Легкое неудобство (ощущается как пиздец)

Юра уныло посмотрел на подпаленные кнопки, перевел взгляд на полустертую надпись, где в буквах «У» и «Й» едва улавливались координаты направления, потом глянул в треснутое зеркало. На него в ответ уставилось хмурое лицо. Сколько он лифтов за время работы повидал, но этот, наверное, самый отстойный. Но в нем хотя бы не пахло мочой — что для этого района уже жирный плюс. Несколько месяцев назад Мила закидала его репостами из телеграм-каналов, мол, курьеры давно уже зарабатывают больше айтишников, поэтому с подработкой Юра определился быстро. С людьми общаться ему не особенно нравилось, но все лучше, чем варить малиновый раф на кокосовом или раздавать листовки у метро. Юра сам на этих промоутеров всегда смотрел волком — ну ведь самая бесполезная работа на свете. Разве кто-нибудь читает, что в этих листовках написано, а не сразу несет до ближайшей урны? Он однажды взял рекламку с обещанием стильной стрижки со скидкой и то для того, чтобы выплюнуть в нее потерявшую вкус жвачку. Опять же: проблемы с экологией, бесконтрольная вырубка лесов, глобальное потепление… В какую-то из этих проблем листовки явно вносят свой посильный вклад. С одной стороны, развозить продукты лентяям, которые не соизволили поднять задницу с дивана и дойти до магазина самостоятельно, оказалось не так уж и плохо. С другой стороны, Юра повидал некоторое дерьмо. Почему-то именно пузатые, обрюзгшие и максимально неприятные мужики имели привычку открывать двери полуголыми. Однажды Юре так повезло, что он увидел в приоткрытую дверь с высунутой в нее за пакетом рукой то, что явно не хотел бы видеть. Жаль, что нельзя было оставлять комментарии к профилям клиентов. Юра бы обязательно написал, что этот тип из третьей квартиры предпочитает не носить трусы. Юра вышел на четвертом, остановился у квартиры с номером «72» и достал из тяжелого рюкзака пакеты. Позвонил в звонок, заранее ожидая худшего. Дверь открылась, но вместо пузатого голого мужика его встретил милейший кот: огромный и пушистый, с кисточками на ушах, похожий на уменьшенную копию пумы. — Кто это тут такой хороший? — Юра тут же сел на корточки и засюсюкал. Он ничего не мог с собой поделать: мозг, едва завидев котика, деградировал до уровня пятилетки. Дверь открылась сильнее, и Юра увидел возвышающегося над ним парня. — Я коту, — тут же уточнил он на всякий случай. Парень ответить не успел: копия пумы, будто почувствовав себя в дикой природе, ускакала на лестничную площадку. — Барсик! — крикнул владелец кота. Он собирался уже выскочить в подъезд прямо так: босиком, в шортах и футболке — Юра был очень благодарен наличию на нем одежды, наверное, поэтому решил помочь. — Ща! — сказал он, всовывая в руки парня пакет с его продуктами. — Притащу. Он побежал вслед за котом. Тот нашелся у лифта — с интересом обнюхивал стремное пятно на полу. — Фу, котик, — Юра скривился. — Э-э-э, как там тебя, Барсик? Кис-кис, — он медленно подошел к коту, но тот и не думал убегать, мявкнул и уставился с интересом. Юра взял его на руки и почесал за ушком. Котов он любил, вот бы те всегда встречали его у дверей клиентов. Может, работа бы стала меньше раздражать. Парень все так же стоял у двери, хмурость пропала с его лица, когда он увидел кота на руках у Юры. — Держи, — Юра вернул беглеца хозяину. — И серьезно — Барсик? Как можно было такого красавца так банально назвать? Парень, кажется, смутился. — Ну, он выглядит как Барсик. «Сам ты выглядишь как Барсик», — оскорбившись за красивого кота, хотел сказать Юра, но подумал, что безобидную шутку могут не так понять. Парень был, кажется, казахом, поэтому Юрины попытки сострить могли обернуться неприятной ситуацией. А он тут, вообще-то, должен чудеса клиентоориентированности показывать. — Точно, — он вспомнил, зачем вообще сюда пришел, — спасибо за заказ и все такое. — Спасибо, — владелец самого красивого кота в мире, после его