Каждому дьяволу положен свой ангел

      Ангелы и демоны — заклятые враги с момента сотворения земли. Их противостояние началось в тот момент, когда Люцифер был изгнан с небес, что стало отправной точкой для грехов и зла, охвативших не только людей, но и небесных существ. С тех пор эти два мира ведут непримиримую борьбу между светом и тьмой, чистотой и искушением.       В соответствии с древними и непоколебимыми правилами, которые были установлены еще в незапамятные времена, ангелам и демонам категорически запрещено не только вступать в дружеские отношения, но и испытывать какие-либо чувства любви к представителям противоположных сил. Любое, даже самое незначительное проявление таких запретных эмоций неизбежно влечет за собой суровые последствия: смертельную казнь. Обеих сторон. Однако, можно ли что-то предпринять, если сердца ангела и демона уже переплетены невидимыми нитями мощной и всепоглощающей силы любви?

***

      Так случилось с Русланом и Даней, чьи чувства крепнут с каждым днем. Они вынуждены скрываться на Земле, выбрав в качестве убежища небольшой книжный магазин на пересечении улицы, где на втором этаже расположена их скромная квартира. В этом уютном уголке они находят убежище от вечной борьбы и предрассудков, наслаждаясь моментами счастья в общей тишине и уединении.              Даня взъерошил свои лохматые рыжие волосы, глубоко затянувшись сигаретой, глядя в окно второго этажа их общей квартиры над угловым книжным магазином. Дым вился из его губ, рассеиваясь в сером питерском небе. Он чувствовал присутствие Руслана за спиной, ощущал тяжесть ангельского взгляда карих глаз щенка.       Повернувшись лицом к своему возлюбленному, Даня криво ухмыльнулся, его аквамариновые глаза сверкали озорством и чем-то более глубоким, более глубоким. Он подошел ближе, вторгаясь в личное пространство Руслана, одной рукой потянувшись, чтобы поиграть с татуировкой летучей мыши на шее ангела, в то время как другая рука, украшенная татуировкой черепа, свободно сжимала сигарету. Демонюга сделал еще одну затяжку, игриво выдыхая дым в лицо Руслана, прежде чем отложить сигарету в пепельницу на подоконнике. Его пальцы скользнули вниз по руке ангела, прослеживая линии татуировок, выгравированных на его коже — резкий контраст с чистотой и невинностью, которые он когда-то воплощал.              — Скажи мне, Руслан, — пробормотал Даня, наклоняясь близко, так что их губы находились на расстоянии лишь нескольких миллиметров, и он мог бы почувствовать тепло дыхания Руслана. Он чувствовал тепло, исходящее от тела Руслана, и это тепло вызывало в нем ощущения, которые были одновременно и волнующими, и неожиданно успокаивающими. — Ты когда-нибудь жалел об этом? О том, что влюбился в такого, как я? О том, что выбрал эту жизнь изгнания и тайны?              Даня медленно ввел руку к пояснице Руслана, прижимая его к себе, словно пытаясь создать невидимую защиту от всего мира, который мог бы их разлучить. Его другая рука обхватила щеку ангела, нежно наклоняя голову Руслана набок. Даня уткнулся носом в изгиб его шеи, вдыхая запах кожи, который был так отличен от привычного небесного аромата — мускусный, мужской, с оттенками чего-то вечного и божественного, что делало момент особенно интимным.              — Потому что я не могу, — прошептал Даня, его голос звучал тихо, но уверенно, теряясь в нежности, исходящей от прикосновения. — Я никогда не пожалею о том, что люблю тебя. Ты мой, ангел. Любовь к тебе — это не бремя, а радость, которая наполняет мои дни, даже если они полны неизвестности.              Даня захватил губы Руслана в жгучем, страстном поцелуе, вливая всю свою темную, извращенную любовь и преданность в горячее объятие. Его язык проник в рот ангела, сплетаясь с его собственным, когда он углубил поцелуй, одна рука сжимала в кулаке подстриженные под горшок волосы Руслана, а другая собственнически сжимала его бедро.       Демон знал, что они играют с огнем, бросая вызов законам и указам, которые управляли их мирами. Но он ничего не мог с собой поделать. Он был влюблен в ангела, и ничто не могло этого изменить.              Руслан мягко улыбнулся, отрываясь от поцелуя, — Как только я могу об этом пожалеть? Мне нравится эта жизнь без всей этой ангельской суеты, просто жизнь как у обычных людей, даже под угрозой изгнания или смерти я буду любить тебя. Я твой ангел, да? А ты мой демон.              Сердце Дани наполнилось чувствами от мягких, искренних слов Руслана. Он посмотрел в глаза ангела, его собственные аквамариновые глаза мерцали от непролитых слез и сырой, открытой уязвимости. Его рука соскользнула с бедра Руслана, чтобы спутаться с его пальцами, крепко сжимая их, когда он поднес их к губам, чтобы прижать пылкий поцелуй к костяшкам пальцев ангела.              Голос Дани был низким и грубым от эмоций, — Да, я твой демон, а ты мой ангел. Две половинки одного целого, свет и тьма, рай и ад... все связаны вместе этой гребаной любовью, которую мы разделяем.              Они прислонились носами, Даня закрыл глаза, наслаждаясь интимным моментом. Другая рука демона прошла вдоль позвоночника ангела, прослеживая выпуклости позвонков сквозь тонкую ткань его привычной толстовки.              — Ты прав. Эта жизнь, со всеми ее угрозами и неизвестностью... она лучше любого ада без тебя рядом со мной. Я бы выбрал это, выбрал тебя, тысячу раз.              Большой палец Дани нежно провел по гладкой коже щеки ангела, — Просто пообещай мне одну вещь, Руслан, — пробормотал Даня, понизив голос до заговорщического шепота, — Если они когда-нибудь найдут нас, если они попытаются разлучить нас... не дай им победить. Не дай им забрать тебя у меня. Пообещай мне, что ты останешься, что будешь бороться за нас... за эту любовь.              Его хватка на руке Руслана усилилась, его тело прижалось ближе, принимая форму изгибов и плоскостей ангельской формы. Глаза Дани вспыхнули яростным, собственническим светом, сердце бешено колотилось в груди.              — Я обещаю. Знаешь, мы уже давно не на стороне ада и не на стороне рая, у нас есть своя сторона и я готов пройти через любые трудности, чтобы остаться на ней, — Руслан также крепко обнимает демона. — Я люблю тебя.              Сердце Дани воспарило от искреннего заявления Руслана, свирепая ухмылка расползлась по его лицу. Он прижал ангела к себе, обхватив руками его талию и спину, держа его в тисках. Его пальцы впились в ткань толтовки Руслана, цепляясь за него, как тонущий и отчаянно ищущий спасательный круг.              — Я люблю тебя больше жизни, — прохрипел Даня, его голос был грубым и хриплым от эмоций, — Больше всего на свете в этом гребаном мире или в следующем. Ты мой, Руслан, а я твой. Ничто и никогда этого не изменит.              Демон захватил губы ангела в очередном кровоточащем, почти карающем поцелуе, вливая каждую унцию своей темной, извращенной любви в жаркие объятия. Его язык проник в рот Руслана, заявляя на него права, поглощая его, застолбивая его территорию и владение.       Разорвав поцелуй, Дани провел губами по шее Руслана, посасывая и покусывая чувствительную кожу, отмечая его, клеймя его как своего.              — Повтори это, — потребовал Дания, его голос был низким, гортанным рычанием. — Скажи мне, что любишь меня, ангел. Мне нужно услышать это, нужно, чтобы ты пообещал мне, что никогда не уйдешь, что никогда не оставишь меня одну во тьме.       — Я люблю тебя, мой демон, — прошептал Руслан              Взгляд Дани был наполнен страстью и жаждой, он хотел поглотить своего возлюбленного целиком и навсегда, погрузиться в его мир без оглядки на внешние преграды.

