полюбить лето

Новый день встречает Зеницу духотой. Это уже не просто жара – это настоящий ад, потому что пот течет ручьем и дышать едва возможно. Несмотря на это, блондин продолжает упрямо сидеть на крыльце, чтобы быть на связи. Дед заходит на крыльцо и стирает пот со лба тыльной стороной ладони. — духота страшная, — озвучивает старик совершенно очевидный факт, — дождь будет, — продолжает он, — я решил устроить себе выходной сегодня. — мм, и что же будешь делать? — спрашивает младший, не отрываясь от переписки в телефоне. — отдыхать от огорода. Один хер – дождь все польет. — м.. — блондин кусает нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку, однако ничего скрыть не получается – на это было слишком глупо рассчитывать. — гулять вечером пойдешь – оденься потеплее… — кряхтит старший и плетется к двери в дом, — а то заболеешь, как я матери тебя показывать буду?.. Ворчание стихает, дверь в дом мягко закрывается. Взгляд старика цепляется за цветок в стакане. Хочется спросить внука об этом, но зачем спрашивать, если ответы у него и так есть? Откуда цветок – понятное дело, что подарили. А если быть точнее, то сорвали где-то. Седовласый точно уверен, что где-то видел эти цветы, но где же?.. Кто подарил – тоже понятно. Никто иной, как кто-то из новых друзей-парней Зеницу. Этот факт немного огорчает старшего, потому что как минимум он за традиционные ценности. Но разве важно за какие он там ценности, если его внук улыбается? Зеницу его единственный внук, оттого и самый любимый. Кажется, старший Агацума готов простить ему что угодно – на столько любит его. А ещё старик очень переживает за младшего, потому что Зеницу мало ест. Слишком мало для организма, который должен расти. Неизвестно, что творится в его светлой голове, но седовласому это совсем не нравится. Однако сделать с этим хоть что-то он не в силах – не в его принципах давить на кого-то и принуждать к чему-то, поэтому он просто внимательно наблюдает за младшим и каждый раз тяжело вздыхает.  Зеницу редко общается с ним – это удручает. Блондин никогда не заводит диалог первым, никогда ничем не делится, да и по рассказам матери младшего – дочери старика – в деревню на лето Зеницу не то чтобы горит желаем ездить. Возможно, старший Агацума мог бы сильно обидеться на внука, но любит его слишком сильно. Поэтому, в сравнении со всем остальным, ориентация младшего волнует старика меньше, чем другие сомнительные аспекты его поведения. — поесть, что ли, приготовить… — бормочет старик себе под нос и лезет в банку с овсяными хлопьями, чтобы понять хватит ли этого на порцию каши для внука. По его личным наблюдениям, Зеницу любит кашу и ест в основном только её. По крайней мере это лучше, чем ничего. Сам дед не любитель подобных блюд и в повседневной жизни готовит кашу дай бог раз в неделю, чтобы организм не возмущался. Он достает банку с молоком из холодильника, заливает её в кастрюлю и включает плиту, после чего шаркает в комнату с телевизором.

***

Зеницу заходит в дом с весьма задумчивой моськой. Иноске написал, что зайдет за ним через час и теперь самое сложное – выбрать одежду. Сложное, потому что с одной стороны – очень душно и жарко, но с другой – будет дождь (прогнозу погоды от деда он верит больше, чем прогнозу погоды в своем телефоне), и, скорее всего, будет прохладно. Спустя десять минут размышлений и перебирания одежды, блондин принимает решение одеться легко и взять кофту. Заманчивый запах свежей каши заставляет живот урчать, но Зеницу быстро себя одергивает от мыслей о еде одной единственной: «в последнее время слишком много ем». Время в ожидании тянется медленно, словно кто-то поставил жизнь на самую низкую скорость и просто издевается. Тем не менее час, когда Иноске обещал прийти, наступает, и Зеницу нервно вертится перед зеркалом, покусывая от нервов нижнюю губу и придирчиво осматривая свой внешний вид. — а поесть? Каков красавец, нахорашивается, будто на свидание идет, — издевается старик, — а поесть этот красавец не планирует? — не, деда, не хочу, — бормочет блондин и поправляет прядку волос. Дверь в дом открывается и Зеницу немного