наконец-то отдышавшись, Су Бон сделал два шага назад, дав Нам Гю место.  —U like it, че морду корчишь? — усмехнулся Су Бон, поправляя свои волосы, которые были уже не только пропитаны запахом алкоголя, но и пота. Надо сегодня помыться, а то он в сперме, поту и воняет ужасно алкоголем. Да и Нам Гю тоже стоит после такого. К тому же хотелось бы продолжения.  —Ты воняешь, Су Бон, помойся. — показывая жестом, что действительно благовония не самые приятные, Нам Гю перекосил лицо в недовольной гримасе. Всё ещё стоя у этой чертовой раковины. —А ты в конче весь, u know? — немного призадумавшись, Танов схватился сначала за чужой член через ткань, указывая на не просто мокрое пятно, а уже явно пропитавшиеся чем-то вязким. Услышав недовольное мычание и получив по руке, второй рукой он схватился за задницу, толкаясь пальцами между, трогая второе пятно, уже оставленное собой. Сверху послышался скулёж. — Не думаешь, что нам вдвоём надо помыться…И не только?) —Мммм…Ты прав. — Недовольно промычав, приняв всю правоту чужих слов и убрав от себя руки, принялся снимать грязную одежду, сбрасывая на пол. При этом всём, каждый элемент одежды он снимал медленно, провоцируя Су Бона сорвать её уже поскорее. Видел этот азарт в чужих глазах. Когда снимал боксёры, то и вовсе развернулся задом к любимому, чувствовал этот прожигающий взгляд и усмехался. В то время как Су Бон уже давно всё снял, стоял в душевой и настраивал воду, посматривая на засранца, что издевался, заставляя без касаний член пульсировать.  —Да я посмотрю ты с утра как кролик. — развернувшись лицом к Су Бону, сняв последний элемент одежды, обратил внимание на гениталий парня. Наконец-то, залез к тому в душевую, сразу промокая, где место было то и не много, из-за чего пришлось прижиматься вплотную. —U're driving me crazy, u bastard, u know? — С лисьим оскалом, разглядывая тело рядом, отвечает Танос. Наконец-то может дотронуться больше, чем до этого из-за одежды. Стал слизывать капли воды с груди брюнета, от чего тот постанывал, закусив губу. Такой исход не понравился, заменив губы на груди на свои руки, Су Бон накрыл губы парня своими, закусывая губы до крови, съедая их, толкаясь языком в чужой недавно почищенный рот, ударяясь зубы о зубы, всасывая в себя чужой язык, создавая вакуум, трахая рот Нам Гю. Второй же точно также страстно и слюняво отвечал, пусть струйки из шланга с водой смывали всё это, они всё равно помнили, запоминали. Нам Гю взял в свою ладонь два члена и начал двигать в такт поцелуям. Ускоряясь и толкаясь, пока целуются и замедляться, когда прерываются на отдышаться. Пусть руки Су Бона играются дальше с сосками, пусть они стонут друг другу в поцелуи, пусть толкаются в одну ладонь. Пусть это длиться вечно. Пусть. Пусть одна из рук оставила сосок в покое и яростно искала определённый тюбик на полке, найдя его, это оказался крем для рук, которым Нам Гю обычно мажется после душа, ведь вода сушит ужасно.  Неожиданно Су Бон отстранился, от чего Нам Гю вопросительно смотрел на него, грустно выдохнув. —Стой, подожди, — Су Бон выдавил чуточку содержимого флакона на пальцы, размазал так, чтобы вода не смысла. А Нам Гю лишь стоял и ждал, успев заскучать, поправлял мешающийся волосы, заправлял за ухо. Но вот к нему снова прижимаются вплотную, подставляют пальцы к колечку мышц, заставляя выгнуться от ощущений, дышать чаще и гуще куда-то между шеей и плечом Таноса.  —Чёрт! Вставляй уже, хватит играться!! — возмущено восклицает Нам Гю, хотев уже насадиться  самостоятельно, на пальцы убрали, от чего он лишь грустно завыл. —Попроси лучше, sweetie, и это будет твой лучшей утренний секс в жизни. — Пустой от крема рукой, Су Бон ударил того по ягодице с пошлым шлепком, а после развернул к себе задом, надавив на шею вжал в дверцу кабинки душевой. Нам Гю под ним извивался, хныкал, что-то шептал, но Су Бон не слышал. — Громче! — надавив на шею сильнее. —Прошу, трахни меня, папочка! — выкрикнул Нам и смущенно отвёл взгляд, не у Таноса ведь сейчас член тёрся о какую-то дверцу. Не Танос ведь сейчас подставлял задницу, лишь бы засадили. Было стыдно, но ожидание блаженства было сильнее. Су Бон лишь ухмыльнулся с этого зрелища и снова шлёпнул по той же ягодице, что и в прошлый раз, го уже сильнее, да так, чтобы след остался, на что услышал яркий стон и мольбы сделать так ещё. —Какая ты slut, Nam Gyu. Fucking slut. Знал бы ты, как меня возбуждает эта картина. — и наконец, смазав член, он вошёл сразу до корня без растяжки. С первого раза попал по простате.  На глазах Нам Гю выступили слёзы, было больно, но эта боль быстро сменилась возбуждением. Танос игрался, выводил Нам Гю из себя, сначала заходя до упора, упираясь в простату несколько секунд, а после полностью выходил, заставляя Нам Гю унижаться и подставлять зад ближе, прямо как течную суку. Но как же их двоих заводило, просто не передать словами. Лишь от такой игры, Нам Гю был готов кончить, пока его шлёпали до кровавых следов, вжимали в дверцу, удушая, шептали унижения на ухо и целовали спины. Пусть длиться вечность.  Перестав дразниться, Су Бон начал набирать бешенный темп, моментами сбрасывая до ужасно медленного, на что Нам Гю возмущался и в наказание получал шлепки. —Сука, Су Бон трахай уже нормально!! — ещё один удар при быстром толкании в простату, и Нам Гю позорно кончает на дверцу, которую сам отмывать и будет, но сейчас это его не волнует. Его ноги становятся ватными, а в глазах всё ещё космос оргазма. Как же хорошо. Почаще так на Су Бона надо обижаться.  Сам Су Бон же делает ещё пару толчков, и успев вытащить, кончает на спину и таз.  Оба стоят в попытках отдышаться, не упасть, опираясь друг на друга. —Baby, ты такой горячий в любом виде, даже сейчас с кончой на спине и прилипшими волосами к лицу. Опухшими губами, засосами. —Вальни ебало, кончай на лицо в следующий раз и фоткай, хоть посмотрю. —Обязательно. — поцеловав куда-то в макушку, сказал Су Бон.