Время, проведённое с тобой

Пива было выпито много. Теперь мутило, и от любого резкого движения тошнота подкатывала к горлу. Хонджун не помнил, как точно добрался до дома, снял ли ботинки и запачканные джинсы. Но лёжа на кровати и смотря в потолок, был уверен, что его смывает в унитаз и, судя по белому цвету сверху, крышку закрыли. Хонджун перевернулся на бок. В девятнадцать весь мир расстилался под ногами. Были открыты любые дороги, впереди бесконечность. Об учёбе и обязанностях думать совсем не хотелось, для этого найдётся минутка как-нибудь потом, то самое удачное время, когда возьмешься за ум. Вечера хотелось проводить не за книгами, а с друзьями, в шумной компании пить пиво, обсуждая странно скроенный мир вокруг. Хонджун мало чем отличался от своих сверстников. Зависал допоздна за играми, потом с трудом соскребая себя на учёбу. Разбрасывал майки по комнате и из кружек на столе строил космические звездолеты. Он планировал покорить мир в кедах и рваных джинсах. Но всё это ждало удачного момента. А после попойки с друзьями Хонджун планировал лишь уснуть. Он натянул на себя одеяло, зарываясь с головой, и закрыл глаза. Сон пришёл не сразу. Липкий и тяжёлый, он не принес облегчения, лишь ухудшил и без того дурацкое состояние. Распутав кокон из одеяла, Хонджун выбрался из кровати и пошёл на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Духота и головная боль душили, мешая нормально соображать. Прохладный пол под ногами дал Хонджуну понять, что ботинки он все же снял. Наполнив стакан водой, тот попытался вспомнить, где оставил телефон. Поблизости его не было. Хонджун заглянул в холодильник – там ожидаемо пусто. Телефон нашелся под кроватью. Засунув его в карман, Хонджун с трудом обулся и вышел из квартиры, чтобы в ближайшем магазине прикупить себе еды и газировки. В общем коридоре столкнулся с потрясающе красивым парнем. Это Хонджун уловил даже в таком состоянии. Он не помнил такого соседа, но к кому-то вполне могли приехать гости. Приятны мысли о симпатичном парне быстро выветрились при виде цен в магазине. По ощущениям Хонджуна ещё вчера всё стоило в два раза дешевле. Но есть хотелось больше, чем разбираться в текущей экономической ситуации. Взяв необходимое, Хонджун поплелся обратно, от скуки решил поизучать этикетку рамена. Количество жиров и углеводов, состав, срок годности. Срок годности… Хонджун резко остановился, словно уткнувшись в стену. Ещё раз посмотрел на цифры, для верности поковырял их ногтем. Перевернул бутылку газировки этикеткой к себе и нашёл дату производства. Чертовщина какая-то. Продукты оказались из будущего. Если верить цифрам на их этикетках, то посиделки с друзьями были семь лет назад. Всё ещё не веря в такое развитие событий, Хонджун решил спросить у кого-нибудь сегодняшнюю дату. Телефон разрядился за ночь, и экран на прикосновения не среагировал. Мимо, определено на счастье, проходил тот самый парень, с которым они столкнулись в общем коридоре. Судя по внешнему виду, тот спешил на работу. – Слушай, какое сегодня число? И год? – Хонджун преградил ему дорогу, стараясь улыбнуться как можно более дружелюбно. Сонхва от такого вопроса действительно замер на месте. Он внимательно осмотрел парня напротив – молодой совсем, похож или на старшеклассника, или на студента. Помятый немного, но точно не пьяный и вряд ли накуренный. На маньяка не тянет. Максимум, городской сумасшедший, и то вполне приятного внешнего вида, и абсолютно безобидный. И чтобы не разводить дискуссию о нелепости вопроса, Сонхва ответил просто: – Двадцатое января, две тысячи двадцать пятого года. Не знаю, как можно забыть эту информацию. Но вот, смотри. Сонхва достал из кармана своего пальто телефон и показал экран незнакомцу. Хонджун побледнел и выругался. Действительно, прошло семь лет с того момента, как он уснул у себя дома. На кому не похоже. Никаких датчиков при пробуждении обнаружено не было, родственников в слезах тоже. – Спасибо, – все же стоило подумать и о вежливости, – Хорошего дня. Подумав, что в таком случае это сон, Хонджун ущипнул себя, чуть не выронив продукты. – С тобой точно все в порядке? – Сонхва стало жалко бедолагу, который умудрился запутаться в числах и годах. А вдруг он болеет чем-то? Рассеянный склероз? Рановато, конечно, но каких только болезней сейчас не бывает, даже в столь юном возрасте, – Помочь надо? – А? – Хонджун попробовал помахать руками, и в этот раз всё же уронил пачку лапши, но быстро её поднял, – Нет. Наверное. А что делают, если бухали в восемнадцатом, а проснулись в двадцать пятом, и всё это за одну ночь? О! Ты же проходил мимо моей квартиры. Кто там вчера жил, не помнишь? Сонхва еще раз внимательно всмотрелся в лицо парня. Зрачки в норме, кожа не выглядит желтой, сухой или какая она вообще должна быть у наркомана. Проблемы ментального характера? Вполне. Но на секунду Сонхва действительно стало не по себе. Он правда спешил на работу, но критично не опаздывал, а тут такой интересный случай намечался. Лишь бы не пришлось вызывать скорую. Или полицию. – Никто. Несколько лет квартира пустует. Хозяин съехал, но иногда здесь бывает, сдавать пока не хочет. Я тут живу недавно, еще не виделся с ним. А что? И почему ты задаешь такие странные вопросы? Восемнадцатый, двадцать пятый? Ты что, в коме был? – Да откуда я знаю! – Хонджун и правда понятия не имел, – Я выпил вчера с ребятами, хорошо так выпил. Пришел домой, спать завалился. Сон ещё такой дурацкий какой-то был. Потом проснулся, воды попил и потащился в магазин, потому что жрать охота. Но продукты охренеть как подорожали. Я на дату производства посмотрел, ну там, свежее или нет. К тебе вот подошел. Это пранк? Надо ещё к кому-то подойти, вдруг розыгрыш? Ладно, бывай! Хонджун, со взглядом полуночного маньяка, начал всматриваться в проходящих мимо людей. Часть из них тоже могла быть подставной, значит, предстояло выбрать самого спешащего и безразличного. – Подождите! – рванул Хонджун к мужчине в серой куртке и шапке, надвинутой до самых глаза, – Какой сейчас год, не подскажете? У меня телефон сел! Точно, – он тут же остановился и зашагал обратно, – Надо зарядить телефон и позвонить маме, в сети порыться. Если я в коме был, точно в твиттере это обсудили. – Парень, ты бы лучше к психологу обратился. Или к