***

      Недели продолжали тянуться, и жизнь Дани и Руслана продолжала свой спокойный ритм. Они находили уют в своем укрытии, вдали от тревог и хаоса внешнего мира. Дни заполнялись простыми радостями: совместные прогулки, тихие вечера, обсуждения бесконечных тем, интимные моменты, которые делали их одним целым.       Даня иногда заставлял Руслана смеяться своими шутками, а Руслан в свою очередь удивлял его своей добротой и искренностью.              И хотя они наслаждались этим мирным временем, в глубине души Руслан чувствовал, что опасность близко, приближается как хищник. Он часто взглядом искал угрозу, словно боялся встретить там признаки надвигающегося штормового ветра. Каждый шорох, каждое изменение в воздухе вызывало у него беспокойство.       К вечеру Руслан собрался с мыслями и решил поговорить с Даней. Они сидели на диванчике в книжном.              — Даня, ты не чувствуешь, что над нами словно что-то повисло? Я не могу избавиться от ощущения, что что-то вот-вот произойдёт.       Даня, поглядывая на него, ответил:       — Я чувствую, что наше спокойствие — это временное явление. Но пока мы вместе, давай просто наслаждаться настоящим и быть готовыми к любым вызовам.              Руслан кивнул, но внутреннее беспокойство не покидало его. Он знал, что время пролетает быстро, и, возможно, совсем скоро им придется столкнуться с чем-то, что изменит их жизни навсегда. Но сейчас, в этот момент, он просто хотел быть рядом с Даней, забыв обо всем остальном.       

