Слепота раскаяния

Казалось, воздух в палате был пропитан медикаментами и горечью. Было около трех часов дня. Или ночи. А может это вообще было утро, тяжело судить, находясь в кромешной темноте, скованным своей неспособностью что-либо увидеть. Как бы ему хотелось снять повязку со своих глаз и взглянуть на окружающий мир, жаль, что повязки не существовало.  Драко ослеп пару лет назад. Скажи ему в Хогвартсе, что в будущем вместо престижной работы в Министерстве магии, он будет гнить на кровати не в состоянии самостоятельно выйти в коридор, он бы рассмеялся этому человеку в лицо.  Как же давно он не смеялся. Малфой хмурится, пытаясь вспомнить последний раз, но все его мысли возвращаются лишь к одному. К ней.  Он пытается воспроизвести её образ, каштановые волосы с золотым отливом, мягкую кожу, её глаза, которые смотрят на него с разочарованием… Нет. Драко пытается отбросить воспоминания, пытается извлечь из своего изнеможенного тела крохи магии, чтобы воспользоваться окклюменцией. Когда он стал таким слабым?  Она бы сейчас взяла его за руку и прошептала на ухо, что он самый сильный человек, которого она встречала. Она бы обняла его и наполнила жизнью. Драко прошептал бы, как скучал, а она ответила, что он во всём виноват… Хватит.  Наконец ему удается отстраниться от этих мыслей и расслабить нахмуренные брови. Только сейчас он ощущается дорожку слез, стекающую по его бледному лицу. Омерзительно.  Это место сведет с ума даже здоровых. Неудивительно, что здесь столько людей. Оперевшись на кровать он садится и слышит стук в дверь. Драко напрягается, ощущение словно стучат по его голове. А может это его сердце, и он слышит его удары? Хотя какое сердце, он давно убедился, что она забрала его с собой, когда ушла. Стук продолжается.  Вздохнув, Малфой наконец отвечает: — Заходите. — Это его голос? Возможно, будь здесь кто-то, с кем можно поговорить он бы не удивлялся собственному голосу.  — Я могу войти? — Слух напрягается. Этот голос до боли ему знаком. Будь у него под рукой омут памяти, он бы запечатлел это воспоминание, чтобы переслушивать её голос в моменты слабости. Всегда, если быть точнее.  — Да. — Из всех возможных вещей, он находит силы лишь на короткий ответ. Сердце замирает, когда он слышит скрип открывающейся двери.  Он слышит тихие шаги, неуверенные, будто девушка пытается не спугнуть Драко. Ему хочется накричать на неё, взять за плечи и посмотрев в лицо, спросить почему она крадется. Почему она так легко ушла, не заботясь о том, какие раны ему оставила, но боится просто зайти в его комнату.  Драко вздрагивает, услышав отдаленный  крик. Но он резко прекращается. Такое часто случалось. Малфой до сих пор гадает, как они так быстро их затыкают.  Он ощущает её присутствие. Кажется будто все замерло и остались только её тихие шаги. Наконец он ощущает её запах, когда она подошла достаточно близко. Только бы у него был омут памяти.  — Я… — она запинается. Она всегда запиналась, когда нервничала. Драко знал её наизусть. Он бы мог написать книгу на тысячу страниц о ней, будь у него пергамент. И зрение. — Я знаю, я давно тебя не навещала, но… — Ну вот опять. Он не хочет слушать оправдания, он просто хочет зарыться носом в ее кудри и вдыхать её аромат, пока не покинет этот свет. — Но думаю время пришло. Нам нужно поговорить.  — Я не хочу. Взгляни на меня, мой ангел. Посмотри, что ты со мной сделала, увидь же всю боль, все трещины и шрамы, которые ты оставила на мне.  Но конечно, он этого не сказал. Все что Драко может из себя выжить это два слова: — О чем?  — О том, что произошло. — Отвечает она.  