Перекрёсток снов

      Сэм теперь крайне внимательно наблюдал за Еленой, которая же после их разговора ощущала ещё бо́льшую неловкость. Когда они оба дали друг другу понять, что очень сильно отличаются в своём мнении касаемо одной темы, то тут же стало ясно, что недоверие окрепло сильнее.       Меньше чем за полчаса они умудрились вроде и поругаться из-за разногласий, но в то же время пришли к одному общему выводу: всё же это привело их к ответам. Они раскрылись, да. Стали друг для друга недоверчивыми, тоже да. Но они не дошли до ситуации, где кто-то кричит: «Псих! Ты псих!»       Можно считать какой-никакой победой, так ведь?       Елена больше не смотрела на Винчестера, не находя в этом пока пользы и нужды. Теперь она крайне внимательно стала изучать место, где нашла газету с этой новостью. Ответы-то они вроде и нашли, но вот как теперь им выбраться отсюда? Если это и правда сон, то кто их разбудит в реальном времени? А если не сон? Если они умерли и это их кома? Или кого-то одного?       Об этом Гилберт даже думать не хотела, боясь просто поверить, что так оно и есть. В конце концов, она всё ещё помнила, что вечер Маскарада закончился для неё не так радужно, но весьма красочно… во всех смыслах. Взять хотя бы ее одежду: местами пропитана кровью, напоминая ей каждую секунду, что с ней произошло, и что это было вполне по-настоящему. А то, что она попала в Балтимор 2002 года, — было загадкой. Самой запутанной в ее жизни загадкой.       Она не испытывала особого дискомфорта в компании Сэма, не видя в его личности врага или потенциального лжеца. Сэм выглядел как раз таки очень честным. И, может, ее назовут наивной и доверчивой, но она как-то неосознанно знала, кому и впрямь может верить, а кому нет. Независимо от того, какие обстоятельства или каверзные ситуации случаются.       Но она не могла знать наверняка, думает ли так же Сэм. А ещё заметила, как он стал часто касаться своей одежды в районе пояса. Непонятно, от нервов или неосознанно, или и вовсе что-то пряча там. Но это дало девушке понять, наконец, что нет… он ей не верит, как бы она хотела. А ведь именно это и сполчает в трудных ситуациях. И теперь она без понятия, что от него можно ожидать.       Вдруг, если он так отзывался о сверхъестественном, то воспримет её как ту, которая может быть причастна к их грехам? Или и вовсе узнает каким-то образом, что она двойник и всё. Пиши пропало. Он же ведь охотник, а она не знает, какой именно. Вдруг он из того числа, которые сначала бьют, а потом спрашивают? Хотя ей и показалось, что нет.       Сэм решил всё же на свой страх и риск поступить примеру Елены: стал больше уделять внимания поискам ещё чего-нибудь. Но он всё равно держал уши востро, чтобы в случае чего уловить какие-то подозрительные звуки со стороны девушки. Пока Елена копошилась в тумбах и деревянных шкафах — он её слышал и знал, что она находится в нескольких метрах от него. Так ему было спокойней. В какой-то мере он даже радовался, что пока она не давала веских поводов достать оружие. Ему не хотелось убивать подростка. Пусть теперь он знал, что разница в возрасте у них в пять лет, то есть особо не такая и большая, но и не такая уж и маленькая. Однако же… Однако же.       Сэм перебирал найденные бумаги, книги и журналы, которые раньше стояли на полках, а сейчас покрылись пылью и паутиной. Он не находил более ничего. Это удручало, причём обоих, но никто не сдавался. Ведь если они нашли ответ на вопрос: «почему именно этот город, день, год?», то и на остальные должны быть ответы. По крайней мере они верили в это.       Елена перечитала ещё одну найденную газету, но вот она как раз и оказалась очень старой, местами даже порванная. И это ничего не дало ей.       