PASSION

      Дверь резко открылась и тут же с грохотом закрылась. Некто небрежно и сильно толкнул ее ногой. Двое вошли в номер.       После игры Су Бон стал частым гостем в мотеле, где работает Нам Гю. Один такой поход обернулся для Таноса куда более приятно, чем ночь с горячими азиатками. В тот вечер Нам Гю впервые подогнал ему котиков. Наркота       Вот, что связало этих двух. У Нам Гю были свои птички, и их услугами он активно пользовался. Не для себя — Су Бону. Тот не раз приглашал составить компанию за припудриванием носика, но Нам Гю отказывался. В завязке, как никак. По крайней мере, какое-то время он старался, пока...       «Черт... Блять, пошло все в пизду, в ебеня! В конце концов, каждый от чего-то зависим». СТРАСТЬ. PASSION.       Ее безудержное пламя охватывает всё и вся, заставляя нещадно пылать. В безумии начинают вертеться мысли, тело наливается жаром, а весь мир замедляется. Диско инфернум. Это пламя, оно... Оно... Извращающее Непрошающее Удушающее Вдохновляющее       Пылая первобытным безумием, пожар страсти оставляет после себя тлеющие ожоги, обугленные кости, выжженные чувства...и горячие, адски горячие воспоминания. Сплетение тел. Совращающие позы. Искушающие прикосновения. Горячее, сбившееся дыхание. Растрепанные волосы. Запах похоти. Алые следы разгорячившихся рук, укусы и царапины.       Ты спускаешься все ниже, и ниже, и ниже, ведомый животным желанием...

* * *

I want to hold you close Skin pressed against me tight~ Музыка гремела из телефона Су Бона, заполняя затхлую тишину коридора. Lie still, and close your eyes girl So lovely, it feels so right~ Дверь резко открылась и тут же с грохотом закрылась. Некто небрежно и сильно толкнул ее ногой. Двое вошли в номер. Нам Гю и Танос. I want to hold you close Soft breasts, beating heart~ Бордовые шторы заслонили путь вечернему солнцу. Комнату освещала лишь тусклая бра над двуспальной кроватью. As I whisper in your ear I want to fucking tear you apart~ «NOW OR NEVER, DUDE»       По комнате стала разлетаться верхняя одежда парней. Су Бон на коленях сидел на кровати. Его оголенный рельефный торс сводил с ума. Тусклый свет бра подчеркивал выточенные мышцы спины и пресса. Руки сами тянулись, им не нужна была команда.       Легким касанием Нам Гю начал описывать причудливые узоры на теле Су Бона, наслаждаясь его мышцами. В его руках чувствовалась дрожь. А в глазах жило восхищение... И что-то еще.       Рука Таноса с силой сдавила щеки Нам Гю и приподняла его голову. Пускай смотрит в лицо. Су Бона забавляло повиновение друга. Приблизившись к его лицу вплотную, он заглянул в глаза, а затем примкнул к его губам. Страстно. Вцепившись в них, словно вампир в шею девственницы. Нам Гю извернулся и поспешил в ответное наступление. Шея Таноса запылала обжигающими поцелуями, таз подался вперед под силой рук Нам Гю. «Oh, да, блять!»       После толчка в мускулистую грудь Танос оказался лежа на спине. Привстав на локти, он наблюдал, как Нам гю небрежно делает дорожку от груди и до паха. Их взгляды на секунду пересеклись, после чего, хитро улыбнувшись, Нам Гю по самое не хочу прошелся по белой тропинке. Дрожь по всему телу. Нечто дикое заиграло в его глазах. Вот она. Страсть.       С силой, даже не пытаясь расстегнуть ремень, Нам Гю начал стягивать джинсы Су Бона. «Идиот, ремень!» Он не слышал. Ничего. Не слышал.       Яростные попытки стянуть джинсы не давали успехов. На коже появлялись новые и новые ссадины. «ЭЙ, СУКИН ТЫ СЫН, ХАРЕ!» На секунду Нам Гю остановился, и иступленный взгляд упал на Таноса. «Ч-ч-что? Ремень, да? Ах да, блять, хаха, ремень! Блять, РЕМЕНЬ, ХАХАХА! РЕМЕНЬ. Не в ремне дело, сученок»       Резкие движения головой вокруг. Попытки что-то найти. Пакетик на простыне. Нам Гю поспешно разорвал его, высыпав содержимое на руку. Глядя в глаза Су Бону, он начал медленно наползать на него, протягивая руку к лицу. «Чего ты ждешь?» — теплый шепот закрадывался в голову Таноса. Пара секунд — и его белый нос весело подергивался. Бррррр. «Ты...ты чувствуешь то же, что и я, Су Бон?» Точка невозврата. Безудержная страсть захватила разум обоих. Руки пошли в пляс, пытаясь в одно мгновение облапать ВСЕ. Пара сплелась воедино, наслаждаясь безудержными поцелуями. От очередного переката задетая бутылка пива со звоном упала с тумбочки. Содержимое стремительно растеклось по черному паркету.       Нет, никто этого даже не заметил. Существовали лишь ОНИ. Жаркие губы Нам Гю спускались все ниже и ниже, от шеи, по животу и до паха. Теперь с трепетом, злосчастный ремень был расстегнут, и джинсы покорно спустились. Следом в дальний угол полетели брюки и исподнее Нам Гю. Оседлав Таноса, он медленно, растягивая удовольствие, приблизился к его губам. В еще одном поцелуе, долгом и контрастно нежном, сплелись губы парней. Секунда — и он внутри. И вновь бешенство.       Быстрые, жгучие, острые поцелуи замелькали по лицу и шее Таноса. Ритмичные движения. Шлепки. Запах пота. Вьющиеся, словно змеи, руки. То тихие стоны, то громкие выкрики озаряли комнату. От забавных английских фразочек Су Бона Нам Гю слегка замедлялся. Легкая улыбка, невинная и искренняя, расплывалась на его раскрасневшемся лице. Но еще миг — и буря вспыхивала ещё с большей силой.       Движения становились быстрее, резче. По нарастающей учащались пульс, вздохи и стоны. «Fuck, давай же, блять! Я уже не могу!»       О да, Танос был на пределе. Но он не хотел кончить первым, и Нам Гю это уловил. Он и сам держался из последних сил, ощущая нарастающее приятное чувства в паху, волнами расплывающееся по всему телу, заставляющее глаза закатываться, а сердце биться в ритме испанского танго.       Рука Су Бона протянулась к члену Нам Гю. В этот момент тот понял, что все-таки не выиграет Таноса. Его резкие движения катализатором ускорили нарастающее удовольствие. Оба уже не могли сдержаться, и по комнате похотливо пронеслись громкие стоны. Тишина? Вот и нет.       Неистово стучали сердца, дыхание не могло восстановиться. Парни взглянули друг на друга. Внезапный прилив усталости сразил Нам Гю, и тот свалился на лежащего под ним Таноса.       Два голых обдолбанных тела в обнимку валялись на кровати. Снов не было, оба без сил провалились в настоящее небытие. В этот вечер они оба побывали во сне наяву. В обьятиях страсти.