собственного, мило улыбнулся. — Обязательно закажу еще. — Ага, ну до свидания. — Юра посмотрел на кота и снова не сдержал умиления: — И тебе пока! *** Ветер дул прямо в лицо, и Юра одной рукой пытался удержать улетающий капюшон, а другой держал телефон, силясь разглядеть на мокром от снежинок экране адрес следующего клиента. Вломить бы пиздюлей этим синоптикам. Что за кокетливое « -8, ощущается как -15»? Прямо «легкое неудобство, ощущается как пиздец», и хрен разберешься, как в такую погоду одеваться. Но подштанники зимой Юра не снимал — лучшая покупка, спасибо Милке за совет. Еще синоптики могли бы предупреждать, что в эти самые «ощущается как -15» старые китайские телефоны машут лапкой и отключаются до весны. Или хотя бы до ближайшей зарядки. За что эти синоптики зарплату получают вообще? Юра зашел в смутно знакомый лифт и только на четвертом этаже вспомнил, что это квартира Барсика. Он вытащил из рюкзака пакет с продуктами и позвонил в звонок. Встретила его снова милая пушистая морда, вернее, две морды: кошачья и человечья. Хозяин Барсика, вообще-то, тоже был ничего, симпатичным. А главное — вежливым и одетым. Он стоял, приоткрыв дверь, и держал кота в руках. Тот, оценив невозможность побега, смотрел на Юру с печалью и надеждой. — Здравствуйте, — сказал Юра, ведь по правилам с людьми, то есть с клиентами, нужно было здороваться в первую очередь. Но тут же вернул внимание коту: — Привет, Барсик! — Юра вручил хозяину кота пакет, тот в ответ передал ему кота. — Иди сюда, мой хороший. Кабан какой! Это у тебя просто кость пушистая, да? — Он просто много ест, — сдал его хозяин. — Ты все равно красивый. — Юра почесал довольного Барсика. — У меня тоже есть кот. Не такой здоровый, но жрет за троих. Мейн-кун, да? — Угу. Я не знал, что таким большим вырастет. Подарили. Барсик, кажется, расставаться не торопился — вцепился коготками в ткань куртки. Юра бы тоже лучше его тискал, чем остальные продукты отвозил, но жизнь была несправедлива к ним обоим. Он протянул кота и услышал, как жалобно пиликнул его телефон. Вот то самое неудобство, грозившееся обернуться пиздецом. Юра окинул взглядом парня перед ним — выглядел адекватным, может, и не пошлет. — А можно телефон зарядить? Мне на пять минуточек, чтобы до следующего адреса дойти. — Проходите, — парень отступил в сторону, впуская Юру в коридор. — Какой разъем? — Как у китайского говна, — пробурчал Юра, — таэпси. В ответ хмыкнули. Кот, очутившись на полу, принялся вертеться вокруг Юры, выпрашивая ласку. Дружелюбный какой! Пëтя предпочитал показывать характер и когти, деда говорит, что весь в Юру пошел. — Вы проходите, не стесняйтесь, — раздался голос из глубин квартиры. — Да как-то неудобно. Юра задрал шапку и почесал вспотевший лоб. Хорошо в квартире было, тепло. — У меня в коридоре розетка не работает, — гостеприимный владелец Барсика вернулся к Юре и протянул зарядку. — Блин! Ладно, извиняюсь, — Юра скинул ботинки — постарался компактно запачкать маленький кусочек коврика подтаявшим снегом — и взял зарядку. Ему выдали тапочки — вот это сервис! — и проводили на кухню. Квартира была маленькая, но чистая, Юра таким похвастаться не мог. Он быстренько воткнул зарядку в розетку и принялся ждать, пока многострадальный телефон зарядится хотя бы немного. Адрес бы посмотреть, а потом уже можно домой. Вот получит зарплату — первым делом новый телефон купит. Хотя с этой, вообще-то, он обещал деньги деду на починку старой Волги отдать... Надо же ему как-то на дачу ездить. — Чаю? Наверное, Юра был таким хорошим мальчиком, что в новом году курьерский боженька послал ему идеального клиента. — Не, спасибо! Мне буквально две минуточки и побегу. Разве что Барсика потискать успею, — кот послушно запрыгнул Юра на колени, — давай, пушистая жопа, подставляй морду. Барсик красовался и так, и этак, и едва не упал с коленей — Юра поддержал. Его хозяин наблюдал с мягкой улыбкой, облокотившись на кухонный