Глупые сердечки

-Артём, лампочки выключи! - Стас пронёсся ураганом мимо открытой двери кабинета и убежал, громко ссорясь с кем-то по телефону. -Это он про что? - Заяц оторвался от телефона и кувырком слетел с дивана, оглядываясь по комнате. Света никакого не было, вполне хватало пока и солнца, лучи которого аккуратно обрамляли букет, стоящий в какой-то уродской банке, единственной найденной во всём огромном офисе. Макс притащил букет Олесе, уже летевшей на очередные съёмки. Даже 14 февраля ей поставили то ли рекламу, то ли какой-то фотосет для обложек, на который она уже опаздывала. Здание привычно гудело, но не только работой, а ещё и милыми поздравлениями с праздником между коллегами, стоял запах шоколада и цветов, там и сям валялись розовые валентинки с именными подписями. На досках рабочие планы и напоминания были подчёркнуты красными маркерами, на концах закручиваясь в витиеватые сердца. Особо романтичные натуры слонялись в ярких очках или кофтах, да и атмосфера была удивительно приятной и расслабленной после долгих отпусков. -Вроде закончились записи громкого вопроса, наверное не успели свет убрать. - Артём выглянул из-за ноутбука и поднялся, собираясь топать в соседнюю комнату. Ему общее настроение вокруг тоже нравится, на влюблённых людей смотреть приятнее, чем на невыспавшихся и злых. Хотя совмещать кто-то тоже умеет. -Или он про твои глаза, пока не понятно. - Горох о чём-то болтал с Аней, наверняка тоже поздравляя её с праздником и планируя проведение сегодняшнего вечера. Но ради фразы оторвался. О чём он – понял каждый. Не заметить то, какой любовью и нежностью наполнялся взгляд Артёма, стоило Серёже находиться где-то в зоне видимости, было сложно. И эта шутка потихоньку становилась коронной. Потому что успокоить блеск в глазах просил иногда даже Стас, отговариваясь очередным «а то выглядишь как напившийся». Вот только это невозможно, потому что как Макс любит своими касаниями, как Серёжа Горох любит словами, а Серёжа Шевелев заботой, иногда граничащей с насилием, но это опустим, так Артём любит глазами. Нет у него возможности сдерживать свои влюблённые порывы, да и желания, если честно нет. Гаус знает, как Серёже до ужаса нравится где-то в суматохе дел ловить его взгляд и отводить свой румяный после этого. И его чувство смущения действовало каким-то наркотиком, бросить который возможным не считается. -Иди ты, а! - Артём бросил в него светлую подушку, удачно лежавшую прямо под ногами, и выскочил из комнаты. В коридоре ощутимо прохладнее, так что войти в съёмочную оказалось парадоксально приятно, хотя вид её оставлял желать лучшего. Действительно закончился мотор громкого вопроса, по полу были разбросаны отработанные карточки и горел приятный глазу голубой свет. Камеры, судя по всему, утащили на другую съёмку, так что работы осталось буквально на пять минут. Артёма подобная рутина не тяготила, он, наверное, часами мог бы собирать всякие коробочки для тейбл тайма или работать за кулисами на историях и неиграх, было в этом что-то медитативно успокаивающее, жаль, что больно много бегать приходится, так вообще была бы работа мечты, может, предложи ему Софа, он бы и поменялся с ней на месяцок другой. Вот только его никто не отпустит. Ни Стас, уже привыкший к его идеям и сценариям в креативной группе, ни Макс, который точно не сможет пережить, что больше никто в офисе не будет по 7 раз объяснять ему правила настолок, ни Горох, выдержка которого живёт только благодаря захвату Артёмом их Алисы с плейлистом (слушать треки, которые добавляет Заяц - отдельная пытка), ни тем более Серёжа, тревожность которого в присутствии Тёмы резко падает. Да и всё таки они один коллектив, разворовывать их на разные работы, почти как отделять новорождённых котят от мамы. Артём думал об этом, сидя за пультом, когда почувствовал на своей шее холодные руки, аккуратно сползающие ниже. Мурашки пробежали по спине, но уходить от прикосновений отчаянно не хотелось. Он откинулся назад поближе к ладоням, аккуратно разминающим шею. -Ты чего пришёл, я ненадолго тут. - Гаус сыто улыбался и издавал звуки чем-то напоминающие котячье мурлыканье. -Знаю я твоё ненадолго, опять тебя куда-нибудь заберут, а потом ищи-свищи на каком пуфике ты от усталости откинулся. - Серёжа в последний раз провёл по плечам и опустился на ближайший стул. -Ну ладно тебе, один раз всего было, тем более вы меня после этого в отпуск отправили, так что всё честно. Руками Гаус притянул Серёжу ближе, опустив его голову себе на плечо, а своими пальцами спокойно пробираясь под свободную футболку. -Дурацкий день, все только со своими сердечками и носятся. - он фыркает последние слова куда-то в шею, и даже не смотря на лицо, можно понять что дуется. Такая нелюбовь у него прослеживается наверное к каждому празднику. То новогодних игрушек вокруг слишком много и музыка праздничная надоела, то в хэллоуин все глупо наряжаются и ведут себя как дети, то теперь 14 февраля ему не нравится. -Правда? А я думал тебе понравится. - Артём отстраняется и вытаскивает из кармана маленькую картонную валентинку, обклеенную блестящей бумагой и скромно подписанную в середине. И Гаус, конечно, понимает, что Серёжа, на самом деле, завидует такой открытости каждого в своей любви, что они умеют прямо говорить о своих чувствах, а не через проклятья странными метафорами и сравнениями. А ещё больше он завидует, что люди свои отношения могут демонстрировать без осуждения. Завидует, что Макс может целовать Олесю прямо во время шоу, а не ища момента без камер за кулисами, завидует, что Горох может сказать, что они с Аней встречаются, а не трястись даже перед самыми близкими людьми, надеясь не поссориться из-за его ориентации. Ему страшно, а поэтому и хочется плеваться ядом на каждого с сердечками в глазах. Но только не на Артёма. -Ты в восьмом классе учишься или просто дурачок? - Но перед Тёмой можно все маски снять и продолжать заворожено перечитывать короткую строчку на розовом сердечке, пока его самого кроет от этой прелести, аж плакать хочется. -Душой я всегда в восьмом классе. -Улыбка возвращается сама собой, зажигая те же огоньки в глазах, освещающие комнату теперь вместо голубых лампочек. На такого Серёжу, разнеженного, мягкого и живого, смотреть хочется ещё больше, хочется его тискать и продолжать говорить глупости, только бы оставалось у него такое озадаченно пунцовое лицо. -А мне всё таки кажется, что дурачок. - он отводит взгляд и не может удержаться от смущённого смешка. Всё таки чтобы растрогать его слишком мало нужно, пора с этим что-то делать. - Спасибо, Тём. -Тебе спасибо, что ты у меня есть, Серёжка, люблю тебя. - Артём мягко чмокает его куда-то в лоб и ловит совсем тихое «я тоже тебя люблю». Они задержатся ещё ненадолго, а потом, быстро проскользнув между знакомыми лицами, убегут в их квартиру праздновать вместе. Потому что даже такие бесполезные мероприятия, как день всех влюблённых, отмечать полезно для морального здоровья и поддержания нормы поцелуев в крови.