неврологу. Я не знаю, если честно, кто такие провалы в памяти или сознании лечит, – вдогонку сказал Сонхва. Странный день какой-то сегодня. Полнолуние что ли? Отмахнувшись от слов соседа, Хонджун мысленно прозвал его так, он зашагал обратно домой. Поставил телефон на зарядку, найденную в шкафчике у кровати, и стал ждать. Телефон признаков жизни не подавал. И Хонджун только сейчас заметил, что ноутбука на столе нет. В голову полезли мысли об ограблении и ударе по голове. Но за семь лет он бы сдох один в квартире. Может, и правда кома? Тогда надо дождаться кого-нибудь, отвечающего за его сохранность. Хонджун заварил лапшу, чтобы сидеть в пустой квартире было не так грустно, выпил половину бутылки колы. Прилег и, чтобы как-то скоротать время, решил подремать. Проснулся всё в той же адской парилке, от которой хотелось сдохнуть. С трудом оторвал тело от кровати. С похмелья чертовски болела голова, и не открывались глаза. Хонджун боковым зрением заметил, что ноутбук вернулся на прежнее место, а звуковой сигнал телефона заставил поежиться. На часах было около четырех и две тысячи восемнадцатый год. Хонджун соскочил с кровати, запнувшись об одеяло, расстелился на полу и на пару секунд ощупывал себя на предмет целостности. Поднявшись, он прошелся по комнатам. Квартира была точно такой же, как и весь мир за окном. Но упаковки от лапши в мусорке не нашлось, да и кола куда-то пропала. Набрав номер мамы, Хонджун услышал знакомый голос, с нотками беспокойства за нерадивого сына, который съехал, но, кажется, потерял голову в процессе. – Вот это сон, – он схватился за голову после того, как повесил трубку, – Что же мы такое вчера пили? Этой дряни точно больше не глотка. Для верности Хонджун зашел в магазин неподалеку. Цены были такими, какими он их помнил до сна, девушка за кассой та же, что и вчера. Прикупив себе поесть, Хонджун вернулся домой. Оставшийся вечер прошел как обычно. Он играл на ноутбуке и в телефоне, болтал с друзьями по видеосвязи. Некоторым из них даже рассказал про сон. Слишком уж видение казалось реалистичным и никак не хотело покидать голову. Особенно в душу запал тот парень. Милый, так искренне пытался помочь, даже психолога посоветовал. Видимо, счел за ненормального. Уже после двенадцати ночи Хонджун вымылся, а голова, наконец-то, перестала болеть. И с чувством полного удовлетворения прошедшим днем, он лег спать. Утро встретило его солнцем в глаза и тишиной. Хонджун был уверен, что поставил будильник, ведь он собирался на учебу, но никакого противного пиликанья не раздавалось. – Проспал что ли? – потерев тыльной стороной ладони глаза, он потянулся за телефоном. Черный экран и ничего больше. На кухне кола, пачка от лапши,– Снова этот дурацкий сон,– взвыл Хонджун, но щипать себя было бесполезно, – Никаких суперсил, миллионов или шикарного парня рядом. Не сон, а чушь какая-то. Я живу вторую жизнь, ещё более скучную, чем обычно. Хонджун спрыгнул с кровати и выглянул в общий коридор. По нему снова шел тот парень. – Привет! Поздравляю, ты мне снишься! А я уж вчера думал, что умом тронулся, но нет. Просто сон. Тебе такая чушь раньше снилась? Хотя, какая разница, что ты ответишь. Сонхва уже надеялся забыть про странного “соседа”, но он снова решил удивить его рано утром, перед самым началом тяжелого рабочего дня: – Я тебе приснился? После одной-то встречи? Очень лестно, конечно, но ты меня все еще пугаешь. – Ты не понял, сейчас снишься, – Хонджун запер дверь и решил какое-то время пройтись с новым знакомым. Надо же рассказать, как всё удивительно сложилось, – Я вчера, как с тобой поговорил, в квартиру пошел, ну и задремал, пока ждал возвращения хоть кого-нибудь. Просыпаюсь, – и снова восемнадцатый год. Прикольно, правда? Вот я охренел, конечно. Мне такие реалистичные сны никогда не снились. Чтобы вот настолько. И даже жрачка, как настоящая, и ты, – Хонджун схватил парня за рукав пальто, – А как зовут? Могу сам придумать, но вдруг сон настолько крутой, что у NPC имена есть. Сонхва открыл рот, но слов не находилось. С этим парнем не так было абсолютно все. Проблемы с сознанием, здравомыслием, может, со здоровьем. Сонхва не работал врачом и не мог ставить диагнозы. Но при всем этом он казался абсолютно милым и очаровательным. Совсем не агрессивным или ненормальным, готовым наброситься в любой момент. Скорее… Потерянным? Немного напуганным? – Меня зовут Пак Сонхва. И я точно не NPC. Как и ты…Эм…Прости, назови свое имя? – Хонджун. Будем знакомы, – он протянул руку и улыбнулся. Теперь Хонджун понимал, что происходит, и паникой больше не накрывало, – Ты очень красивый парень. И это точно сон, в реальности таких не бывает, может, в журналах. Наверно, я тебя видел где-то в сети, на фотках, и вот теперь мой мозг преподнес такой подарок. Пойдем на свидание? Смысла стесняться не было. К тому же Хонджуну снились сны с романтическим подтекстом, а с таким парнем он бы точно замутил. – Подожди-подожди, – Сонхва замотал головой, – Во-первых, спасибо, мне приятны такие комплименты. И я даже, исключительно из интереса, сходил бы на свидание. Но сперва разъясним один очень важный момент. Сегодня двадцать первое января, две тысячи двадцать пятого года. Это не сон, мы не в игре и не в симуляции. Однако, кажется, ты не совсем понимаешь, что происходит, верно? – Ты согласился, – Хонджун светился, как рождественская елка, осталось только покружиться вокруг своей оси для усиления торжественности момента. Теперь сомнений в том, что это сон, не осталось. В реальности такие красавчики Хонджуну отказывали с вероятностью десять из десяти, – Пусть будет двадцать пятый, как скажешь. Только цены тут… – Хонджун не находил в квартире ни карты, ни крупной наличности, хотя возможно, стоило поискать получше, – В парк таких, как ты, не зовут. Готовлю я откровенно плохо. Но, может, зайдем пива после работы выпить? – Хонджун, остановись. Ты не во сне, – Сонхва встряхнул “соседа” за плечи, – Как мне это доказать? – А ты поверишь, что я живу в две тысячи восемнадцатом? И вот буквально пару часов назад принял душ и лёг спать. Мне девятнадцать, и скоро прозвенит будильник. Не хочу терять драгоценные минуты. Сонхва вздохнул, покусал нижнюю губу. Все это звучало, как бред чьего-то воспаленного сознания. Однако к Хонджуну непреодолимо