дергается от неожиданности. Что за новости? Кто там? В дом заходит Иноске и широко улыбается. — здрасьте, — кивает он старику. А последний в свою очередь приглядывается к парнишке и немного щурится. Он, разумеется, и раньше видел Хашибиру и знаком с его семьей, но теперь смотрит более серьезно, потому что по всей видимости брюнет – тот, кто ухаживает за его внуком. — здравствуй, — кряхтит он и переводит взгляд на Зеницу. — привет, — бормочет блондин и губы сами по себе растягиваются в улыбке, — всё, деда, мы пошли, — он надевает кроссовки и мягко толкает парня в плечо. — аккуратнее там, — звучит задумчиво от старика и он шаркает в комнату с телевизором. Как только парни выходят из дома, младший Агацума порывисто обнимает брюнета, но почти сразу же неловко отстраняется. Хашибиру, кажется, такое не устраивает, поэтому он тянет младшего снова на себя. — как дела? — басит он на ухо и улыбается. — нормально. Какие планы? — кончики ушей очаровательно краснеют и он снова отстраняется, но теперь уже чтобы выйти на улицу. — предлагаю ко мне в гости сходить, — Иноске улыбается, — как раз прогуляемся и покажу тебе кроликов. И по мелочи корову. — по мелочи? Будто у каждого второго тут корова… — ворчит Зеницу, но понимает, что тут действительно у каждого второго есть корова. А у некоторых еще и лошади. — ну так что? Идем? — спрашивает старший и тянется своей рукой к чужой, чтобы сцепить пальцы. По телу Зеницу бежит разряд тока и табун мурашек, он сглатывает и нелепо пялится на сплетенные пальцы. — да, можно. А твои родители не против будут? — они до завтрашнего дня дома не будут, так что даже не узнают. — а ребята? Их не позовем? — я думаю им будет хорошо и без нас сегодня, — он хмыкает, а Зеницу не готов смириться с этим. Как это – будет хорошо и без них? Он хмурится и уже открывает рот, чтобы высказать недовольство такой опрометчивой фразой, однако его прерывают: — я не в том смысле. Я имел ввиду, что они бы отпустили нас провести время вместе. Мы же не должны каждый вечер все вместе тусить, они самостоятельные люди, думаю смирятся как-нибудь, что двое влюбленных друг в друга людей хотят провести время вместе. Зеницу ошарашено поднимает брови и краснеет. Говорить вслух то, что даже в мыслях стыдно признать – это как вообще он смог? — эй! Потише, вдруг услышат! — кто? Вон та коза? — брюнет нагло улыбается, явно довольный тем, как сильно смутил парня, и кивает в сторону одинокой козы, которая лениво жует траву. — поверь, ей глубоко плевать, я уверен. Агацума не находится с ответом. Возмущенно открывает и закрывает рот, но по итогу так ничего и не говорит. — дождь будет, — комментирует как ни в чем не бывало Иноске. — да, дедушка уже предупредил. Поэтому я кофту взял, — отвечает блондин и поднимает руку, на которой висит черная кофта. — а если он будет идти весь вечер и всю ночь? Останешься у меня на ночь? — хитрая улыбка снова расползается по чужому лицу. — думаю, тогда у меня не будет выбора.. — бормочет младший и поднимает взгляд на лицо собеседника, — эй, ты намекаешь на что-то, да? — Зеницу, ну харе, — он резко останавливается и притягивает к себе парня, после чего мягко накрывает чужие губы своими, — чего ты ведешь себя как ледяная королева? Я тебя обидел чем-то что ли? А у Зеницу мысли не на месте из-за столь внезапного поцелуя. Он глупо моргает и пялится на Иноске, краснея ещё сильнее. — ну? Если обиделся – так и скажи, че ты как девка, в самом деле. — да не обижался я! — он отстраняется от парня и боязливо оглядывается, чтобы убедиться, что никто не видел их, — и вообще, так хватать людей неправильно. — я ж тебя не за зад схватил, так что не возмущайся, — пожал плечами старший и они двинулись дальше. На самом деле Хашибира действительно не понимает, что происходит. Для него такое поведение как минимум оскорбительно, потому что ещё вчера вечером всё было хорошо, а сегодня… В голову брюнета лезут неутешительные мысли, что ненароком он задел Зеницу, и теперь на него обижены, пусть своей прямой вины он ни в чем и не видит. Однако догадываться Иноске тоже не хочет, поэтому принимает решение, что как только они