Пыль и краска

Ночь была слишком тёмной и слишком тихой. Мастерская Экко была укрыта тишиной, прерываемой лишь глухими звуками издалека, витал запах масла и металла. Свет ламп падал мягкими бликами, превращая это место в островок уюта среди надвигающегося хаоса. Джинкс сидела на краю рабочего стола, постукивая пальцами по металлу, и её взгляд блуждал по мастерской Экко. Она уже привыкла к этому месту. Его домик на дереве стал чем-то вроде убежища для неё в последние недели. После того, как Экко вытащил её из той пропасти, и буквально, и в переносном смысле, он сделал всё, чтобы вернуть её к жизни. Он не давил, не требовал перемен, просто был рядом. Рассказывал о своём пребывании в почти идеальной вселенной, о Паудер, которая так и не стала Джинкс, о создании z-драйв. Это все звучало чертовски не правдоподобно, как какое-то сновидение после дурмана, но тем не менее она поверила всему что он ей рассказал. Он предложил ей остаться с ним, в его коммуне, среди Поджигателей, и она… согласилась. На какое-то время она даже почувствовала себя почти дома. Почти умиротворённой. Но ноксианцы наступали на Пилтовер, и Заун был следующим в очереди. Экко убедил её объединиться с ним. Ради Вай. Ради Зауна, который нуждался в защите больше, чем когда-либо. В его мастерской, которую он без колебаний предоставил ей в полное распоряжение, она создала своё новое оружие, Носорога, готовясь к битве, которая, возможно, станет для неё последней. Этим поздним вечером она снова пришла сюда, как делала уже не раз. Просто поговорить. Просто забыть, хотя бы ненадолго, о том, что их ждёт впереди, а вернее уже завтра. Её взгляд то и дело задерживался на Экко, который сосредоточенно занимался инструментами. Он стоял у рабочего стола, внимательно проверяя снаряжение. В его руках был компактный импульсный генератор, часть его арсенала Поджигателей. Он ловко вращал его пальцами, проверяя каждый механизм, затем вставил заряд и активировал устройство. Она взяла со стола ножницы, перекидывая их из одной руки в другую, загоревшись неожиданной идеей. Экко, не отрываясь от генератора, поднял голову и бросил в её сторону короткий взгляд. – Слушай, – обратилась она к нему, указывая лезвиями ножниц на свои волосы – Поможешь мне с этим? Я хотела бы сделать их еще короче. Он поднял голову от стола, заваленного инструментами, наконец выключил устройство и посмотрел на неё. – Ты серьёзно? Ещё короче? – Его взгляд скользнул по её лицу. – Да, вполне, – усмехнулась она, кидая ему ножницы. – Хочу чтобы было коротко, как у Вай. Экко поймал ножницы и подошёл к ней. – Ладно. Он встал за ее спиной, осторожно касаясь ее волос, медленно разделяя их на пряди. – Если получится отвратительно, я просто убью тебя — предупредила Джинкс — Так что старайся. – Не волнуйся. Я сам занимаюсь своими волосами, у меня есть кое-какой опыт. Джинкс поморщилась. — Ой. А я то думала у тебя есть личный стилист. Экко проигнорировал ее сарказм. Джинкс уселась ровнее, слегка наклонив голову, чтобы ему было удобнее. Экко аккуратно подцеплял пряди ее волос, работая над этим сосредоточенно. Она наблюдала за ним через зеркало. Лезвия ножниц чётко щёлкали, срезая синие пряди, а её отражение в зеркале постепенно менялось. — Я удивлена что ты сохранил эту штуку — Джинкс указала большим пальцем в угол мастерской. Экко проследил за тем на что она указывала. — Сиди ровно, пожалуйста. Ты о монобайке? — Именно! — воскликнула она, будто это было очевидно. — Помню как мы катили на нем, а силовики за нами гнались. Ты тогда чуть не врезался в стену. Экко улыбнулся, качая головой. — Потому что ты кричала мне в ухо, что хочешь увидеть, как мы "взлетим". Джинкс вздернула подбородок, довольная воспоминанием. Тем временем он закончил с ее волосами, отложил ножницы и подал ей зеркало со стола прямо в руки, чтобы она могла лучше рассмотреть результат. – Ну парикмахер из тебя конечно не очень – с иронией заметила Джинкс, переводя взгляд со своего отражения на него снизу вверх. – Ну извини, салон красоты закрыт. – проворчал Экко, разводя руками. – Мог бы попробовать хотя бы ровнее. - сказала она уже снисходительнее и улыбнулась, проводя пальцами по коротким волосам – Ну что же, теперь я готова пугать врагов. Экко только хмыкнул и, вернувшись к столу, вытащил из ящика тонкую иглу и два небольших кольца. – Джинкс, – позвал он, протирая иглу спиртом. – Поможешь мне тоже? Я хотел бы проколоть уши. Она подняла бровь. – Услуга за услугу, значит? – В память, – коротко сказал он, не глядя на неё. – В память о чём? – О том, что было. Там, в другой вселенной, – признался он, его голос звучал тихо, но твёрдо – у моего двойника они были проколоты, сейчас мне кажется что это было бы, ну… – Круто - Джинкс закатила глаза, но подошла ближе, забирая у него иглу – Ладно, герой, давай сюда. Только не ной, если будет больно. У меня твердая рука. Он усмехнулся, но ничего не