Consequences

      — Не хмурься, китти-кэт, морщины появятся.       Я раздраженно хмыкаю и давлю желание вылить наглому зеленоглазому чудовищу на голову шампанское, которое верчу в бокале перед собой.       — Туфли жмут. — отвечаю все же сдержанно и отставляю выпивку в сторону, мы как-никак на задании.       — Так сними, — Баррадж пожимает плечами, откидываясь на спинку стула, а я вздыхаю, обводя взглядом помещение.       Лучший ресторан города. Шикарный интерьер в зеленых тонах с обилием золотой отделки, столики под льняными скатертями, фарфоровая посуда и хрустальные бокалы. Аж зубы сводит от аристократической помпезности. И что я тут делаю, позвольте спросить? Отмечаю свой день рождения в сопровождении ходячего тестостеронового совершенства? Как бы не так. Праздники отменяются, как любезно сообщил Прайс на последнем брифинге и отправил нас в преступную столицу штата выслеживать мексиканского наркобарона и психопата-убийцу по совместительству — Диего Вегара.       Хорошо хоть Варгас приперся из своего захолустья и почти всю работу сделал за нас. Нам с Барраджем осталось только дождаться появления объекта в этом пафосном курятнике, прицепить ему жучок и попытаться скопировать ключ-карту от его личных апартаментов в Хилтоне. Легко и просто. Если бы не необходимость для этого превратиться в куклу Барби, сделать прическу, как у принцессы, нацепить на уши бриллианты, а на тело красное атласное подобие платья на тонких бретельках с впечатляющим декольте и разрезом чуть ли не до самой талии. А самое бесящее — это туфли на охуительно высокой шпильке. Баррадж и Райли конечно чуть слюной не подавились, когда меня увидели, но удовольствие от этого с успехом нивелировалось дискомфортом в ступнях.       Ненавижу того, кто придумал долбанный дресс-код. Хотя... Перевожу взгляд на Барраджа и щурюсь от мурашек, как довольная кошка. Черный костюм, белая рубашка, галстук-бабочка, темные волосы идеально уложены. Пирсинг из губы пришлось само собой снять, но на языке-то остался. В чем убеждаюсь, когда саркастично ухмыляется в ответ на мое явно похотливое выражение лица и облизывает нижнюю губу, заставляя меня судорожно вдохнуть. Хорош чертяка. Бесит до дрожи, но хорош. И классическая одежда ему очень идет.       — Ничего не снять больше, а? — язвлю, и его ухмылка становится шире. — Трусики может? В рожу тебе швырнуть?       — А ты все еще в них, китти? Как скучно.       — А не пошел бы ты... — вдыхаю побольше воздуха, собираясь выдать ему трехэтажный мат, но меня прерывает хриплый бас из наушника, похожий на сипение простуженной собаки.       "Завязывайте, голубки. Соуп с Варгасом проследили Вегара до отеля. Он снял шлюху, и сегодня мы его уже вряд ли дождемся. Так что сворачиваемся. Заканчивайте там, и давайте не спеша. Нам лишнее внимание ни к чему."       — Не спеша, так не спеша. — лениво тянет Баррадж и выгибает темную бровь, бросая на меня многозначительный взгляд.       — Напомни мне, пожалуйста, кто назначил этого придурка в сопровождение? — закатываю глаза.       Райли рычит раздраженно.       "Давай продолжай, Хайди. Не сдерживай себя. Чтобы у меня был повод заткнуть твой рот хуем, когда мы вернемся на базу."       Чувствую, как он начинает закипать от злости, и фыркаю.       — Кто-то что-то сказал? Вроде бы голос чей-то противный. Ты не слышал, Барри? Нет? Наверное послышалось.       Баррадж ржет, а я встаю из-за столика, поднимая сумочку, и поправляю прическу.       — Пойду носик припудрю. И будем возвращаться.       Цокаю каблуками по мраморной плитке, направляясь в сторону туалета. Саймон сейчас в фургоне на парковке, выполняет задачи по внешнему наблюдению, координированию и поддержке. И в принципе можно было бы выйти через служебный вход, подсесть к нему и спокойно уехать на конспиративную квартиру. Но прикрытие, мать его за ногу. Поэтому придется нам с Реджи изображать из себя респектабельных снобов и ехать на такси. Фыркаю, закрывая за собой дверь туалета. А у них тут даже санузел шикарнее, чем дворцовые палаты. Отдельные кабинки с вензелями на дверях. Стены и широкая длинная столешница с раковинами из мрамора. Огромное зеркало над ней в золоченой раме. Краны тоже с позолотой. Аж в глазах рябит. Дорого-богато одним словом.       