стол. — Вы мне не мешаете, — сказал он. — Барсика развлекаете. Ходит за мной, а гладить не дает. И чего надо только? — Характер показывает, — со знанием дела ответил Юра. — Они ж такие, засранцы пушистые, мой тоже иногда как начнет... Ходит по квартире, орет. Матом поди. — На что материться: еда есть, горшок чистый. Юра хмыкнул. Сразу видно — первый кот у человека. — Да просто на жизнь! Или вот кличка не нравится. Может, ему хотелось что-нибудь мужественное. Или пафосное. Как тебе Министр Невашекошачьих Дел? — обратился он к коту — тот одобрительно мурлыкнул. Его хозяин улыбнулся. — Я купил наполнитель, который «Барсик» назывался. А потом посмотрел на кота, думаю, ну точно Барсик. — Отстойный же наполнитель! По названию понятно, — Юра ужаснулся. — Лучше другой возьмите. Как же он там… блин, забыл! Красная упаковка, короче, в нашем приложении тоже есть. — А как вашего кота зовут? — Пума Тигр Скорпион, — гордо сказал Юра. У него-то с фантазией все отлично было. — Сокращенно — Пëтя. Увидев удивление на секунду назад невозмутимом лице, Юра не сдержался и прыснул от смеха. — А меня Отабек зовут. Хотелось привычно сострить: мол, в честь какого наполнителя. Но во-первых — клиентоориентированность. Во-вторых — этот Отабек его выручил, да и вообще оказался приятным парнем. — Юра. — Приятно познакомиться, Юра. — Ой, ну на ты уже тогда давай, — Юра ухмыльнулся, — раз я уже сижу на твоей кухне и глажу твоего кота. — И заряжаешь моей зарядкой телефон. Кстати о китайском говне. За приятной беседой и почесыванием кота тот успел зарядиться. Значит, Юре пора бежать — и так уже задержался, там клиенты поди голодные без своих помидоров, или что у них там в пакете. — Спасибо, Отабек! Выручил. — Юра отсоединил телефон, засунул его в карман и почесал на прощание кота. Он, конечно, успел запариться в тепле кухне в верхней одежде, разморило — двигаться ужасно лень. Но ничего, уличный холод быстро его взбодрит. Отабек, как вежливый хозяин, проводил Юру до двери, дал погладить кота и пожелал хорошего пути. *** Отабек быстро стал Юриным любимым клиентом. По магазинам он, видимо, не ходил, потому что виделись они часто. Юра брал дополнительные смены — расписание в универе позволяло, — а Отабек постоянно что-то заказывал, как будто на самом деле у него в квартире жило двадцать постоянно голодных человек. Юра не жаловался. Во-первых, он мог тискать Барсика сколько душе угодно. Во-вторых, Отабек был клевым. Оказывается, даже шутить умел, просто Юра по его каменному лицу не сразу понимал, что тот не всерьез. Удивительно даже, как быстро они нашли общий язык: Юра, при всей своей болтливости, нечасто заводил друзей с первого или даже второго взгляда. А Отабек ему сразу понравился. Даже на глупые шутки Юры не обижался — а ему только волю дай. Поэтому, поднимаясь на знакомый уже четвертый этаж, Юра чувствовал приятное предвкушение и улыбался, глядя в треснувшее зеркало лифта. У двери Отабека он достал пакет с продуктами и позвонил в звонок. Спустя пару мгновений за дверью послышались шорохи и громкое мяуканье. — Юр, это ты? — услышал он голос Отабека. — Хани, айм хоум! — ухмыльнулся Юра. Шутки все больше подступали к грани фола, но Отабек, кажется, не обижался. Юре он был симпатичен не только как друг, и привычнее и легче всего это было прятать за шутливыми подкатами, которые никто не воспринимает всерьез. — У меня тут небольшая проблема, — пробормотал Отабек за дверью. Барсик замяукал еще громче — наверняка был недоволен, что ему не дают увидеться с любимым человеком. Юра нескромно считал себя кошачьим любимчиком — что и говорить, животные отлично разбирались в людях. — Что случилось? — Юра напрягся. — Ты в порядке? Он прижался ухом к двери. Отабек заболел? Надо позвонить деду, чтобы узнать, как оказать первую помощь? — Со мной все в порядке, — успокоил его Отабек. — Проблема с дверью. Юра зачем-то подергал за ручку — дверь предсказуемо не