тянуло – его сумасшествием и растерянностью. Сонхва никогда не предполагал, что будет испытывать влечение к подростку, у которого явно не все дома. – Хорошо. Тогда вечером встретимся в ресторанчике недалеко отсюда. Пожарим мясо, выпьем пиво и обсудим то, как ты мог проспать семь лет. – У меня ещё ни разу таких охренительных снов не было. И, если я реально проспал семь лет, как ты говоришь, за мной бы кто-то ухаживал. Но соседей видно не было. Не из больницы же я сбежал, – Хонджун вдруг почувствовал, как его непреодолимо клонит в сон, – До вечера. Попробую лечь в нужное время. Он скрылся за дверью своей квартиры и с трудом добрался до постели. Хонджун в две тысячи восемнадцатом выключил будильник и потер глаза. Сон был настолько реальным, что хотелось танцевать, предвкушая свидание. Лечь стоило пораньше. Сонхва, если честно, рассматривал эту встречу не совсем как свидание. Но кое-что интересное рассказать Хонджуну очень хотелось. Его и самого эта информация едва с ног не сбила в середине рабочего дня. Поэтому сразу из офиса Сонхва поспешил на встречу, домой заходить не было никакого смысла, наряжаться – тем более. История становилась все интереснее и интереснее. Сонхва ощущал себя внутри запутанного детектива, и ему не терпелось дойти до сути. И тут явно не будет простой разгадки, вроде, “садовник – убийца”. – Давно ждешь? – Сонхва махнул Хонджуну рукой. Тот устроился за столиком в самом углу небольшого ресторанчика и внимательно смотрел в окно. – Минут двадцать. Я после учёбы сразу спать завалился. Не пойму пока, как тут время работает. Думал, день – это ночь и наоборот. Но, кажется, я просто появляюсь, когда нужно, – Хонджун был одет в те же вещи, в которых уснул. Джинсы, белая футболка и рубашка поверх. Теплая одежда нашлась в квартире, как и обувь. А вот денег какие-то крохи, и телефон по-прежнему не реагировал, как бы Хонджун не пытался представить его работающим. – Закажем сначала выпить? У меня есть для тебя крайне занимательная информация, – Сонхва сложил свое пальто на соседний стул и расстегнул кардиган – в ресторане было довольно жарко. – Снова будешь убеждать, что я не сплю? Лучше бы о тебе поговорили, – Хонджун вздохнул, но вариантов, кроме как плыть по течению, не было, – Давай выпьем. Сонхва сделал заказ на свой вкус и с нетерпением ждал, когда к их столику принесут холодное пиво. История выходила на новый виток развития. – Сегодня я пообщался с жильцами нашего дома, – Сонхва сделал глоток прямо из бутылки и, облизнувшись, продолжил, – Так вот. Квартира, из которой ты выходишь второй день подряд прямо мне навстречу, принадлежит Ким Хонджуну. То есть, тебе. Знаю, звучит запутанно. Но тому Хонджуну двадцать шесть лет. А значит между вами ровно семь лет разницы. Тебе не кажется это странным? – Кажется. Но во сне и слоны летать умеют. И, если Хонджуну двадцать шесть, то как мне может быть девятнадцать? Машины времени в квартире нет, – Хонджуну казалось странным, что для сна он получает слишком много информации. – Я тоже не знаю, как это все происходит. Еще предстоит разобраться в загадках. Но, Хонджун, я – не сон. И где-то в Сеуле сейчас живет еще один ты, но старше, – Сонхва коснулся пальцами щеки Хонджуна и сильно-сильно потянул, – Больно же, да? Но ты не просыпаешься. – Больно, – насупился Хонджун. Не к такому взаимодействию с Сонхва он готовился, – И этот Хонджун домой не приходит? Еще ты говорил, что соседей давно видно не было. Может, я – злодей, и взял чужое имя, чтобы совершить преступление, а потом смыться? Лучше бы уже проснулся. – Смотри, – Сонхва достал свой телефон, покопался в нем недолго и развернул экраном к Хонджуну, – Это ты из двадцать четвертого года. Фото сделано в той самой квартире, сосед мне прислал после долгих уговоров. Ну? Что думаешь? Настроение у Хонджуна портилось с каждой секундой. Ему не нравилось происходящее, и не тянуло разгадывать загадки. Версия со сном была прекрасна буквально во всем, а теперь этот парень тычет в лицо чужой фотографией. – Значит, свиданий больше не будет? Ну, похож на меня. Допустим, очень сильно похож. Предлагаешь встретиться с ним и перетереть за чашечкой чая, как меня сюда из восемнадцатого занесло? Или из-за временного парадокса мы оба испаримся? Не весело вообще это всё. Если я реально в будущем, то здесь дерьмово. – Я не это имел в виду, – Сонхва смягчился и теперь уже погладил Хонджуна по щеке, – Вообще, не знаю, как объяснить, но ты мне очень понравился. Я поэтому хочу докопаться до сути происходящего. И с Хонджуном из двадцать пятого лучше, наверное, не встречаться. Мало ли, что произойдет. – Если верить всяким тупым сериалам с Нетфликса, я здесь, чтобы сделать то, чего вот он, – Хонджун кивнул на телефон. На него смотрел оттуда он сам, только старше. И себе Хонджун почему-то не нравился, – Не может. Есть идеи, детектив? – Мы пока не настолько близко знакомы, чтобы я мог строить догадки, – Сонхва подмигнул Хонджун и убрал телефон, – Может, ты здесь из-за меня? – Тогда бы я просыпался с пачкой денег и на тачке. Ты очень красивый, Сонхва. Теперь даже немного стремно, что подкатывал. Во сне ты бы мне точно не отказал. А если это какая-то странная параллельная реальность, то мне здесь мало что светит. И, по закону жанра, испарюсь, стоит только делу завершиться, – Хонджун положил руки на стол, шумно выдохнул, – Тебе помощь, что ли, нужна? – Почему же стремно? Это было очень даже мило. Как минимум, оригинально. Я правда думал, что это какая-то фишка твоего подката, – Сонхва тихо засмеялся и зачесал свои длинные, черные волосы назад, растрепав отросшую челку, – Помощь мне не нужна. Вроде, живу нормально и не жалуюсь. Но не просто так девятнадцатилетний ты встретил именно меня, да? – Могу о себе рассказать. Вдруг, натолкнет на мысли, чем полезен буду, – Хонджун, наконец-то, отхлебнул пива. Оно было прохладным и вкусным. Этот Сонхва точно знал, что взять, – Мне, как ты уже знаешь, девятнадцать. Учусь, съехал от родителей совсем недавно и начал самостоятельную жизнь. Ни девушки, ни парня, ни каких-либо подвижек в эту сторону. Тусуюсь с друзьями, играю в игры вечерами. Может, тебе квартира нужна? Спрятаться от назойливого бывшего? Так я только рад буду. В остальном, похвастать нечем. – Никаких назойливых бывших. Они