Девушка продолжила, не намереваясь сдаваться. Но в тумбе и шкафах ничего не было, потому нужно было искать в другом месте. Правда узнать бы ещё, что искать.       Развернувшись, она направилась к кассе, решая обследовать ее. Сэм только исподлобья кинул на нее беглый взгляд, а после вернул внимание на книгу, название которой привлекло его внимание.       «Одна пуля на двоих».       Обложка коричневая, без каких-либо рисунков. Книга довольно увесистая, хотя страниц в ней оказалось не больше пятисот. На первой же странице оказалась та же фраза, что и на фарзаце. Сэм пролистал дальше, начиная хмуриться всё больше и больше, ведь на каждом последующем листе слова не менялись. Но менялось расположение. То в углу, то в самому низу, то по диагонали от центра. Правда это ничего не меняло особо.       Сэм не знал, воспринимать это как ещё одну аномалию сие места, или всё же он просто тонул в надежде зацепиться уже хоть за что-то. И это усложняло всё.       Пролистав дальше до середины, Сэм не заметил ничего другого. Просто эта фраза: «одна пуля на двоих», которая звучала в поэтическом смысле красиво, в его же восприятии — как будто новый намек.       — Эй, Елена, — позвал он её, не отрывая глаз от книги. Но он по шагам понял, что она приближается. — Ты когда-нибудь видела такую книгу?       Всучив ей вещицу, он теперь смотрел на то, как девушка, пролистывая книгу, мотает в отрицании головой.       — М-м… нет, точно нет. Странная она какая-то. На всех страницах одна и та же фраза?       — Я тут подумал… Может, это ещё одна подсказка?       — Подсказка к чему? «Одна пуля на двоих»… Звучит ну очень многообещающе, — усмехнулась она, возвращая книжку обратно парню.       — Подсказка, как выбрать отсюда… — внезапно произнёс он, даже сам не осознавая, что только что сказал вслух. Да он даже не понял, как это засело в голове и сразу же сорвалось вслух. Однако Елена расслышала и застыла, смотря на него.       — Нет… Сэм, нет, это безумство. Мы не можем быть до конца уверены. Верить первому, что попалось в руки, ещё бо́льшее безумство.       — Мы не можем знать наверняка, — отложил он книгу обратно.       — Вот именно: мы не можем знать наверняка. Мы не уверены сейчас ни в чём, а риски могут привести не к выходу, а к… — Смерти. Это слово так и не сорвалось, не завершив предложение. Но, кажется, Винчестер её понял.       — Мы можем и дальше искать, но если ничего не найдем, то рискнуть, кажется, придётся, — с этими словами он, обдумав кое-что в голове, не спеша достал из-под верхней одежды припрятанный пистолет. У Елены глаза на лоб полезли, увидя это.       — Откуда…       — Когда я очнулся, он уже был у меня. Сначала я подумал, что это для моей самозащиты. Ведь мы оба оказались в этом месте, и я не знал наверняка, очередной ли это странный сон или реальность, а ты в ней — враг.       — Спасибо, — саркастично ответила девушка, но сама не сводила настороженного взгляда с оружия. Она видела его только в руках шерифа Форбс, а тут вблизи, да ещё и специально кто-то подкинул им его. Вернее, Сэму.       — Одна пуля на двоих… — прошептал он, а сам решил проверить, сколько патронов в пистолете.       Он не знал, удивился или нет, когда обнаружил в магазине одну пулю. И когда он пересекся взглядами с Еленой, понял, что оба подумали об одном.       — Нет… — помотала она головой, отступая на шаг назад. — Сэм, нет, я не готова так рисковать. Пойми, если это и реальность, которую устроили, допустим, те же ведьмы, то живым нам не выбраться! И я теперь искренне не понимаю, как ты мог называть меня чокнутой, когда же сам ещё хуже.       — Иногда стоит идти на риски, Елена. От этого зависит наша жизнь. И если это сон…       — А если нет? — перебила она его. Сэм смолк. — Если всё-таки не сон, что тогда? Сэм, я не готова умирать ни сама, ни тебя убивать. А кто-то должен это сделать.       — Почему ты так уверена, что кто-то должен убить? — насупился он. — Тут же не сказано…       — Одна пуля на двоих, — повторила она. — Мы не можем встать оба так, чтобы она насквозь прошла через нас. Это одна попытка. Тут нет шанса на повторение. И потому кто-то держит пулю у себя, кто-то получает. Вот и весь смысл.       Винчестер посмотрел на девушку, даже удивляясь ее словам и сообразительности. Но он вдруг увидел в них смысл, а вместе с тем посмотрел на неё и безо всяких слов вдруг шагнул навстречу, вкладывая ей в руки пистолет.       — Я всю жизнь жил в риске, — начал он, видя прекрасно, как в ее глазах отражается неверие и неуверенность.       — Я тоже, но бывали случаи, когда я была всё же уверена, что могу отдать свою жизнь ради родных, а сейчас это ничто иное, как просто предположение. Ты сам не до конца уверен…       — Вообще-то, не пойми неправильно, но я всё ещё убежден в том, что это мой сон.       — Твой сон? — переспросила она. А после ответного кивка вдруг схватила его за руку, больно ущипнув.       — Ауч!       Сэм отдёрнул руку, потирая место щипка. И посмотрел на Елену возмущённо.       — В твоих странных снах ты чувствуешь боль, ощущение реальности? Сэм, не глупи! Мы не будем так рисковать, нет, поищем другой вариант выбраться отсюда. А пистолет просто держи у себя и не вздумай убивать себя. Может, он пригодится для чего-то другого.       Девушка вернула ему в руки оружие, разворачиваясь и отходя обратно к неисследованной до конца кассе. Однако сосредоточиться теперь не получалось ни на чём. Она только сейчас заметила, как руки стали немного труситься, сердце в груди стучало бешено, а думать о чём-то другом уже не получалось. Как назло, в голове теперь сидели слова Сэма.       Может, в его предложении и была истина. Возможно, даже правда. Но это риск. Риск, стоящий жизни. Она не готова идти на такое. Одно дело ради выживания убить вампира, другое — как сейчас.       Сэм теперь пребывал в смешанных чувствах, глядя с поджатыми губами на оружие в руке. Он не моргал, думал только о словах Гилберт, притом даже не осознавая, что не двигается более, чем несколько минут.       Он словно застрял в этом положении. В то же время в нём началась борьба с рассудком и инстинктом самосохранения. Сэм в какой-то момент перестал слышать всё, что происходит вокруг. В голове же звучал тихий, напуствующий шёпот, твердивший ему одну и ту же фразу. Фразу, вычитанную в той странной книге, которая вновь покоилась на пыльной старой полке.       Он не видел ничего, кроме плавающих перед глазами букв, соединяющихся в слова. Он даже не понимал, что с ним происходит. Не мог быть уверен, что это обычное его задумчивое состояние, а не что-то другое. Что-то из этого мира, где не тот год, не то число, не тот день недели и сам по себе город тоже не тот. Он был в Балтиморе за всю жизнь один раз, но это было ещё во времена его охоты с Дином и отцом. Теперь же из его памяти стёрлись все яркие и какие-то примечательные детали. Впрочем, стёрлось даже всё сейчас, когда он видел навязчивые слова. Одни и те же. Один и тот же шепот, который был похож то ли на его собственный, но в мыслях, то ли нечто иное.       Сэм отключился от реальности, держа в правой руке пистолет, с которого не сводил глаз. И в какой-то момент он поднял глаза.       