Послушание - как действенный способ измениться

Пробуждение в своей постели в Небесной столице не должно было стать каким-то большим сюрпризом. Се Лянь действительно нечасто бывал здесь - он больше предпочитал свой маленький ветхий храм в деревне Водных Каштанов. Спать в идеальной копии дворца Сяньлэ было немного странно. Но в этот раз это было вовсе не по его прихоти. На этот раз Се Ляня привел в его дворец сам Цзюнь У. Он хотел убедиться, что тот останется на то время, пока… небеса будут закрыты. Се Лянь сопротивлялся, но это не оказало никакого эффекта. Император запер парня в его же дворце и ушёл, чтобы разобраться с оставшимися проблемами, и Се Лянь остался наедине с собой, в одиночестве. В первое время Се Лянь пытался связаться с Сань Ланом, но все попытки оказались бесполезными. Он даже попытался связаться с Черноводом, но и тут оказалось безуспешно. Он не должен удивляться, поскольку Цзюнь У был единственным, кто держит всю сеть духовного общения под контролем. Конечно он не смог бы позвать на помощь извне! И, судя по всему, абсолютно все духовные каналы были заблокированы, что только сильнее ухудшало ситуацию: Се Лянь также не смог связаться ни с Фэн Синем, ни с Му Цином. Но в тот момент оба были в Главном зале Богов войны, когда это случилось… и он не был полностью уверен, что с ними всё в порядке. В сознании ли они вообще сейчас? Се Лянь измотал себя, пытаясь найти решение из сложившейся ситуации. Его разум был переполнен мыслями о том, что происходит... и... он действительно не знал, что еще может сделать, кроме как ждать. Он должен был снова увидеть Цзюнь У, но лишь от одной подобной мысли ему становилось дурно. Как после всей вскрывшейся правды он мог желать его видеть? Как… Было ли это вообще на самом деле? Приснилось ли ему все это? Но нет. Наставник рассказал ему правду, и Се Лянь был уверен в том, что увидел тогда в отражении меча. Ему стало не по себе, его затошнило. Сама мысль об этом отравляла его. Для него было слишком тяжело переварить данный факт. Раздраженный, чувствующий себя ребенком, который совершил что-то плохое, Се Лянь заперся в своих покоях. Первый вечер был по-настоящему неприятным и болезненным, но спустя долгое время его тело все же решило сдаться, и он смог заснуть. Сон был не из приятных. Он был тревожным, и все казалось таким неправильным. Впервые за несколько десятилетий ему приснился Безликий Бай и все, с чем он из-за него когда-либо столкнулся… Се Лянь проснулся в панике. Но никого рядом не было, покои были пусты. Ни Сань Лана, ни Му Цина или Фэн Синя. И, что только к лучшему, рядом с ним не было никакого Безликого Бая. И... никакого Цзюнь У. От осознания того, что один из людей, которым он больше всего доверял, был тем, кого он больше всего боялся, у него по спине побежали мурашки. Как это могло быть на самом деле? Если бы он не увидел сам, то, вероятно, рассмеялся бы. И все же… Се Лянь так и не смог снова заснуть. Он встал с постели и прошелся по помещению. По крайней мере, он был заперт в своем дворце, а не только в своих покоях. Он мог бродить по нему, но только изнутри. Цзюнь У знал, что принц попытается сбежать, как только окажется снаружи. Он не ошибся, потому что Се Лянь в данный момент как раз думал о том, как выбраться отсюда. Сегодня все его попытки пока терпели неудачу. И когда он шел по своей спальне, нервничая, он... не знал, что делать. Солнце взошло, наступил день, и на данный момент он абсолютно не представлял, что случилось с другими богами. Он покинул место происшествия намного раньше всех остальных… Кто-то вошел в его комнату. Се Лянь сразу же принял оборонительную стойку. Это был Цзюнь У. — Чего ты хочешь? — спросил Се Лянь, даже не дожидаясь, пока тот что-нибудь скажет. — Так ты приветствуешь своего императора? — Цзюнь У ответил со вздохом. — Я думал, что со временем ты научишься уважению. — Только потому что ты относишься ко мне с уважением? — Се Лянь отступил на шаг и уставился на него, явно показывая, насколько он зол. —Ты мог бы постучать. Как будто не стучать было единственной проблемой, которую он создал. Цзюнь У усмехнулся. — Я постучу в следующий раз. — В следующий раз? — С любопытством спросил Се Лянь. —Что у тебя на уме? — Не хочешь прогуляться со мной, Сяньлэ? — предложил Цзюнь У в своей спокойной манере, будто ничего не произошло. Это было так много раз во время его первого вознесения, и даже сейчас… Се Ляня поразило, насколько естественным это всё казалось. Как он хотел сказать "да", не сомневаясь в намерениях Императора. Это немного ранило его в глубине души, но он закрыл глаза, словно принимая свою судьбу. — А что, если я скажу ”нет"? — То есть, ты не говоришь ”нет"? — Цзюнь У развернулся и направился к двери, с легкой улыбкой заметив, что Се Лянь все же последовал за ним.— Хорошо. Ты же знаешь, мне всегда нравилось гулять с тобой. Се Лянь не ответил ничего вслух. Он последовал за ним и посмотрел на него снизу вверх. — Это еще одна ложь, чтобы я по итогу принял твою сторону? —Ты слишком сильно напрягся, Сяньлэ,— сложив руки за спиной, он выглядел таким же величественным, как обычно. — У меня нет других намерений, кроме как просто пойти и прогуляться с тобой. Отчего-то Се Лянь не поверил ему, но также знал, что лучше просто следовать его приказам. В конце концов, он бы что-нибудь предпринял, и это было лучше, чем сидеть взаперти в своем дворце. Он мог сам оценить ситуацию. Несколько минут они шли рядом, не разговаривая. Се Лянь огляделся по сторонам: он изучал все, что мог. Небесная столица казалась... тихой, в отличие от предыдущих дней, когда она была наполнена толпами различных Богов. Сейчас же здесь никого не было. Улицы и дорожки были такими же, как и вчера, но атмосфера в целом казалась совершенно иной. Се Лянь сглотнул и спросил императора: — Где все? — В своих дворцах, — кивком головы он показал на дворец рядом с ними. Это был дворец Пэй Мина. —Я запер их всех внутри. Богов, и их служащих тоже, — затем он отвëл взгляд и слегка вздохнул. — С ними все в порядке? — настороженно спросил Се Лянь. — Те, кто следовал моим указаниям и не устраивал сцен - да. Остальные… Они живы. — Он пожал плечами и продолжил свой путь, проходя мимо дворца. — Ты хочешь сказать, что Пей Мин в опасности?! — Се Лянь ускорился и остановился прямо перед императором, чтобы преградить ему путь. — Что ты с ним сделал? Что ты сделал со всеми?! — Они все живы. — Цзюнь У взглянул на Се Ляня.