все у меня довольно адекватные, – Сонхва задумался, улыбнулся хитро, – Наверное, ты моя судьба. Ты в прошлом побоялся ко мне подкатить, и мы не смогли быть вместе. Драма, достойная Оскара. – Дерьмово, если я в двадцать, сколько мне там сейчас, шесть, по-прежнему такой трус. Думал, к этому времени уже точно парень будет. Такой же красивый, как ты, добрый, заботливый, – Хонджун внимательно смотрел на Сонхва. Пожалуй, за такого парня он бы держался. Но что предложить ему сейчас? Логичнее было бы вернуться из будущего в прошлое. Наоборот, найти девятнадцатилетнего Сонхва и очаровать его, – Расскажи о себе немного. Ты кажешься классным, странно, что не в отношениях. Может, ревнивый? – Я – собственник, это правда, – Сонхва кивнул и откинулся на стуле. Вторая бутылка пива заметно расслабила его и развязала язык, – Мне двадцать шесть лет, работаю креативным продюсером, организовываю модельные и имиджевые съемки. Сейчас не в отношениях. А еще твое имя с самого начала кажется мне знакомым. Вероятно, мы в прошлом могли где-то пересекаться. Говорят, нынешний Хонджун – подающий надежды, молодой дизайнер. – Ты навел справки, – такое внимание было приятно. Хонджун улыбнулся и допил пиво. Ему льстило, что пусть и к двадцати шести, но он всё же чего-то добился в сфере, которая вызывала трепет в сердце. Наверное, и правда, в череде забот у него не было времени на отношения, – Я сейчас подумал, что вдруг, ты -– тот самый. Может, я куда-то спешил в нашу встречу и не познакомился поближе? Звучит романтично. Ты живешь так близко от моего дома, но меня там нет. А теперь есть. Если снова, узнав всё это, проснусь завтра в той же квартире, сходим на настоящее свидание? Погуляем? Ты гуляешь? Или сейчас так уже никто не делает? – Прошло всего семь лет, а не семьдесят, – рассмеялся Сонхва, – Пойду, обязательно. Ты мне действительно понравился. Не знаю, почему, да еще и так быстро. Надеюсь, ты не пропадешь завтра. Сонхва протянул мизинец Хонджун: – Обещай, что мы проведем много времени вместе. – Обещаю, – это было так по-детски, держать чужой мизинец, покачивать его в такт сказанному. Но Хонджуну нравилось. Он решил, что сделает все возможное, чтобы завтра оказаться в две тысячи двадцать пятом. Проснувшись снова в восемнадцатом, Хонджун с трудом смог осознать себя в этом мире. Его последний “сон” длился дольше обычного. Они с Сонхва прекрасно поужинали, потом медленно дошли до дома и расстались у квартиры. Хонджун теперь, сидя на своей кровати, пытался осмыслить произошедшее. Это действительно не было сном, слишком много там было вещей, которые и в бреду не придумать. Особенно та фотография. Хонджун подошел к столу и взял с него небольшой блокнот с зарисовками. Учился он по настоянию отца совсем не на дизайнера, хотя создавать новое и необычное ему нравилось с самого детства. Сейчас весь креатив в его жизни ограничивался кастомом одежды в свободное время, да прогулками по местным магазинчикам в поисках чего-то интересного. Хонджун вдруг испугался, что Сонхва появился в его жизни именно для этого, – направить, указать дорогу. Неужели, они больше могут не встретиться? И как так вышло, что спустя семь лет, он сам не стоял у порога Сонхва с букетом цветов? Хонджун зажмурился. Прямо сейчас уснуть точно не получится. Нужно ждать до вечера, устать как следует, чтобы просто отрубиться. Проспать до обеда, ведь завтра выходной. А сегодня нужно ещё успеть на пары. Постукивая карандашом по столу в университете, Хонджун не мог выкинуть Сонхва из мыслей. Он даже подумывал найти его в соцсетях, ведь имя и фамилия были известны. Но что сказать такому парню при встрече? “Мы встретимся через семь лет, я буду такой же, как сейчас, полюби меня”. Из-за абсурдности ситуации Хонджун опустил голову и воткнулся ей в стол. Многоходовочка вышла бы на зависть любому сценаристу. После учебы он забежал перекусить, вернулся домой, засел за книги и немного поиграл. Хонджун проводил свой обычный день в предвкушении ночи. Он хотел уснуть и одновременно боялся этого. Время текло так медленно, но пролетело, в итоге, очень быстро. На часах было без пяти двенадцать. Хонджун вымылся, тщательно почистил зубы и лег спать. Проснувшись, он несколько минут боялся открывать глаза. Но вот перед ним всё так же пусто. Стол без ноутбука, смятая ещё со вчерашнего дня постель. Хонджун ликовал. Дело было совсем не в его жизненном пути. Миссия, ради которой он снова здесь, в будущем, не завершена. – Сонхва, – уже через десять минут Хонджун стучал в дверь чужой квартиры, – Ты там? Не передумал? Сонхва не мог уснуть всю ночь, поэтому тут же открыл дверь. Он действительно ждал этой встречи. Весь прошедший день мысли были заполнены только одним конкретным человеком. Сонхва прошерстил все, что только мог, про Ким Хонджуна – в прошлом и будущем. И тянуло к нему теперь еще сильнее. Не было никаких логических объяснений подобному. Просто Сонхва казалось, что это правильно. Будто в один момент все встало на свои места. – Не передумал, – Сонхва улыбнулся, – Заходи пока, присаживайся. Я переоденусь, и можем идти. Хонджун осторожно вошел в чужую квартиру. Здесь было очень уютно. Лаконичная мебель, скорее всего, современная, но при этом не лишенная какого-то очарования. Хонджун не знал ничего о тенденциях в планировках и интерьерах, но у Сонхва ему нравилось. Было приятно задерживаться взглядом на каких-то вещичках, будь то одежда, книги или фигурки лего. Всё стояло на своих местах. – У тебя очень хорошо. Мне нравится, – Хонджун аккуратно присел на диван. Тот мягко спружинил без всякого скрипа, – Ты сам здесь всё обставил? – Конечно, – Сонхва вышел из комнаты в теплом, большом свитере и темно-синих потертых джинсах, – Витрина с лего – моя главная гордость. – У тебя невероятное количество терпения, – Хонджун подошел ближе, рассматривая детали. Их было так много, столько соединений и переходов. За стеклом стояли не простые детские модельки. Каждая, скорее, походила на произведение искусства. И витрина для них – самое подходящее место, – Друзья, наверное, тоже в восторге. Уверен, у них тысячи фотографий. Я бы точно не упустил возможность заснять подобное. Ты готов? – Более чем. И еще. Я много думал ночью… О том, зачем ты здесь, в будущем, почему, и как долго это сможет