Тепло твоих рук

Осень. Ночь. Джисон гуляет по любимому парку Минхо, вспоминив не очень приятные моменты из жизни. Сегодня луна большая и светит довольно ярко. Парень подходит к тому пруду и, садясь на колени, начинает плакать, до боли сжимая грудь. Кроме Хана в парке не было ни души, но это даже к лучшему. — Минхо... — шепчет Джисон, поднимая голову к тёмному небу. — Я так скучаю по тебе... Прости, что не приходил сюда и на кладбище долгое время. Я впервые вернулся к тебе спустя 10 лет. Мне сейчас 28, но у меня нет ни пары, ни семьи. О, кстати, отец передал мне свою компанию. Джисан давно покончил с собой. А ещё меня много раз спасали от самоубийства. И мы с Феликсом празднуем наши дни рождения вместе с Сынмином. Ну типо... 22 сентября. Боже, прости, что рассказываю всё вразброс, просто прошло так много времени и столько всего произошло... О, ещё я с твоими родителями до сих пор нахожусь в хороших отношениях. Чан с Йени мальчика усыновили. Помнишь, мы тоже об этом мечтали 10 лет назад? Знаешь, любовь моя, иногда мне не верится, что тебя больше нет со мной. Мне уже не с кем поделиться теплом своих рук. Кстати об этом. Помнишь, ты в первый раз в мой день рождения говорил, что вместе с подарками лежала открытка, но она куда-то исчезла? Ну так вот, я нашел её у себя за кроватью. Не знаю как она там оказалась, но да ладно. Я сначала долго не мог вспомнить, где видел точно такую же. А потом мне всё же удалось это сделать. Я эти открыточки ношу под чехлом, они маленькие, так что всё нормально. Кольцо не снимаю, цепочку тоже. Лино-хён... Мне так плохо без тебя... Ну почему жизнь так жестока с нами? Ведь всё было хорошо... Хён, а знаешь, как я скучаю по твоему любимому обращению ко мне? Можно...и мне к тебе так обратиться сейчас? Мальчик мой... вернись ко мне, прошу... Хан изменился. Избавился от привычки грызть ногти и перекрасился в брюнета. Немного подрос, появились мускулы. Щёки остались такими же большими, да и личико, в принципе, до сих пор выглядит как у ребёнка, но с некоторыми изменениями, конечно же. Другого он не смог полюбить, даже не пытался. Потому что его сердце до сих пор принадлежит Ли Минхо. Ещё он ненавидит число 14. Но тут и так понятно, так что объяснять, думаю, не стоит. — Лино-хён, я приду утром на кладбище, хорошо? — до сих пор Хан сидит, смотря на небо. Но неожиданно парень слышит сзади себя чужой плачь. Это немного напугало его. Джисон встаёт, вытерев слёзы, и медленно подходит к деревьям. — Кто здесь? — Хан осматривает всё вокруг, но ничего и никого не находит. — Кто здесь? — повторяет он и перед глазами, на другом конце парка, появляется чья-то фигура, похожая на Минхо, но тут же исчезает. Хан трясёт головой. — Боже, галлюцинации что ли... Ему так хочется, чтобы той фигурой оказался Минхо. Что он на самом деле не умер. Хочется верить, что происходящее – сон. — Хён, я пойду уже, ладно? А то тётушка Диён заждалась, наверное. Мальчик мой, обещаю, я хорошо буду заботиться о твоей семье. Я люблю их также сильно, как ты. Но сильнее всех я люблю тебя... — говорит Хан, опуская голову, и уходит. Сзади деревьев появится та же фигура. Она снова плачет. — Прости, что заставляю чувствовать боль... Я тоже люблю тебя, мальчик мой...— говорит фигура, смотря на уходящий силуэт парня.

---

The end.