сказал, терпеливо наблюдая за ней. – Не дергайся — почти сердито предупредила она, полностью сосредоточенная на своих действиях - Я никогда этого раньше не делала. Джинкс справилась довольно быстро и когда кольца заняли своё место, она отступила назад, разглядывая свою работу. – Ну, теперь ты выглядишь как настоящий бунтарь, – с улыбкой заметила она. – Хотя я бы добавила ещё парочку. – Это не про стиль, Джинкс, – мягко ответил ей Экко. После его слов она будто внезапно про что-то вспомнила. – Ага, я сейчас – бросила она, через плечо и поспешно покинула мастерскую. Наверное с полчаса спустя Экко все еще стоял у стола, проверяя оружие, когда Джинкс снова появилась в дверном проёме широко улыбаясь и с ящиком с несколькими банками красок в руках, оставшихся после того как они этим утром разукрашивали ее летающее логово. — Держи! — она бросила ему одну из банок, и он еле успел её поймать. — У меня идея придать этому шоу еще больше стиля. Экко взглянул на банку, а затем на Джинкс, прищурившись. — Почему ты так подозрителен? Нет, это не магическое зелье для супергероев, просто краска — закатила глаза Джинкс, подошла ближе и ткнула пальцем в его грудь. — Мы ведь идём на войну, Экко. Должны выглядеть круто! Я хочу буквально чтобы все были в шоке когда нас увидят. Я подумала тебе понравится эта идея, вы, Поджигатели, тоже рисуете на себе глупые знаки и прочее. Расслабься, это будет весело. Экко криво улыбнулся ей в ответ. Чуть наклонив голову, Джинкс задумчиво обвела его взглядом. — Но сначала сними эту дурацкую майку… — попросила она вытаскивая из-за спины укороченный топ тёмного цвета — И надень вот это. — Ты серьёзно? — Экко поднял бровь. — Очень. — она кивнула. — Где ты это взяла? — Нашла в твоем шкафу разумеется, и просто сделала этому небольшой абгрейд. — Ты рылась в моих вещах? - в его голосе не было как такового упрека, скорее удивление. — О, нельзя было? Но ты сам сказал, что я могу чувствовать себя здесь как дома… — проговорила она, при этом явно не чувствуя себя виноватой.— Тебе нужно что-то удобное. А ещё… ну, знаешь… чтобы все видели, что мы теперь напарники или вроде того. Кроме того это подчеркнет ну, твой пресс. Да. Не благодари меня, это будет круто смотреться, тебе так повезло, что у меня безупречное чувство стиля. Экко посмотрел на топ, потом на воодушевленную Джинкс, с лёгкой улыбкой покачал головой, но всё-таки надел его. Ткань плотно облегала его торс, открывая мышцы и рубцы на коже. — Не думал, что ты хочешь, чтобы все смотрели на меня, — заметил он, подтягивая край топа. Джинкс усмехнулась. — А кто сказал, что я делаю это для всех? Её взгляд упал на гильзу в его дредах. Она протянула руку и осторожно вытащила её из его волос, повертела пальцами, отложила на стол и извлекла из кармана резинки, которые очевидно тоже заранее приготовила для него. — Розовые? Серьёзно? Я не ношу розовое — Экко поморщился, но тем не менее никак не воспрепятствовал ей украсить его этими деталями. — Не носил — мягко поправила Джинкс - Как же тяжело быть твоим арт-директором, когда ты такой закостенелый. Экко попытался улыбнуться, но в его глазах читалось напряжение. Все сложнее было сохранять самообладание, когда она была так близко и кроме того так совершенно фамильярно прикасалась к нему. — Вот так, теперь ты готов к творчеству — сказала она, чуть отклоняясь назад, оглядывая его с головы до ног. Экко фыркнул, наклоняясь, и окуная пальцы в банку с розовой краской. На коже она выглядела темнее. Он выпрямился, оглядел Джинкс — она уже держала кисть, ухмыляясь, словно знала что-то, чего он не знал. — Давай. Посмотрим, кто из нас лучший художник. — Как насчёт пари, мальчик-спаситель? — проворковала она, покачивая кистью в воздухе. — Кто разрисует другого круче? — Ты проиграешь, — хмыкнул он. Джинкс сощурилась. — Ах так? Она шагнула ближе, взмахнула кистью и смело провела по его груди, оставляя на ткани топа крест-накрест два широких мазка. Линии были небрежными, но яркими. Экко на секунду потерял дар речи. Но только на секунду. — Не двигайся, — предупредил он. Она оскалилась. — Ну давай, покажи, на что способен. Джинкс приподняла бровь, насмешливо наблюдая, как он проводит линии по её щекам. — И еще потом добавим мне на голову сковородку, да? Экко лишь покачал головой, но уголки его губ дёрнулись, сдерживая улыбку. Он аккуратно провёл кистью по её ключице, затем опустился ниже. Джинкс склонила голову набок, наблюдая за его сосредоточенным лицом. — Что же дальше? Скажешь мне раздеться? — Если хочешь, — пожал плечами он, сохраняя внешнее спокойствие. Она вздернула подбородок, словно принимая вызов, и скинула на пол куртку, которую он сам подарил ей, накануне, затем туда же последовал и ее пояс. — Давай, коротышка, раскрась меня. — Не называй меня так — попросил он, хмурясь — это прозвище давно в прошлом. Джинкс никак не отреагировала. Экко посмотрел на нее, затем вновь