Simple kinks

Simple kinks 14 февраля. (секс на камеру) Этот зимний день снова ощущается одним из самых теплых в году. Четырнадцатое февраля они всегда проводят только вдвоём, независимо от обстоятельств или места. Сценарий неизменный: с утра — ласковые объятия и поцелуи, нежная близость и поздний завтрак в постель. Затем — неспешная прогулка в парке, в котором было их первое свидание. И им совсем не холодно, ведь они есть друг у друга, ну и термос со сладким травяным чаем. Дальше — домой, чтобы вместе приготовить ужин, и он же — при свечах, под тихий розлив музыки. Немного танцев, не отпуская родных рук, и любование звездами, которые в глазах напротив. Под занавес — фильм про любовь, по традиции выбранный Минхо. Заняв самое удобное место в гостиной на диване, Хенджин готов к кинопросмотру. К слову, самое удобное место — это то, которое у мужа под боком. — Котик, все нормально? — чуть встревоженно мурчит омега, понимая, что его альфа напряжен и будто оттягивает момент запуска картины. — Да! — слишком высоко выпаливает Минхо, окончательно выдавая своё волнение. Четыре года брака и их шестое совместное четырнадцатое февраля. Так почему самый важный мужчина его жизни сейчас отводит взгляд и неосознанно теребит край кофты? Причём не своей, а той, что на омеге. Сегодня всё шло идеально. Всё всегда идёт идеально. «Ну, почти», — мысленно поправляет себя Хенджин и решает кое-что уточнить. — С фильмом что-то не так? Шесть лет назад, в их первый совместный Валентинов день, Минхо впервые вызвался выбрать самое лучшее кино про любовь. Это оказалось почти не грубое порно, но оно с головой выдавало планы альфы на остаток вечера. В принципе, планы омеги, тем более после дня романтики с уже очень любимым человеком, были аналогичными. И он понимал, что, скорее всего, именно такие картины служат фоном в этот день у некоторых пар. Поэтому он правда пытался не растерять настрой. Но ему так хотелось продолжения нежности, сентиментальности и сказочности, что когда на экране доставщик пиццы пошел на третий заход, он просто не выдержал и со всей душевной отдачей разревелся. Близости, по типу той, что у доставщика пиццы, у них в тот раз так и не случилось. Минхо, перепуганный истерикой, комфортил Хенджина, пока тот не уснул. С тех пор альфа не искал подсказок о любимых жанрах своего омеги у его лучшего друга. И в сердечных делах решил больше полагаться на свою интуицию, особенно когда она истошно вопит, не веря невозмутимому лицу Сынмина. — Неет!… Да? Чёрт… Послушай… я хочу сказать, что на первый взгляд может показаться, что это… но это — совсем не то, что ты подумал! Всё не так! — Ты на вечер выбрал фильм для взрослых? — уточняет мягко, чтобы не усугубить нервозность любимого. — Нет! — отвечает уверенно, но тут же теряется и начинает сомневаться. — Нет? Вообще — да, но, нет. Настолько нервничающим он видит мужа второй раз в жизни — первый был у алтаря. И хорошо, что тогда он в вариантах ответа так не путался. — Дай сюда! — «Да что там такое?!» — нетерпеливо выдернув пульт из рук альфы, Хенджин уверенно жмет на воспроизведение. Даже если это окажется фильм про альфу-преподавателя, «принимающего отработки» или омегу, покоряющего «Эверест», мучения Минхо пора заканчивать. Да и любопытство никто не отменял. — Котёнок, ты только не расстраивайся! — умоляет альфа и замирает, не сводя взгляд с любимого лица, готовясь молниеносно отключить экран, если в родных чертах появится намёк на огорчение. Свой давнишний кинопровал он запомнил на всю жизнь. — Смотри! У них приборы как у нас! — видя первые кадры, на которых зафиксированы свечи и сервированный стол, Хенджин моментально загорается восторгом и так же моментально осекается осознанием. — А ты же сказал… — начинает растерянно лепетать, но стихает, когда в картине появляются действующие лица. Омега очень хорошо помнит этот вечер двухнедельной давности... Flashback Вчера Минхо предложил попробовать кое-что новенькое — заняться любовью на камеру. Некоторое время назад он и сам подумывал об этом. А когда предложение прозвучало, Джинни показалось, что из этой затеи вряд ли выйдет что-то хорошее. Но он согласился, потому что муж впервые попросил о таком, в то время как сам никогда не отказывал в постельных экспериментах. Расстраивать альфу очень-очень не хочется, но со вчерашнего дня ощущение, что ничего не получится, так и не отпустило. Сильно беспокоит вероятность выглядеть нелепо или смешно на видео. Да и сам факт съёмки чувствуется будто какой-то извращенец будет за ними подсматривать — омеге кажется, что стоит прислушаться, и он буквально услышит чужое гадкое сопение. Понимание, что это абсурд, не помогает. Зато есть серьезное опасение, что элементарно не получится настроиться на нужный лад, и надежды мужа не оправдаются. Вроде они собрались заниматься любовью, а Хенджин, вместо предвкушения, пытается подавить напряжение и напомнить себе, что он ещё пока никого не подвел. «Ну, это временно», — скребёт обреченная мысль. — Котёнок, всё хорошо? — слышится из-за двери в спальню любимый голос. — Ужин готов! — Да, кот! — «Дальше тянуть нельзя! Самый прекрасный мужчина, который столько для меня сделал, готовился и ждёт, а я веду себя, как неблагодарная истеричка!» — пытается мысленно себя подтолкнуть. Финальный, придирчивый взгляд в зеркало перед выходом из спальни: черная шелковая блузка, облегающие брюки того же цвета, под ними скрыто кружевное бельё, которое так нравится мужу, легкий макияж, лаконичная подвеска, волосы мягкими локонами обрамляют лицо — собственное отражение, как всегда, успокаивает и даёт каплю уверенности. В своей внешности омега никогда не сомневался. Наряд подобран так, чтобы было не вычурно, но сексуально; чтобы можно было снять без запинок; чтобы соответствовать любимому, который на этот вечер тоже принарядился.

