Три мысли и пятьдесят четыре импульса

Квартирка оказывается на семнадцатом этаже, и Тобирама ненавидит этот человеческий муравейник чисто из принципа. Муравейник отвечает ему взаимностью, потому что Тобирама ещё даже не переехал, а уже вынужден мириться с неработающим лифтом, тонкими стенами и логичным осознанием, что эту старую развалюху снесут лет через десять — к тому моменту Тобирама собирается оказаться где угодно, только не здесь. Но у однушки есть несомненный плюс, стоящий всех минусов, и это отсутствие его старшего брата. Мито замечательная, правда, Тобирама и желать не смел о лучшей невестке — по крайней мере, Мито выглядит слишком порядочно, чтобы оставить Хашираму с маленькой дочкой, и достаточно богата сама, чтобы не забрать половину его имущества при разводе, как его предыдущая жена, — но Хаширама буквально не затыкается о ней. Они знакомы месяца четыре, и даже Умэ, его обожаемая племянница, не перестаёт говорить о Мито. Она приходит на каждый ужин и практически всегда остаётся на завтрак, чёрт, они выглядят более женатыми, чем Хаширама когда-либо выглядел в браке — и рядом с Хаширамой, у которого розовая липкая жила вместо мозгов, порой физически невозможно находиться. Они соулмейты. Какая-то непонятная редкая хрень, из-за которой незнакомая красноволосая красавица подошла к нему на улице и спросила что-то про мечту и цель её мужа, а Хаширама без колебаний ответил «Мир без войны и насилия, конечно», и теперь Тобирама переезжает. И ладно бы из-за того, что его брат был невыносим влюблённым, нет. Тобирама уже просто не может слышать про соулмейтов. Тобирама задолбался.

***

Отец на самом деле может подавиться своей успешной компанией, Тобирама вымучивал себе своё историческое образование, чтобы заниматься историей, а не ёбаным бизнесом. Отец в такие моменты просто невыносим — по крайней мере, брат был невыносим серьёзным причинам. Отец же просто хотел, чтобы деньги не уходили из семьи, и уже только из-за этого хочется пойти и проиграть их все в лотерее — продавцы билетов не будут осуждать его за каждый неверный вздох. Порой ему кажется, что отец не понимает, почему все его дети предпочли сбежать из дома, особенно после смерти Каварамы — почему мама не забрала половину его состояния при разводе, Тобираме неведомо. Горячей воды привычно нет — Тобирама молодой преподаватель, ему и не в таких дырах доводилось жить — и в коробках отсутствовали всего лишь кастрюли, что ставило Тобираму выше собственного отца, но ниже брата: бывшая девушка обманула его всего лишь на кухонную утварь. Ну, там такой комплект был, что Тобирама её почти не винит. Он бы тоже не смог удержаться. Хотя заявление в полицию он всё равно напишет — дело принципа, ёпта.