обмакнул кисть в краску. Когда кончик кисти коснулся её живота, она невольно вздрогнула. — Щекотно, — пробормотала она. — Потерпи — его голос стал ниже. Экко наклонился ближе, продолжая наносить узоры и фигуры на ее кожу. Звезду, песочные часы, корону. Каждое движение кисти было медленным, преднамеренным. Он задержался у её рёбер, затем опустился ниже, очерчивая плавные линии по её бедру. — Твой ход, — сказал он, передавая ей кисть. Джинкс улыбалась, забирая её. — О, я собираюсь сделать тебя настоящим произведением искусства. Она не раздумывая, обмакнула кисть в краску. — Ну-ка, не двигайся — велела она. Экко поднял взгляд, и их глаза встретились. Наверное они были сейчас непозволительно близко к друг другу, полностью нарушая понятие о личном пространстве. Джинкс на секунду прикрыла глаза чтобы разорвать этот близкий контакт с ним, тут же неизбежно вспоминая их стычку на мосту. Это воспоминание прокатилось между ними, как волна, наполненная болью и сожалением. Словно пытаясь оттолкнуть это прочь, она провела ещё один резкий крест на его плече, затем опустила кисть ниже, оставляя небрежные мазки на его руках. Линии получались резкими, почти беспорядочными — словно метка, вызов, напоминание. А потом, без предупреждения, она просто выплеснула остатки краски ему на живот, наблюдая, как она стекает вниз неровными потёками. — Вот так. — пробормотала она, отпуская кисть, позволяя ей просто упасть на пол. Экко застыл, осматривая себя, а затем посмотрел на нее с притворным возмущением. — Хорошо… Ты сама напросилась. — И он без предупреждения схватил другую банку и выплеснул немного краски на её штаны. — А-а-а! — Джинкс отступила, но её глаза светились чистым восторгом. Она зло улыбалась запуская пальцы в краску — Ты сейчас пожалеешь! Они начали носиться по мастерской, оставляя на полу разноцветные следы. В какой-то момент Джинкс прижала Экко к стене, и злорадно посмеиваясь, просто беспорядочно размазывала краску по его плечам, груди, волосам. Экко, сам едва сдерживая смех, вдруг резко развернул ее к себе, её спина прижалась к его груди. Она чувствовала его дыхание у своего уха, его руки крепко удерживали её, а твердость его тела была слишком явной, чтобы этого не заметить. Джинкс чуть приподняла бровь, не сдержав ухмылки. — Экко… — её голос прозвучал почти лениво — Это еще одна кисть в твоём кармане или ты так радуешься нашему пари? — Я… это..— начал он, совершенно смущенный тем как откровенно она подначивала его, но слова так и застряли в его горле. Он надеялся теперь только что она сменит тему. — Хм. —полуулыбка играла на ее губах, когда она наклонила голову назад, чтобы встретится с его смущенным взглядом — Не надо краснеть, герой. Это даже льстит, что я произвожу такой эффект. — Джинкс… — пробормотал он, пытаясь найти правильные слова, но её близость сбивала с толку. — Расслабься, Экко, — прошептала она, прижимаясь чуть сильнее. — Я не против. Джинкс ненадолго замолчала, её глаза блеснули в полумраке мастерской. Она провела языком по своим губам, прежде чем еще дальше наклонить голову назад, чтобы быть ближе к его лицу. Экко замер, когда её пальцы вдруг скользнули по его щеке. Экко перехватил её руку, не позволяя убрать её. Джинкс, почти удивленно уставилась на его пальцы на своем запястье. На миг она словно оцепенела в ответ. А потом это произошло. Прежде чем она успела подумать, она подалась вперед и поцеловала его. Сначала робко, словно не была уверена, что делает это правильно, но когда он тут же ответил, как будто только этого и ждал, напряжение постепенно стало отпускать ее, и чувствуя его тепло, она запустила пальцы в его волосы. Не разрывая поцелуя, Экко осторожно развернул ее к себе так чтобы они оказались лицом к лицу. Поцелуй был мягким, но наполненным всей болью, тоской и страстью, которые копились между ними годами. Джинкс прижалась к нему, наклоняя голову, её губы были горячими и настойчивыми. Она почувствовала, как он крепче обхватил её, как его дыхание стало тяжелее. Поцелуй углубился, Экко открыл рот для ее языка, и их языки соприкоснулись. Джинкс задержала дыхание, чувствуя, как тепло от его губ и прикосновений проникало глубже, чем она готова была признать. Но мысли, словно ядовитые шипы, уже медленно пронзали её сознание. Она невольно вспомнила, как несколько раз ловила его взгляд, полный странного смешения боли и нежности, когда он рассказывал ей об этой другой Паудер. Паудер из другой вселенной. Этой беззаботной девочке которая, возможно, так никогда и не стала Джинкс. "Он должно быть влюблен в неё, в ту, кем я могла бы быть" — подумала она, и горечь от этих мыслей затопила её сердце. Внезапно она отстранилась, резко обрывая их поцелуи. — Скажи мне честно, Экко — в тишине её голос прозвучал резко, почти грубо. — Ты ведь трахнул её, да? Экко моргнул, сбитый с толку. Чувственный момент был жестоко отброшен в сторону. — Кого? — Меня. Ну, ту