продолжаться. Вдруг, у нас ограниченное количество времени. Поэтому, давай без лишней скромности. Сонхва присел на диван вплотную к Хонджуну, положил ладонь на его затылок, перебирая короткие волосы пальцами. Посмотрел внимательно, стараясь запомнить каждую деталь чужого лица: аккуратный, прямой носик, брови вразлет и длинные-длинные ресницы. Красивый, юный, но настоящий ли? Сонхва вздохнул, набираясь смелости, и коснулся своими губами рта Хонджуна. Ответа пришлось ждать несколько секунд. Хонджун опешил и не сразу сообразил, что нужно делать. Во сне на подобное он рассчитывал в первое же свидание. Но Сонхва перед ним не был плодом воображения. Его губы теплые, а пальцы на затылке совсем немного щекотали. От свитера Сонхва вкусно пахло, и хотелось стать ближе. Хонджун приоткрыл рот, давая простор чужим действиям. Положил одну руку на бедро, второй забрался под свитер снизу и просил лишь не проснуться именно сейчас. – Я не верю в случайности, – Сонхва прервал поцелуй и улыбнулся, прикусив Хонджуна за мочку уха, потянул зубами сережку-колечко, – Если ты из прошлого здесь, со мной, значит так надо. Хонджун не сразу нашёл, что ответить. Он был под впечатлением от поцелуя, и мог лишь завороженно смотреть на Сонхва. – Я готов поверить во все, что угодно, – Хонджун смущённо улыбнулся. Ему было девятнадцать, не девственник уже, но все прошлые партнёры даже поцелуями были далеки от Сонхва, – Если хочешь, мы никуда не пойдём и останемся здесь. – Хочу, – кивнул Сонхва. Он чувствовал себя сумасшедшим в самом правильном смысле этого слова. Мальчишка-подросток из прошлого семилетней давности нравился ему так сильно, что было почти немного страшно. С каждой секундой, проведенной вместе, казалось, словно они знакомы уже не один год, даже не два. Будто была где-то параллельная ветка их история, где они встречались и знали друг друга. На щеках Хонджуна появился румянец. Сонхва одновременно был таким близким и недоступным. Хонджун касался несмело. Сначала колена и чуть выше, потом рукавов мягкого свитера. Он не понимал, даже для себя, стоит ли им поторопиться или лучше наслаждаться каждой секундой, смакуя мгновения. Хонджун, теперь уже первый, осторожно коснулся губ Сонхва. Он попытался не закрывать глаза, но идея провалилась сразу же. Хонджун трогал плечи и шею, углубляя поцелуй, распаляясь. Сонхва думал о том, как приятны ему эти прикосновения. Как не хочется прекращать, останавливаться или отпускать. А что если Хонджун исчезнет? Просто не появится в один день в общем коридоре подъезда. Испарится, словно сладкий сон. Сонхва тряхнул головой, отодвинулся и стянул с себя свитер. – Жарковато стало, тебе не кажется? – Да, ты прав, – Хонджун втянул носом воздух. Он не мог сфокусировать взгляд на чем-то одном. Его манил подтянутый живот, по ключицам хотелось провести кончиками пальцев, а сосков коснуться губами. Хонджун почувствовал, как у него закружилась голова, и стало действительно очень жарко. Ощупал себя, вспоминая, в чем вообще пришел сюда, опускать взгляд, чтобы посмотреть, не хотелось. Кожанку он точно оставил при входе, значит, сейчас сверху был лишь тонкий джемпер, который Хонджун стянул через голову. Дрожащими руками расстегнул пояс на джинсах. Глубоко вдохнув, он поднял взгляд, чтобы посмотреть Сонхва в глаза, набраться там смелости. А уже после мягко надавить рукой на плечо, вынуждая лечь на диван. Теперь можно было целовать и острые ключицы, и темные ореолы вокруг сосков. Сонхва иногда вздрагивал, когда холодный металл пряжки ремня касался его живота. – У тебя нет ощущения, что мы очень давно уже знакомы? – Сонхва прошептал на выдохе, коснувшись пальцами губ Хонджуна. – Нет. Это плохо? – Хонджун остановился. Приподнялся, выпрямив руки, чтобы уже через секунду прижаться щекой к груди Сонхва, – Но уверен, что если мы встречались раньше, я также влюблялся от одного только взгляда на тебя. – Сколько времени у нас есть, как думаешь? – Сонхва царапнул Хонджуна по спине, оставляя на коже красные полосы. – Не знаю. Я выключил все будильники, поставил телефон на беззвучный, чтобы как можно дольше не просыпаться. А ещё я боюсь, – Хонджун поменял положение и потерся щекой о щеку Сонхва, – Так боюсь, что следующий сон не приведет меня к тебе. Сколько бы времени нам не осталось, этого всё равно будет мало. – Так не будем его терять? – Сонхва сжал пальцами соски Хонджуна и утянул его в долгий, жаркий поцелуй. Хонджун не мог похвастаться большим количеством опыта. Он следовал за Сонхва в каждом его движении, реагировал на прикосновения тихими стонами. При этом не забывал трогать сам, чтобы не показаться деревянным, порой, даже зеркалил чужие действия. Тело Сонхва отличалось от его собственного. Хонджун спал с такими же подростками, как и он сам. Те были угловаты и неопытны, чаще всего, они просто дрочили друг другу. Но у Сонхва уже было тело мужчины, крепкое, подтянутое. И всё должно было зайти дальше дрочки или взаимных прикосновений. Хонджун немного волновался. – Это будешь ты, сверху? – он поглаживал живот Сонхва, пальцами задевая край джинс. Но продолжалась игра недолго. После пары прикосновений Хонджун уже их расстегивал, – Или хочешь, чтобы я? Рука Хонджуна миновала преграду джинсы и нырнула к белью, теперь поглаживая член Сонхва через тонкую ткань. – А ты подготовился, чтобы быть снизу? Знаешь же, как это работает? – Сонхва вскинул бровь и облизнулся, – Я вот рассчитывал на продолжение свидания. Поэтому, если уж хочешь полноценного опыта, то сверху сегодня ты. – Я знаю, как это работает, – Хонджуну не хотелось, чтобы Сонхва считал его неопытным подростком, хотя именно им он и являлся, – Но я не думал, что мы зайдем так далеко. Думал, погулять, поцеловать тебя потом, перед тем, как домой уйти. Хонджун закусил губу. Желание было сильнее страха. Встав с дивана, он снял свои джинсы, затем Сонхва, постарался сложить их аккуратно, хотя вышло всё равно криво. Он какое-то время стоял и просто смотрел, словно на произведение искусства, не зная, как подступиться. Затем, вернувшись на диван, Хонджун сел на бедра Сонхва и слегка потянул его белье вниз. – Я ведь могу, да? – А что именно ты “можешь”? – дразнился Сонхва, – Расскажи в подробностях, мне интересно. – Я думал, – пальцы Хонджуна снова начали подрагивать. Он