Малфой вздрагивает. Будь у него сейчас палочка, он бы наслал на неё Силенцио. Но он просто устало вздыхает.  — Почему? — Говорит он, стараясь звучать отстраненно. Интересно, она всё ещё в состоянии определить, что он чувствует по его голосу?  — Что? — Драко слышит недоумение, и толику страха. Она его боится?  — Почему ты меня бросила? — Хочется кричать. Как тяжело ему дались эти слова.  — Драко… — Снова. Она снова запинается. Именно она должна знать ответ на этот вопрос. Малфой провел два года, в попытках найти ответ, который был только у неё. Но она замолкает.  — Гермиона, ответь мне и не приходи больше. — Вот оно. Её имя. Как долго он не ощущал его на своих губах. В своих мыслях. Он провел столько времени в попытках забыть её имя, он так долго старался не произносить его даже в своей голове, чтобы сломаться за двухминутный разговор с ней.  — Я не бросала тебя. — Отвечает она, и Драко кажется, словно она решила прийти сюда, только ради того, чтобы помочь ему вырыть могилу.  — Это из-за моего зрения? Я не мог ничего сделать, ты же знаешь. Я был готов дать тебе всё, кроме этого. Неужели во мне так мало хорошего, чтобы бросить меня только из-за слепоты? — Слова вылетают из его рта. Он не помнит, когда в последний раз столько говорил.  — Это была твоя вина. — Отвечает она так тихо, будто он может сломаться под гнетом ее слов. Страшно осознавать, что он правда может.  — Что? — Два года. Столько времени он пытался пытался искоренить мысль о том, что это может быть его вина, ведь это именно она ушла.  — Ты сделал это со мной. — Малфой не понимает о чем она. Он не может её видеть, не может понять, что сделал. Он ничего не ненавидит так сильно, как слепоту, разве что самого себя. — Прикоснись ко мне. — Добавляет Гермиона.  Его руки трясутся. Он не может вспомнить, когда его хватка была твердой. Возможно, когда она была рядом, целуя Драко, а он хватался за неё, как за последний глоток воздуха.  Малфой медленно протягивает руку, касаясь чего-то холодного. Он давно ни к кому не прикасался, но точно знает, что человеческая кожа теплее. Касаясь кончиками пальцев, он проводит ими выше, вдоль её руки, ощущая словно прикасается к кусочку льда.  — Почему ты такая холодная? — Вырывается у него.  Гермиона перехватывает его руку, и прислоняет к грудной клетке.  Нет.  Нет.  Он пытается отстранить руку, но Гермиона не отпускает его. Малфой ощущает, как горячие слезы скапливаются в его глазах.  — Ты сделал это со мной. — Она повторяет это лишь второй раз, но ему кажется, что эти слова звучат без перебоя. Они такие громкие, что он хочет закрыть уши руками.  — Поэтому ты лишился зрения.  Нет.  Нет.  Он был прав. Она пришла вырыть ему могилу.  — Это было твоим наказанием. Они решили этого будет достаточно. — Ее родной голос отдается в его ушах.  Драко задыхается. Он готов попросить её провести его к гробу, который она подготовила. — Тебя поместили сюда поэтому.  Он не хочет вспоминать. Лишь бы это закончилось.  — Перестань врать себе. Произнеси это вслух. — Драко любил её голос. Даже сейчас.  Она права. Как ему хочется погрузиться снова в свой мир. Но она права. Пора это прекратить.  Он готов лечь в подготовленную ею могилу.  Он проводит пальцем по зияющей дыре в её груди. Это было точное заклинание. Прямо в сердце, чтобы человек умер сразу. Тот кто нанес это заклинание, был зол, иначе дыра не была бы такой большой.  Она все ещё не отпускает его руку, чтобы он почувствовал, что он сделал.  — Ты не ушла. — Хриплый голос разрушает тишину. — Ты умерла.  Драко уже близок к могиле, пару шагов и он окажется под землей. Интересно, что после смерти.  — Я убил тебя.  Драко ложится в могилу рядом с ней.