другую меня. Он открыл рот, но на секунду замялся, отступая от нее на шаг. — Мы только целовались. Один раз. Ее глаза сузились. — И? — И я не знаю, как далеко заходил мой двойник в той вселенной. Но это неважно. Джинкс скривилась, её глаза сверкнули. Она решила что спросит прямо. — Ты влюбился в нее? Экко нахмурился, его взгляд задержался на её глазах дольше, чем обычно. — Это допрос? — Тебе тяжело ответить? Это или да или нет, не так ли? — Ты ведь понимаешь, что в каком-то смысле говоришь о самой себе? — его голос опустился до шёпота — Она, это тоже ты. Просто незавершённая. Версия, которая не смогла стать... тобой. Он шагнул ближе, и воздух между ними стал почти осязаемым, как натянутая струна. — Но ты настоящая, — его пальцы едва заметно дрогнули, но он не коснулся её. — Со всем, что прошло через тебя. Экко запнулся, поймав ее потемневший взгляд. Слова будто застряли на полпути, в горле, слишком тяжёлые, чтобы их выдавить. Джинкс прикусила губу, пытаясь придумать в ответ что-то колкое, но не смогла и отвернулась от него. — Как-то нечестно. – пробормотала она с легкой досадой. — Что именно? Джинкс будто разглядывала что-то в темноте. — То, что твоего поцелуя первой удостоилась моя альтернативная версия, а не я. Она была более доступна? — Она была добра ко мне. — О, не сомневаюсь. Значит, всё было супер с ней, и вообще, да? Почему же ты не остался там? Все было бы так просто. Её вопрос повис в воздухе, и Экко почувствовал, как напряжение между ними стало почти осязаемым. Он глубоко вдохнул, как будто собирался прыгнуть в воду. – Я не мог. Мне нужно было вернуться сюда, к своим людям. Кроме того остаться было бы просто нечестно. – Нечестно? – переспросила она. Он обошел ее сбоку, чтобы снова быть в ее поле зрения, и продолжил: – Нечестно по отношению к моему двойнику. Тому Экко, чье место я занял в той вселенной. У него была эта своя жизнь, я не мог просто взять и украсть у него это. Джинкс задумчиво смотрела на него, поджав губы в тонкую линию. – То, что я встретил её, Паудер, помогло мне многое понять, – его голос становился все тише, когда он продолжил – что я всегда хотел помириться с тобой. Джинкс отвела взгляд. – Как лестно, – сухо бросила она. — Но ты её поцеловал. — Я… — его голос дрогнул — Если хочешь знать, я не переставал думать о тебе, Джинкс. Ни там, ни здесь. Она сжала зубы, резко моргнув, словно пытаясь прогнать слёзы. Экко развел руками перед собой. — И, это вообще был мой первый поцелуй. Джинкс моргнула, всматриваясь в его лицо, и тут же прищурилась. — Чего? Экко пожал плечами, словно это ничего не значило. — Серьёзно? — Она хмыкнула, скрестив руки. — Я тебе не верю. — Ну, окей, верь во что хочешь. Джинкс продолжала изучать его взглядом, будто выискивая подвох, но Экко казался слишком искренним, чтобы лгать в таких вещах. Экко чуть склонил голову, губы тронула лёгкая усмешка. — А ты? — Что? — Кто сорвал твой первый поцелуй? Джинкс пожала плечами, небрежно накручивая на палец прядь волос. — О, ну, точно не ты из другой вселенной. Экко ухмыльнулся, пристально глядя на неё. — Ну-ну. Может, тот парень, который делал тебе татуировки? Она расхохоталась. — Ох, Экко… — Джинкс качнула головой, лукаво улыбаясь. — Тату мне делала девушка. Экко моргнул, а потом его губы дрогнули в каком-то странном выражении. Он отвёл взгляд, словно собираясь с мыслями или сдерживался чтобы не улыбнуться. Джинкс сузила глаза. — О чём ты подумал? Он фыркнул. — Да ни о чём. Она оскалилась, медленно подаваясь вперёд. — Ага, конечно. Видимо, ты не такой уж святой, как любишь казаться. Сразу представил себе двух девчонок вместе, да? Экко вскинул бровь, но не смог скрыть усмешку. — Заметь, ты сама это сказала. Их взгляды встретились. Лёгкость момента сменилась чем-то другим. Чувство, которое они оба пытались игнорировать, подкрадывалось всё ближе. Экко двинулся первым, но Джинкс тут же пошла ему навстречу, и их губы снова слились в поцелуе — теперь уже медленном, мягком, но куда более глубоком. Джинкс прижалась к нему, её пальцы прошлись по его груди, замерли у шеи, а потом пробрались в волосы, сжимая их с лёгкой требовательностью. Она не могла остановиться, не могла насытиться им. Столько времени прошло, столько лет они были врагами, но сейчас — сейчас они были просто Экко и Джинкс, потерянные в своих чувствах. Он опустил ладони на её талию, прижимая к себе крепче. Джинкс дышала тяжело, её губы покалывало от жара их поцелуев. "Разве можно целоваться так, если у тебя до этого был только один поцелуй?"