За кассой была видная только макушка Елены, которая искала что-то. Она вытаскивала различные бумаги, салфетки, даже чьи-то заначки разного вида. Но пока ничего существенного не находила. Притом старательно делала вид, что занята и действительно думает о том, что ищет, а не как в ее руке лежит тяжёлый пистолет, который Сэм вручил ей, чтобы рискнуть.       Нет… Нет.       Встряхнув головой, она протяжно и тихо выдохнула, прикрывая глаза. Елена совсем не замечала, как Винчестер смотрел на неё, держа в руках оружие теперь с полной уверенностью.       В его мозгу что-то щелкнуло, когда он вдруг подумал о том, что в его снах, вообще-то, бывали моменты, когда его часто что-то намеренно отговаривало от тех или иных решений. Когда он вроде как придумывал выход, но его тут же снова перекрывали, говоря, мол, не сработает.       Елена сейчас поступила точно так же, на самом деле даже не подозревая, что тем самым дала Сэму повод ещё больше не верить ей и в целом в то, что это не сон. Вообще-то, он теперь больше склонялся к этой догадке. Уж слишком теперь всё ощущалось ему нереалистично, начиная с года, заканчивая тем, что всё, что он говорил или предалгал, Елена отвергала. И да, можно подумать и даже принять, что она и правда просто не хочет рисковать и соблюдает меры предосторожности. Но что-то изнутри ему уже кричало, что нет. Что-то было всё равно не так помимо всей обстановки.       Сэм шагнул вперёд, проводя подушечкой большого пальца по пистолету. Он даже и отвык за два года от этой тяжести. Раньше, помнится ему, приходилось почти не расставаться с ним, а сейчас он живёт обычной жизнью, где нет ничего сверхъестественного. Или не было. Ему теперь предстоит выяснить, правда ли всё то, что его окружает в нынешнюю секунду, или ему стоит довериться нутру, которое продолжало надрывно кричать изнутри. Из самой глубины.       Елена по-прежнему была скрыта за кассой, в какой-то миг на несколько секунд полностью скрывшись, а после вынырнув на поверхность, вставая в полный рост.       — По-моему, в этом кафе что-то искать бессмысленно, тут больше ничего… — она не договорила, подняв голову и так и замирая, заметив, что Сэм до сих пор держал пистолет, но смотрел на неё. — Сэм…       — Откуда мне знать, что ты реальна?       — Ниоткуда… Но ведь ты не можешь быть уверен и в обратном, — сглотнула она, не сводя взгляда с оружия.       — Елена, ты понятия не имеешь, что в последнее время подобные сны меня уже стали затягивать! Я вижу эти странности всю свою жизнь. Я как проклятый, которого как будто намеренно окружают все и всё.       — Я тебя прекрасно понимаю, поверь! Я сама оказалась втянута во все проблемы, где играю важную роль. Правда, поверь, я знаю какого тебе! Но то, что ты хочешь…       — Елена, пистолет оказался у меня не просто так! Мы здесь оказались не просто так. Ты это тоже понимаешь. Все намеки ведут к тому, о чём мы думаем. Если это сон — прекрасно, значит ничего не случится. Если мы мертвы уже — хуже не будет!       — А если живы?! Я не готова умирать!       — Тогда ты выстрелишь в меня, — спокойно произнес Сэм. Елена помотала головой, ошеломлённо моргнув. — Ты должна. Я понимаю, как это тяжело, но это наш, походу, единственный выход. Всё или ничего.       — Это необоснованный риск, Сэм…       — Именно поэтому это буду делать я. Ты не умрёшь, даже если это сон или мы живы.       — Но умрёшь ты… Можешь по-настоящему умереть.       — Поверь, иногда стоит закрыть глаза на то, что может случиться, и просто довериться чутью.       — Это ты как охотник мне говоришь или просто как умалишённый?       Сэм против воли чуть улыбнулся, всё же добившись от неё того, что она посчитала его таковым. Да он и не отрицал. Но прошлая жизнь научила его верить самому себе. До этого момента, когда только оказался здесь, он не делал этого, а сейчас что-то изменилось как-то резко. И вот он готов ступить в пропасть добровольно.       