дойдут до дома, он устроит младшему допрос. Потому что Иноске хоть и кажется ветряным, а иногда даже грубым – таковым он не является и не может оставить просто так, если кто-то на него обиделся. Особенно, если этот кто-то – человек, который ему нравится. Зеницу же в то время шел рядом и снова загонялся: «а вдруг его обидит такое поведение? А вдруг теперь он скажет, что не хочет терпеть этот балаган и прекратит общение? Но я же ему нравлюсь? Так а какая разница, если я веду себя, как истеричка? Вот зачем нужно было так резко? Зеницу, придурок!» Дошли до дома Хашибиры они в молчании, занятые каждый своими мыслями, а как только подошли к дому начал накрапывать дождик. — как вовремя.. — проворчал Иноске и открыл дверь в дом, пропуская сначала гостя, — чай будешь? — давай, — блондин быстро кивнул и осмотрелся. Дом старшего красивый. Снаружи клумбы с разными цветами, небольшой палисадник, где созревает капуста и пара кустов помидоров – их Зеницу давно запомнил, так как у деда в огороде этих помидоров растет не меньше 20 кустов. Окна выходят и на палисадник, и на двор, где Агацума заприметил будку – наверное, у Иноске есть собака. Сам же дом обставлен по-простому, но больше всего в глаза бросается печка, по всей видимости не рабочая, потому что на ней валяется всякая всячина, начиная от газет и заканчивая парой женских маек. «У них это семейное в белых майках-безрукавках гонять?» — невольно задается вопросом Зеницу и продолжает оглядываться. На обеденном столе лежат бананы и зеленые помидоры, а в шкафчике рядом стоит фотография, где запечатлены члены этой семьи. — мне тут девять, — бросил Иноске, заметивший чужой интерес к фотографии. — ты так похож на маму, — удивленно отметил блондин и перевел взгляд на парня. Тот в свою очередь суетился с чайником. Чайник у них старенький, который начинает свистеть, когда закипает. Честно сказать, Агацума не фанат всего старого, но почему-то весь этот старенький и простой дом кажется слишком уместным, как и Иноске в нем. Не в плохом смысле, конечно же. — могу предположить к чаю печенье или бутерброды с колбасой, — вновь отвлек хозяин дома от мыслей. — я не… — я знаю, сладкое не ешь, колбасу тоже. Ну хоть ради приличия сказал бы, что подумаешь, а то отнекиваться сразу… — вздыхает он и ставит чайник на газовую плиту, — пока греется, пойдем покажу кроликов, — предлагает Хашибира. — но там дождь, — замечает гость. — не страшно, они на крыльце живут. Ну, то есть маленькие на крыльце, а большие в сарае. — ну хорошо. Духота не прошла до конца даже когда пошел дождь, но стало заметно свежее, из-за чего прохладный влажный воздух с запахом летнего ливня ударил в лицо. А потом взгляд зацепился за две клетки, где сидели четверо разноцветных кроликов. На лице Зеницу расползлась умилительная улыбка, взгляд забегал от серенького к черненькому, от черненького к коричневому, от коричневого к пятнистому кроликам. — ну как? Хочешь подержать? — Иноске тоже улыбнулся, потому что такая реакция не могла не радовать. — спрашиваешь. — ты прям весь засветился от счастья, — хмыкнул старший и открыл одну из клеток, после чего достал серенького кролика и протянул Зеницу. — какая прелесть, — голос его едва не пищит, когда он садится в кресло и кладет маленького животного на коленки. Кролику же видимо либо пофигу, что тут происходит, либо он уже привык к чему-то подобному, потому что он просто тихонечко сидит, изредка мотая головой в стороны. Тонкие пальцы блондина зарываются в теплую шерстку животинки, выныривают и нежно оглаживают ушки. — милый, правда? — очень. — прям как ты. — что? — Агацума поднимает взгляд на старшего, чтобы понять, не послышалось ли ему, и чувствует, как кровь приливает к щекам в жгучем смущении. В целом, больше для уточнения не остается ни желания, ни причин, потому что вместо словесного подтверждения услышанного, Зеницу получает мягкий поцелуй. Чужие губы теплые и младший всё никак не может к этому привыкнуть, из-за чего в первые пару секунд теряется. Однако Иноске не собирается так просто отступать, не отстраняется и настойчиво кладет ладонь на чужую щеку. Зеницу