— пронеслось у неё в голове. Она прикусила губу, подавляя новый стон. Джинкс снова отстранилась, их дыхание сбилось в унисон. Она провела пальцами по его щеке, взгляд стал отстранённым, словно она видела перед собой что-то из прошлого. — Я прогнала тебя тогда, — она попыталась говорить насмешливо, но в её глазах что-то потускнело и голос прозвучал тихо, при том что каждое слово ударяло его, как молот. — Я не хотела твоей жалости. Не хотела втягивать тебя во все это. Я думала, ну, знаешь, что так будет лучше. Для нас обоих. Экко никак не ответил, его взгляд потемнел. — Ты помнишь, да? — она чуть усмехнулась, но это была горькая усмешка. — Как ты пытался увести меня от Силко. А я ударила тебя. Сказала, что ты ничего не понимаешь... что мне не нужен спаситель. — Я помню, — глухо ответил он, пальцы чуть сжались на её талии. — Я думал тогда, что ты разобьешь мне нос, а не сердце — его голос прозвучал ровно, но взгляд выдавал больше, чем он хотел показать. Джинкс прищурилась, подозрительно глядя на него исподлобья. — Из какой-нибудь книжки это взял? «Разобьёшь мне сердце…» — передразнила она и фыркнула — Ты что, решил стать поэтом? Как трогательно. Экко склонил голову, потирая глаза будто от усталости. — Нет, это моя оригинальная реплика. Специально для тебя. — Ха! Ладно, зачёт, — она хлопнула его по плечу, но пальцы задержались на коже чуть дольше, чем нужно. Их взгляды снова пересеклись. Джинкс собиралась добавить еще что-то колкое, но слова будто застряли у нее в горле, когда он наклонился чуть ближе, его дыхание коснулось её лица. Её глаза сверкнули, но ответ так и не сорвался с губ. Экко накрыл её рот своим, уже увлекая в новый поцелуй, сначала осторожно, но вскоре более настойчиво, как будто он больше не мог сдерживаться. Экко притянул ее к себе так, что между ними не осталось ни капли пространства. Её руки скользнули по его спине вцепились в ткань его топа, словно она собиралась это порвать. Каждое их движение было напоминанием о том, сколько всего осталось невысказанным. Их дыхание смешалось, и в этом поцелуе было все: злость, сожаление, и страсть, которая слишком долго жила где-то глубоко внутри, но теперь вырывалась наружу. Джинкс чуть сместилась, позволяя своему бедру скользнуть между его ног, намеренно провоцируя его. Экко судорожно втянул воздух, а она лишь усмехнулась. Он оторвался от ее губ, и несколько мгновений в мастерской стояла тишина, нарушаемая лишь их сбившимся дыханием. Экко посмотрел ей в глаза, его взгляд был серьёзным, даже напряжённым. — Ты уверена, что хочешь этого? — Его голос звучал жёстче, чем он, вероятно, хотел. Экко даже не пытался скрыть сомнение. Он осторожно убрал прядь её волос с лица. — Это не игра? Джинкс замерла на миг, её взгляд стал чуть жёстче, но в глубине мелькнуло что-то болезненно-уязвимое. — В чем дело? — её голос прозвучал с вызовом, но движение её пальцев, скользнувших по его шее, было нежное — Ты не хочешь меня, Экко? — Я просто не хочу, чтобы ты сделала это из-за... — Он осёкся, не в силах подобрать правильное слово. — Недавнего. — О, это не из-за этого. Представь, завтра ничего этого может уже и не быть. — её голос звучал тихо, почти умоляюще, но в нём была вся её суть — вызов и просьба в одном— Ни нас. Ни всего этого. Просто возьми меня сейчас. Его сердце болезненно сжалось от её слов. Она не планировала пережить завтрашний день — и в этом признании было больше правды, чем ему хотелось бы услышать. — Значит, ты решила устроить эксперимент? — Его голос звучал почти обвиняюще, но пальцы поглаживали её талию, все еще не отпуская от себя. — Пожалуй, — она провела кончиком своего металлического пальца по его губам, её дыхание участилось. — Так что лучше сделай это хорошим экспериментом, Экко. Молчание повисло между ними. Они были так близко, что он ощущал, как её сердце бьётся в унисон с его. Видя как он медлит и сомневается, она разозлилась. — Хм. И почему ты такой серьезный? — Джинкс приподняла бровь, чуть склонив голову набок. — Слушай, я представляю, как моя альтернативная версия "голодала" по сексу, пока ты занимал место её любовника. Экко резко выдохнул, покачав головой. — Еще несколько минут назад ты предъявляла мне что-то там за поцелуй. Ты правда думаешь, что это важно сейчас? — Ну, конечно, важно. — Она поддела его тоном, на грани шутки и издёвки. — Ты, наверное, ходил там с таким же хмурым видом. — Она сделала вид, что хмурит брови и поджала губы, подражая ему — Раньше ты больше веселился. Ты вообще умеешь смеяться сейчас? — Люди меняются, — его голос снова обрёл жёсткость, но теперь это было скорее защитой, чем нападением. — Кроме того, когда происходит что-то смешное, да, я смеюсь. Она хмыкнула. — Смеёшься, говоришь? Покажи мне, как это выглядит. Её пальцы легли на его плечо, мягко поглаживая, словно проверяя, насколько далеко она может зайти. Экко перехватил ее руку и сжал её запястье. — Ты всегда превращаешь всё в игру, да? — Брось. Тебе же всегда нравилось играть со мной. Её голос был тихим, но он почувствовал, как напряглось её тело. Экко на мгновение закрыл глаза. Он знал, что это может всё разрушить. Но и знал, что останавливаться уже слишком поздно. Он снова притянул её к себе, так резко, что она едва успела вдохнуть, их губы снова встретились