Из этого места выбраться просто так не получалось. Любой путь приводил их на перекрёсток. Магазины рядом оказались бесполезными зданиями. Улица была покрыта мглой ночи и светом фонарей, а единственное кафе дало им ответы на всё. Почти на всё. Им бо́льшего не предоставляли.       — Нет, Сэм, я не могу, — отказалась Гилберт, косясь на пистолет. Винчестер же, заметив это, быстро преодолел между ними расстояние, без лишних слов отдавая ей оружие.       — Сможешь. Представь, что это единственный выход. Тебе придется.       — Не могу. Сэм, ты просишь меня убить!       — У нас нет выбора, Елена! Поэтому закрой глаза и сделай выстрел. Отключи мысли и чувства и просто сделай это. Сделай так, как будто целишься в пустоту и тут никого нет. Сделай так, если хочешь выбраться из этого треклятого места и вернуться к семье.       Сэм быстро понял, на что нужно надавить, чтобы заставить девушку сильнее захотеть вернуться домой. Обычный Балтимор, являющийся простым городом в Америке, стал ненавистным для них обоих. Но ещё была невыносима мысль, что её и впрямь заставляют убить.       Елена ведь больше верила, что они оба могут быть живы, а она просто отнимет жизнь Сэма и застрянет тут одна. И это станет просто ещё одной насмешкой судьбы, которая постоянно издевается над ней весь последний год как только может. И, кажется, над Сэмом тоже, только ещё с младенчества.       Складывается ощущение, что эти критерии тоже поспособствовали тому, что именно они оказались в этом странном месте.       Елена за этими размышлениями не заметила, как парень снял пистолет с предохранителя, направляя дуло себе в голову. Но он держал своими руками её на оружие, не позволяя опустить или убрать. И когда Гилберт это поняла, она протестующе дернулась, стараясь не задеть чувствительный курок. В её глазах поселился страх. Самый настоящий страх. А вот в глазах Сэма теперь сидела спокойная уверенность. Он как будто не направлял сам на себя её руками пистолет!       Точно чокнутый!       — Сэм, отпусти! — вскрикнула она, часто задышав.       — Нажимай, — повторил он.       — Не буду! Отпусти! Я не могу, не могу! Пусти, пожалуйста!       — Елена, нажми на курок!       — Нет! — Она снова дёрнула руками, вдруг кончиком указательного пальца едва задевая курок, чуть не нажав на него. Ей стало ещё страшнее, понимая, как это было близко. — Сэм, пожалуйста!       В её мыслях крутилось только лихорадочное: «Боже мой, это точно какой-то страшный сон». Но она старалась теперь даже на секунду не погружаться в себя, дабы не пропустить тот момент, когда сам парень сделает за неё всё, тем самым проверив общую догадку и подсказку из той книги.       — Сэм!       — Стреляй! — в унисон с ней крикнул Винчестер, и вдруг Елена от неожиданности нажала на курок, вскрикнув вместе с оглушительным выстрелом.       Елена быстро зажмурилась, да так крепко, что стало даже неприятно. Но она больше не услышала ничего, а в руках стало легко. Так легко, что она поняла: причина была в резко куда-то пропавшем пистолете и исчезнувших тёплых руках Сэма.       Это понимание испугало её до ужаса.       Но секунда тишины, две, три, пять и всё равно ничего не слышно. И она стала лихорадочно думать, что оказалось права. Сэм мёртв.       Елена часто задышала, резко распахнув глаза. И тут же подскочила, бешеными глазами метаясь по неизвестному помещению. Она не сразу поняла, что куда-то кафе «Moonlight» пропало, а декорации сменились на какую-то просторную, но явно заброшенную комнату. Елена стала озираться по сторонам, не видя ни Сэма, ни пистолета, ни крови, когда пуля вылетела прямо в лоб Винчестеру.       