***

      Руслан и Даня гуляли по парку, держась за руки. Окружающая природа наполняла их сердца теплом и спокойствием. Цветы распускались, голуби мирно покормились семечками, а солнечные лучи пробивались сквозь листву деревьев, создавая волшебные узоры на земле.              — Знаешь, — сказал Руслан, останавливаясь на мгновение и смотря в глаза Дане, — иногда мне кажется, что именно в такие моменты мы самые счастливы.       Даня улыбнулся и крепче сжал его руку.       — Да, это невероятно прекрасно. Но именно в такие моменты иногда приходит и мысль о том, насколько быстро всё может измениться.       Руслан вздохнул и посмотрел вдаль.       — Даня, скажи, ты чувствуешь то же, что и я? — внезапно тихо спросил Руслан, так, чтобы слышал только его партнер.              Хватка Дани на руке Руслана усилилась, его плечи напряглись почти незаметно, когда он осмотрел парк вокруг них сузившимися глазами. Инстинкты рыжеволосого демона были начеку, его чувства обострились от покалывающего ощущения того, что за ним наблюдают. Он наклонился ближе к Руслану, его губы коснулись уха ангела, и он пробормотал тихим, осторожным голосом:              — Да, я тоже это чувствую. За нами наблюдают, ангел. Я чувствую тяжесть их взгляда, злобные намерения, — рука Дани выскользнула и руки Руслана и прижалась к пояснице парня, собственнический жест, а также подсознательная потребность защитить и оградить своего возлюбленного. Его пальцы растопырились на пояснице ангела, прижимая его ближе, пока они шли, их шаги совпадали.       — Не показывай, что ты заметил, — приказал Даня, его голос был чуть громче шепота.       — Я думаю, они пришли за нами, и ты знаешь, что мы не можем сбежать, — голос Руслана на мгновение затих. — Но, кажется, у меня есть идея.              Сердце демона замерло в груди от зловещих слов Руслана, холодок пробежал по его спине. Он знал, что ангел прав, знал, что их дни пряток и бегства, скорее всего, подходят к концу. Но он также знал, что лучше предстанет перед гневом рая и ада, чем потеряет Руслана, чем будет оторван от него.              — Какая у тебя идея, ангел? — спросил Даня, его голос был тихим и настойчивым, пока он заставлял их идти, заставлял их двигаться по парку, как будто ничего не случилось. Его разум метался от возможностей, от отчаянных планов удержать их вместе, неважно какой ценой.              Руслан объяснил свою идею, для начала им было необходимо дать себя поймать. Они взялись за руки покрепче, между ними промелькнул едва заметное свечение и они продолжили свой путь по парку. В этот миг парни почувствовали, что времени больше нет, и они были полностью погружены в этот момент. Они затаили дыхание, готовые отпустить свои сомнения и пуститься в этот удивительный путь. С каждым шагом ожидание становилось все сильнее, и они знали, что впереди их ждет нечто необычное и захватывающее.       

