У каждого свои звёзды

— Сколько времени прошло с тех пор? — знакомый до боли голос звучит в трубке. Я молчу. Не то чтобы я винила её в тех ужасных событиях, но мысль о воспоминаниях не даёт покоя, как будто снова тереблю зажившие раны. Интересно, почему Эмили звонит именно сейчас? Чтобы ещё раз удостовериться, что мои страдания продолжаются? Или она искренне желает проявить сочувствие? После трагедии в день похорон все связи оборвались, и я осталась одна в этом жестоком мире. Помню, как охватило ощущение одиночества, словно кто-то вырвал часть моей души. Я до сих пор избегаю любых встреч кем-либо из прошлого, боясь, что лица других людей снова напомнят мне о горечи утраты. Виновниками моих бед стала банда «Сакт». Их действия разрушили мою жизнь, и даже спустя столько лет я не могу найти в себе силы простить ни одного из них. Но особенно мне ненавистен брат Эмили — Батч. Именно он стал причиной тех событий, которые привели к смерти Майка. Я часто думаю о лидере «Сакта». Ему когда-нибудь было больно так же, как мне? Разве он не понимал, что разрушает не только одну жизнь? В моих мыслях сливаются ненависть, и желание найти ответы. Но стоит ли прощение тех слёз, которые я пролила? Смогу ли я когда-нибудь отпустить эту боль? Майки был моей опорой, единственным человеком, который находился рядом в самые трудные минуты. Он всегда знал, чем поднять настроение, будь то шутка или просто нахождение рядом, освещая самые тёмные уголки моей жизни. Теперь, без него, мир становится пустым, и с каждым днём эта пустота углубляется. Оптимизм уходит в тень, а радостные воспоминания растворяются… Сердце наполняется теплом от воспоминаний о брате, его лице, которое до сих пор живо в моей памяти. Глубокие глаза, хранящие секреты тысяч историй, наполнены загадочной мудростью, лёгкая улыбка, излучающая искреннее тепло, вызывала у меня желание улыбнуться в ответ. Даже его слегка выступающий клык казался не просто милым, а символом уникальности, как будто это была его визитная карточка. До сих пор сложно поверить, что Майки никогда не вернётся… Его фантом преследует по сей день — особенно в те моменты, когда возвращаюсь в старую квартиру и ощущаю, как будто он только что был здесь: запах его любимого парфюма, небрежно оставленная книга на столе. Я ничего не меняла после похорон. Ближе к годовщине эти ощущения становятся невыносимо яркими, заставляя меня снова переживать утрату, словно вновь попадаю в тот день. Порой кажется, что боль не просто рвёт душу, а словно огонь, разгорающийся внутри, испепеляет всё на своём пути, оставляя только обгорелые руины. Молчание в трубке возвращает в реальность. Я чувствую, как сердце бьется всё быстрее. Эмили ждёт ответа, но я не могу произнести ни слова… — Прости, не сейчас, — выдыхаю, прежде чем успею передумать и не выпалить все эмоции и несказанные слова. Слезный комок застревает в горле, заставляя искажать голос. Я кладу трубку, не дождавшись ответа. Понимаю, что это грубо, но не могу вынести её сочувствия. Оно как тяжёлый груз, который душит и заставляет вспоминать о моей горести, о том, что никто не поймёт, не пройдя через мой опыт. Взгляд устремляется на пейзаж за окном. Мир, погружённый в тяжёлую дымку, давно стал серым. Ветер яростно шуршит по ковру из жухлых листьев. Эта мрачная сцена проникает в сердце, отражая его пустоту. Осень, как холодный скульптор, сдирает последние одежды с деревьев, оставляя их голыми и дрожащими под порывами ветра. Как и я, потерявшая тепло былых радостей, утратившая силы быть настоящей. Возвращаюсь, к тому чем занималась до звонка, к незавершённому рисунку. Рука дрожит, и линия выходит неровной. Приходится отложить карандаш. Сегодня я не смогу творить. Рисование — единственное занятие, которое помогает мне пережить отсутствие Майка. В отличие от слов, которые могут запутать и усугубить боль, и музыки, что порой тревожит душу, только карандаш и бумага могут принести мне душевный покой. В это раз я создаю образ звезды, которая особенно дорога моему брату — Сириуса. Она — олицетворение наших грёз, надежд и воспоминаний. Каждый раз, когда взгляд обращается к небу, воспоминания о детстве накрывают меня с головой. Вспоминаю, как мы с ним заворожённо разглядывали ночное небо, а в его словах звучали мечты: «Сириус — это наш звёздный маяк», — говорил брат, указывая пальцем на сверкающую звезду. Он мечтал о будущем, полном приключений, где не было бы ни боли, ни утрат, и именно Сириус стал для меня напоминанием о том, что Майк всегда будет со мной. Оторвавшись от своих мыслей, я вижу, что комната погружена в полутьму. Решаю зажечь свечу, чтобы не портить атмосферу искусственным освещением. Медленно подношу спичку к фитилю, наблюдая, как пламя свечи трепещет. В этом неравномерном свете тени танцуют на стенах, создавая причудливые фигуры, напоминающие силуэты из прошлого. Кажется, вот-вот я увижу его улыбку, услышу смех, но это всего лишь игра моего воображения. Встаю и подхожу к книжной полке. Пальцы скользят по корешкам книг, пока не находят знакомый том — «Маленький принц». Его любимая книга. Сажусь в кресло и открываю её на первой странице. Читаю вслух, стараясь воспроизвести интонацию Майка. В душе вспыхивают тёплые чувства ностальгии и радости, словно я вновь встречаю старого друга. Каждый абзац, каждое слово пропитаны воспоминаниями, и сердце наполняется лёгкой грустью и нежной улыбкой одновременно, когда я погружаюсь в мир, где царит чистота и простота понимания. «Взрослые очень любят цифры…» Непросто понимать мир взрослых, особенно после того, как родители ушли из жизни. Майк обожал этот момент, в его сердце не было места для цифровой бездушности, особенно когда речь шла обо мне. В школьные годы он искренне стремился быть заботливым братом, чутко уловившим мои настроения, словно чувствительный барометр, отражавший волнения моей души. Его забота была настолько глубокой, что порой мне казалось, что он понимает меня лучше, чем я сама. Каждый раз, когда я переживала трудные моменты, он находил нужные слова, которые приносили утешение, как сказал Маленький принц: «Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил». Время, проведённое вместе, было наполнено смехом и доверительными разговорами, создавая неповторимую атмосферу тепла и понимания, где каждый взгляд и жест говорили громче любых слов. Он стал для меня заменой родителям и казалось, что никогда не покинет меня… Мы часто сидели с ним на крыше нашего дома, наблюдая за звёздами, которые, казалось, были единственными безмолвными свидетелями нашей утраты. Майк делился мечтами о том, как однажды мы построим свой мир, где не будет мест для горя и одиночества. Он часто говорил: «У каждого человека свои звезды. Одним — тем, кто странствует, — они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки». Я вдыхала его мечты, и они становились частью меня. Он учил меня не бояться темноты, а находить в ней свою силу. «Среди людей тоже одиноко…» На этом я не выдерживаю и закрываю книгу, так и не дочитав её до конца. Слёзы текут по щекам, не останавливаясь. Я не пытаюсь их вытереть. Пусть текут. Пусть смоют боль, печаль, тоску. Но сегодня… сегодня я просто оплакиваю утрату. Оплакиваю Майка. Возможно, однажды эта боль станет терпимой, и я снова смогу улыбаться без горечи. И в эту минуту я понимаю, что любимый брат также оставил в моем сердце частичку себя — ту, которая будет согревать и поддерживать, даже когда его нет рядом…