то сжимал резинку чужого белья, то опускал. Проводил по ней в поисках подходящих слов. Хонджун готов был провалиться сквозь землю, но при этом его собственный член изнывал от желания. Отступать было некуда, – Хотел немного приспустить твое белье вниз. Чтобы он, – Хонджун снова прикусил губу, – Показался. Я могу коснуться твоего члена? Может, даже языком. Мне бы этого очень хотелось. – Ты очарователен. Еще больше убеждаюсь, что наша встреча – это судьба, – Сонхва рассмеялся абсолютно беззлобно и кивнул, – Конечно. Делай все, что пожелаешь нужным. Воодушевленный разрешением, Хонджун съехал ближе к коленям Сонхва и потянул резинку белья вниз, оголяя сначала головку члена, а затем его полностью. В их компании отсасывать кому-то было немного стремно. Это предполагалось сделать лишь по большой любви. Но и чувства, что разгорались внутри, Хонджун не мог назвать как-то иначе. Взяв член Сонхва в руку, сделав на пробу пару движений вверх и вниз, облизнулся. Приоткрыл губы. Опустился ниже, убрав непослушные пряди с лица, и закрыв глаза, взял в рот головку. Вкус солоноватый, но совсем не противный. Неприятно или неудобно не было, и Хонджун двинул головой вниз. В этих движениях чувствовался ритм. И, помедлив пару секунд, Хонджун опустил голову ещё ниже, пока член Сонхва не уперся ему в горло. – Ох, а ты на многое способен, – Сонхва вцепился пальцами в жесткие волосы Хонджуна на затылке и крепко держал их, не позволяя отодвинуться, – Продолжай также. Несмотря на очевидные ограничения, ситуация возбуждала. Хонджун не анализировал, что заводило его конкретно. Был ли это сам Сонхва или его уверенные движения? Он делал то, что его просил очевидно более опытный партнер. Еще и тот, которому хотелось сделать приятно. Хонджун продолжал. Помогая себе рукой, брал как можно глубже, стараясь, чтобы всё получалось плавно, без рывков. Он прикрывал глаза, лучше сосредотачиваясь таким образом на процессе, и плыл от ощущений, едва удерживая равновесие. Сонхва мягко и аккуратно подмахивал бедрами, ослабляя свою хватку, чтобы не доставлять дискомфорта. Язык Хонджуна так приятно ласкал член и его головку, пальцы гладили уверенно, в движениях не ощущалось никакой неопытности. В какой-то момент, поймав нужный темп, он уже не контролировал свои действия, погружаясь в подобие транса. Лишь легкая усталость давала о себе знать. Хонджун не хотел быстро кончить, впереди его ожидал не менее приятный процесс. Поэтому следовало сменить тактику. Охватив член плотнее, он судорожно выдохнул и ускорился. В движениях появилась резкость и напор. – Ох… Отодвинься. Или хочешь, чтобы я кончил тебе в рот? – Сонхва чувствовал, как пульсирует его член, как упирается головка в мягкие стенки горла. До финала оставалось буквально нескольо движений. Хонджун раздумывал, колеблясь, какое решение стоит принять. Ему очень хотелось поцеловать Сонхва, поэтому, всё же отодвинувшись, он продолжил ласкать его член рукой, а сам потянулся вперед. Достаточно было и легкого прикосновения. Хонджун хотел почувствовать чужой стон на вкус. Сонхва кончил, выдохнув протяжно и сладко. Он на пару секунд зажмурился, пытаясь прийти в себя, облизнулся и сказал тихо: – А теперь можешь приступать, – Сонхва лизнул соленую кожу Хонджуна на шее, - Не забудь хорошо меня подготовить. – Хорошо, – голос Хонджуна немного подрагивал от предвкушения. Он старался все делать максимально аккуратно. Первые движения были неловкими. Перепачкав диван и собственные руки, Хонджун всё же смог погрузить внутрь Сонхва сначала один палец, следом второй. Как и в ситуации с минетом, смелость пришла в процессе. После пары движений внутри и реакции на них Сонхва, Хонджун уже не сдерживался. Ему нравилось наблюдать за изменениями в голосе, в движениях. Он жадно впитывал всё, что видел, уверенный, что потом, стоит только закрыть глаза, эта картинка всплывет. Когда пальцы уже свободно двигались внутри, Хонджун приставил головку члена ко входу и постепенно, поглаживая живот Сонхва, продвигался вперед. С каждым сантиметром ощущения множились. У Хонджуна пересохли губы, он всё чаще проводил по ним языком. Руки уверенно лежали на бедрах Сонхва. В процессе не было ничего неизведанного, и Хонджуну не потребовалось менять позы, искать новые углы проникновения, чтобы финишировать. Сильное возбуждение не способствовало выдержке. Движения Сонхва навстречу распаляли, не давая возможности затормозить. Хонджун готов был поклясться, что в момент пика наслаждения, единственным желанием оказалось никогда не просыпаться от этого сна. Сонхва кончил следом, проведя пару раз быстро ладонью по своему члену. Оргазм был ярким и очень долгожданным. – Разный опыт у меня был. Но никогда я еще не спал с парнем из прошлого, – Сонхва улыбнулся и обнял Хонджуна, который улегся прямо у него под боком. – А я с кем-то из будущего. И мне так хочется остаться здесь навсегда, с тобой. Возможно, придумаю себе новую личность и историю, – Хонджун понимал невозможность такого исхода. Но его охватывал страх при мысли, что их время ограничено. Он не видел, не слышал, но четко ощущал этот таймер, который невероятно быстро переворачивал числа. – Давай не будем думать о том, что случится завтра, в будущем. Проведем все время вместе, да? – Сонхва тоже боялся, ему было страшно упустить человека, зацепившего так сильно. – Я никогда тебя не забуду, обещаю, – Хонджун чувствовал, что должен это сказать,– И не давай мне спать. Он уткнулся Сонхва в шею, наслаждаясь близостью и чужим теплом. Хонджун чувствовал себя бесконечно счастливым в этот момент, и не мог понять того себя, когда-то прошедшего мимо этого человека. – Не дам. С этим я точно справлюсь, – Сонхва нужно было отключить мозг, сознание и все тревожное, что засело внутри. Он положил ладонь на грудь Хонджуна, погладил мягкую, гладкую кожу, пытаясь впитать, принять и ощутить каждый сантиметр этого прекрасного, стройного тела. Они долго целовались, стараясь не думать больше ни о чём. Не существовало вокруг времени, не важно было, что происходит сейчас за окном. Хотелось возвести дополнительные стены вокруг этой маленькой квартирки, дабы ничто извне не могло проникнуть и законсервировать момент. Этот воздух. Эти прикосновения. Хонджун помнил, что моргнул. Глаза слипались, но ему, во