поддалась. — Замок заклинило, не могу открыть, — продолжил Отабек. — Мастера вызвал, должен был уже приехать, но застрял в пробке из-за снегопада. — Мда, дела, — протянул Юра. — Извини. — Да чего извини-то? — Ты оставь пакеты у двери, потом заберу. Барсик продолжал завывать, с каждым мявком звуча все более недовольно. — Котик, а ты чего ругаешься? — Юра нагнулся и поскреб дверь. — Есть хочет. Корм вот заказал как раз. Юра посмотрел на пакет с продуктами и увидел в нем кучу пакетиков кошачьего корма. — Барсик, ты там что, с голоду помираешь? Бек, а ты? — Все нормально, Юра, он не так давно ел. Просто драматизирует. Юра насупился. Нет, ну кота оставлять без еды это ни в какие ворота. И это Отабек назвал небольшой проблемой? — Бек, ты часом не синоптик? — Что? — Что? Барсик мяукнул так жалобно, что у Юры чуть сердце не разорвалось. — А у тебя веревка есть? — спросил он, когда его осенило гениальной идеей. — Какая веревка? — Ну... Длинная! Представь, что муж раньше срока домой вернулся, и тебе надо незаметно свалить. И ты спускаешь веревку с балкона и по ней спускаешься. Вот такая веревка. За дверью повисла тишина — даже Барсик замолчал. Юра уже хотел снова заговорить, но Отабек его опередил. — Честно говоря, такого опыта у меня не было. — Да у меня тоже! — Юра захихикал, представив, как Отабек спускается с балкона в трусах по веревке. Он, конечно, всегда одетым двери открывал, возможно, к крохотному сожалению Юры, но и в одежде выглядел явно подтянутым. — Я в кино видел. В общем, спусти мне веревку, я привяжу пакет, и вы с котом не умрете от голода. — Юр, да мы и так не умрем... — Ищи веревку! Тяжелый вздох Отабека не скрыла даже дверь. Он, наверное, и правда пошел ее искать, поэтому Юра принялся болтать с котом. Барсик охотно отвечал и будто повеселел даже. Через несколько минут в коридоре снова раздались шаги. — Юр, я нашел. — До земли достанет? — Ну... — Ладно, проверим. Я иду под твой балкон. Отабек снова вздохнул. Вычислить нужный балкон было просто — Отабек уже на нем стоял. Когда Юра обошел дом, вниз спускалась веревка, похоже, придется немного подпрыгнуть, чтобы пакет привязать. — Бек! — крикнул он, задрав голову наверх. — Что? — Скинь мячик! Отабек улыбнулся, и Юра захихикал в ответ. Он посмотрел на веревку и увидел, что к ее концу привязана шоколадка. — Это что? — снова крикнул он, задрав голову. — Это «спасибо», Юр. В груди потеплело, как будто и не завывали на улице ветра, и снег не впивался в лицо колючими иглами. Юра отвязал шоколадку и со второго раза все-таки смог закрепить пакет с кормом на веревке. Потом дернул за нее разок. — Принимайте груз! — крикнул он. — Кушайте, не обляпайтесь. — Барсик передает благодарность. Юра дождался, пока Отабек заберет пакет, помахал ему рукой и поспешил разносить остальные заказы. Настроение было отличным — еще бы, кота от голодной смерти спас. *** Когда Отабек открыл ему дверь с ножом и изляпанный в крови, Юра даже не удивился. Он работал курьером не первый день, а потому был готов ко всем странностям. — Труп прятать будем? — спросил Юра. Ответом ему был грохот из глубин квартиры. Глаза Отабека смешно округлились. — Рад тебя видеть, Юра. Заходи, надо Барсика отогнать, — сказал он и умчался на кухню. Юра послушно зашел, постоял немного, потом решил разуться и повесить куртку на крючок. Если Отабек кого-то зарезал, он все равно уже соучастником пойдет, так хоть поможет чем-нибудь. Юра, пока ходил от адреса до адреса, часто слушал тру-крайм подкасты. Если попытается — вспомнит, чем лучше растворить тело. Он прокрался с пакетом на кухню — та и впрямь выглядела похожей на место преступления: в кровавых разводах на столе и кухонной тумбе. Только вместо жертвы надрывался кот. — Юра, спасибо, — Отабек, увидев его, слабо улыбнулся и почесал щеку, оставив на той кровавый след. — Я тут казы готовлю. — Это что? Юра поставил пакет на пол и подошел поближе к столу. Выглядело не слишком