Он рискнул… Он всё-таки рискнул, подтверждая свою догадку.       Елена сглотнула, проморгавшись, когда на глаза набежали слёзы. Перед ней всё ещё стояла картинка произошедшего безумия, потому она не сразу поняла, что сидит на диване. Находится в неизвестном месте, а пережитое застряло только у неё в голове.       И она вдруг посмотрела на свои руки. Тепло чужих рук как будто всё еще было с ней, а тяжесть и холод пистолета — в ней. И этот кошмар, кажется, будет преследовать её ещё долго. Кошмар. Только кошмар во всех смыслах. Она узрела его всего лишь… во сне. Всего лишь ей это приснилось, но почему-то сердце продолжало биться о грудную клетку в протесте. Оно как будто не соглашалось, но Елене не дали времени, чтобы подумать об этом, когда к ней вошли двое. Парень и девушка, которые начали с ней о чем-то говорить, между строк напомнив, что она двойник. Ещё что-то о неком Элайдже между собой вскользь упомянули.       А Елена всё была в своих мыслях, едва сдерживая слёзы от пережитого страха, который не пропадал.       Девушка была словно в коматозе, даже не запоминая, что происходит вокруг. Не вспомнила, что недавно был всё тот же Маскарад, после которого всё это и произошло. Абсолютно всё.       Она выплеснула всё из себя, когда вдруг увидела Стефана. И бросилась ему в объятия, прижимаясь так крепко, что её слезы стали сразу же впитываться в его рубашку. А вампир воспринял всё за пережитый стресс. Он бы и не понял, наверное, её, расскажи она ему правду, что всё из-за дурацкого сна.       — Всё хорошо, Елена, — шептал Сальваторе, поглаживая свою девушку по макушке, переглядываясь с Деймоном, который слабо кивнул, поджимая отчего то губы.       Елена хотела верить в это, но в груди что-то продолжало протестовать. Сердце билось в том же ритме. Продолжало стучать вроде и в успокоении в объятиях любимого человека, но в то же время переполнилось до краёв чем-то иным.       В том же ритме биения совпало и сердце Сэма, когда он резко подорвался на той самой кровати, на которой засыпал. Он дышал часто, открыв рот. Грудная клетка вздымалась быстро и высоко, пока он поддерживал корпус, заведя руки за спину.       — Боже мой, — охрипшим голосом произнёс он, выдыхая. И принял сидячее положение, проводя ладонями по лицу.       Дверь в спальню скрипнула, и Винчестер посмотрел на вошедшую Джессику, которая как и всегда ласково держала улыбку на губах, смотря на него. И вдруг в её глазах, которые так полюбились ему, промелькнуло волнение.       — Ты в порядке? — спросила она, подойдя ближе.       — Да, просто дурной сон приснился, — кивнул он, выдавив искаженную улыбку. И Ли Мур кивнула, поверив. Она подошла ближе, сев к нему на колени. Безо всяких слов девушка хотела примкнуть к его губам, когда вдруг нахмурилась.       — Эй, это кровь? — она пальцем стёрла с его лба пару капель крови, показывая это Сэму, который застыл. — Сэм? — обеспокоенно позвала она его, но Винчестер смотрел на её руку, прекрасно зная, что это его кровь и ровно в том месте, куда выстрелила Елена из-за него.       Сэм поднял глаза на Джессику, видя на её лице сквозящее переживание, но теперь ещё и за его резкую смену настроения. А Сэм не знал, что ответить.       Не знал, пока девушка начала слегка поглаживать его плечо, терпеливо дожидаясь от него ответа. Она выражала какую-то немую поддержку, будто понимая, что он пережил, пусть и… во сне?       Но сон был странный, реалистичный и… намёки на том не заканчивались. Сэм вдруг подумал о том, что они вернулись к своим вторым половинкам, но так и не поняли, почему именно та обстановка и почему День святого Валентина?