***

Традиция второго семестра в том, что во вторую лекцию отсутствует половина курса. Ничего особенного, они не гуманитарный факультет, может, думают, что он на экзамене им мозги ложкой не выест — наивные. Тобирама их вообще первый раз видит — и то, он на подмене, их преподаватель лежит в больнице с переломом спины, и эти пеньки с глазами будут с ним чуть ли не до следующего года. Экземпляры, которые в аудитории всё же присутствуют, весьма цепляют. В первую очередь выделяется Наруто Узумаки — и не каким-нибудь традиционным способом, волосами, например, татуировкой, пирсингом, — нет. В основном Узумаки выделяется тем, что изо всех сил старается усидеть на месте и слушать, и где-то в глубине души, под тоннами сарказма, Тобирама действительно ценит это рвение к знаниям. И задаётся вопросом, есть ли у ребёнка СДВГ. Следующим идёт Нара, и вот их, Тобирама уверен, он в толпе различит даже совсем без глаз. Ленивое присутствие не выдаёт и капли внимания, но Тобирама учился с Нара, ему прекрасно известно, что никакие каверзные вопросы по материалу, которые он может попытаться задать, не проймут этот компьютер в человеческом теле — хотя не каждый компьютер имеет ту же вычислительной мощность, что мозг одного Нара. Вот кого Тобирама предпочитал бы никогда не видеть, так это Учиху Саске. Вот у этого студента отсутвует всякое уважение к авторитету Тобирамы, даже если присутствует к другим студентам — он не мешает лекции, но с его очевидной одержимостью Узумаки, лучше бы мешал. Тобирама не слишком хорошо знаком с ними обоими, он вообще не знаком, но даже он в курсе их истории. Он в курсе, что Узумаки внезапно спросил «Какой мой любимый цвет?», Учиха ответил «Оранжевый», а потом Узумаки посмотрел на него немигающим взглядом — общественное мнение считает, что это было пугающе — и ответил, что не ищет романтических отношений, и, помимо этого, он не хочет их с Саске, и его мнение не изменится. Сказать, что Учиха принял это плохо, это не сказать ничего. Учиха был настойчив, до уровня, когда подобный напор можно было бы считать преступлением, но Узумаки был не лучше — дошло до того, что тот сказал, что либо они останутся друзьями, либо перестанут общаться вообще. На его месте Тобирама бы так и сделал, общаться на зацикленном на определённой, вредящей тебе идее вообще чревато неприятными последствиями, но для хрупкого мира между этими двумя хватило и простой угрозы. С того дня вместо имени на бейджике у Узумаки была надпись: «Мой любимый цвет — зелёный».

***

Тобирама проснулся от странного сна про ниндзя, больше похожего на низкое фэнтези или какой-нибудь сёнен, и первая его мысль была до банального простой. Ему на самом деле нужен был пример Узумаки Наруто. Ему на самом деле нужно было увидеть этот отказ от соулмейта в романтическом плане, и у мальчишки были такие твёрдые принципы и убеждения, что Тобирама белой завистью завидовал его силе воли. Пример Хаширамы был... подавляющим, заключает он, заваривая чай в невыносимые 6:20 утра а в универ к девяти и полтора часа на дорогу не засыпай. Хаширама принял Мито легко, так естественно, что сейчас Тобирама уже не может думать о них отдельно, как о двух разных людях. Мито не выглядит лишней в их жизни, она лучше, чем все бывшие Хаширамы вместе взятые — чёрт, она лучше, чем все бывшие Тобирамы плюсом, а Тобирама встречался с потрясающими людьми. У Тобирамы, чёрт возьми, была личная жизнь. До того, как её захватила идея соулмейтов, и теперь Тобирама не может избавиться от подспудного страха встретить свою родственную душу вообще. Господи Боже.

***

— Мальчишка Узумаки встречается с мальчишкой Нара, и это катастрофа, Тобирама, понимаешь? Катастрофа! Я боюсь, мальчишка Учиха сорвётся, и кто будет разбираться с этим беспорядком? Учебный отдел не меняется вообще никогда — глава работала здесь ещё когда Тобирама только мечтал сюда поступить. Женщине на самом деле не нужен собеседник, только свободные уши, чтобы не чувствовать себя шизофреничкой — а Тобирама в своё окно с удовольствием был готов послушать все сплетни, которые только себе можно представить. Если так подумать, у университета была весьма бурная жизнь. Тобирама жуёт свой обед и думает о романе двух своих студентов. Они испортили многим их ванильные мечты, не так ли? Соулмейты, Саске Учиха в качестве пары, одногруппники — ситуация сложилась так, как многие бы мечтали, чтобы было у них. И Узумаки Наруто выбирает не быть с Учиха Саске. Наруто Узумаки трогательно и по-мальчишски влюбляется в долговязого ленного Нара, состоящего из острых углов, локтей, молчаливого удивлённого недоумения из-за ситуации и тихого решительного вызова обстоятельствам. Тобирама знает, что взять любого из большинства его студентов, и между красавчиком-наследником богатой компании и ленивым, пусть умным и достаточно привлекательным парнем, многие без колебаний выбрали бы первого. И Тобирама рад, что Наруто сделал другой выбор. Что Узумаки Наруто не подавил свои чувства из-за найденного соулмейта, странного замысла судьбы, которая на самом деле не может и не должна диктовать им их жизни. Тобирама искренне рад за собственного брата, но он также рад за мальчишку Узумаки — тому, по крайней мере, хватило смелости на то, за что многие его возненавидят. Встретить соулмейта и в итоге отвергнуть его, когда многие и многие никогда не получат «чуда» судьбы — ситуация, которая почему-то делает тебя врагом многих идиотов.