аппетитно. — Колбаса из конины, — пояснил Отабек, — родители приезжали — мясо привезли. — Ого! Ты и колбасу делать умеешь? — восхитился Юра. Он в последний раз яйца переварил, хотя, казалось бы, — такое простое блюдо. — В первый раз пробую, если честно. Отец оставил подробный рецепт. Может, ты есть хочешь? Чай? — Мандаринку, — сказал Юра, заметив миску с фруктами. Подошел к раковине, чтобы руки помыть, и пожаловался: — Холод ебучий, пальцев на ногах не чувствую. Теплая вода приятно согрела ладони, и Юра потянулся к мандаринам. Долго ему тут торчать нельзя, но Отабек, слава всем богам, был его последним пунктом на сегодня. А с возвратом рюкзака и формы можно немного задержаться. Отметив в телефоне, что заказ отдан, Юра принялся чистить мандарин. Отабек тщательно вымыл руки, потом протер стол, достал пакетик кошачьего корма и наложил его в миску Барсику, который явно едва держался на лапах от голода — ну, если по завываниям судить. Пока Юра ел мандарин — кисленький, как он любит! — Отабек сбежал из кухни, оставив его один на один с мясом конины. Выглядело солидно, конину Юра еще не ел. Барсик, быстро расправившись с кормом, попытался было запрыгнуть к нему на колени, но почуял запах цитруса, скривился и тоже сбежал. Брошенный на произвол судьбы, Юра разглядывал кухню: сразу угадывалось, какую посуду оставили хозяева квартиры, а какую Отабек купил сам — синие чашки, тарелки и миски заметно выделялись среди цветочного безобразия. Хотя пузатая кружка в горошек Юре нравилась — напоминала о даче. Вернулся Отабек. — Извини, искал долго, — он протянул Юре шерстяные носки. — Это что? — Ну… Ты сказал, ноги замерзли. — А-а… — Юра немного смутился. Он-то просто поныть планировал, иногда хотелось излить душевный мусор. Зимой особенно — у него с проклятыми синоптиками ощущения никогда не совпадали. — Да ты чего, Бек, не надо. Я тут отогреюсь быстро. — Бери, — Отабек протянул ему носки. — Новые, мама привезла. У меня еще есть. Юра снова хотел решительно отказать, но Отабек не оставил и шанса — впихнул ему эти носки в руки. Те были немного колючими, но очень мягкими. Отабек, даже когда делал что-то доброе, выглядел довольно сурово, и это Юру рассмешило. Вишенкой на торте было пятно крови, которое тот так и не смыл с щеки. — У тебя кровь на лице. Ты как маньячина, — Юра хихикнул. — Не, с другой стороны. Выше. Ой, Бека, ну ты че. Он поднялся со стула, потянулся к Отабеку — тот был немного его выше — и большим пальцем аккуратно стер почти засохшее пятно. И только потом понял, как близко они теперь стоят. Отабек смотрел ему в глаза, и от этого внутри все странно переворачивалось, но и отворачиваться совсем не хотелось, хотя к щекам явно подступал румянец. С чего бы такие фокусы организма? Юра же до Отабека едва дотронулся. Легкое прикосновение. Ощущалось как «пиздец ты, Юрочка, влип». — У тебя руки мандаринами пахнут, — тихо сказал Отабек. И Юра очнулся. Убрал руку, отступил, едва не врезался в стоящий позади него стул. — Вкусные, кстати, мандарины, я такие люблю, — он немного нервно улыбнулся. — Почистить тебе? — Бери еще, если хочешь. Я с колбасой пока закончу. Юра не дурак — отказываться не стал. Но сначала напялил носки: те и правда оказались очень теплыми, пальцы, и так уже отогревшиеся в тепле квартиры, мигом забыли, что совсем недавно не хотели гнуться от холода. — Спасибо, Бек, классные носки. — Рад, что подошли. Юра подтянул к себе еще мандарин и, пока чистил один, с любопытством наблюдал, как Отабек промывает кишки для колбасы, удаляет с них слизь и странную грязь. — Ой, — Отабек вдруг опомнился, — тебе не неприятно? Пахнет и выглядит пока не очень. — Да не, — Юра махнул рукой, — меня таким не напугать. Я расслабляюсь под видосы, где кто-нибудь прыщи давит, и гной из них потом на весь экран. Юра только потом понял, что возможно прыщи с готовкой сравнивать — это не лучшая идея. Но Отабек только хмыкнул и продолжил разбираться