***

      Руслан с Даней оказались в комнате, где судили таких же, как они. Это было пустое помещение где-то между мирами. Комната не имела четких границ — она словно пронизана светом и тенью, излучая атмосферу напряженности и ожидания. За спинами теперь раскинулись их крылья.       Парней окружали ведущие демоны и ангелы, стоявшие по разные стороны.              Обычно каждый из них обладал своей уникальной энергией, которая ярко выделяла их среди прочих существ. Демоны, обладая зловещими улыбками и крыльями, словно сделанными из черного металла, внушали страх и мощь, словно призывая к своим темным глубинам, где царили печаль и хаос. Их глаза светились жгучим светом, а дыхание было холодным, способным заморозить любое тепло в душе. Вокруг них витала аура, насыщенная гнетущей атмосферой, способной превратить надежду в бездну отчаяния.       Ангелы, напротив, излучали свет и надежду, словно звезды на безоблачном небесном своде. Их присутствие создавалось ощущение умиротворенности и защищенности, напоминая о том, что даже в самые мрачные времена есть место благодати и любви. Крылья их не просто переливались мягким светом, они придавали им величия, а нежный свет, исходивший от них, окутывал все вокруг, позволяя забыть о страхах и исцеляя раны. Каждый их шаг раскрашивал пространство вокруг в яркие цвета надежды, поднимая дух и внушая уверенность.              Но в этом особом пространстве, где не действовали привычные правила, сталкивались не только две силы, но и две противоположные философии. Демоны и ангелы, каждое из которых представляло собой отражение внутренней борьбы человечества, были единым целым, готовым наказать виновных.       Оглядев помещение, Руслан и Даня заметили, что стены были увиты тенями, как будто сами они были свидетелями происшествий, происходивших в этом месте. В каждом углу можно было разглядеть эхом уходящие истории, судьбы тех, кто когда-то вставал перед подобным судом. Их прошлое, ошибки и достижения, мечты и страхи — всё, что составило их существование здесь и сейчас, повисло в воздухе, создавая чувство неизбежности.       С каждой минутой напряжение нарастало, как струна перед щелчком, готовясь разорваться. И они были готовы к тому, чтобы лицом к лицу столкнуться с теми, кто определяет их судьбы.              Наконец, ангел и демон самых высоких рангов шагнули вперед. Гавриил и Азазель. Когда ангел, стоя в сиянии, начал говорить. Его голос звенел с силой, которая, казалось, сотрясала самые основы комнаты, вызывая трепет у всех присутствующих.       Руслан, полон решимости, встретил взгляд ангела лицом к лицу. Его выражение было смесью неповиновения и чего-то более темного, более первобытного, как будто он готов был бросить вызов самой судьбе. Несмотря на страх, исходивший от Гавриила, в его глазах горела искра, свидетельствующая о глубоком внутреннем конфликте.              — Руслан, — пропел ангел, его голос был полон презрения и отвращения. — И Данила... как бы ни было твое настоящее имя. Вас обвиняют в самом тяжком грехе — в любви через пропасть, в предательстве вашей истинной природы и преданности.              Глаза Гавриила сверкнули, его крылья широко раскрылись, когда он приблизился еще на один шаг, его ярость была ощутима. — Что ты скажешь на эти обвинения? Ты раскаешься, отбросишь это... эту мерзость любви и вернешься на стези правды?       Рука Дани крепче сжала руку Руслана, его сердце забилось сильнее, когда он посмотрел на ангела рядом с собой.              — Да, идите вы все на хуй, это все, что я хочу вам сказать, — выплюнул Руслан.              Глаза Гавриила вспыхнули яростью при этих словах. Но его перебил смех Азазеля.              — Нынче дерзкие пошли ангелы, да? — Азазель сделал шаг к ангелу и схватил его лицо, рассматривая, — Вроде крылья белые, личико милое, а вот характер… не совсем похож на небесное чадо. — Он взглянул на Даню, стоявшего рядом, и ухмыльнулся, возвращая свой взор к Руслану, — Может, стоит тебя сделать одним из нас? Я был бы рад новой игрушке.       — Не трогай его, — Даня бесстрашно оттолкнул руку Азазеля от лица ангела. Руслан удивленно посмотрел на своего демона.              — Вы действительно держитесь друг за друга, да? — с ехидной улыбкой спросил он у Дани и убрал руку от лица ангела, но в его взгляде все еще читалась подчеркнутая агрессия, — Хорошо, тогда предупреждаю: вы уже на краю пропасти.       — Да будет так, — сказал Гавриил и переглянулся с Азазелем. И они взмахнули руками              С пола на Руслана обрушился поток адского пламени, а на Даню сверху полилась струя святой воды. Это смертная казнь, не изгнание, это то, что приносит невероятную боль.       Но вместо криков боли и отчаяния на лицах были улыбки, как будто ничего не происходило, они смотрели друг другу в глаза, держась за руки.       Окружавшие их ангелы и демоны с недоверием смотрели на происходящее.              — Что за чертовщина… — произнес Гавриил, а Азазель лишь усмехнулся, продолжая наблюдать за сценой перед ним.              После того, как потоки огня и воды исчезли, Даня и Руслан осмотрели стоявших вокруг тварей и спокойно покинули это место, все еще держась за руки.