— Я ничего не сделал, только не дал им возможности организовать бунт. — Ты чуть не убил их! — Се Лянь был зол. Конечно, он был зол! — И теперь ты ждешь, что я пойду с тобой?! — Да, — вздохнул Цзюнь У. — Сяньлэ, Сяньлэ… Просто на данный момент они не являются помехой. Я никого не убивал. Се Лянь сжал губы. По крайней мере, он не убил их... И они, если верить его словам, живы. Это также многое объясняло. Например, почему он не мог ни с кем связаться. Они продолжили прогулку по столице вместе, просто осматривая разные дворцы. Цзюнь У утешал Се Ляня речами, говорил ему, что все в порядке. Что все живы. Пока он послушен - ничего плохого не произойдет. После прогулки они вернулись во дворец Се Ляня, и он снова оказался запертым. Было неприятно, что не было доступа к духовной сети. Принц слишком сильно боялся встретиться с Цзюнь У лицом к лицу. Вероятно, даже пытаться было бы самоубийством... Но он также не знал, что еще можно сделать. Это расстраивало. Се Лянь чувствовал себя абсолютно беспомощным. Он должен был что-то предпринять, но… как? Этот человек мог погубить его. Этот человек погубил его! Съев немного из того, что ему любезно преподнесли, он долго отмывался, чтобы направить мысли в другое русло, и затем лег спать. Он снова попытался связаться со всеми. Его Сань Лан, Му Цин, Фэн Синь, даже Лан Цяньцю - со всеми богами, о которых только мог вспомнить. Любой, кто мог бы помочь. Любой ответ был бы чудом, даже если бы был абсолютно бесполезен в данной ситуации. Тогда… Се Лянь не чувствовал бы себя одиноким. Он снова постепенно засыпал, и, казалось, все повторялось по заведенному порядку. Се Лянь просыпался, ел и делал все, что мог. Цзюнь У все так же ежедневно появлялся у его дверей. Каждый раз, слышав стук, Се Лянь замирал, и целую минуту не решался открыть дверь. Он мог бы её захлопнуть, и не впускать его внутрь, но отказать императору казалось довольно дерзким и рискованным действием. Он решил открыть ее. И снова они с Цзюнь У вместе гуляли по столице. Почти не разговаривая, лишь перекидываясь парой слов. И на следующий день было то же самое, но на этот раз они дошли до Главного зала Богов войны. Такой же величественный, как и всегда. Просто... совершенно одинокий, потому что вокруг не было ни единой души. Каждый шаг отдавался гулким эхом, Се Лянь даже мог слышать собственное дыхание. — Зачем ты привел меня сюда? — спросил Се Лянь. — Я ничего не хочу здесь делать. Цзюнь У оглянулся через плечо. — Я подумал, что это будет лучшее место для обсуждения без помех, тебе так не кажется? — И кто бы нам помешал? — Се Лянь выплюнул. — Ты всех запер. Цзюнь У выдохнул. — Тебе следует научиться уважению. Медленно повернувшись к принцу, он посмотрел ему в глаза. — Задумывался ли ты о том, что мог бы попытаться спасти их всех? — Будучи всегда под твоим присмотром? Когда я сплю? Когда я принимаю ванну? — Се Лянь нахмурился. — Простите, Владыка, но я не понимаю, как я могу спасти их всех, когда вы каждую секунду держите меня начеку и наблюдаете за каждым моим движением, — сказал он. Несмотря на то, что в глубине души он активно пытался найти способ спасти всех. Но это… Цзюнь У не обязательно было знать. Цзюнь У закрыл глаза. — Сяньлэ, Сяньлэ, — Цзюнь У повернулся к Се Ляню и положил руку ему на плечо. — Это просто. Смирись с поражением. Следуй за мной. Прими то, кем ты должен быть, и встань на мою сторону. Се Лянь сжал челюсть. — Тебе будет легче убить меня снова, чем ждать, когда я последую за тобой.— Он резко убрал руку Цзюнь У со своего плеча. — Этому не бывать. И я найду выход. Цзюнь У посмотрел на Се Ляня, и разозлился. Конечно. Се Лянь снова испытывал его терпение. Он делал это на протяжении 800 лет, и не колеблясь, продолжал бы делать это снова и снова. — Сяньлэ! — Что? Я всего лишь возвращаюсь в свой дворец. — Се Лянь открыл двери зала и вышел. Се Лянь действительно так и поступил! Он вошел в свои покои и ударил кулаком в стену. Расстроенный, раздраженный, испуганный, но также обеспокоенный. Он беспокоился обо всех этих богах, запертых в своих дворцах, беспокоился о Сань Лане, от которого так долго не было вестей… И сейчас Се Лянь начал беспокоиться даже о себе. Но хуже всего было то, что страх не покидал его. Это был не просто какой-то враг, это был Безликий Бай. Он услышал, как кто-то запер входные двери. Может быть, Цзюнь У, а может быть, кто-то, кого послали за ним. На данный момент это не имело значения. Он все еще был взаперти. Он был полон решимости бежать, чтобы иметь возможность вернуться и спасти всех. Следующий день начался также. Однако, Цзюнь У не пришел навестить его в этот раз. Не то чтобы Се Лянь ждал его, но его отсутствие, вероятно, означало, что он был очень занят, или кто-то привлек его внимание, из-за чего он не смог навестить Се Ляня… Цзюнь У получил сообщение о том, что в одном из дворцов что-то произошло и срочно требуется его присутствие. Он должен был поддерживать порядок. Если бы один из богов сбежал, это не принесло бы ему ничего хорошего, и он это знал. Дело не терпело отлагательств. Се Ляню пришлось ждать. И конечно это было важнее, чем выпить чаю с Сяньлэ. Се Лянь был уверен, что Цзюнь У для решения вопроса потребуется около часа. Но время шло. Се Лянь понял, что внимание Цзюнь У привлекло действительно что-то важное. И если его внимание было сосредоточено на чем-то другом, кроме него… Это был идеальный момент, чтобы сбежать, попробовать что-нибудь! Он не знал, сколько у него времени, но понимал, что его мало. Но то, что его мало, не означало, что оно равно нулю. У него было время попытаться! Он должен был рискнуть! За те дни, что он был взаперти, он исследовал дворец от и до. Это было очень похоже на то Сяньлэ, которое он знал… Это также означало, что это было место, которое он знал как свои пять пальцев: каждый коридор, каждую комнату, все. Когда он был помладше, то часто покидал дворец, чтобы поиграть на заднем дворе без ведома родителей. Это именно то место, куда он направлялся. Там была комната, которая, кажется, открывала доступ наружу. И Се Лянь был очень рад, что так и оказалось. Он должен был действовать быстро, потому что если Цзюнь У заметит… будет очень плохо. Ему удалось обойти охрану вокруг своего дворца, и он сбежал, прихватив с собой только одежду. До того момента, когда Цзюнь У заметит его отсутствие, он был уверен, что у него будет достаточно времени, чтобы уйти достаточно далеко. Се Лянь был полон решимости, сосредоточен как никогда. В конце концов, он не знал, что произойдет в случае провала. Он не мог потерпеть неудачу, это была единственная возможность.… это было единственное, что он мог сделать. Прячась между дворцами, он следовал по коридорам и закоулкам, которые знал наизусть. — Сяньлэ.