с кишками. Как и всегда, он не обижался на его шутки, иногда даже находил их смешными. Отабек оказался не только лучшим его клиентом, а и в целом идеальным, у него вообще как будто недостатков не было: в доме чистота, готовит сам, спортом занимается исправно — это Юра уже узнавал, — прогает что-то там, кошек любит. Даже труп на кухне — и тот не человеческий. — Бек, может, у тебя хоть грязные носки под кроватью валяются? — Носки? — тот лишь слегка удивился, уже немного привыкнув к странным Юриным вопросам. — Или, может, ты бабушкам места не уступаешь в транспорте? Или, не знаю… О, или записываешь голосовые на двадцать минут, а там хрень неважная! — Носков под кроватью нет. В транспорте обычно стою. А голосовые редко записываю, писать как-то привычнее, — Отабек даже на вопросы отвечал идеально и по порядку. — Почему ты спрашиваешь? — Да у тебя же вообще недостатков нет, — Юра надулся. — Прям можно опрашивать: насколько ты идеален по шкале от Юры до Отабека. Тот улыбнулся. — Я не заметил у тебя недостатков. — Это потому что ты хороший! Спроси кого угодно из моих друзей — они тебе такой список накатают. Но это как бы моя фишка: я идеален в своей неидеальности. Отабек задумчиво на него посмотрел. — У меня есть недостатки. Я медленно хожу в метро. — Больной ублюдок! — Юра ухмыльнулся. — Все, опустился ты по этой шкале до Юрочки и даже его переплюнул. — И еще что-нибудь наверняка найдется, — продолжал Отабек. — Если бы пообщались подольше, ты бы тоже заметил. — Ой, Бека, да я бы с этой кухни вообще не уходил. Работа, чтоб ее! Барсик недовольно зыркал на него из-за угла, и Юра вздохнул. Кажется, хватит мандаринов на сегодня. Он помыл руки и похлопал по коленям — Барсик сразу же запрыгал, подставляя под руки пушистую морду. — Мы могли бы встретиться вне твоей работы, — нарушил вдруг уютную тишину Отабек. Юра уставился на него с удивлением. Нет, он, конечно же, уже сто раз об этом думал, но не знал, может ли о таком попросить. В конце концов, он доставщик еды из магазина, пускай у их отношения давно уже ушли дальше дежурных приветствий. На работе его предупреждали, что лучше ничего лишнего не говорить, чтобы жалобу потом не написали — за это Юра не переживал, Отабек не такой. Но не был уверен, что им одинаково нравится проводить друг с другом время. — Или приходи ко мне на бутерброды с колбасой. Через неделю-другую уже готова будет. — Приглашение на колбасу? Бека, вот это флирт у тебя! — Юра рассмеялся. — Я не… — тот так забавно смутился, что перестать смеяться было невозможно. — Я правда угостить хотел, если вкусная получится. — Ладно уж, я не против. Таких предложений мне еще никто не делал. Отабек молча продолжил готовку, но кончики его ушей слегка заалели. Юра с сожалением посмотрел на часы — он бы тут вечность провел, дразня Отабека, почесывая кота и подъедая мандаринки, но пора было уходить. На прощание они обменялись номерами. И пока Юра спешил по сугробам, грели его не только новые шерстяные носки, но и предвкушение переписки: теперь даже не обязательно будет на работу выходить, чтобы узнать, как у Отабека дела. *** Когда Юра пришел дегустировать колбасу, он захватил еще и чипсы — сразу сказал, что фильмы смотреть, как они и договорились, только под бутерброды нельзя. Они же не хрустят совсем, вся прелесть киномарафона потеряется. Главное, что во вкусах сошлись: Отабек тоже любил с паприкой. Ну точно идеальный, а пассажиры в метро ничего, могут его медленную походку и потерпеть. Они сидели на диване, смотрели очередной блокбастер про супергероев, и было хорошо, а ощущалось и вовсе охуенно. Колбаса оказалась вкусной, кот лежал на коленях, пока Юра и Отабек уютно уместились под мягким пледом. Фильм, правда, не особенно запомнился и промелькнул за одно мгновение. Зато рука Отабека на его плече во время просмотра или объятия на прощание, или робкий поцелуй перед уходом Юра прокручивал в голове перед сном еще много раз.