***

      Когда они вернулись в книжный магазин, знакомая обстановка и запах страниц наполнили их теплом. Лампы мягко светили, а тихий шёпот страниц создавал атмосферу, в которой они были в безопасности.              — Я думаю, они нас теперь не тронут, — сказал Даня, глядя своими карими глазами в аквамариновые глаза напротив.              Руслан мягко улыбнулся, его сморщились в уголках, когда он посмотрел в нежные глаза Дани. Он нежно сжал руку демона, молчаливо признавая их общее неповиновение и триумф. —Ты прав, ангел, — пробормотал он, его голос был тихим и наполненным вновь обретенным чувством покоя и принятия. — Они не посмеют тронуть нас теперь, не после того, как мы показали им глубину нашей любви, силу нашей связи.       Другая рука Руслана поднялась, чтобы обхватить щеку Дани, его большой палец нежно, почти благоговейно провел по скуле демона. Он наклонился ближе, их носы соприкоснулись, их дыхания смешались, когда он прошептал в губы Дани, — Пусть попробуют. Пусть придут за нами снова. Я выдержу все, выдержу любую боль и мучения, пока ты рядом со мной. Ты для меня все: мое сердце, мой дом, моя вечность.       — Пора нам вернуть свои тела, как думаешь? — сказал Даня, и Руслан кивнул в знак согласия, целуя губы демона, вокруг них закружился мягкий свет, как тогда, в парке.              Когда они оторвались друг от друга, глаза Руслана снова стали карими, как у щенка, а у Дани — аквамариновыми, как самый прекрасный океан. Дания злобно ухмыльнулся, когда почувствовал сдвиг, скольжение своей собственной души обратно на свое законное место в собственном теле. Его глаза сверкнули с новым озорством и темным обещанием, когда он посмотрел на Руслана, впитывая мягкие, щенячьи карие глаза ангела и нежную, теплую ауру, которая все еще цеплялась за его кожу, как вторая сущность.              — Ммм, так приятно быть собой, — промурлыкал Даня, его голос был низким, греховным рокотом.              Его руки скользнули вниз, чтобы схватить бедра ангела, притянув его вплотную к собственному телу, позволяя Руслану почувствовать твердые, неподатливые мышцы и силу, которые были только его собственными. Он захватил губы парня в жгучем, страстном поцелуе, вливая всю свою темную, извращенную любовь и преданность в жаркие объятия. Его язык проник в рот Руслана, заявляя на него права, поглощая, помечая территорию и владение.       Когда он, наконец, отстранился, глаза Дани пылали яростным, собственническим светом. Он провел пальцами по челюсти ангела, приподняв его подбородок, чтобы заставить его встретиться с ним взглядом.              — Мой, — прорычал он, его голос был низким, гортанным хрипом. — Ты мой, ангел. Сейчас и навсегда, в этой жизни и в следующей. Никто не может отнять тебя у меня, даже объединенная мощь рая и ада.              Рука Дани скользнула вниз, чтобы сплестись с рукой Руслана, крепко сжимая его пальцы, когда он начал вести их через книжный магазин к их общей квартире наверху. Его сердце билось с яростной, безрассудной радостью — демон и ангел, связанные вместе любовью, которая бросала вызов самим законам их существования. И он знал, с костной уверенностью, что вместе они смогут столкнуться с чем угодно и победить все. Даня ухмыльнулся, широкая, озорная ухмылка расползлась по его лицу, когда он посмотрел на Руслана своими потрясающими глазами.       Он наклонился, игриво покусывая нижнюю губу ангела, прежде чем смягчить боль чувственным движением языка. Его руки скользнули вниз, чтобы схватить бедра Руслана, притягивая их тела близко друг к другу.       Пальцы Дани ловко работали над подолом рубашки Руслана, скользя под ткань, чтобы погладить гладкую, безупречную кожу под ней. Он начертил контуры спины ангела, его прикосновение было почтительным и собственническим, молчаливое требование, застолбившее его территорию. Он захватил губы Руслана в еще одном жгучем поцелуе, на этот раз наполненном голодом и желанием, отчаянной потребностью воссоединиться, подтвердить их связь. Язык демона нырнул в рот ангела, скользя по языку его возлюбленного, танцуя с ним в чувственном, эротическом танго.       Разорвав поцелуй, Даня провел губами по шее Руслана, останавливаясь, чтобы пососать и покусать его пульсирующую точку, оставляя яркий след, расцветающий на коже ангела. Его руки скользнули вокруг, чтобы схватить задницу ангела, сжимая и притягивая его невозможно ближе.