— произнёс Цзюнь У за его спиной. Се Лянь замер и медленно повернулся к нему. Он с удовольствием убежал бы, но тело будто перестало его слушаться, застыв на месте. Он был в ужасе. Он знал, что это был Безликий Бай. Все его главные страхи были связаны с ним, и все же, когда он смотрел на него, это было то же спокойное лицо, которому он доверял. — Почему ты убегаешь, когда я занят? — Цзюнь У вздохнул. — Ты знаешь, что я не пропустил бы ни одной нашей встречи, и все же ты пытаешься уйти. Пропускаешь нашу ежедневную прогулку. Ты забыл, что я собирался навестить тебя? Се Лянь не ответил. Он опустил глаза, стараясь не показывать своих эмоций перед Цзюнь У. — Ты опоздал. — Спокойно ответил Се Лянь. — И ты подумал, что я не приду? Я просто задержался. — Цзюнь У начал медленно приближаться к парню. — Следуй за мной. — В твоих мечтах. — выплюнул Се Лянь. Он был так близок к тому, чтобы сбежать, так близок к тому, чтобы оказаться на свободе… И все же, путь к ней был прегражден. Цзюнь У сделал все, чтобы изолировать его, даже в Небесной столице. — Я не встану на твою сторону, и тебе придется заставить меня силой, если хочешь, чтобы я это сделал! — На твоем месте, Сяньлэ, я бы дважды подумал, прежде чем отказаться. — Цзюнь У остановился и уставился на все такого же самоуверенного юнца. — Хорошо, что раздумывать об этом я не собираюсь! — Выплюнул Се Лянь. Он собрался с духом, показав готовую к бою Жое, выглядывающую из под рукава. — Ты действительно хочешь драться со мной, Сяньлэ? — Цзюнь У медленно подошел ближе и остановился перед ним. — Ты действительно забыл? Спустя столько времени, я полагаю. — Я предпочту умереть, пытаясь, чем сдаться сейчас! — Се Лянь воспротивился. Его взгляд был яростным, и он явно знал, чего хотел. Жоэ, казалось, немного дрожала, но тоже собралась с духом, готовая ринуться в атаку. Цзюнь У раздраженно вздохнул. Он не хотел, чтобы дело дошло до боя, но Сяньлэ не оставил ему выбора. — Ты же знаешь, что не можешь умереть. Они сражались один раз. Ладно, чуть больше чем один раз. Они знали все слабые места друг друга, и все равно Се Лянь ощущал, что не сможет нанести ему и царапины, хотя ему самому приходилось изрядно изворачиваться, чтобы избегать его ударов. Это было до смешного неприятно. К настоящему времени он думал, что, по крайней мере, станет для Императора серьёзным противником... но, вероятно, не в его положении. — Сяньлэ, как ты можешь даже надеяться ударить меня, когда я блокирую всю твою духовную энергию? — Цзюнь У внезапно поднял руку, чтобы поймать Жоэ, стремящуюся к нему. — Посмотри на меня этими глазами еще раз. Я так скучал по ним. Цзюнь У намотал ленту вокруг своей руки, и прежде чем Се Лянь успел что-либо сделать, резко потянул за нее. Се Ляню пришлось неряшливо потянуться вслед. Конечно всегда есть возможность отпустить, но принц никогда бы так не поступил. — Сяньлэ, ты закончил играться? — Жое! — Окликнул ее Се Лянь и отступил на шаг, когда Цзюнь У собрался схватить и его. — Мне плевать, я не остановлюсь! — Я заставлю тебя задуматься. Цзюнь У больше не играл. По его голосу и выражению лица было слышно и видно, насколько он раздражен поведением Се Ляня. Через мгновение Цзюнь У схватил Се Ляня за горло. Он прижал его к земле, отчего тот сильно ударился головой. На долгую секунду принц оказался полностью сбит с толку. Он плохо видел, в голове был полный хаос. Он смог понять, что произошло, только когда почувствовал горячую кровь, стекающую по затылку. Его глаза медленно открылись, и Се Лянь запаниковал. Он попытался быстро встать, но в голове был такой туман, что он не мог следить за своими движениями. Едва ему удалось сесть, как его снова толкнули. — Видишь, что происходит, когда ты не хочешь слушать? — Сказал Цзюнь У. Чтобы убедиться, что Се Лянь не сдвинется с места, он встал по обе стороны от лежащего парня, преграждая пути к отступлению. — Посмотри, что ты с собой сотворил. — Его рука погладила затылок, где ощущалась горячая кровь. Вздохнув, он добавил: — Ты не оставляешь мне выбора, Сяньлэ. — О чем ты вообще говоришь? Не оставляю выбора в чем? Избить м... — Се Лянь остановился, когда понял, что делает Цзюнь У. Он связал запястья Се Ляня при помощи Жоэ, подняв их над его головой. Завязанный узел был слишком прочным, чтобы его можно было развязать силой, а принц совсем не желал ломать свое духовное оружие. К тому же узел был настолько туго завязан, что даже попытка аккуратно его развязать не представлялась возможной. А поверх повязки Цзюнь У дополнительно сжимал его запястья с такой силой, что становилось невыносимо больно. — Что ты делаешь?! — Се Лянь закрыл глаза и на секунду остановился, чтобы перевести дыхание. В голове у него все стучало, а сердце бешено колотилось. Се Лянь... не совсем понимал, что происходит. Единственное, в чем он был полностью уверен, так это в том, что дела совсем плохи. Его тело дрожало, он опасался того, что может произойти. Его разум, несмотря на попытки успокоиться, глубоко боялся Безликого Бая и того, что он мог сделать снова. Цзюнь У прижал пальцы ко лбу, массируя. — Твой разум не желает меня слушаться, я давно это понял. — Он нежно обхватил щеку Се Ляня. — Даже после побоев. Посмотри, что ты с собой сделал. — Иди нахер. — Ответил Се Лянь и сплюнул кровь. — Избивай меня, сколько хочешь! Можешь ли ты превзойти то, что уже сделал со мной? Урод! Он снова задергался, пытаясь освободиться от ленты на своем запястье и от захвата. — Сяньлэ, Сяньлэ… Твой грязный рот оказывается тоже несет чушь. — Он провел большим пальцем по его губам и тут же убрал, когда Се Лянь почти укусил его. Цзюнь У усмехнулся и продолжил свое исследование. Его ладонь остановилась на груди, в зоне сердца, и он улыбнулся, почувствовав, как учащенно оно бьется. — Твое сердце тоже меня не слушает. — Цзюнь У мягко надавил ему на грудь, наслаждаясь новыми попытками воспротивиться. — Что мне с тобой делать, если ты не будешь слушаться? — Может, набраться мозгов и понять, что я НЕ изменюсь! — Се Лянь продолжил бороться. — И я предпочту ещё сто раз умереть, чем быть на твоей стороне! Цзюнь У усмехнулся. — Не проси об этом, ты же знаешь, как заманчиво для меня звучит это предложение. — Ты даже освободиться сам не в состоянии, — ответил Цзюнь У — и ты действительно думаешь, что я предоставляю тебе выбор? — Он снова массировал лоб. — Если твой разум не желает слушать, — кончиками пальцев он коснулся губ Се Ляня, — а твой рот постоянно выдает всякий бред, — другая рука продолжила свой путь по его телу и снова остановилась на груди, — и твое сердце не позволяет тебе сделать правильный выбор, — рука опускалась все ниже и ниже, заставив Се Ляня затаить дыхание, — но может здесь? Вполне возможно. — Что ты хочешь этим сказать? — Се Лянь застыл, затаив дыхание. — Что?! Цзюнь У накрыл своей ладонью пах Се Ляня и слегка поводил, давая