в жадном, почти голодном поцелуе. На этот раз без сомнений и колебаний. Их тела столкнулись, и весь мир вокруг исчез. Это было необратимо. Только этот момент, ни прошлого, ни будущего, только сейчас. Его губы проложили дорожку по её шее, руки крепко сжали её талию. Джинкс крепче обвила его шею, стремясь быть ещё ближе. Стол позади слегка заскрипел под их весом, когда Экко прижал её к нему. Всё между ними было как вихрь, горячее, прерывистое дыхание, смешанные стоны, касания, от которых дрожала каждая клеточка. Он чувствовал, как её пальцы цепляются за него, как ногти оставляют царапины на его коже. Она кусала его губы, тянула его за ворот, как будто боялась, что он отстранится. И тогда Экко позволил себе быть жадным. Он больше не сдерживался. Она дрожала от его прикосновений. Или, быть может, дрожал он сам. Экко осторожно провёл пальцами по её татуировкам, следуя их линиям. Его прикосновения были мягкими, почти благоговейными, и в них ощущалась смесь смелости и нерешительности. Джинкс дернула плечом, но вместо того, чтобы остановить его, хитро прищурилась. — Я всегда знала, что тебе они нравятся, — произнесла она с насмешкой, её голос дрожал, но она держала себя в руках. — Ты всегда пялился. Он усмехнулся, опустив взгляд, но его пальцы продолжали своё путешествие. — Может, и пялился, — согласился он, едва слышно — Они потрясающие. Ты потрясающая. — Хотел бы увидеть их полностью? — спросила она почти лукаво. Экко напрягся, скользя взглядом по облачным узорам ее татуировок, которые исчезали под бинтами на ее груди. Джинкс отступила от него на шаг и начала разматывать бинты, виток за витком, не отводя от него взгляда. На мгновение ее руки замерли, а потом снова продолжили движение, медленно, как будто нарочно. Бинты спадали на пол, и кажется что тишина в комнате становилась оглушающей. Экко не двигался. Его взгляд потемнел, нервозность сменилась чем-то более глубоким и пугающе откровенным. Он сжал кулаки, едва сдерживая себя, почти злясь, что не может скрыть от нее этот голод, вспыхнувший где-то в груди и разливающийся по всему телу. — Что-то не так? — Джинкс прикусила нижнюю губу, изучая его реакцию. Экко молчал, его взгляд скользнул вниз, следя за движением ее пальцев, пока она все также медленно разматывала бинты. Его сердце пропустило удар, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не выдать слишком много своих эмоций. Наконец она стояла перед ним полуголая, ее татуировки плавно тянулись от ее плеча вниз, исчезая под поясом. Ее плечи чуть подрагивали, нет, не от страха, скорее от напряжения, смешанного с тем, что даже она сама не могла до конца понять. Сделав шаг ближе, она прильнула к его груди. — Все нормально, — почти выдыхнула она ему на ухо, мягко, с едва уловимой дрожью — Прикоснись ко мне. — Ты такая красивая, — прошептал он. Джинкс задержала дыхание, её взгляд дрогнул. — Да ладно тебе, я знаю, как выгляжу. Экко ответил ей поцелуем, сначала осторожным, а затем более смелым, как будто страх и сомнения окончательно покинули его. Его руки медленно поднялись выше, охватывая ее грудь. Она вздрогнула от его прикосновений, но не отстранилась. Наоборот, теснее прижалась к нему, впилась ногтями в его плечи. — Проклятье, этот топ — пробормотал он, коротко хмыкнув, прежде чем стянуть с себя эту вещь, которую она ранее едва уговорила его надеть. Улыбаясь ему, она потянулась к его штанам, начиная расстегивать на них застежку. Экко напрягся, на мгновение задержав дыхание, но не остановил ее. Их движения становились все торопливее, пока наконец вся их одежда не упала на пол с мягким шорохом. Тело к телу — впервые, без преград. Экко приподнял Джинкс, усаживая ее прямо на рабочий стол, небрежно сдвигая инструменты и все что еще там было навалено, в сторону. После чего, решительно прижал ее к холодной поверхности, и она задохнулась, ощутив контраст между ледяным металлом под спиной и жаром его тела. Джинкс провела пальцами по его плечам, ощущая его силу. – Неплохо. Ты прям как скала. Мне это нравится – дерзко отметила она, слегка надавливая пальцами, но её голос предательски дрожал. Экко улыбнулся краем губ и наклонился, оставляя поцелуи на её шее. Затем он опустился ниже, проводя языком по её животу, задерживаясь у бедра. Её кожа была горячей под его губами. Он чувствовал, как она выгибается к нему, как зарывается пальцами в его волосы. Затем опустился перед ней на колени, его губы прошлись по внутренней стороне её бедра, вызывая дрожь, которая пробежала по всему телу Джинкс. Его пальцы осторожно скользнули внутрь, изучая её реакции. Джинкс прикусила губу, подавляя новый стон. Она не ожидала, что будет так. Дыхание стало прерывистым, из груди вырвался тихий стон, когда каждая его ласка становилась все увереннее, точнее, выстраивая ритм, от которого её дыхание стало прерывистым. — Экко… Он посмотрел на неё снизу вверх, ловя её растерянный взгляд. — Просто