чтобы то ни стало, нужно было не уснуть. На столе мертвым кирпичиком лежал телефон, отключенный от всего мира. Рядом стояла кружка недопитого чая. Хонджун понял, что вернулся в тот мир, где он был одинок. Следующие две недели прошли словно в бреду. В бесконечном кошмаре, из которого Хонджун никак не мог выбраться. Точнее, он не мог уснуть. Изматывать себя тренировками до полного истощения не помогало. Не спать несколько суток, чтобы потом отрубиться в коридоре своей квартиры, не помогало. Напиться до состояния бессознательности тоже не работало. Хонджун не мог оказаться в том мире, где ждал его Сонхва, как бы отчаянно не желал этого. Он почти не ел, порой не поднимался с кровати и молил всех богов о сне, таком прекрасном и таком мучительно далеком. Хонджун винил себя за происходящее. Он игнорировал вопросы друзей, их попытки вытащить его хоть куда-то. Парень, который раньше обожал вечеринки и весело проводить время, стал затворником. Но в один из дней в памяти всплыло фото того Хонджуна, из будущего, слова Сонхва про подающего надежды дизайнера. Им необходимо было стать. Эта внутренняя уверенность вынудила Хонджуна взять себя в руки. Сонхва нужен достойный партнер. Хонджун сделал уборку в квартире, выкинул бутылки из-под алкоголя и прочий мусор. Сам просидел в ванной целый час, а затем весь вечер провел за своим блокнотом, вырабатывая план действий. В него, конечно же, никто не верил. В тощем подростке с кривыми почеркушками никак не угадывался дизайнер, даже под огромной лупой. Но Хонджуну не важно было, что подумают другие. Он точно видел цель впереди и упрямо шёл к ней. Когда тоска немного притупилась, Хонджун нашел в соцсетях Сонхва. Это оказалось не очень сложно. Не узнать его улыбку на аватарке было невозможно. – Подожди меня немного. Хотя ты и не знаешь, что я существую. Но всё равно, подожди, – Хонджун сложил руки перед ноутбуком и, опустив на них голову, смотрел на молодого парня с растрепанными волосами и целой вселенной в глазах. Первой мыслью было прийти к институту, где учился Сонхва, и просто дождаться его. Сказать “Привет”, “Как поживаешь?”, “Не хочешь сходить на свидание? Нам будет круто вместе. Я обещаю”. Хонджун выполнил первую часть этого плана. Приехал к нужному месту, но, только заметив Сонхва в толпе, тут же остановился. Страх изменить будущее сковал его. Не было никакой гарантии, что стоит им сейчас познакомиться, и прошлое Хонджуна вместе с будущим Сонхва не обнулится. А вдруг он не понравится сейчас этому парню? Их встреча многое изменила в жизни Хонджуна, и только сейчас он понял, насколько страшно всё это разрушить. Вдруг, пресловутый эффект бабочки существует, и от одного его неловкого движения их жизнь рассыплется, как карточный домик? – Я стану лучшим для тебя, – сказал Хонджун одними губами, перед тем как развернуться и уехать обратно в свою квартиру. Когда тоской накрывало так, что хотелось грызть стены, он всё же приезжал повидать Сонхва. Стоял поодаль и наблюдал, как тот смеется с друзьями, выходя из стен института, или надевает наушники и погружается в свой мир. Хонджун уже добился некоторых успехов в карьере, когда Сонхва заехал в ту квартиру по соседству, где они были вместе. Хонджун почти не дышал, слыша шаги в коридоре, прижимался к двери, боясь выдать себя. Пока Сонхва не было дома, он утыкался лбом в чужую дверь и ударял в нее кулаком, умоляя подождать ещё немного. После месяца такой пытки, увидев, как Сонхва заходит в квартиру с парнем, Хонджун не выдержал и съехал. Он больше не мог находиться там, сходя с ума от мыслей и предположений. Лишь оставил вещи для себя из прошлого. Хонджун боялся, что наступило совсем другое будущее, он принимал неверные решения, и Сонхва будет счастлив с другим. Тогда весь его четко выстроенный мир перестанет иметь хоть какой-то смысл. Две тысячи двадцать пятый год Хонджун встретил сидя на диване, дрожащими от напряжения руками сжимая стакан с виски. Ещё немного, всего месяц до его показа, месяц до встречи с любовью всей жизни. Время так неумолимо и жестоко. Казалось, совсем недавно Хонджун просил его ускориться, а теперь умолял не торопиться. Он не был готов, достиг не всего, чего хотел, возможно, стал совсем не тем. Хонджун боялся разочаровать, боялся, что Сонхва понравился тот девятнадцатилетний подросток, а молодой мужчина в двадцать шесть будет не в его вкусе. Первый день без Хонджуна Сонхва провел в смятении, но старался не поддаваться панике. В любой системе бывают сбои, а в такой сложной, как путешествие сквозь время, уж наверняка. Но через неделю стало понятно – что-то пошло не так. Сонхва каждое утро подолгу задерживалась возле двери квартиры своего соседа и прислушивался – ничего. Вечерами он также находил тысячи причин выйти из дома и пройтись по коридору в надежде встретить знакомый силуэт. Но чуда не происходило. И Сонхва начал злиться. Зачем судьба свела их таким образом, обошла все законы физики, нарушив правила? Какой был в этом смысл? Дни тянулись бесконечно долго. Сонхва несколько раз порывался написать взрослому Хонджуну в социальной сети, но переживал. Боялся разочароваться – не в самом человеке, а в возможной реакции. Вдруг, Хонджун его не помнил и не знал никогда? И все случившееся неделю назад, на самом деле, было сном или бредом? До середины февраля Сонхва просто выживал. Ходил бездумно на работу, на съемки, мало общался с коллегами и друзьями. Ночами ему снился Хонджун – теплые объятия, мягкая, мальчишеская улыбка, растрепанные сухие волосы и дрожащие темные ресницы. Просыпался Сонхва всегда с влажными от слез глазами. Его существование без любимого рядом напоминало пытку. Сонхва вышел из машины, поправил длинные полы пальто и зашел внутрь лофта, в котором проходил показ довольно известного бренда одежды. Работа есть работа. И несмотря на свое разбитое состояние, Сонхва пришлось посетить это мероприятие. Тем более, с дизайнером он был знаком лично через деловые встречи. Оставив верхнюю одежду в гардеробе, Сонхва прошелся по общему залу, мило побеседовал с гостями показа и сел прямо перед подиумом, планируя не сильно задерживаться и уехать домой сразу после показа. Заиграла легкая и ненавязчивая музыка. Но через пару минут она словно начала рваться. Звук дергался, в незамысловатую мелодию