ему правильный намек. — Что ты делаешь?! — Се Лянь закусил губу, сопротивляясь. Цзюнь У не отвечал, борясь с брыкающимися ногами принца, насильно раздвигая их в стороны. В конечном итоге, он продолжил трогать его пах поверх одежды. — Отпусти меня! Что ты делаешь? Прекрати! — Се Лянь делал все возможное, чтобы избегать его прикосновений, в его глазах был неподдельный страх. — Зачем?! — Из-за частого дыхания в легких не осталось воздуха. Он беззвучно всхлипнул. — Почему?! Это ничего не даст, ты же не собираешься... Это определенно должно было быть очередным испытанием! Этого не могло быть на самом деле! — Это что-то означает, Сяньлэ. Получается, я был прав. — Цзюнь У улыбнулся. Он почувствовал, как что-то дернулось в его ладони, и продолжил. — Ты меня не слушаешь, но здесь? Здесь ты слушаешься очень хорошо. Смотри, как прелестно ты реагируешь. — Нет! Это не так! — Се Лянь закрыл глаза, задыхаясь. Цзюнь У рассмеялся и продолжал, пока Се Лянь не стал проявлять сдержанность. Ровно до того момента, пока не почувствовал, что член под одеждой стал наполовину твердым. Цзюнь У, удовлетворившись подобной ответной реакцией, остановился, желая посмотреть на прекрасное выражение лица наследного принца. — Вот видишь? — Цзюнь У улыбнулся, в его глазах зажегся огонек. — Учитывая, как яростно ты сопротивлялся, я не мог даже представить, что будет так легко заставить тебя остановиться. Император посмотрел на свою ладонь и задумался, что, может быть… может быть, это и можно было бы сделать. Изначально он не планировал никакого продолжения, но видя, какой восхитительной была реакция Сяньлэ… Это очень приятно отзывалось внизу. — Заткнись, ты лучше всех должен знать… Ах!! — Се Лянь замер. Его остановил вырвавшийся из собственной груди стон. Ладонь, сжимавшая его пах, заставляла изнывать от ощущений до звездочек в глазах. Его тело явно реагировало на все эти развратные действия, и он с трудом мог бороться с ответной реакцией своего тела на происходящее. Цзюнь У становился все более напряженным, будто ходил по минному полю. Его ладонь продолжала ласково ласкать член Се Ляня поверх его одеяний, а пальцы другой нежно проходились по его щеке. Различные, незнакомые ранее ощущения переполняли Се Ляня настолько, что трудно описать их словами. На самом деле, дело не только в этом... Голова раскалывалась от одной только мысли о том, что Цзюнь У способен на нечто подобное. Разве он не знал о его пути самосовершенствования? Цзюнь У крепче сжал его запястья, сильнее прижав их над головой парня, и продолжил свое… исследование. Он отпустил руку с промежности Се Ляня и провел рукой по своему поясу. Поясу, который он уже успел развязать. Это происходило по-настоящему. Се Лянь почти подумал, что ему это снится. Но нет, это происходило на самом деле. Его член отреагировал на ласку, теперь реагировало все, к чему касался мужчина.Дрожь пробежала по телу, когда чужая рука бережно его коснулась.Нежная кожа ощущалась просто восхитительно под прикосновения мира императора. Его руки были теплыми и мягкими. Се Лянь ненавидел то, каким нежным Цзюнь У был по отношению к нему. Его рука смотрелась намного лучше с мечом, не то, что сейчас! Он ощущал все на своем теле, но почему-то не мог дать отпор. Внутри будто все застыло, и причиной этому было одно - все его существо по-прежнему боялось Безликого Бая. Столкнуться лицом к лицу с ним в подобной ситуации было еще хуже, чем все, что он мог себе представить. Он держался из последних сил, стараясь не показывать отклик своего тела. Се Лянь не только испытывал страх, но и, казалось, смог перейти ту грань, которую никогда не переступал за все 800 лет. Сражение? Се Лянь мог бы справиться с этой задачей. Но это? Что-то… интимное, испытывающее его тело на ответную реакцию? Никогда прежде он не испытывал подобного. — Как может твое тело не реагировать на боль, — Цзюнь У покрутил соски между своими пальцами, — и в то же время быть настолько чувствительным? — Это совершенно другое! Проткни меня еще раз мечом, мне плевать! — Се Лянь снова попытался увернуться от его прикосновений, но и в этот раз безуспешно. Цзюнь У был слишком силен, а он был слишком слаб, чтобы дать отпор. Вся его бесполезная борьба привела к тому, что своими усилиями его нижнее ханьфу развязалось пуще прежнего, обнажив еще больше кожи. Смущенный, Се Лянь прикусил губу, стараясь не проявлять никаких эмоций. Пальцы Владыки продолжали играть с сосками. Они оказались довольно чувствительными, и чем больше Цзюнь У их трогал, тем явнее Се Лянь ощущал боль. Они слегка покраснели, но, что более важно, затвердели. Теперь они были чудовищно чувствительны - достаточно было лëгкого касания пальцем, и Се Лянь тут же начинал скулить. Нежные прикосновения Императора продолжались. Он опустил свои руки ниже и распахнул ханьфу, теперь полностью обнажив грудь наследного принца. Се Лянь отпрянул. Он не мог позволить этому человеку снова овладеть им. Он не мог позволить ему снова разрушить его жизнь. По крайней мере, не без удара в ответ. С руками, крепко связанными над головой мало что можно сделать, однако их можно было использовать в качестве опоры, с помощью которой можно было оттолкнуться и совершить атаку. Изогнувшись, он резко ударил его ногой, попав прямо по лицу. И у него получилось! Возможно из-за неожиданности, но ему удалось хоть как-то дотянуться! Когда Се Лянь попытался нанести еще один удар, второго шанса уже не было, и Цзюнь У схватил его за лодыжку, остановив. — Сяньлэ, не зли меня. — Мне плевать! Все еще со удерживаемыми на месте запястьями, он снова попытался его ударить, но и на этот раз замах был остановлен. Цзюнь У схватил его за вторую лодыжку. Запястья были отпущены. У Се Ляня почти получилось ударить его снова. Прежде чем он успел сделать что-либо еще, Цзюнь У, не медля ни секунды, прижал его лицом к земле. Он обхватил его ноги коленями, чтобы обездвижить, и силой прижал его связанные руки к земле. — Разве ты не видишь, в каком положении находишься? — Цзюнь У прижался всем телом к Се Ляню. — Ты действительно хочешь меня разозлить? В этот момент Се Ляню было все равно, он хотел только одного - убежать. Чтобы никогда больше не видеть Цзюнь У. Но что теперь? Разница в силе была очевидна. Он сопротивлялся, он брыкался, и в этот момент ничего не было так важно, как заставить его ослабить хватку и позволить убежать. С него уже сняли большую часть одежды. Ему было все равно, если снимут еще больше. Ему было все равно, усугубит ли он свои травмы. Его разум находился в панике: он должен был бежать, потому что Цзюнь У был опасен! Он должен был бежать. Ему нужно было спрятаться куда подальше. Он не мог смириться с