расслабься, — тихо сказал он, прежде чем накрыть её губами. Её руки дрожали, когда она сжала его плечи. Когда его пальцы а затем и его язык,так уверенно двигались внутри нее, доводя её до дрожи, она не смогла не подумать: Он конечно наврал. Невозможно поверить, что у него никогда ни с кем не было. Один поцелуй? Нет, он точно был с какой-нибудь шлюхой… Но Экко не выглядел опытным, скорее внимательным. Он наблюдал. Следил за её реакцией. Каждое его движение было осторожным, словно он подстраивался под её дыхание, улавливал малейшие изменения, запоминая, что заставляет её выгибаться, а что вызывать новый вздох удовольствия. Он чертовски хорош. Слишком хорош. Джинкс запрокинула голову, кусая губы, её пальцы впились в край стола. Эти ощущения были ошеломляющими, слишком яркими, почти болезненно сладкими. Она чувствовала, как мир вокруг распадается на части, остаётся только он, его горячее дыхание, его прикосновения. «Интересно также хорошо каждый раз?» — мелькнула мысль. «Или потому что это именно он?» Когда он оказался внутри неё, первые движения были осторожными, почти нерешительными. Словно он боялся её сломать. Джинкс стиснула зубы, привыкая к ощущениям, к нему, к тому, как его плоть заполняет её. Затем впилась ногтями в его спину, её дыхание сбилось. Она закрыла глаза, давая себя унести этим новым, ошеломляющим ощущениям. Экко наклонился, легко и нежно целуя её, словно стараясь смягчить момент. — Всё нормально? — его голос звучал приглушенно. Она выдохнула, чуть усмехаясь. — Если бы не было, ты бы уже получил ногой в пах. Экко покачал головой, но в глазах его светилась нежность. Он двигался осторожно, медленно, изучая каждую её реакцию. Джинкс глубоко вдохнула, впитывая в себя этот новый, неведомый ей опыт. Но она не собиралась оставаться внизу. Она распахнула глаза, в которых тут же мелькнуло что-то дикое, пьянящее. Рывком, она перевернула их, оказавшись сверху. Её глаза на мгновение засветились неестественным розовым сиянием. Экко даже не удивился, лишь ухмыльнулся снизу, его руки тут же легли на её бёдра, обхватили их крепче. Джинкс провела языком по губам, её пальцы скользнули по его груди. Затем она ухмыльнулась, наклонившись ближе, её губы уже касались его шеи, оставляя мимолётные, но ощутимые укусы. Она смело начала двигаться, диктуя свой ритм, пробуя, чувствуя. Экко сжал её талию, помогая, направляя, но давая ей свободу. Её движения становились все более решительными, а затем… Это длилось недолго. Экко, почувствовав, как её движения становятся всё смелее, сильнее, перехватил инициативу. Он с силой приподнялся, снова переворачивая ее, прижимая спиной к столу, который скрипел под их резкими перемещениями. Джинкс только тихо выдохнула, глаза расширились, но на губах играла улыбка. — Вот это я понимаю, — пробормотала она. Он не был грубым, но в его движениях чувствовалась твёрдость и настойчивость. Он накрыл её своим телом, его пальцы скользнули по её рёбрам, вызывая содрогания. Её руки блуждали по его плечам, царапая кожу, оставляя отметины, доказательства их страсти. Воздух в мастерской был пропитан их дыханием, их стоном, их мимолётным удовольствием. Она потерялась в ощущениях. Он потерялся в ней. Где-то в пылу движений, в их сплетённых телах и сбившихся дыханиях, у него сорвалось с губ признание: — Я люблю тебя, — выдохнул он, едва слышно, но этого было достаточно, чтобы её мир перевернулся. Джинкс напряглась и резко накрыла его губы ладонью, прерывая его. — Нет, нет— её голос был хриплым, и в нем почти звучала мольба. — Не говори этого, не нужно. Пожалуйста. Экко не успел ей ответить, когда они кончили почти одновременно— её тело напряглось, волна оргазма пронеслась по ней, оставив её с головокружительным ощущением пустоты и странного отчаяния. Всё это было слишком хорошо, слишком правильно, чтобы быть настоящим. Это было слишком хорошо. А значит, не могло длиться долго. Она лежала в его объятиях, её ногти лениво скользили по его груди, оставляя едва заметные царапины. Эти мысли, как яд, не давали ей покоя, пока его голос вдруг не нарушил тишину. — Прости… — сказал Экко, его голос был неожиданно серьёзным. — Я… не успел вовремя улизнуть. — Чего? - переспросила она, но тут же поняла что он имел ввиду — А. Это ничего, не думай об этом, Экко… — продолжая с легкой усмешкой, пытаясь скрыть напряжение. — Хотя… быть может, ты хочешь детей? Экко взглянул на неё, приподняв брови, несколько ошеломленный её вопросом. — Наверное, нет… А ты бы хотела? Она резко нахмурилась, её взгляд стал колючим, но слёзы едва заметно блеснули в уголках ее глаз. — В каком-то смысле… Я уже была матерью. С Ишей. — произнесла она тихо - И как это закончилось? Всё пошло к чёрту, как всегда. Я думаю я не создана для этого. Кроме того… — Она сделала паузу, словно набираясь сил и посмотрела на него исподлобья. — После всего этого... мерцания, я даже не уверена, что могу… вообще. Ну, ты понимаешь. Экко накрыл её руку своей, его пальцы сжали её чуть крепче. Его голос был тихим, но уверенным. — Это не важно, Джинкс. Это не имеет значения. Совсем. Джинкс отвела взгляд, касаясь ногтями его груди. Её губы дрогнули, но улыбка так и не появилась. Она опустила голову ему на грудь и какое-то время они лежали в таком положении, пока оба не погрузились в короткий сон перед рассветом.