***

— И, как ты думаешь, что я сегодня видел? Голос врезается в него, как поезд, Тобирама останавливается как будто весь, вместе с сердцем, лёгкими и мозгом. Даже кровь перестаёт течь, пока его губы безвольно произносят: — Пятьдесят четыре чёрных кошки. И это такой глупый ответ, что ему хочется, чтобы земля проглотила его сейчас же.

***

Мужчина красив, думает он, пока его разум бегает в панике по черепной коробке, и мужчина смотрит в ответ также шокировано, как Тобирама себя чувствует. Чёрные глаза широко раскрыты, рот слегка приоткрыт, и волосы топорщятся так, что Тобирама не уверен, а волосы ли это или какой-то железный шипастый панцирь. Он красив, да, и его вторая мысль О, это ты. Это, без сомнений, ты. Не любовь с первого взгляда, определённо нет, но там что-то есть, глубокое узнавание, как будто они были знакомы примерно вечность, что-то вроде сильного дежавю, но чувство не было не приятным. Учиха Мадара, сказал его разум, сам смутно удивляясь подсознательным инстинктивным знанием, и Тобирама... не уверен. Он не уверен, что ему это нравится. — Где ты вообще нашёл столько чёрных кошек? — спрашивает он, пытаясь представить, как вообще будет выглядеть такое количество кошек в одном месте. — У меня аллергия, — немного невпопад и весьма расстерянно отвечает мужчина, — я бы умер, если бы встретил пятьдесят четыре кошки.

***

Тобирама глубоко неуверен насчёт этой странной встречи, и Мадара (пришедший разобраться с братом, поскольку Нара не собирался терпеть дерьма от Учиха и имел несколько полезных связей), как ни странно, разделяет его опасения. Он не уверен тоже, и через некоторое время Тобирама признаётся насчёт Хаширамы и Мито — хотя он может понять их внезапный и бурный роман, он, однако, абсолютно точно не из таких. Мадара тоже не торопится, как брат, заявлять о романтической любви и браке на небесах — его родители были соулмейтами, и, судя по всему, это закончилось весьма трагично для их отца, поскольку их мать прыгнула в окно, когда увидела его с другой женщиной, хотя он ей даже не изменял. Опасение понятно. Тобирама не уверен, что ему самому делать с этим глубоким знанием о человеке, которого он видит впервые в жизни, и третья стоящая мысль за то утро — мы можем попробовать побыть друзьями. Мадара выдыхает, и Тобирама выдыхает вместе с ними, потому что он не знал, чтобы он делал, если бы Мадара был таким же, как Саске — теперь, когда он знает, на что похоже это чувство принадлежности и знания, исходящее из глубин его мозга, он может уважать мальчишку Узумаки только больше — и, может быть, немного сочувствовать мальчишке Учихе. Они, однако, сходятся на том, что подобное опустошение не является поводом для преследования и принуждения, и Тобирама рад, что их встреча закончилась на этом и была такой короткой. Они обмениваются телефонами, неловко прощаются, Мадара говорит «Мне на самом деле нравятся птицы, как по мне, эти будут лучше, чем пятьдесят четыре кошки» и последняя связная мысль за этот короткий вечер понедельника, которую Тобирама говорит вслух: — Расскажешь мне больше о птицах?

***

Они женятся через семь лет.