тем, что, кажется, действительно с ним происходило. Император придвинулся еще ближе, прижимаясь всем телом к Се Ляню. Его бедра прижались к его ягодицам. Грудь прижалась к его спине. Ощущения были дикими, его тело почти горело от настолько тесного контакта. — Не стоит усложнять это для нас обоих, Сяньлэ. — Цзюнь У прижался бедрами к его бедрам, — Слушайся меня, и все пройдет хорошо. Се Лянь издал мучительный стон. Его полувозбужденный член ласкали, и то, что он ощущал… это было слишком. Цзюнь У прижался пахом к заднице парня, и даже сквозь слои одежды Се Лянь смог почувствовать, как что-то твердое и горячее трется об него. Он не осмеливался углубляться в мысли о том, чем именно. Было легче уверять себя, что это вовсе не то, о чем он думал. Как у Цзюнь У вообще могло встать только из-за этого?! — Я не стану... — Се Лянь закусил губу, тяжело дыша. — Ты сам усложняешь всем жизнь! У него болела голова. Он хотел, чтобы это был просто сон, но боль была слишком реальной. — Просто остановись, и никому от этого не будет плохо! Се Лянь спрятал лицо в ладонях. Смех Цзюнь У за его спиной и эти повторяющиеся движения вперед-назад по его заднице казались нереальными. Этого не могло с ним происходить. В сражении принц мог что-то сделать... но тут? Тут он был совершенно беспомощен и не понимал, что происходит. В следующую секунду его шёлковые штаны были грубо стянуты и отброшены в сторону. Он лежал совершенно голым перед Императором, с обнажённой задницей, выставленной словно на показ. Се Лянь густо покраснел. Он никогда не был обнажен перед другим мужчиной… да что уж там, даже перед женщиной! И теперь, когда он оказался настолько беззащитен, его последняя надежда на спасение погасла. Это унижение довело его до предела. Он хотел выругаться на Цзюнь У, хотел дать отпор, но был совершенно неподвижен. Одна рука, начав с его челюсти, проследовала по его стройному мускулистому телу, пока вновь не достигла зоны паха. Несколько раз проведя по члену вверх и вниз, грубые руки схватили Се Ляня за бедра и прижали его к твëрдому члену Цзюнь У. — Ах, что... — Се Лянь закрыл глаза. Цзюнь У... продолжал его ласкать, медленно двигая ладонью вверх и вниз, стремясь скорее заставить член встать, и заставить Се Ляня успокоиться. Сработало очень эффективно, все внимание Сяньлэ было сосредоточено на его собственном возбуждении и звуках, которые он издавал. Он сдерживал их и не демонстрировал, насколько сильно его тело реагировало. Сначала его соски и его тело, а теперь и интимные части реагировали слишком чутко, что вызывало противоречивые ощущения. Под ласками Цзюнь У тело Се Ляня расслабилось, и он полностью затвердел, невольно показывая, насколько сильно возбужден, несмотря на все усилия не обращать внимание на данный факт. Он уже сотни раз мысленно повторял сотни дао, но ничего не мог с собой поделать. Цзюнь У посмотрел на хрупкое тельце перед собой, наклонился к нему так, что между телами не осталось и цуня свободного пространства. Это было так, словно оно просило его слиться с ним воедино. Волосы на теле Се Ляня встали дыбом, и Цзюнь У прошелся взглядом вдоль его позвоночника. Его талию можно было легко обхватить, вся спина была напряжена. Чем ниже опускалась его рука, тем сильнее, казалось, напрягался Се Лянь. Чувствовать ее на контрасте с телом парня было восхитительно. Цзюнь У на секунду закрыл глаза и опустился еще ниже. Обеими руками он схватил Се Ляня за задницу. Большими пальцами он раздвинул ягодицы, открывая себе полный обзор. Почувствовав легкое дуновение ветра, Се Лянь сжался и попытался двинуться вперед, убежать. Он был напуган, так напуган, что дрожь пробирала каждую клеточку его тела. Часть его все еще не могла поверить, что Цзюнь У действительно это делает. Часть его все еще думала, что Цзюнь У не пойдет на это! Это делалось только для того, чтобы надавить на него… верно? Но Се Лянь знал, что это произойдет. В глубине души он знал, что произойдет. Он мог подготовиться к любой боли, ко всему, что угодно, в любой момент. Но не к такой. Он до сих пор не мог этого осознать. Теоретически он знал, как это работает, но никогда не применял подобных знаний на практике, чтобы узнать больше. Он этого не хотел. Нисколько. Его гордость была задета, и все его существо находилось в ужасе. — Т-ты можешь остановиться, — заныл Се Лянь, — я усвоил урок, я больше не убегу! Он закрыл лицо руками, тяжело дыша. — Я буду послушным… Я… — Он сильно кусал губы, рыдая. — Я приму твою сторону...… просто подожди меня во дворце... Но, пожалуйста, остановись, я… Се Лянь не ожидал, что будет умолять, но его тело уже было на пределе, и теперь, будучи в таком положении, он ничего не мог сделать. Он не знал, что еще делать. Он был готов ко всему, кроме этого! — Сяньлэ, Сяньлэ… — Цзюнь У выдохнул. Он ослабил хватку на его ягодицах, что дало Се Ляню небольшую передышку. — Самовольно покинуть свой дворец - это одно из самых незначительных деяний, которые ты совершил. — Тогда... зачем? Зачем ты все это делаешь? — Се Лянь действительно запаниковал. Он мог вынести все: он бы стерпел даже еще одну сотню ударов мечом, но это? Это находилось за гранью того, что он мог вынести. — Ты не злишься, что я тебя не слушал? — , Сяньлэ, — Цзюнь У снова вздохнул. Определенно, он не хотел перечислять все случаи, когда Се Лянь разочаровывал его. — Но если бы это было единственное, что ты сделал, тебя бы только отшлепали за то, что ты был плохим мальчиком. Се Лянь покраснел, смутился и разозлился. — Есть ли другой способ заставить тебя слушаться? — Серьезно спросил он. — Я уже пытался. Я проявляю терпение по отношению к тебе на протяжении 800 лет, и единственное, что ты когда-либо делал - это использовал это терпение. Се Лянь не ответил. И Цзюнь У ясно объяснил, как все было на самом деле. Отсутствие ответа само по себе было ответом, и спустя столько времени император узнал своего юного, наивного принца. Не отвечать было так же очевидно, как сказать прямо императору "Нет, я больше не буду слушать, если ты прекратишь". — Видишь? Твой разум не хочет слушать или понимать, что для тебя хорошо. Твое сердце уже много раз подводило тебя. Единственное, что у тебя осталось искренним - это твое тело и его ответные реакции. Выдохнув, он добавил: — Ты делаешь мне больно, ты просто умоляешь меня тебя взять, Сяньлэ. Цзюнь У был полон решимости. Он надавил одним пальцем внутрь, вызывая панику у Се Ляня. Первый палец входил легко, и принцу эти ощущения казались непривычными. Не было ни боли, ни удовольствия, только… странные ощущения. Из-за этого Сяньлэ ощущал себя выставленным на виду у всех, униженным. Использованным и преданным. Цзюнь У почти не стал ждать, чтобы