сдаётся, плюет на смущение и отвечает на поцелуй с той же мягкой настойчивостью, с какой это делает старший. Спустя пару минут, сполна насладившись поцелуем, Хашибира отстраняется. Взгляд падает на красные, немного распухшие и влажные от поцелуя губы младшего и его снова тянет на поцелуй. Тем более, пока гость не против, нельзя терять времени – а вдруг через пару секунд он снова засмущается и передумает? Передумать ему не дают. Точнее сказать, вообще подумать не дают и после первого поцелуя почти сразу же затягивают во второй. Вторая ладонь опасливо укладывается на бедро Зеницу, но последний тут же прерывает эти намерения, положив свою руку поверх руки старшего. Иноске не возражает. Ему вообще не то чтобы прям сильно хотелось облапать парня, просто найти опору. Хотя, если бы это зашло чуть дальше обычного поцелуя, он бы тоже не стал возражать. — чайник, — прерывисто шепчет Агацума в чужие губы. — что? — взгляд у старшего чуть помутневший, а голова явно туго соображает, однако он отстраняется и непонимающе моргает. — чайник закипел, — повторяет свою мысль блондин и облизывает и без того влажные губы. — а… а где кроля? — он выпрямляется и оглядывается, потихоньку приходя в себя. Кролик, оказывается, сбежал. В какой момент – неизвестно даже Зеницу, на котором животное, непосредственно, сидело. Теперь серенький пушистый комочек любопытно обнюхивал что-то на полу. Свист чайника тем временем становится всё громче и теперь у Иноске просто нет варианта игнорировать его. — пойду сниму чайник, а ты посади кролика обратно, хорошо? — даёт инструкции хозяин дома и уходит в дом, оставляя младшего наедине с кроликом.

***

Оказывается, у Хашибиры есть дар предвидения. Иначе блондин просто не может оправдать то, что сейчас уже третий час льет дождь и останавливаться, по всей видимости, не желает в ближайшее время. Не то чтобы Зеницу планировал так задерживаться в гостях. Как минимум, потому что не хотел стеснять Хашибиру. Да и вообще, вдруг его родители раньше вернутся? Но хозяину дома по всей видимости абсолютно по боку, кто там может их застать и только рад, что Агацума остался подольше. Наливая уже пятую кружку чая, Иноске выдвигает предложение, как развеять скуку: — может, фильм глянем какой-нибудь? — мм… какой? — какой хочешь? — даже не знаю, — блондин принимает кружку чая из чужих рук и щурится в задумчивости, — какие жанры тебе нравятся? — порно, — нагло хмыкает старший, а глаза гостя раскрываются в удивлении и некотором недоумении, — шучу. Комедии, триллеры, может фэнтези некоторые, — он опирается о кухонную тумбу бедрами и делает глоток чая. — я слышал про фильм «Паразиты». Это вроде триллер, комедия. — тогда решено. Давай покушать что-нибудь возьмем, фильмы без еды неинтересные. Зеницу закатывает глаза, но всё же нерешительно кивает. Ловит себя на мысли, что ему интересно, что готовит мама Иноске и чем он тут в принципе обычно питается. «Это странно» — завершает он свою мысль, — «хотя, наверное, это нормально, интересоваться, что ест человек, который нравится». В холодильнике Хашибира находит большую миску с оливье. — мама перед уходом приготовила. Любишь оливье? Это ж салат, думаю тебе понравится, — он ставит миску на тумбу и достает две миски поменьше. — только не с майонезом. — да ты что? Салат без майонеза? — Иноске хмурится, но в миску Зеницу послушно не добавляет майонез, — через час надо будет покормить и подоить корову. — там же дождь, какие коровы? — не сахарные, не растаем, а покормить и подоить надо. Неважно, дождь или снег, надо же ухаживать за животинкой. Пошли. — куда? — в комнату. Или ты хочешь смотреть фильм, сидя на неудобном стуле? — брюнет берет в руки две миски, кладет в каждую по вилке и кивает на дверь в комнату, куда они ещё не заходили. Зеницу неуверенно встает со стула и идет следом за хозяином дома. Тот толкает дверь бедром, и заходит в комнату. Шагает к кровати, садится и ставит миски с едой на тумбу у кровати, после чего приглашающе хлопает рядом, будто зовёт кота. Блондин садится рядом, и Иноске притягивает к себе ноутбук. Спустя пару минут некоторых приготовлений, фильм начинается.