***

Солнечный свет уже проникал через щели в стенах мастерской, когда она проснулась первой. Она медленно приподнялась, стараясь не разбудить его. Села рядом слегка наклонив голову, чтобы рассмотреть его. В тусклом свете его лицо казалось таким спокойным. Впервые за долгое время она увидела в нем того мальчика с которым дружила в детстве. Джинкс задержала взгляд на нём дольше, чем собиралась. Не нужно привязываться, это сделает все только хуже. Она должна отстраниться. Пока ещё не поздно. "Ты заслуживаешь гораздо большего, чем я" — пронеслось в её голове. Джинкс отвернулась, слезла со стола и подняв с пола свою разбросанную одежду, стала одеваться. Её пальцы двигались ловко и быстро, но внутри нее как будто что-то дрожало. Она села на краю стола, её взгляд стал холодным, почти отстранённым. Когда Экко приоткрыл глаза, его взгляд сразу нашёл её в тусклом свете мастерской. Она сидела на столе, скрестив ноги, и наматывала бинты обратно на грудь, её движения были плавными, сосредоточенными. Он видел, как ее взгляд отрешенно скользит в пустоту. — Ты уходишь? — тихо спросил он, приподнимаясь. Джинкс усмехнулась, но это была чужая, почти безразличная улыбка. — Ага. Веселье закончилось, малыш Экко. — Она отвернулась, поправляя свой ремень — Впереди большой день, некогда прохлаждаться. Экко сел, наблюдая за ней, и его взгляд стал настороженным. Потом слез со стола и тоже стал одеваться. — Когда прилетим туда…— Её голос прозвучал ровно, когда некоторое время спустя она снова заговорила с ним, но пальцы при этом чуть подрагивали, приглаживая волосы — Не слишком геройствуй. А еще лучше, вообще… держись от меня подальше. Экко нахмурился. Он почувствовал, как в груди сжалось что-то тугое. Очевидно, что она жалеет о том что занималась с ним сексом. Как иначе. — Нет. —отрезал он— Мы будем делать, как договаривались. Я прикрою тебя. Джинкс встретилась с ним глазами и покачала головой, усмехаясь. Но её голос при этом звучал не так уж задиристо. — Я вполне справлюсь и без твоей машины времени — за раздраженностью своего тона она изо всех сил скрывала дрожь в голосе — Ты же понимаешь, что сегодня все всё узнают о нас, да? У тебя ужасный покерфейс, Экко. А я не хочу, чтобы кто-то догадался, что у нас не совсем, хм... деловые отношения. Он уже полностью одетый, шагнул ближе, не отводя от нее взгляда — Джинкс.— его голос прозвучал глухо — Я сделал что-то не так? Она подняла на него глаза, на мгновение застыла. Экко смотрел на неё, скрестив руки на груди. — Нет. Всё так. Но с меня хватит мелодрам на одну ночь. Всё это было… - она запнулась, подбирая нужные слова. — забавно, но давай не будем усложнять. Его глаза сузились, а челюсть чуть напряглась. — Я знал, что ты пожалеешь, что мы это сделали, — произнес он и на его лице мелькнула тень разочарования. — Я этого не говорила. — она бросила на него взгляд снизу вверх, слишком яркий, слишком живой, почти болезненный — Ты сам придумал это сейчас. — Тогда зачем ты прячешься? — его голос прозвучал спокойно, но в нём сквозила боль. — И что это должно значить?— вспыхнула она, разводя руками. — Я вся перед тобой, как есть. — Ты же знаешь, что тебе не нужно так делать—продолжил он — Не со мной. Джинкс посмотрела на него пару мгновений, щурясь, как будто ей в лицо светило солнце, а потом едва заметно кивнула. — Я почти всегда делаю то, что не нужно. Тогда Экко сделал шаг вперёд и обнял её сзади, мягко, но крепко. Его подбородок коснулся её плеча. — Я никогда не считал, что ты приносишь несчастья… или что-то в этом роде, — прошептал он. Она вздохнула, её пальцы на мгновение сжались на его запястье. — Ты самый лучший мальчик, — сказала она, насмешливо — Ты ведь знаешь это, да? — Я уже не мальчик — проворчал Экко. Джинкс развернулась к нему. — Да, ты прав. Уже нет — тихо произнесла она, серьёзно, глядя ему прямо в глаза. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, и что-то в этом молчании было тяжелее любых слов. Джинкс будто собиралась поцеловать его… последний раз. Её дыхание на мгновение замерло, но вместо этого она осторожно коснулась его лица кончиками пальцев. Это длилось недолго. Потом она отстранилась и встала. — Нам пора, — уже не смотря на него, хрипло сказала она, прежде чем развернулась и пошла к двери, на ходу надевая на себя свой новенький акулий капюшон. Экко сжав челюсть смотрел ей вслед, пытаясь запомнить каждый её шаг, каждое движение. А потом стоял на месте, прислушиваясь к отдалённому звуку её шагов.