Наклоняюсь над раковиной, опуская сумочку сбоку, ополаскиваю руки и брызгаю водой в лицо, чтобы охладиться. Хорошо хоть макияж водостойкий. Выглядела бы потом как панда на радость мудаку Райли. Поднимаю глаза к зеркалу, когда слышу, как открывается за спиной дверь, а сразу же следом щелкает замок, запирая меня с неожиданным визитером в помещении. В отражении вижу Барраджа.       — Охуел? — оборачиваюсь, приподнимая бровь язвительно.       — Ага, — кивает придурок, подходя вплотную, и обхватывает ладонями меня за талию, сажая на столешницу и тут же устраиваясь между моих бедер. — Не шипи, хеллкэт, давай трахнемся. У меня от вида твоих ножек в этих туфлях член встал.       Ухмыляется, прижимаясь губами к шее. Задирает ткань платья, собирая ее складками у меня на талии и сжимая пальцами ягодицы. Я стону, опираясь руками на мрамор позади себя. Тело вспыхивает возбуждением.       "Охуели?"       Слышу уже недовольный голос Райли в наушнике, который копирует мои слова, и коротко смеюсь. Баррадж хмыкает, стягивая с меня трусики.       — Завались, чел. Можешь послушать и подрочить. — шепчет гортанно, прикусывая кожу у меня на ключице.       Я ахаю и выгибаюсь, раздвигая ноги шире. Пальцы Барраджа погружаются в мои складки, размазывая влагу по клитору.       "Вы, блять, время нашли! До квартиры нельзя подождать, озабоченные, нахуй?!"       Райли рыкает. Баррадж смеется, вводя в меня пальцы и начиная двигать ими в медленном темпе.       — Завидовать нехорошо, Саймон. — произносит насмешливо. Я кусаю губы, пытаясь сдержать стоны, и двигаю бедрами ему навстречу, сама насаживаясь на его пальцы. — Вот умничка, хеллкэт. Моя хорошая девочка... Хочешь кончить, китти?       — Даааа... — я всхлипываю от удовольствия.       — Попроси.       — Пожалуйста...       — Громче, детка.       — Ну пожаааалуйста...       Я дергаюсь, тело начинает искрить и плавится от его прикосновений. Баррадж впивается пальцами в мое бедро, удерживая меня на месте.       — Мой послушный котенок.       Он опускается на колени между моих бедер. Тяжело дышу, смотря на то, как закидывает мои ноги себе на плечи. Его черноволосая макушка над моей вагиной — это самое греховное зрелище, которое я когда-либо видела, и я скулю от предвкушения, чувствуя его горячее дыхание на своей плоти.       "Пиздец."       Улавливаю краем сознания, еще не затуманенным похотью, комментарий Райли в наушнике. Он конечно не видит, чем мы занимаемся, но слышит прекрасно. Все эти шорохи, мои глухие стоны, слова Барраджа, хлюпающие звуки и хриплое дыхание. Его заводит это, я знаю. Он зол до чертиков сейчас, но в равной же степени и возбужден. Понимаю это по тому, как тяжело дышит. Как матерится тихо с рычащими нотками. И меня тоже возбуждает это. Трахаться, зная, что он слушает и представляет себе, как меня имеют, но не может присоединиться.       Настолько сильно возбуждает, что я почти кончаю, как только язык Барраджа касается моего клитора. Я стону, уже не сдерживаясь. Влагалище пульсирует и сжимается спазмами. Баррадж втягивает мой клитор в рот и начинает сосать. Обводит языком по кругу медленными движениями. Вздрагиваю, чувствуя пирсинг на его языке своей плотью. Это божественно. Контраст теплого влажного языка и холодного металла на его кончике заставляет меня дрожать и ерзать по столешнице. Впиваюсь пальцами в ее край и закрываю глаза. Баррадж заменяет язык пальцами и начинает ими тереть клитор, вводя язык мне во влагалище. Ощущаю, как скользит железный шарик по внутренним стенкам, когда он трахает меня языком.       