Часть 1
14 февраля 2025 г., 03:33
— Ну что, пора прекращать это представление.
Человек стоял прямо там и смотрел на меня своим насмешливо надменным взглядом. Он был похож на того, чью башку я сейчас бы с удовольствием ударила пару раз об пол так чтобы эхо осталось, а его идеальные волосы разлетелись по всему полу. Ненавижу.
Перед глазами у меня набегает буро кровавая пелена злости грозящая затопить рассудок. Рывок вперед и он следом двинулся на встречу. Медленно, до дрожи опасно, и я замерла словно прибитая к земле. Вся его демоническая свита, действуя словно по молчаливому наказу остановилась, не смея под страхом злости хозяина сдвинуться с места. Чудики прекратили нападение на друзей и те также остановились в недоумении что происходит. Сентфорский лес вот с минуту на минуту должен был стать свидетелем нового проклятия, эта вязкая энергетика грядущего витала по всюду, приливая к мозгу тошнотворным запахом проклятых фиолетовых цветов. Я задрала подбородок стараясь не обращать внимания как меня поежило от ниоткуда появившегося ветра.
— Чего тебе нужно?
Вот словно снова на мой крик откликнулось то что живет в Сентфорском лесу, сам он, его энергия и ветер забушевал сильнее.
Он медленно приблизился ко мне неспешно, смакуя момент пока не оказался в шаге от меня. Возвышаясь надо мной, он стоял прямо, а Его плащ рвало порывами ветра. Алая как кровь подкладка разлеталась за его спиной.
— Ты Сара, мне нужна ты, — Он не кричал, но его слова отозвались настолько четко, словно бушующий ветер не был ему помехой. Его голос прозвучал кажется во всех кутках Сентфора поставив крест на судьбу города. Признав новую хозяйку цирка даже если она сама этого еще не осознавала.
— Человек измеряется величиной того, что он считает достойным борьбы, а за что так упорно борешься ты?
— За жизнь, — простое слово слетело с языка быстрее чем я успела подумать, и было наиболее искренней вещью сказанной в моей жизни.
— Твоему благополучию ничего не будет угрожать, можешь за это не беспокоится, — он вяло отмахнулся от моих слов,
— Жизнь тех, чьим палачом я стану, примкнув к тебе и чьим буду если этого не сделаю, — я оглянулась на тех, кто стал мне так дорог, наша святая четверка: Вишня, Аарон, Адель да даже самый неприветный Бурый стал мне дорог. Я не могла их подвести. Человек терпеливо и молча ждал пока во мне бушевало море эмоций и испытующе смотрел в мои глаза, так что по телу пробежала волна мурашек.
— Занятно, ты готова пожертвовать жизнью ради них, а они бы сделали это будь на твоем месте? …
Словно змей искуситель он склонился надо мной подначивая мерзкую тварь сомнений. Как всегда, он пробуждал все худшее во мне, все что я удерживала внутри. Мой личный демон всегда ликовал внутри стоило мне хоть немного подпустить его ближе. Я сглотнула ком в горле, стараясь сохранять уверенный тон и не показать насколько сильно меня задел его вопрос на самом деле.
— Я не могу ответить за их поступки, но у всех всегда есть свобода выбора. Мне не важно, я все равно не поменяла бы свое решение, даже узнав правду.
— Могу я счесть это как согласие?
— Да. Вложив в холодную кожаную перчатку ладонь, я запечатала уговор с самым дьяволом. В тот момент бывшая Сара умерла в заботливых руках мастера, что при большом желании мог убить ее свернув шею за меньше чем секунду. Но еще не сделал этого. Странно. Видимо действительно плохо старалась.