вклинивалась совсем другая, с более роковым звучанием, наполненная бас-гитарой и барабанами. Начался показ. По подиуму ходили девушки и парни, демонстрируя новое видение бренда. Внимание привлекало большое количество деталей и необычные сочетания. Аутфиты были словно мозаика, собранные из совершенно разных и, на первый взгляд, не подходящих друг другу кусочков. Из-под массивных грубых курток виднелись легкие струящиеся полупрозрачные платья. Образы дополнялись тяжелыми сапогами. Кожа, кружево, деним – всему нашлось место. Грубая выделка соседствовала с нежнейшим шелком и вышивкой. Казалось, что дизайнер просто скинул вещи в одну кучу и одевал моделей, доставая оттуда совершенно разные вещи. Создавалась какая-то невероятная гармония, на грани. Когда чуть больше деталей – уже безвкусица. Все образы непременно дополнялись аксессуарами под стать. В них драгоценные камни соседствовали с дешевыми лентами и стеклом. Благородные металлы обрамляли найденные на берегу моря и переломанные куски раковин. К концу показа легкая музыка полностью сменила свое звучание, превратившись в рок-балладу. На подиум, вслед за своими моделями, вышел и автор. – Надеюсь, всем присутствующим понравилось сегодняшнее представление. Нам хотелось показать, как совершенно разные эпохи и стили соседствуют друг с другом. Мы устали от трендов и хотели продемонстрировать, что в гардеробе есть место для чего угодно, начиная от любимой футболки и кулона, купленного на распродаже, заканчивая ультрамодными джинсами. И, как вы уже заметили, все наши модели сегодня выходили с аксессуарами, достойными представления в музеях современного искусства. Мы были рады поработать с их автором и надеемся, что он войдет в семью нашего бренда. Приглашаю его сюда. Ким Хонджун! По залу прошелся шквал аплодисментов. Он окатил волной Хонджуна, вынуждая вынырнуть из оцепенения и выйти на сцену. С самого утра волнение накрывало его. Хонджун несколько раз хотел отказаться от своего выхода, упоминания, в сущности, было бы достаточно. У него подгибались колени, спазмом сжимало горло, но он всё же преодолел расстояние до края подиума. Хонджун жадно всматривался в толпу, выискивая среди улыбок ту самую, ради которой всё это и затевалось. – Добрый вечер, – голос предательски дрогнул, – Я рад такому теплому приему и вниманию. Мне бы хотелось сказать пару слов об этой коллекции украшений. Она создавалась, без малого, семь лет. В концепции переплетены сны и реальность. Каждая линия подвергалась сомнению, каждую я перерисовывал множество раз, находя в итоге идеальное исполнение. Но всё это было бы невозможно без одного человека. Он положил начало моего пути, и сейчас я хочу разделить этот момент с ним. Надеюсь, вы не против, – дождавшись кивка стоявшего рядом автора коллекции одежды, Хонджун, наконец-то, произнес, – Сонхва, я ждал этого семь лет. Позволь мне преподнести тебе подарок. Спустившись с подиума под перешептывание гостей, Хонджун снял с себя кулон со звездой и осторожно застегнул его на шее Сонхва. – Мне же все это не кажется? Когда Сонхва увидел Хонджуна, он подумал, что бредит или спит. Такое же просто невозможно, да? Слишком красиво, слишком ярко и больно сердцу. Но от чужих рук шло знакомое тепло, тяжесть украшения ощущалась вполне реальной, а блеск в глазах напротив ни с чем не перепутаешь. Перед ним стоял тот же самый Хонджун, только чуть более взрослый и уверенный в себе. Его плечи стали шире, волосы отросли и обновился парфюм. Во всем остальном – не поменялось ровным счетом ничего. – Нет. Дождись меня, как всё закончится, – Хонджун наклонился поближе, чтобы информация не достигла ушей посторонних, – Отвечу на любые вопросы. Хонджун снова вернулся на подиум, где под аплодисменты он и автор коллекции одежды, снова поблагодарили присутствующих. Гости постепенно расходились. Хонджун все еще нервничал, по привычке хотел коснуться кулона на шее, но его там уже не было. Это вызвало улыбку, понимание того, что их новая встреча всё же случилась. Хотя у Сонхва был шанс уйти, если за это короткое время в разлуке, тот успел передумать. Попрощавшись со всеми и перекинув через руку легкое пальто, Хонджун вернулся в зал. Сонхва, конечно же, остался ждать. Он сидел на стуле и смотрел в одну точку, сжимая пальцами невероятной красоты украшение. В центре звезды сиял белый камешек – явно драгоценный, привлекающий к себе внимание. В мыслях творился хаос и бардак. Хотелось так много спросить и, одновременно с этим, на язык не лезли никакие слова. – Привет, – Хонджун подошел, встал в шаге от Сонхва,– Поедем домой? Не важно, к тебе или ко мне, мы ведь соседи. И, прости, что не появился раньше. Я хотел, но боялся сломать всё, если ворвусь в твою жизнь раньше, чем он. – То есть, – Сонхва поднялся со своего места и облизнулся от волнения, – Ты правда ждал семь лет? В то время, как для меня едва ли прошел месяц? Хонджун протянул руку, положил ее на щеку Сонхва и, приблизившись, поцеловал. Он ждал этого семь лет и теперь просто не смог сдержать себя. – Да. И всё это благодаря тебе. То фото и рассказы обо мне из будущего вынудили им соответствовать, – Хонджун рассмеялся, – Я в девятнадцать не собирался становиться дизайнером, несмотря на то, что придумывать мне нравилось. Не знал, к чему стремиться в жизни, о чём мечтать. Ты стал моей путеводной звездочкой. Сонхва опустил взгляд на украшение, улыбнулся очаровательному совпадению. – Ну что, поехали ко мне домой? Расскажешь, как провел эти семь лет. – Поехали. Машина на стоянке, – Хонджун осторожно приобнял Сонхва, – Могу сказать сразу, без тебя было невыносимо. Но теперь настал счастливый период. В дороге они почти не говорили, было приятно просто находиться рядом, ощущать безграничное счастье. Хонджун точно знал, куда ехать и, припарковавшись у дома, несколько секунд помедлил, прежде чем выйти из машины. Ему вдруг показалось происходящее сном, нереальным и таким желанным. Пришлось сделать глубокий вдох и после взять Сонхва за руку. Всё тот же коридор. Хонджуну снова девятнадцать. Нет, теперь уже двадцать шесть, рядом любимый человек. Негромко щелкает замок. Хонджун заходит в квартиру, в которой не был много лет. Здесь всё как прежде, даже пахнет также, с одним лишь отличием, – он больше не боится просыпаться.