вставить второй. На этот раз Се Лянь почувствовал даже близко не удовольствие, а явную боль. Боль, которую он никогда не испытывал. Боль, которая до этого момента была ему незнакома. Два пальца скользнули внутрь, растягивая внутренние стенки очень быстро. Ровно настолько, чтобы к ним мог присоединиться третий палец. — Ах! — Из глаз Се Ляня потекли слезы. — Пожалуйста, перестань - мне больно! Ему было так больно, что он едва мог думать о чем-либо другом. Проход вокруг пальцев сильно растянулся. Это ощущение проникновения. Внутренние стенки на сухую растягивались грубыми пальцами. Не только растяжка причиняла боль, но и жжение от движений было довольно ощутимым. Все это, в сочетании с сильным чувством унижения, причиняло ему боль, словно удар ножом в сердце при каждом движении. Продолжая оставаться прижатым к земле, он не мог выбраться, его тело также перестало его слушаться. Это был первый раз, когда паника охватила его с ног до головы, лишив возможности мыслить логически. В каком мире секс должен был быть хорошим? Ему было больно, и он не мог думать ни о чем другом, кроме этой растяжки. Только и оставалось, что желать, чтобы это прекратилось. — Ты запомнишь это надолго. — проговорил Цзюнь У. И тут же убрал пальцы. Нетерпеливо. Он дал Се Ляню секунду чтобы отдышаться, и когда парень услышал шуршание одежды позади себя, его охватил глубокий ужас. Ему стало страшно, он хотел уйти. Как бы он хотел иметь возможность куда нибудь отползти. — Нет... — заскулил Се Лянь. Цзюнь У словно был в своем собственном мире. Он вытащил член и, выпрямившись, приставил головку ко входу. — Видишь? Ты уже принимаешь меня как миленький. Это было по-настоящему. Это происходило на самом деле. Се Лянь пытался сопротивляться, чтобы избавиться от этих ощущений, но две руки, обхватившие его за талию, заставили его принять все целиком. Цзюнь У двигался медленно, и каждый сантиметр, который Се Лянь чувствовал, был хуже предыдущего. Это было больно. Это было очень больно.Он заскулил и сжался от боли так сильно, что это только усугубило его страдания, когда Цзюнь У входил так, будто не замечая его мучений. Его тело сопротивлялось, сжимаясь и напрягаясь, чтобы не позволить мужчине продвинуться дальше. — Расслабься, Сяньлэ. — Дыхание Цзюнь У тоже участилось, и Се Лянь это слышал. Мысль о том, что Цзюнь У взволнован, вызывала у него тошноту. — Я не могу! — Се Лянь всхлипнул. Растяжка была огромной, намного больше, чем могло выдержать его тело. — Ах... пожалуйста... Цзюнь У знал. Он разрывался между желанием полностью овладеть принцем, смешав удовольствие и боль, и делать все медленно, так, чтобы тело принца спокойно приняло его. Второй вариант, казалось, решался сам собой - как только он полностью вошел внутрь, он не двигался, чтобы позволить Се Ляню привыкнуть к его размерам. Он трогал его тело с любовью, заботливо. Руки коснулись сосков. Медленно, стараясь расслабить, чтобы ощущения не были такими болезненными. Так будет лучше для них обоих. Не то чтобы Се Лянь чувствовал себя полностью расслабленно, его тело уже привыкло к этой наполненности. Его вход стал более податливым, и Цзюнь У начал выходить, как только тот почувствовал некоторое облегчение. И снова боль. При каждом движении. Почувствовав, как парень сжимается вокруг него, Цзюнь У издал стон. Это было прекрасно. Когда внутри Се Ляня осталась только головка, растяжение стало невыносимо болезненным. И Цзюнь У толкнулся один раз. Дважды. Трижды. Изо рта Се Ляня вырывались стоны, и его тело полностью утратило силы. Если раньше он мог держаться руками, теперь даже они потеряли опору. Его грудь упиралась в землю, и Цзюнь У лишь едва поддерживал его за поясницу. Движения одно за другим становились все более болезненными, но боль была не единственным ощущением, которое он испытывал сейчас. В этом и заключалась настоящая проблема. Чем больше Цзюнь У двигался, тем больше привыкал к этому.Растяжка, хоть и болезненная, теперь воспринималась как нечто естественное. Движения стали более плавными, и его тело чуть изменило позу, чтобы сделать их ещё плавнее. Теперь это ощущение было еще более пугающим, но... приятным. — Ах... ах... Не зная, как реагировать, Се Лянь попытался отползти: боль и удовольствие смешались, и даже его стоны изменились. Они казались более искренними, а не жалобными. Крепко обхватив его за талию, Цзюнь У заверил, что тот никуда не уйдет. — Ты чувствуешь это? — И темп Цзюнь У изменился. Он замедлился, чтобы почувствовать удовольствие от пульсирующего внутри органа. Чтобы облегчить ощутимую Се Лянем боль, а затем превратить ее в удовольствие, которое он не сможет игнорировать. Все мысли Се Ляня были заняты хаотичными мыслями. Он мог ощущать и представлять каждый сантиметр, входящий и выходящий из него. — Чувствую... что? — Спросил он дрожащим голосом. Единственное, что он чувствовал, это то, что каждый толчок давался ему легче предыдущего. Его внутренние стенки приспосабливались к подобной растяжке. Император улыбнулся. Он переместил руку с его талии на затылок, прижимая его к полу, а второй рукой приподнял его бедра. Это небольшое изменение положения позволило рассмотреть его под другим углом. Угол, который позволял Цзюнь У вонзиться прямо в точку удовольствия Се Ляня. До этого он лишь слегка касался ее, а теперь безжалостно вдалбливался, каждый раз попадая по цели. — Ах!! — Стон, сорвавшийся с его губ, был вызван не болью, а искренним удовольствием. — Ах! Ах, черт, ах… — Он прикусил губу, пытаясь сдержать очередной стон, но Цзюнь У видел, как это приятно. Цзюнь У безжалостно его трахал. Боль продолжала давать о себе знать, но его тело быстро приспособилось к этому непривычному ощущению. Се Лянь хотел, чтобы боль длилась дольше, он искренне желал этого, и теперь боролся с собственным желанием, растущим в его теле. Боролся с собственной реакцией на это удовольствие. Он не хотел ничего из этого! Его тело больше не принадлежало ему! Он испытывал удовольствие, смешанное с болью, которая каким-то образом только обостряла все ощущения, которые он испытывал. Он испытывал… широкий спектр эмоций. Цзюнь У, хоть и был безжалостен к Се Ляню, действительно позаботился о том, чтобы тот чувствовал каждый его толчок. Каждый сантиметр внутри, касаясь того самого сладкого местечка, которое доводило его до звездочек в глазах. Убедился, что это пойдет на пользу его телу. Стараясь всегда входить под правильным углом и на нужную глубину. Цзюнь У слышал его приглушенные стоны и всхлипывания. Это было восхитительно, потому что на этот раз он действительно чувствовал, что владеет им. Его рука покинула затылок Се Ляня и погладила спину, следуя вдоль позвоночника. Изгиб