***
Я стояла за портьерой, время от времени жмурясь от противных восторженного визга публики. Это второе по счету пробуждение, а мне уже надоел шум, издаваемый людьми. Вот мужчина подпрыгнул в восторге так что рассыпал на пол стаканчик попкорна и не прекращая смеяться, захлебываясь слюной присвистывал в одобрение очередной ужасной шутке, происходящей на сцене. Мне стало до противного тошно, захотелось прямо сейчас исчезнуть, чтобы не смотреть… Не видеть эту сцену, этих людей, этот город. Но нет такого места где спрячешься от себя самой. В нос резко ударил тошный запах морозника, и я тут же взволновано оглянулась, с шурхотом задев атласную ткань портьеры. Уже желая двинутся прочь я была неожиданно удержана двумя знакомыми руками обнявших талию в аккуратном, но серьезном жесте. Глаза непроизвольно сами собой прикрылись. По правде я никогда не умела трезво думать, когда ощущала этот запах, непременно исходящий от него. Сок морозника кажется въелся в его кожу, одежду, волосы… Все от него было пропахло им, как и я сама. Я со злостью мотнула рукою хотев было как всегда придумать оправдание и сбежать от его компании, в которой я чувствовала слишком много всего несочетаемого между собой, но мои попытки были пресечены в основании. Он резко перехватил мою ладонь, надавив на зону пульса, а затем добавил к ней другую сжимая за моей спиной мои запястья одной рукой. — Хозяйка цирка сегодня снова не в настроении? Его теплое слегка не ровное дыхание коснулось моей шеи, когда я ощутила, как он наклонился надо мной, в силу моего роста опасно ближе. — Я думал тебе понравится выступление, да и сегодня, пожалуй, очень удачный день для выбора нового члена трупы. Одной рукой все еще держа мои запястья он потянулся к портьере немного отодвигая ее, чтобы моему взгляду открылся вид на зал, наполненный шумной толпой. — Смотри Сара, кого ты видишь достойного нашего внимания, м? Он почти выдохнул мне это горячо в ухо и немного прикусил его краешек. Мое тело покрылось мурашками. Наглец же только довольно хмыкнул, заметив это. Я внимательно осмотрела зал, так сложилось, что из-за проклятия, каждый раз невольно заглядывая в глаза людей я ловила их мысли. Я тонула в них захлёбываясь в темной смоле грязи и насилия предательства и жестокости. Резко фантомная духота словно сжала мое горло и нечто темное, резонирующее во мне самой не дало вдохнуть полной грудью. Я зажмурилась, истерично замотав головой, стараясь прогнать липкое наваждение. — Никого. Никого! Мой голос был хриплым и чужим. Я ощутила, как мои запястья стали свободными от тисков, а крепкие руки скользнули по бархатной алой ткани платья вверх по талии выше пока не легли на плечи. За спиной послышался будто скользь толщу воды, которую заменила мне паника его спокойный и серьезный голос. — Это ложь, открой глаза Сара. — Не могу я умру если сделаю это. Я ощутила, как по щекам потекли слезы, дополняя и без того бредовую фразу. Ведь не умерла бы, даже если бы захотела. Но эти слезы, они были не столько от этого ощущения что пронзило меня, сколько от накопившегося за долгое время и кажется только сейчас начинали проявляться. Он остановился, медленно убрав пряди волос своими длинными пальцами мастера и осторожно коснулся моих висков пальцами. я ощутила словно импульсы прошедшие сквозь голову сделали мои мысли более понятными, а голоса в внутри тише. Постепенно мне даже становилось лучше. — Ты должна это сделать, любовь моя иначе сойдешь сума раньше, чем цирк снова заснет. — Почему я просто не могу уйти?! Я открыла глаза злясь от бессилия, от того что это из-за него я чуствую так много. Человек в маске немного напрягся за моей спиной, приостановив движение пальцев. Молчание затянулось, прежде чем он как-то отрешённо ответил. — Уйдешь сейчас и тебя в лучшем случае примут за душевнобольную, в худшем — про твои способности, выходящие за рамки человеческих, узнают те, кто не будет против поставить на тебе ни один десяток экспериментов, изучая как зверушку на выставке. Я ощутила, как он стиснул зубы. — В любом из случаев ты действительно сойдешь с ума если не научишься это контролировать, но я могу и помогу тебе с этим справиться, будь уверена. Он спустил руки на плечи нежно поглаживая. Отчего-то его прикосновения не были мне противны и это ощущение парадоксально было наиболее противно мне. Чтобы полюбить монстра нужно стать им. — Открой глаза мисс О’Нил. Пора вырасти из мировоззрения справедливого мира и посмотри уже правде в глаза. Сотни убийств каждую минуту по всему миру, тысячи убийц ходят по земле и наслаждаются жизнью! Он наклонился ближе и если бы я обернулась, то действительно бы увидела горящий в глазах безумный огонь желания возмездия каждому. — Они наслаждаются чужими страданиями… — Чем мы их лучше? — Мы? — Ничем Сара, совсем ничем, кроме того, что наши жертвы не загнанные овечки на алтаре и своим существованием мы делаем количество монстров меньшим. Он делал небольшие паузы, когда говорил, плавно и осторожно подбирая слова и особенно задерживаясь на «мы», делая