A story for every day

Тошик 5:42 Привет, приедь пожалуйста...       И что вы думаете? Прошла всего лишь секунда, а сообщение уже висело прочитанным, и Попов, словно ветер, вылетел из своей квартиры, совершенно не обращая внимания на то, что дверь следует закрыть. В его голове бурлили мысли о событиях последних месяцев, словно они сами не давали ему покоя.       На улице ветер игриво шевелил листву деревьев, наполняя воздух свежестью и легким запахом дождя. Попов чувствовал, как его сердце забивается быстрее. Он стремительно приближался к станции метро. Распахивая двери на ходу, он чуть не врезался в старушку, которая не смотря на свой возраст обматерила мужчину как только можно. "И че вам не спиться в такую рань?" — подумал мужчина, прикладывая карточку к турникету.       В метро людей почти не было (и правда откуда им там взяться, если метро открылось около 20 минут назад). Руки то и дело дрожали от предвкушения, за что Арсений себя все время готов был казнить. Нет, нельзя! Нужно развернуться. Не ехать к нему. От этого будет только хуже. Попову будет хуже. Снова.       Но мысли о том, кто его ожидает, не давали покоя. Каждый миг, проведенный в раздумьях, тянул его обратно, к тому, что он пытался оставить позади. Арсений быстро прошел к платформе, стараясь игнорировать внутренние терзания.       Поезд приближался, его громкое дыхание раздавалось по туннелю, как предвестник перемен. Попов уселся на скамейку, стараясь сосредоточиться на чем-то другом, на любой мелочи — на узорах на полу, на звуках вагонов, которые проносились мимо. В голове крутился образ того, кто когда-то был ему ближе всех. Но именно этот человек стал причиной всех его страданий. "Смогу ли я это пережить?" "Почему я снова возвращаюсь к нему? "Что я надеюсь найти?"       Вопросы накатывались, как волны, и каждое новое сомнение придавливало его все сильнее. Арсений закрыл глаза, пытаясь найти в себе силы. Он хотел бы забыть о прошлом, но воспоминания о смехе, о совместных прогулках и о том, как они делили мечты, продолжали мучить его.       Новый поезд прибыл и его двери открылись. Арсений встал, не зная, что делать дальше. Толпа пассажиров спешила в вагон, но он остался стоять на месте, словно прикованный к платформе. Нет. Нужно обратно.