***

Альфа проверяет, всё ли он учёл, и даже снимает на телефон обстановку: в гостиной мягкое, неяркое освещение, стол накрыт простой белой скатертью, цветы, зажженные свечи, в тарелках уже ждёт мясо, которое он приготовил по любимому рецепту Джинни, овощи, фрукты, вино в бокалах… Не хватает только самого важного и прекрасного элемента этого вечера и всей его жизни. — Минхо, нас уже снимают? Стоит перевести взгляд на мужа, и дух снова захватывает до слезящихся глаз — организм так и не научился реагировать на него иначе. Хенджин прекрасен, как майский рассвет, как звездная ночь, как роса на цветке, как первый пушистый снег, как… Этот список можно продолжать очень долго, с годами он становится только длиннее. — Родной, «снимают»? — альфа делает акцент на последнем слове, встревоженность мужа от него не укрылась, поэтому он старается расслабить его более мягким тембром и словами: — Тут только ты, я и наша любовь. Почему Джинни волнуется, Минхо догадывается — он ещё вчера заметил неуверенность и сомнение в любимых глазах, когда предложил снять на видео их близость. Ему самому никогда не был интересен секс на камеру, но скоро четырнадцатое февраля — в их пока маленькой семье это большой праздник, и он хочет к нему приготовить кое-что необычное. Однако всё потеряет смысл, если Хенджин не сможет отпустить тревоги. Альфа постарается ему помочь отвлечься, но жертвовать комфортом своего сокровища ради результата он не намерен, поэтому готов в любой момент отменить ту часть вечера, которая касается его вчерашнего предложения. Губ омеги касается улыбка — вроде любимый сказал только то, что он и сам знает, но теплый взгляд топит в любви, голос окутывает заботой, и имеющим значение в этот момент становится только он, его альфа — самый красивый, самый нужный, единственный. Хенджин никогда не был обделен вниманием сильного пола. Начиная со старших классов средней школы, эта напасть преследовала его, заставляя всё время быть начеку. У него не было цели хранить целомудрие до старости, но поверхностный интерес альф, их нетерпение, подавление, граничащее с грубостью, попросту пугали. Он понимал, что если потребуется, он, скорее всего, отпор им не даст — просто не сможет. В этом плане его восхищал Сынмин: там, где Джинни был добр, друг был рассудителен; там, где Джинни паниковал, друг действовал решительно; там, где Джинни возражал со свойственной себе мягкостью, друг мог оскалиться и отшить, не стесняясь в выражениях. Когда на пути оказался Минхо, омега привычно прятался от него за Сынмином, который привычно занял оборонительную позицию. Необычным было только то, что в этот раз Хенджину не очень-то хотелось убегать от этого наглого красавчика, а сердце в его присутствии пропускало удары. Если бы не типичная пугающая напористость, он бы растаял от первой же брошенной альфой дурацкой фразы, которая отчасти оказалась пророческой: «Привет, сегодня мы идём на свидание, и, как твой будущий муж, я не принимаю отказы». К слову, первое свидание с будущим мужем состоялось только через пару месяцев: спустя три десятка подаренных букетов цветов и бессчетное количество сладостей. К этому времени Минхо стал значительно осторожнее и внимательнее, а Сынмину, несмотря на усердие, так и не удалось спровадить его от лучшего друга. Джинни недавно читал, что со временем любовь превращается