его спины заставил его на долю секунды перестать дышать. Рука переместилась на ягодицы, и большой палец провел по месту их слияния. Вкусно… его Сяньлэ действительно принадлежал ему. По-настоящему. Он послушно себя вел, принимал все, что он ему давал. О, ему нравилось видеть выражение его лица. Как прелестно он выглядел, когда не прятался от его взора. Видеть в его глазах, каким потерянным он был, как Цзюнь У полностью овладел им. В кои-то веки заставил его слушаться. И тут император вышел из него. Се Лянь ахнул и застыл на месте - колечко мышц открывшееся взору Цзюнь У, сжималось вокруг пустоты. Словно желало быть заполненным снова. В глубине души Се Лянь, понимая, что подобный перерыв не был хорошим знаком, не мог не почувствовать некоторого облегчения от того, что получил передышку. Он даже не осмелился спросить, было ли все это для того, чтобы подразнить его? Был ли Цзюнь У доволен тем, что увидел? Эта мысль покинула Се Ляня так же быстро, как и появилась, когда он почувствовал, как кто-то резко дернул его всем телом и развернул. Его голова снова ударилась об поверхность, и он оказался на спине, с раздвинутыми ногами, а Цзюнь У держал их на своих бедрах Се Лянь немедленно закрыл глаза и попытался оттолкнуть его. Связаны были только его запястья - он мог ударить и попытался оттолкнуть. Удерживая незначительное расстояние между ними. Разница в силе была слишком очевидна: тело Цзюнь У удерживало его на земле, и он бы вообще не шевельнулся, даже если бы Се Лянь воспользовался оставшимися силами, чтобы оттолкнуться. Его тело было таким слабым, и к этим опасениям примешивался страх. Цзюнь У вновь закинул связанные запястья над головой его Сяньлэ, а затем посмотрел на него сверху вниз. — Очень хорошо. Несмотря на то, что он уже был измотан, Се Лянь пытался бороться с ним… как и раньше. Может быть… просто, может быть, Цзюнь У надоест и от него отстанут. Не то чтобы Се Ляню это нравилось, но, по крайней мере, когда он был прижат к земле, он не мог видеть Цзюнь У. Он все также не чувствовал своего тела. Но сейчас он ощущал себя полностью беззащитным. Он почти физически осознавал, как жадно голодные глаза Цзюнь У осматривают его. Он не осмеливался открыть свои. Но на этот раз императору удалось заставить его остановиться, закинуть руки ему за голову, и согнуть одну ногу, обнажив вход. — Сяньлэ, — сказал Цзюнь У, — посмотри на меня. Се Лянь не сдвинулся ни на миллиметр. Его лицо было повернуто на бок, и он отказывался двигаться и смотреть в его сторону. Бедра Цзюнь У слегка придвинулись, ровно настолько, чтобы его член уперся в дырочку Се Ляня, но не больше чем на сантиметр. — Сяньлэ. Не заставляй меня повторять. — Его рука сжалась вокруг запястий, и в нем росло нетерпение. — Посмотри на меня. — Нет! — Се Лянь заставлял себя держать глаза закрытыми, сдерживая слезы и борясь с собой. — Я не буду! — Даже сейчас с тобой трудно. — У Цзюнь У не было выбора, кроме как стиснуть зубы и отпустить ногу. — Я предлагаю тебе легкий путь, а ты постоянно выбираешь тернии. — Мужчина раздраженно выдохнул. Се Лянь был очень… ограничен в своих возможностях. Его руки все еще были связаны, он был зажат между сильным телом Цзюнь У и поверхностью, и все это время нижняя часть его тела чувствовала себя такой измученной. Из его глаз текли слезы, а во взгляде читалось поражение. — Не заставляй меня повторять это снова, — Цзюнь У сильнее сжал его щеки, все сильнее и сильнее по мере того, как росло его нетерпение. Се Лянь задрожал, на щеке была видна дорожка от слез, когда он, наконец, решился открыть глаза и посмотреть в лицо находящемуся перед ним мужчине. Это был первый раз, когда он посмотрел на него с тех пор, как он начал это, и… Се Лянь понятия не имел, как реагировать. Он просто застыл, лицом к лицу. Это был Цзюнь У, человек, которого он знал. Раньше его гордое лицо вселяло уверенность, а теперь он боялся. Этот человек ничем не отличался от того, кого он знал, разве что глазах этого теперь горел такой огонь, которого он никогда не видел. Даже от встреч с Безликим Баем он никогда прежде не испытывал ничего подобного. Се Лянь не мог этого понять. Эта секунда, казалось, растянулась на долгие минуты. В тот момент, когда император увидел слезы Се Ляня и выражение его лица, он почувствовал, что уже готов кончить. Выражение его лица… оно было прекрасно. Эти прелестные слезы, что текли по его щекам. Он выглядел таким несчастным, и тот факт, что все эти слезы были из-за него, возбуждал его еще больше. Желание заставить его рыдать еще сильнее, нежно успокоить, чтобы он заплакал снова. Цзюнь У потребовалось несколько долгих секунд, чтобы взять себя в руки. Чтобы не кончить от одного его вида. Превосходно. Значительно больше, чем он ожидал. — Видишь? — Цзюнь У обхватил его щеку и провел по ней большим пальцем, — это ведь было не слишком сложно? — Слезы не прекращали литься из глаз принца. — Ты прекрасен. Цзюнь У не стал ждать продолжения и ослабил хватку на запястье и челюсти. Он еще сильнее подмял Се Ляня под себя, просунув обе руки под колени. Он засунул свой член в его задницу, которая на этот раз спокойно приняла его. Никакого сопротивления, он уже приспособился к его размерам. — Ах... ах—ах! — Протянув руки вперёд, Се Лянь попытался оттолкнуться, почти как в тот момент, когда он стремился установить барьер между ними.— Это слишком, пожалуйста… — Он закрыл глаза, прогоняя слезы. — Сяньлэ. — Цзюнь У резко толкнулся в него, уже привыкший к такому темпу, его терпение было на исходе. — Ты уже забыл? Принц помотал головой, но глаза все-таки открыл. Он не хотел, но понимал, что так будет лучше. Слезы продолжали течь, смешиваясь с его стонами. Боль почти прошла, остались только ее отголоски, ведь с переполняющим его удовольствием было трудно справиться. Придвинув его ногу к своей щеке, заботливые и успокаивающие движения Цзюнь У вызвали еще большее чувство вины в теле Се Ляня. Интенсивность его толчков, смешанная с нежностью, казалась такой неправильной, и все же... действительно подействовала на него. Цзюнь У улыбнулся. Его пыл был неостановим, и все же он наклонился к Се Ляню, чтобы поцеловать того в щеку. Рука, все еще ласкавшая скулу, снова вытерла слезы большим пальцем. — Посмотри на себя, Сяньлэ. — язык Цзюнь У слизнул соленые слезы, - Поплачь для меня, покажи, что я в долгу перед тобой. Не скрывай этого от меня. Се Лянь не рискнул закрыть глаза, слезы продолжали литься нескончаемым потоком. Он не хотел этого. Он хотел бы это остановить, но это было невозможно. Его тело больше не ощущалось как его собственное. Он испытывал чувство эйфории, вновь и вновь получая удовольствие от того, как его тело испытывает новые