Влетел в тебя по уши

Ночь выдалась тихая. Лунный свет пробивался сквозь занавески, отбрасывая мягкие тени на стены. В комнате было душно, но открывать окно Нил не стал — ветер гнал по улицам сухие листья, и шум раздражал его больше, чем привычная тишина. Он лежал на спине, сложив руки на груди, и пялился в потолок, будто там мог найти ответ на все вопросы, что крутились у него в голове. На кровати рядом уютно свернулась Король, чуть шевельнула ухом, почувствовав движение, но даже не открыла глаза. Нил медленно провёл рукой по её шерсти, приподнявшись парень сел на край кровати продолжая почесывать кошку за ухом. Он бросил взгляд на животное, которое сладко спало, свернувшись клубком у него под боком. — Ну конечно, тебе-то хорошо, — тихо пробормотал Нил, лениво проводя пальцем по мягкому пушистому животу. — Ни забот, ни тревог, только ешь и спишь целыми днями. Он чуть щекотнул мохнатую лапу, наблюдая, как уши кошки едва заметно дёрнулись. — Надо бы тебя на диету посадить, что скажешь? — усмехнулся он. — А то скоро будешь шарик напоминать. Она не удостоила его даже взгляда, только глубже уткнулась мордой в лапы. — А мне вот повезло меньше, — вздохнул Нил. — Может, махнёмся жизнями, а? Не хочешь? Пф, ну и ладно. — с наигранной обидой ворчит Джостен — Тебе повезло, что я тебя люблю. Парень тяжело вздохнул, поднимаясь с кровати, и направился к шкафу, лениво потягиваясь по дороге. Проходя мимо окна, он машинально скользнул взглядом по улице. Вдалеке где-то мелькнули огни проезжающей машины, но вокруг всё оставалось спокойным, как будто весь мир затаился в ожидании чего-то незначительного, но неизбежного. Нил секунду постоял, прижимаясь лбом к прохладному стеклу, а потом фыркнул — ну и дурак. Чего уставился? Всё то же самое, что и вчера, и позавчера. Он развернулся и принялся копаться в шкафу, выуживая свою худи, которая выглядела довольно чистой. Натянув кеды и схватив сумку с наушниками, Нил выскользнул на улицу, держа подмышкой скейт. Город ночью был совсем другим. Лампы отбрасывали длинные тени, воздух пах влажным асфальтом и чем-то терпким, знакомым. Машин почти не было, улицы казались шире и просторнее. Он ехал неторопливо, позволяя ветру продувать мысли, катясь по пустым дорогам без конкретной цели. На одном из перекрёстков он притормозил. Где-то впереди, на трибунах у стадиона, сидел кто-то одинокий. Фигура была почти неподвижна, только лёгкий ветерок шевелил светлые волосы. Эндрю. Нил даже не сразу осознал, что уже сворачивает в его сторону. Подкатив ближе, он остановился и поставил скейт на ребро, наблюдая. Блондин сидел, ссутулившись, взгляд устремлён куда-то в сторону тёмных домов. Никакого телефона, никакой книги, ничего — просто сидел. — Че тоже не спиться?...Боже ты выглядишь так, будто прямо сейчас напишешь депрессивный пост в инсту — тихо заметил рыжий Нил присел рядом, поглядывая на блондина. Он поймал себя на том, что просто пялится на Эндрю — на его лицо, торчащие в разные стороны волосы, которые, казалось, стали ещё более растрепанными в тусклом свете. Эндрю медленно поднял взгляд, и всё, на что Нил мог смотреть, — это его глаза. Они были почти чёрные, зрачки расширились так сильно, что едва ли можно было различить радужку. В моменте он даже забыл, зачем вообще сел рядом, когда понял, что будто зависает на его взгляде. — Пялишься — хмыкнул блондин, и Нил мгновенно почувствовал, как его лицо стало красным. Ему стало неловко, будто его поймали на каком-то постыдном поступке. Он быстро отвел взгляд, но сердце всё равно почему-то забилось быстрее. — Извини — быстро сказал Джостен, пытаясь скрыть смущение. — Ты как-то слишком хорошо выглядишь для поздней ночи, правда. Эндрю хмыкнул, но не ответил. Несколько минут они просто сидели в тишине. В воздухе повисла ощутимая неловкость. Нил бросил быстрый взгляд на блондина — на его расслабленные губы, на то, как свет от далекого фонаря очерчивал линию скулы. И вдруг он заметил, как у блондина слегка покраснели уши. Это было почти незаметно, но Нил не мог не обратить внимания. Он усмехнулся про себя и снова посмотрел на Эндрю, который, похоже, всё-таки заметил его взгляд. — Я просто более симпатичная копия, — бросил Эндрю. Нил моргнул, сначала не до конца понимая, но потом воспоминание всплыло само — он же сам недавно так назвал Аарона. Менее симпатичная копия. Значит, он рассказал Эндрю. Джостен фыркнул, скрывая странное чувство, которое прокатилось по нему при этой мысли. — Что правда, то правда — ответил он, делая вид, что всё так, как должно быть, хотя в голове был только белый шум. Господи, да что с ним не так? Он сюда не за этим приехал. — Ты вообще часто так сидишь в одиночку ночью? — попытался он отвлечь себя, уставившись в пустое поле перед собой. — А ты часто рассекаешь по городу на скейте в три ночи? — спокойно парировал Эндрю. Рыжий задумался. — Не то чтобы часто, но да, бывает. Между ними снова повисла тишина. Чтобы чем то занять руки Нил порылся в кармане худи, нащупал проводные наушники и вытащил их вместе с телефоном. Размотал провода, сунул один в ухо, второй протянул Эндрю. — Держи. Тот мельком взглянул на него. — Что это? — Революционное изобретение двадцать первого века. Наушники. Эндрю чуть склонил голову, раздумывая, но потом всё-таки взял наушник. Нил выбрал что-то спокойное, ненавязчивое — мелодию, которая идеально вписывалась в эту странную, ночную атмосферу. Когда через пару минут он снова посмотрел на Эндрю, тот уже закрыл глаза, прислонившись затылком к металлическому ограждению. И чёрт, он выглядел красиво. Это было лучшее худшее осознание за всю ночь.