в привычку. Но сейчас, после вкусного ужина при свечах, после совместной ванны с пеной и лепестками цветов, не по привычке он касается губами самого красивого лица, не по привычке рассыпает нежность по ароматной коже и не по привычке в тысячный раз наслаждается соединением их тел. По любви. Именно её он чувствует в сердце и в глазах напротив, он точно знает, что только она в каждом движении Минхо в нём, и только она разжигает страсть, с которой муж жадно сминает его ягодицы, заполошенно шепчет признания, ведет поцелуями от стопы к бедрам и выше, обнимает, желая не отпускать никогда, и заполняет семенем. Хенджин обожает видеть лицо своего мужчины во время соития, его с ума сводит осознание, что именно он является причиной, по которой изумительные черты мужа искажены наслаждением, а глаза переполнены удовольствием. Но он забывает себя, когда оказывается вжатым в постель, а Минхо соприкасается грудью с его спиной и входит в его натруженный анус с бережной мощью. В этом положении нет подчинения, но есть ощутимая близость сердец. В этом положении нет подавления, но так альфа укрывает его собой — своим теплом, ароматом, защитой. Хотелось бы увидеть то, что он сейчас чувствует: как муж обжигает плечи и шею кусачими поцелуями, как проходится языком по своим же отметинам, как испарина подчеркивает крепкое тело Минхо, а его член входит в нутро до основания, с каждым толчком подводя к новой кульминации. End flashback В ту ночь он напрочь забыл о их планах со съёмкой на камеру, зато утром память пробудила в нём любопытство. А за две последние недели он много думал об этом и понял, что всё-таки хотел бы повторить опыт с камерой и посмотреть, что получится. Поставив фильм на паузу, Хенджин растерянно смотрит на альфу. — Ты же сказал, что забыл включить видеоаппаратуру? — на первых кадрах было явно то, что муж при нём снимал на телефон, но съёмку того, что сейчас на стоп-кадре, он не видел. — Прости, я хотел сделать тебе сюрприз, тогда мне это казалось хорошей идеей, — виновато отвечает Минхо. — Я так люблю тебя и подумал, что для нас самым лучшим фильмом про любовь может быть тот фильм, в котором мы? Камеры установил так, чтобы они не попадались тебе на глаза и не смущали. Но сначала я не был уверен, что смогу всё смонтировать правильно, хотя в итоге у меня вроде получилось. Пришлось, не вдаваясь в детали, нашего гениального видеомонтажера-Кристофера мучить по многим вопросам. И только сейчас до меня дошло, что тебе такое может не понравиться. Я просто очень хотел поделиться с тобой тем, что вижу: твою красоту, твою нежность и страсть. Понимаешь, тут больше не про секс, а про нас с тобой… Прости… — Кооот, не извиняйся!! — просит Хенджин, ласково обнимая мужа. — Ты у меня такой чудесный! Спасибо тебе! — Ты не расстроен? — приободряясь, уточняет и заглядывает в глаза, в которых видит только восторг. — Точно — нет. Сначала это меня действительно беспокоило, но на следующий день оказалось, что мне интересно увидеть то, что получилось. Даже подумывал предложить попробовать ещё раз. А камеры были только тут и в спальне? — Еще в ванной. А вдруг тебе все-таки не понравится? — Мне понравится, — убежденно возражает Хенджин и запускает самый лучший фильм про любовь, который они досмотрят не с первой попытки не от того, что скучно, а от того, что жарко.

***

🫶🏻 🫶🏻