Слышу в наушнике, как звякает ремнем Саймон и начинает дрочить. Этого достаточно. Я кончаю. Извиваюсь в оргазме, пока Баррадж медленно водит языком вверх и вниз по моим складкам, продляя мне удовольствие. Гладкий кусочек металла приятно холодит разгоряченную кожу, заставляя меня почти мурлыкать. Обмякаю, смотря затуманенным взором, как поднимается и расстегивает брюки, освобождая член. Входит в меня одним толчком, придерживая за бедра. Двигается быстро и жестко внутри, комната наполняется шлепками и развратными звуками, и я снова начинаю возбуждаться.       — Спусти платье, китти. Покажи мне сиськи. — Баррадж шепчет прерывисто.       Делаю, как он говорит, стягивая по плечам бретельки и оголяя грудь.       — Ебать... — он стонет, продолжая вбиваться в меня в быстром темпе. — Ты почему не сказала?       — Это для мудака было вообще-то... — кусаю губы и скрещиваю ноги за его спиной, позволяя ему войти глубже.       Держусь за плечи Барраджа, пока продолжает трахать меня и пожирать глазами то, как подпрыгивают мои сиськи при каждом его толчке внутрь меня. Откровенная похоть в его взгляде. И восхищение. От чего внизу живота у меня пожар, и я теряю последние остатки разума.       "Что, блять, она не сказала?"       Слышу рваное дыхание Райли и понимаю, что он тоже на грани.       — Она соски проколола. Ебать, ты бы видел это зрелище. Я готов кончить от одного вида этих колечек на ее груди.       Баррадж наклоняется и втягивает мой сосок в рот. Чувствую, как сталкиваются металлы на нашей плоти. Его пирсинг и мой. Меня пробивает электрическим разрядом. Я выгибаюсь и кончаю еще раз. Перед глазами взрываются звезды. Райли протяжно стонет и судя по всему он тоже уже все. Баррадж делает последние толчки и спускает внутрь меня. Замирает на мгновение, прислонившись лбом к моему лбу. Выравниваем дыхание. Открываю глаза и улыбаюсь, видя, как уголок его губ изгибается в греховной усмешке. Вот же искушение ходячее. И почему он всегда меня так возбуждает?       — Трусики верни, — говорю, и он хмыкает, вытаскивая член из меня и заправляя его в брюки.       Вытирает мои бедра салфетками и помогает надеть трусики, лаская пальцами кожу ног в процессе. Снимает меня со столешницы, поправляя на мне платье. Пошатываюсь на каблуках, отголоски оргазма все еще гуляют по телу. Баррадж придерживает меня ладонью за спину, пока выходим из ресторана и садимся в такси. В эфире гробовое молчание. Райли заткнулся наконец, и я не знаю, что он там замышляет, но мне настолько плевать сейчас, что я просто решаю его игнорировать.       Возвращаемся в служебную квартиру. Так себе помещение конечно. На окраине города. Зато три большие комнаты, огромная гостиная с двумя диванами, креслами в комплекте и черной плоской панелью телевизора на стене. И упакованная кухня. Меня на нее и канатами не затащить, но Баррадж любит повозиться у плиты.       Разуваемся в прихожей и проходим в гостиную. Райли уже там. Сидит на диване, клацая пультом от телевизора с видом оскорбленной невинности. Варгас с Соупом остались пасти объект, так что ночевать нам придется только втроем. А этот идиот дуется, как будто я у него пистолет украла. Тоже мне.       Фыркаю и снимаю украшения. Ухожу в ванную, оставляя Реджи докладываться по телефону Прайсу и не обращая внимания на недовольное лицо Саймона. Как малолетка ревнивая, честное слово. Ну подумаешь, развлеклись немного. И он между прочим тоже. Так что нечего из себя обиженного строить.       Сбрасываю надоевшее до зубовного скрежета платье, стягиваю белье, распускаю волосы и залезаю под душ. Выкручиваю вентиль на максимум. Кабинка наполняется паром, а горячие струи воды приятно скользят по телу, помогая расслабиться. Вздыхаю и закрываю глаза, поднимая голову и подставляя лицо потоку капель.       — Понравилось тебе, Хайди? Понравилось ебаться с ним и доводить меня до белого каления?       Меня вдавливает грудью в холодный кафель стены. Райли скручивает мои руки за моей поясницей и удерживает их одной ладонью. Другую стискивает на моей шее. Не так сильно, чтобы придушить, скорее, чтобы обозначить, кто здесь главный. Чувствую, как прижимается голой мускулистой грудью к моей спине. Напряженный член упирается мне в ягодицы. Кожей ощущаю его злость и возбуждение. Смеюсь издевательски.       — Понравилось, да. Особенно то, что ты дрочил на меня, как школьник в пубертате.       Саймон рыкает. Разворачивает меня лицом к себе. Пальцы его проходятся по моей челюсти, очерчивая подбородок, удивительно нежно по сравнению с его общим поведением. Спускаются ниже на шею и дальше на грудь. Райли обводит большим пальцем мой сосок. Опускает взгляд, изучая пирсинг. Смотрю, как стекает вода по его накачанному телу. Сглатываю от того, что начинаю возбуждаться. Каждое движение его пальца на моем соске посылает укол желания прямо мне между ног. Особенно то, как потирает его мягко подушечкой, а потом задевает чувствительную вершину ногтем. Я судорожно вдыхаю и теряю голову. Саймон довольно улыбается.       — Я думал, это для меня ты сделала. — говорит, возвращаясь взглядом к моим глазам.       — Да... — единственное, что могу еще внятно сказать.       Он сжимает мою грудь ладонью властно, и весь словарный запас улетучивается из моей головы.       — А первый увидел он. И я очень-очень недоволен Хайди. — Райли наклоняется и шепчет мне на ухо.       Закрываю глаза, прислоняясь спиной к стене, пока скользит ладонью по моему телу вниз от груди к талии, лаская бедра и стискивая ягодицы собственнически. Шиплю от вожделения. Пульс отбивает барабанную дробь у меня в висках.       — Накажешь? — не могу удержаться.       Язвлю все же, еле проталкивая слова сквозь пересохшее горло.       — Это зависит... — Райли усмехается мне в кожу и прикусывает мочку моего уха.       — От чего? — я вздрагиваю.       — Все еще хочешь нацепить на меня ошейник?       — Нет... — тяну задумчиво.       Понимаю, что и правда не хочу. Нет, конечно, все эти подъебки с ними и шутки на грани — это весело. И я обожаю с ним сраться. И он мудак, каких еще свет не видывал. Но унижать я его не хочу. И ломать ради своего удовольствия тоже. Вот если он захочет попробовать сам, другое дело. А до того обойдусь как-нибудь.       — Хорошая девочка, — Райли хмыкает одобрительно и отстраняется, оставляя меня хватать воздух открытым ртом, но продолжая ласкать пальцами мою шею. — Но я же не могу забыть то, какой плохой ты была раньше? М?       — Нет... Наверное нет.       — Наверное или нет?       Ладонь на моей шее сжимается сильнее. Не могу оторваться от вида того, как перекатываются его мышцы под кожей при каждом движении. Как стекают по ней капли воды. Как напрягаются мощные бицепсы. Идеальный самец, мать его за ногу.       — Нет.       Говорю то, что он хочет услышать. Да и то, чего я хочу сама, как я уже знаю прекрасно. По правде, я обожаю эти наши игры в подчинение. Саймон удовлетворенно усмехается.       — Вот и умница. На колени, Хайди.       Он отпускает мое горло. Я делаю, как он говорит. Опускаюсь медленно, держась руками за его бедра. Вода стекает по нашим обнаженным телам, добавляя остроты и чувственности. Обхватываю ладонью его член, лаская теплую плоть. Вверх и вниз по стволу, обводя большим пальцем головку. Он выдыхает резко. Поднимаю на него взгляд. Райли смотрит на меня сверху вниз. Я знаю, что ему это нравится. Вид меня, покорной и послушной у его ног. И его глаза становятся почти черными от вожделения.       — Отсоси мне, — он произносит хрипло, проводя ладонью по моей макушке и вплетая пальцы в волосы у меня на затылке.       Облизываю губы, продолжая смотреть в его глаза. Обхватываю ими головку, посасываю легко, начиная двигать головой. Я наслаждаюсь вкусом его члена у меня во рту, и это ему тоже нравится. Насаживаюсь глубже. Райли гортанно стонет и усиливает хватку на моих волосах. Вижу, как искажается его лицо от удовольствия, и мое собственное нарастает внутри. Тянет спазмами внизу живота, обжигает волнами жара и искрит вспышками наслаждения. Я глухо мычу, Саймон начинает двигать бедрами, натягивая мое горло на свой член.       — Лучшее, что я видел когда-либо, детка. Твои. Блядские. Губы. На. Моем. Блять. Члене. — Райли хрипит, держа мою голову уже двумя руками и подкрепляя каждое слово жестким толчком.       Чувствую, как он подрагивает у меня во рту. Понимаю, что он близок к тому, чтобы кончить, и словно в транс впадаю. Зрение становится размытым. И слюны настолько много, что она стекает у меня по груди, не успевая смываться водой.       — Кончу только с тобой, Хайди. Вставай.       Райли поднимает меня с коленей и снова разворачивает, вжимая грудью в стену. Надавливает ладонью мне на поясницу, и я прогибаюсь, принимая его член. Он задвигает грубо, сразу почти до конца, упираясь головкой в матку. И это похоже на сладкую пытку. Потому что это немного больно. Но мое тело настолько заряжено сейчас, что удовольствие перевешивает, и я стону развратно и пошло. И упираюсь ладонями в стену, чтобы компенсировать его жесткие фрикции. И двигаюсь ему навстречу, помогая еще сильнее иметь меня. Потому что мне нравится. До дрожи в ногах и сокращения в мышцах. До ярких точек перед глазами и потери сознания. Мне нравится, когда Райли трахает меня.       — Любишь грубо, Хайди? — Саймон рычит и сжимает мои ягодицы ладонями до синяков.       Член скользит внутри меня короткими быстрыми толчками. Я зажмуриваюсь до помутнения, так сильно, что кажется, могу и вовсе разучиться видеть. Влагалище хлюпает и сжимается вокруг его ствола. Райли кусает меня за заднюю часть шеи и отвешивает шлепок по заднице.       — Да... — я скулю, извиваясь от удовольствия. — Дааааа... Люблю грубо.       — Моя грязная шлюшка. — он кусает сильнее, я задыхаюсь. Шлепает еще раз, и я выпадаю из реальности. — Моя развратная, похотливая, маленькая шлюшка. Моя...       Слышу на периферии сознания, как стонет, кончая внутрь меня, пока я получаю свой оргазм. Мышцы будто молниями заряжены, и я выгибаюсь, вжимаясь спиной в его грудь. Райли обхватывает меня рукой под ребрами, поддерживая. Обмякаю, словно из меня разом вытащили все кости.       — Если продолжишь так наказывать, — шепчу, не открывая глаз, и Райли смеется. — Я буду еще больше тебя бесить.       — Ага. Может в следующий раз просто выпорю тебя, а?       Он выходит из меня и приседает рядом, смывая свою сперму с моих бедер.       — А ты не забыл, что это мне нравится тоже?       — Извращенка.       Хмыкаю в ответ на его короткий смешок.       — Озабоченный.       Расслабляюсь в его руках, пока стоим еще некоторое время под горячими струями душа. А затем выходим и вытираемся, а я еще и высушиваю волосы феном в спальне. Райли напяливает серые спортивные штаны, оставаясь с голым торсом, а я натягиваю его свободную черную футболку и заплетаю косу.       Возвращаемся в гостиную. Баррадж разогрел пиццу и принес пиво, пока нас не было, и успел переодеться в синие шорты и такую же майку. Я залезаю на диван к нему под бок, а Саймон устраивается напротив в кресле, хватая бутылку и отпивая глубокими глотками.       — Успокоился, придурок? — Реджи усмехается, притягивая меня ближе.       — Да, — Райли хмурится.       Похоже к нему вернулось его вечно недовольное расположение духа. Я хихикаю:       — Узнаю старого доброго Саймона.       — Не бесите.       — А я думала, тебе понравился мой подарок.       Провожу пальцами по соскам, и он бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем отпивает еще.       — Понравился. А еще лучше было бы, если бы вы двое заткнулись и посидели хоть полчаса молча для разнообразия. Смотрите лучше фильм.       Саймон качает головой и поворачивается к экрану, а я подпрыгиваю и дергаю Барраджа, почти заваливаясь на его колени.       — Барри, солнышко, а давай мы посмотрим "Сумерки". Давай, а?       — Если ты хочешь, китти.       Ржем с ним вдвоем, слушая, как мучительно стонет Райли, закрывая ладонью лицо:       — Ебанный ад...       Внутри меня расползается удовлетворение, пока Баррадж щелкает пультом, вводя в поиск название вампирского блокбастера. Ну а что? По-моему, это самое прекрасное завершение вечера — выбесить своего любимого мудака.