ощущения. Цзюнь У поцеловал его слезы и снова слизал их. Когда он это делал, каким-то образом его темп и движения ощущались… почти заботливо. Почти... но недостаточно. Его тело больше не принадлежало ему, как и разум. Се Лянь сам удивился, осознав, что хочет большего. Се Лянь заплакал еще сильнее, к удовольствию Цзюнь У. Вытирая поцелуями его слезы, он трахал его так глубоко, что Се Лянь чувствовал это своим животом. Снова размеренный темп. Эта поза также позволяла наклониться под другим углом, проникая так глубоко, что его толчок достигал ягодиц с хлопающим звуком. Цзюнь У мог каждый раз попадать в это сладкое местечко, и, когда Се Лянь менял темп, каждый толчок порождал стон. — О-остановись… ах… ах... — Се Лянь чувствовал, что сейчас произойдет. Он чувствовал, как напряглось его тело, и испугался. Испугался удовольствия, постепенно растущего в животе, от этого совершенно нового для него желания. О, это было так неправильно, и несмотря на это - тело жаждало разрядки. Его дырочка сжалась и втянула императора, а спина выгнулась дугой. — Владыка, ах—я... хватит, я не могу, ах… это уже слишком… пожалуйста... Нарастающее напряжение — желание, чтобы это все еще было больно. Чтобы его тело могло бороться с этой болью, а не с удовольствием. Но оно… оказалось слишком слабым, чтобы сопротивляться. Удовольствие было слишком интенсивным, а толчок Цзюнь У оглушил его сознание. Против своей воли Се Лянь кончил между их животами. Его спина выгнулась дугой и оторвалась от пола, и он издал протяжный стон, похожий на скулеж. Оргазм настиг его сильно, физически, но в основном морально. Тело Сяньлэ стало таким чувствительным, что всего, что делал Цзюнь У, было достаточно, чтобы заставить его стонать. Тяжело дышащий, все еще стонущий, Се Лянь был в ужасном состоянии. Цзюнь У отвлекся от его слез и просунул обе руки под его колени, подтянув ноги к груди. Согнув его почти пополам. Нисколько не заботясь о своем комфорте. Се Лянь тоже был слишком возбужден, чтобы требовать что-то еще, кроме члена Цзюнь У, именно в это время. Император всегда знал, что было лучше для Сяньлэ. Его поза позволяла проникнуть глубже, и толчки были ощутимы. Влажная кожа соприкасалась с влажной кожей, и каждый вход был по самые яйца. Дырочка Се Ляня так восхитительно сжималась вокруг его члена, что он почувствовал, что должен трахнуть его сильнее, чтобы получить полный оргазм. Ценить каждый момент отдачи Сяньлэ. — Тело и душа - всё моё. — произнес Цзюнь У. — Слушайся меня, наслаждайся ощущениями, которые я вызываю в твоем теле. Единственная часть тебя, которая слушает меня, и так будет всегда. — Нет… — Произнес Се Лянь, продолжая издавать невразумительные звуки. Он немного перевел дыхание, но это ощущение было лишь остатком острого наслаждения и эйфории от только что пережитого яркого оргазма. Слезы из его глаз продолжали течь. Цзюнь У нравилась данная картина. Сосредоточившись на собственном удовольствии на несколько секунд, он трахал Се Ляня очень грубо. На последнем толчке Цзюнь У кончил в него. Медленно двигая бедрами, чтобы убедиться, что он выплеснет всю свою сперму в его жадную дырочку. Даже несмотря на изнеможение, Се Лянь продолжал так восхитительно сжимать его. Этого было почти достаточно, чтобы Цзюнь У снова возбудился. — Твое тело… — Его пальцы двигались там, где их тела все еще были соединены. Все так беспорядочно… Какие-то телесные жидкости смешались, и Цзюнь У размазал их. Играя с его растянутой красной дырочкой, лаская ее так, что принц застонал. Он провел руками по животу Се Ляня и смазал его сперму со своей. Поднявшись выше, испачканными пальцами он коснулся груди. — …не согласно с твоим сердцем и даже сказанным ранее словам. Цзюнь У большим пальцем раскрыл рот Се Ляня и скользнул пальцами внутрь. Сначала он был слишком возбужден, чтобы сопротивляться, но когда вкус дошел до его сознания, он дернулся и закрыл глаза. Слабо прикусив пальцы, он обнаружил, что вкус был..… еще одним осознанием того, что только что произошло. Се Лянь тяжело дышал и вздохнул с облегчением, когда пальцы покинули его рот. Они оставили после себя соленый и мускусный привкус, который казался отвратительным. Его затошнило. Цзюнь У остановился, мягко поцеловав вспотевшего Се Ляня в лоб. — И гораздо более послушно, чем твой разум. Только тогда Цзюнь У с глубоким вздохом отстранился. Тело Се Ляня было... гораздо более желанным, чем он думал. Ему следовало знать, что это лучший способ убедиться, что он послушается. — О, Сяньлэ, посмотри, во что ты себя превратил. Он был... сплошным месивом, в буквальном смысле слова. Его лицо было покрыто слюной Цзюнь У и его собственными слезами; на языке все еще ощущался отвратительный привкус, а подбородок был мокрым от его слюны. Живот становился липким и влажным… а что касается промежности, то лучше было даже не думать об этом для его же блага. Се Лянь сомкнул ноги и замер, лишь прижавшись к нему. Цзюнь У вздохнул: — Я буду хорошо о тебе заботиться. Принц покачал головой. Это было единственное, чего он не хотел от него слышать! — Нет, отпусти меня, я могу идти сам. — Сяньлэ, я даже не уверен, что ты сейчас в состоянии самостоятельно ходить, — сказал император. — Почему ты думаешь, что я доверю тебе вернуться в свои покои? Я сам отнесу тебя во дворец. — ...Что? Если… ты считаешь… — Се Лянь успел осознать свои слова только тогда, когда его подняли на руки. Это было еще более унизительно, чем он мог себе представить. У него не было сил сопротивляться, он уже смирился со своей участью находиться в объятиях Цзюнь У. —Я могу идти сам. — С твоими-то ногами? Ты даже встать не можешь. — вздохнул Цзюнь У. — Все еще такой трудный. Даже сейчас. Что мне с тобой делать? Он больше ничего не сказал и забрал одежду Се Ляня. Риск столкнуться с кем-нибудь был выше, чем хотелось бы Цзюнь У. Он прикрыл бледное тело своей просторной одеждой и пошел с ним. Се Лянь не сказал ни слова, даже не пытался отбиваться. В какой-то момент на него навалилась слабость, и он даже положил голову на плечо Императора. Закрыв глаза, он мог чувствовать только тепло его тела. Ощущение, которое он должен был ненавидеть, ощущение, которое должно было вызывать у него отвращение... и все же, он все равно находил в нем утешение. Он ничего не сказал и согласился, чтобы его несли. В его объятиях, чувствуя его тепло, усталость окончательно его одолела. Он закрыл глаза, и медленно, но верно его дыхание выровнялось. Се Лянь заснул в объятиях Цзюнь У. Последнее, что он помнил - как его аккуратно уложили в постель. Император поцеловал его в лоб и слегка погладил по волосам. Пальцами провел по высохшим слезам на его щеках. — Приятных снов, Сяньлэ.