его каким-то интимным, хотя может мне просто все время это казалось. Не отдавая себе отчета, я послушалась, открыв глаза и пробежалась взглядом по толпе. — Вот, взгляни на вот того мужчину во втором ряду в серой кофте. Я перевела взгляд туда куда он указывал, увидев средних лет человека, короткие волосы, слегка морщинистое лицо. — Обычные. Они все всегда обычные на первый взгляд, — он хмыкнул чуть оскалившись, — но взгляни глубже и увидишь реальную личину. Когда мой взгляд сконцентрировался на глазах неизвестного я снова издала мычание от притупленной боли в висках. Словно от второго лица я видела картины происходящего в его жизни и чем дольше я смотрела, тем больше мне хотелось выбраться оттуда. Размыто я видела комнату, где был тот же мужчина, он кружил возле меня совсем не обращая внимания, тяжелая кованая кровать, картины на стенах, а на самой кровати сгорбленное тело еще очень молодой девушки. Слипшиеся от крови волосы, голое тело было покрыто множеством гематом и порезов. Он возвышался над ней тяжело дыша, полуголый, с ножом в руках с которого стекала кровь. От фантомного запаха закружилось в голове и спазм тошноты подошел к горлу. От бессилия и жалости к ненастной хотелось кричать, но я лишь сердито утерла рукавом не успевшие пролиться слезы и отвернулась. Передо мной пролетело что-то темное спрятавшись в углу. Только два горящие огоньки вглядывались в меня так, что дрожь пошла моей коже. —Слезы не помогут. Я зажмурила глаза в надежде что все это исчезнет, но открыв обнаружила те же стены той комнаты все исписаны кровью, и слово, неизменно повторяющееся раз за разом нарастающим гулом. – Vindicta! Голова трупа повернулась ко мне синими губами складывая слова в неразборчивый шепот и указала длинными ногтями на стену. Я замотала головой с ужасом на лице отходя назад на грани того чтобы упасть, пока не натолкнулась на теплую и знакомую руку, что удержала меня. Спустя неопределенное время я открыла глаза и увидела знакомые красные шатры, а уши наполнил громкий звук цирковой музыки и шума зала. Человек в маске стоял прямо передо мной, к моему удивлению тревожно вглядываясь в глаза, он переживал?.. Я встретила его взгляд, и мы не произнесли ни слова, просто стояли и смотрели друг на друга. Я — не зная, что сказать, он — не желая тяготить меня словами. Мы были связаны проклятием и кажется чем-то еще давно и так-то намертво, с первых дней. Он, спустя несколько мгновений, первый подал голос. —Как ты себя чувствуешь? Я прислушалась к внутренним ощущениям. Пустота. Весь мой страх заменило другое, инородное доселе чувство — ненависть. Будто тот странный силуэт с комнаты повторял мне где-то на задворках сознания, сладко шептал, указывал что делать. Это пугало. Это влекло. Похоже, этот огонь был хорошо знаком человеку потому он так приободряющее улыбнулся и подвел меня снова к портьере. —Ты видела, что он сделал, так ведь? Человек посмотрел на убийцу в мгновение без усилий увидев тоже что и я секундой ранее, но остался все так же непроницаем. Сколько же мне нужно будет увидеть мертвецов что б, как и он безразлично оценивать масштаб ужасов? —Видела, — холодно отрезала я, сжимая кулаки от кипящей внутри злости. —И что же, отпустим его, Сара, так ведь должны себя вести порядочные люди — не вмешиваться в чужие дела, — его лицо исказила гримаса отвращения даже от наигранной фразы. — Нет. Он перевел на меня немного удивленный взгляд серых как штормовое небо глаз, и я продолжила говорить с секундным промедлением, мой взгляд все также был прикован к залу. — Он получит вознаграждение за свои дела, за ту девушку… И я хочу участвовать в надевании маски. Распорядись чтобы он никуда отсюда уже не смог выйти. — Но как же жизнь, помнится ты говорила что каждый имеет на нее право, так уперто боролась… —«Это» Я указала пальцами на мужчину, — мертво внутри, как можно спасти того, кто и вовсе не живет, а чье существование приносит только боль остальным? Он улыбнулся, оставшись довольный моими словами. Аккуратно приподняв мою руку он склонился запечатлев легкий поцелуй на тыльной стороне ладони. От простого прикосновения его губ мое дыхание сбилось, что уже было никак не скрыть от него. —Будет сделано, моя королева. Он хищно улыбнулся, неожиданно притягнув меня за запястья к себе так, что наши лица оказываются в нескольких дюймах друг от друга, но он медлит, не предпринимая дальнейших действий, ждет? Глаза напротив всматриваются до глубины души, до не возможности ненавистные, хитрые, подлые, огненные, любимые… Они переводили свой взор опускаясь то на мои губы то далее выдерживая напряженный зоровой контакт. Он аккуратно коснулся контура моей губы, немного оттягивая размазав красную помаду, но мне плевать. Не выдерживая я тянусь и прытко захватываю его губы поцелуем, уже на задворках сознания слыша его довольный низкий стон в губы и руку нежно, но крепко сжимающую волосы на затылке. Я готова была разрушить себя, чтобы воссоздать себя иную заново. Готовую до сражений с чудовищами, готовая чтобы стать им самым.