***

      Когда Попов, достиг его дома, сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Выходя из автобуса Арс заметил, что к прошлому сообщению прибавилось еще одно. А после него перешел на бег. Тошик 6:04 Арс..       Он остановился на мгновение, чтобы перевести дух, и только потом решительно нажал на кнопку домофона. Звуки его собственного дыхания казались громче, чем когда-либо, и в голове крутилась одна мысль: неужели он все еще ждет его?       — Арс? — после долгих гудков раздался тихий голос из динамика. — Это ты?       — Я, — и в тот же момент дверь открылась с легким щелчком.       Арсений не мог поверить, что снова находится тут. Что снова поднимается по этой чертовой лестнице на этот чертов пятый этаж. Что снова стоит тут — напротив 116 квартиры. Мужчина только потянулся что бы нажать на звонок, как дверь тут же открылась.       — Привет, — тихо произнес он, когда оказался в коридоре. Тишина, царившая в воздухе, была настолько густой, что ее можно было разрезать ножом.       — Я думал, ты не придешь, — произнес Антон, делая шаг назад. Его лицо было немного бледным, а глаза красные и опухшие.       — Я... не знал, что думать, — признался Арсений, по-прежнему не веря, что находится здесь. — Ты написал мне. Это... было неожиданно.       Попов видит, как у парня наворачиваются слёзы. Его хочется обнять, прижать к себе и защитить от всего, что его тревожит. Но Арсений стоит на месте. Ему нельзя к нему приближаться, ведь он выбрал другого.       — Я хотел объясниться, — начал Антон, его голос дрожал. — То, что произошло, было неправильно. Я не должен был так поступать с тобой.       Арсений почувствовал, как его сердце на мгновение замирает. Он ожидал извинений, но не был готов к тому, что они смогут обсудить то, что произошло. Антон уже откровенно вытирал катившиеся по щекам слезы.       — Почему ты плачешь? — задал вопрос Арсений, снимая кроссовки и проходя на кухню.       Раньше на этой самой кухне они вместе готовили завтрак, шутя о том, как смешно смотрится на Арсений кухонный фартук. Здесь они вместе отмечали пять лет подряд новый год. И здесь же, несколько месяцев назад, они расстались... Сейчас же тут полнейший хаос. Разбитые тарелки лежат на полу, рядом красуются небольшие кровавые пятна. Стол закидан порванными и разрезанными фотографиями, на которых уже было невозможно определить, кто был изображён.       — Арс...       — Он же побогаче, — пародирую голос парня, Попов напомнил ему те самые слова, которые тот ему сказал когда-то. — У него и тачка, и бассейн.       Мужчина сел на колени и стал собирать осколки посуды, не поднимая глаз на Шастуна. И как только то трепетное чувство, с которым он бежал сюда, так быстро испарилось?       — Ты всегда говорил, что я не такой, как все, — ответил Арсений тихо. — А теперь ты снова пришел ко мне, как к запасному варианту.       — Я знаю, как это выглядит,— ответил Антон, в его голосе звучала искренность. — Но я правда изменился. Я понимаю, как много я потерял.       Внутри Арсения боролись противоречивые чувства. Он хотел верить, но что, если это снова какая-то уловка.       — Зачем мне доверять тебе? — произнес он, стараясь не выдать свои настоящие эмоции.       — Скажу честно, я не знаю, как всё исправить, — ответил Антон, его голос дрожал от эмоций. — Я потерял тебя, и теперь понимаю, насколько это важно для меня. Все эти месяцы я жил в иллюзии, что без тебя всё хорошо. Что Эд со своими тачками и бассейном смог заменить тебя. Но нет..       Попов ужаснулся от этих слов. Он никогда не думал, что услышит их. В память тут же всплыли моменты, когда они вместе мечтали о будущем, строили планы, смеялись до слёз. Теперь же между ними стояло много ненормального: обиды, неверности и разбитые надежды.       — Ты не знаешь, что чувствовал я, когда услышал о твоём предательстве, — едва слышно ответил он, чувствуя, как голос дрожит. — Я считал, что между нами была любовь, а ты всё разрушил.       Антон наклонил голову, и его кудряшки сползли на лицо. Арсений не мог отвести от него взгляда, наблюдая, как тонкие пряди касаются его кожи. Он видел, как глубоко тот переживает, но что он мог сделать? Всё это время он пытался забыть, пытался двигаться дальше, и вот, когда он наконец-то сделал шаг вперёд, Антон вернулся в его жизнь как гром среди ясного неба. А сам то не лучше, сразу рванул к нему. Значит все таки не сделала шаг.       — Я не прошу прощения, — быстро добавил Антон, поднимая взгляд и встречаясь с ним глазами. — Но я хочу, чтобы ты знал: я научился на своих ошибках. И впечатления от потери тебя навсегда останутся со мной.       Молчание затянулось, заполненное глубокими дыханиями и невыразимо тяжелыми взглядами. Арсений ощущал, как стены вокруг него постепенно рушатся, открывая затопленные чувства, давно закрытые в его сердце. Он вспомнил моменты, когда Антон был рядом в самые тяжелые ситуации. Когда умер отец, когда он попал в автокатастрофу несколько лет и лежал в больнице. Шастун каждый день сидел у его койки. Сейчас каждый вздох был как напоминание о том, что он не один в этой борьбе — рядом находится тот, кто понимал его, но молчал, как и он сам.       Свет фонарей мягко пробивался сквозь занавески, отбрасывая нежные тени на тёмные стены, и Арсений почувствовал, как в этом молчании зреет нечто большее, чем просто слова. Это было осознание, что он может позволить себе быть уязвимым. Только рядом с ним. Пошатнувшись, он снова задал вопрос, который мучил его долгие недели:       — А есть ли ещё шанс для нас?       Антон замер, как будто время остановилось.