Stay

Именно тихий стук, разрезающий ночную тишину, заставляет её сердце ускоренно биться и сжиматься за него всё сильнее, пока не начнет болеть ещё больше. Ей не нужно отрывать глаз от произведения, над которым она трудится, чтобы понять, что он выходит из своей комнаты впервые со вчерашней ночи. Её чуткий слух улавливает эхо его шагов, разносящих по дюрасталевому полу «Призрака», когда он спрыгивает со своей койки, и дверь с шипением распахивается, выпуская его. С первой ночи после Малакора Сабин каждый раз слышала, как он уходил из комнаты, когда все остальные члены экипажа ложились спать. Это единственное время, когда он покидает самоназначенную тюрьму, и её не отпускает мысль, что даже присутствие спящего Зеба рядом — большее, чем он может выдержать. Однако сегодня всё иначе. Сабина не слышит его блуждающих шагов за дверью, как это было последние несколько ночей. Вместо этого она улавливает тихий вздох по ту сторону двери и слышит, как его голос слегка надламывается, когда он прошептал первые слова, которые она услышала от него после возвращения с задания, которое превратилось в ад. «Черт возьми, Бриджер». Сабин останавливается на середине мазка краской, её пальцы подрагивают от переизбытка, кипящего в ней сочувствия, которое она не привыкла испытывать, и её ноги двигались сами по себе, прежде чем она успевает подумать, что она наверняка последний человек, который может утешить его, она уже на полпути в коридор. - Не можешь уснуть? - спрашивает она. Глупый вопрос с очевидным ответом, и он пожимает плечами. Она нагоняет его, и они вместе продолжают идти к выходу. Сабин никак не может набраться смелости, чтобы взглянуть ему в глаза, когда они выходят в холодную ночь Атоллона. - Знаешь, - начала она с тяжелым вздохом, усаживаясь рядом с ним на погрузочную рампу «Призрака» - Безумие — это повторение одного и того же действия, ожидая разных результатов. - И что это значит? - Эзра продолжает смотреть на горизонт, его волосы развеваются на ветру. - Это значит, что я устала слушать, как ты каждую ночь встаешь и пытаешься справиться с… со всем, с чем ты справляешься в одиночку. - Прости, - пробормотал Эзра, притягивая колени к груди и обхватывая их руками, а затем пряча в них лицо - Я старался вести себя тихо. - Меня беспокоит не шум, умник, - Сабин не успевает уловить, как язвительная реплика срывается с губ, но этого хватает, чтобы впервые за ночь, он взглянул на неё. Его глаза цвета индиго покраснели от недосыпа, и Сабин готова поклясться, что видела золотой ореол вокруг его радужки, но он исчез так же быстро, как и появился. Она вздыхает и проводит пальцами по его волосам, убирая чёлку с глаз, чтобы заглянуть в них. - Я скучаю по тебе, Эзра... Мы все скучаем. - Её ореховые глаза так и блестят всеми несказанными ранее словами. Он всё понимает, просто глядя на неё, то ли с помощью Силы, то ли благодаря их близости. Я не могу смотреть вам в глаза… — Он говорит едва различимо, настолько тихо, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Не после того, что я сделал. - Эзра, - её голос твердый и властный, как и подобает истинному мандалорцу. - Ты не ослеплял Кейнана, - он сморщился от её прямолинейности и воспоминаний о недавнем инциденте. - Это сделал Мол, Асока погибла не из-за тебя, а из-за Вейдера. - Разве ты не видела лицо Рекса, когда мы вернулись без неё? - На этот раз голос его надломился окончательно, он быстро заморгал, пытаясь унять рвущиеся из глаз слезы. Сабин чувствует, как боль раскалывает её грудь, от одного взгляда на него, сломанного и уязвимого, внутри все сжимается и леденеет. Сабин Врен всецело влюблена в Эзру Бриджера. Её сердце разрывается на куски, когда она неуверенно притягивает его к себе для ещё более неуверенных объятий; сперва он напрягается и вздрагивает, но сразу же расслабляется, обхватывая в ответ, начиная тихо всхлипывать. Сабин перемещает свободную руку вверх, чтобы пригладить его волосы цвета вороньего крыла. Она воин до мозга костей, так её воспитали, научив только разрушать. Но сейчас всё не решить взрывами и метким выстрелом, её мозг отчаянно старается выдать хоть какую-нибудь идею того, как помочь ему, пока глаза обжигают подступающие слезы. - Как… я могу тебе помочь? - отчаявшись, спрашивает она. Он поднимает на нее глаза и обхватил её лицо руками. - Останься, - шепчет он дрожащим голосом, и Сабин прижимается к нему лбом, только сильнее стискивая в своих объятиях. Ей хочется поцеловать его в этот же момент. Но она не хочет такого Эзру, холодного и сломленного, нуждающегося и растерянного, поэтому она довольствуется той близостью, что есть у них сейчас. Тем, как близко они друг к другу, тем, что, возможно, хоть немного она смогла унять его страдания. Холодный ночной ветер Атоллона стихает при первых лучах солнца, только начинающего окрашивать горизонт в ярко-розовый оттенок. Эзра замирает на секунду, прежде чем подставить голову под её подбородок и покрепче обхватить её за талию. - Ты больше не хочешь возвращаться в свой панцирь? - спрашивает она полушутя. Она чувствует, как он качает головой, прижимаясь к её ключице. - Уже нет. - Он зевает и закрывает глаза, прислонившись к ней. - Спасибо, что осталась. - Эзра… - Мм? Она позволяет легкой улыбке вырваться наружу, расцветая на её лице, и только потому, что рядом с ней был он, она говорит то, что никогда бы и никому другому не сказала. - Я всегда буду рядом.