Fake Not Fake.

Когда Юнхо, умывшись, наконец-то уселся за столом с зеркальцем и косметичкой, а потом начал наносить на лицо макияж, уже полностью собранный Минги вышел к нему на кухню и устроился прямо напротив. — Быстро ты, — фыркнул Юнхо, кинув на него короткий взгляд, и вернул внимание своему отражению, — дай мне пару минут, пожалуйста. — Не торопись, — попытался успокоить его Минги, вытаскивая из кармана телефон, — я пока проверю, кинул ли меня Ёсан в черный список. Хм… А-ха-ха-ха, блять! — Что там? — заинтересовался Юнхо, — что тебя так рассмешило? — Ну, Ёсан все-таки сделал это, как ты и предполагал, — ответил Минги, глубоко вздыхая, — но перед этим написал, что если я тебя обижу, то он обязательно отрежет мне хуй. Еще он попросил не беспокоить его, потому что ему нужно справиться с психологической травмой от увиденного. Его что, так сильно поразило то, как мы засосались? — Просто драматизирует, — Юнхо, задумавшись, потянулся к своему телефону, включил последнюю запись и отмотал ее до необходимой секунды, — ой, блять. — Что? Юнхо сглотнул и смущенно поморщился. — Со стороны все выглядит так, словно мы пытаемся друг друга сожрать, — хрипло ответил он, пока его не мигающие глаза завороженно наблюдали за их бешеным и глубоким поцелуем. — Можем повторить? — вкрадчиво предложил Минги, но Чон непроизвольно проигнорировал его слова. Было кое-что, что поразило его гораздо больше, чем флирт Минги, который был снова готов поцеловать его. — Извинения перед Ёсаном отменяются, — тихо вздохнул Юнхо, повторно прокручивая видео, но теперь его внимание было обращено к лучшему другу, чья реакция значительно отличалась от названной, — вуайерист хренов. — Что там? Что там? — Минги подпрыгнул на стульчике и, схватив его и прижав к своей заднице, уселся рядом с Юнхо. — На, смотри. Блять, не на нас смотри, а на этого довольного пиздабола, который даже не собирается прекращать пялиться. Если в будущем он будет воротить от нас нос и говорить о том, какие мы противные, у меня есть идеальный компромат. — Хитро, — прыснул Сон, в то время как его шустрая ладонь схватила Юнхо за бок и подтянула поближе к себе, — это будет весело. — Лучше убери свою руку, — Юнхо ворчливо отодвинулся от него вместе со стулом и в последний раз посмотрел на свое отражение в зеркале, — нас там Сан ждет. Минги, очевидно готовый начать свои жалобы, моментально осекся. — О, ты уже сообщил ему о том, что мы поедем в его ресторан? — Да, спросил его, работает ли он сегодня, и тот подтвердил, — Чон, наконец-то закончивший с макияжем, отложил все на край стола ближе к стене и внимательно посмотрел на Минги с невинной улыбкой, — ну, что, поедем? Юнхо знал этого мужчину всего лишь тринадцать дней, что было совсем небольшим сроком, но даже этот короткий промежуток времени позволил ему разузнать о такой черте характера Минги, как гребаная непредсказуемость. Хотя… было ли непредсказуемым то, что Минги, некоторое время разглядывавший его застывшим взглядом, внезапно подался вперед и с шумом подтянул к себе стул, на котором сидел Юнхо, чтобы крепко прижать его к себе и впиться в чужие губы грубым и требовательным поцелуем. — Ты полы-то не царапай, — сглотнув, тихо пробормотал Юнхо, когда Минги, устав играть с его губами и языком, лениво перекинулся поцелуями на его шею, — следы наверняка останутся. — Блять, у твоей водолазки слишком высокий воротник! — словно не слыша его, проворчал Минги, и его сетования звучали так, будто он был готов к чертям разорвать любую мешающуюся ткань. — Кто о чем, да? — равнодушно фыркнул Юнхо, уже привыкший к неожиданным вспышкам страсти со стороны Минги, который ворчливо засопел и начал торопливо вытаскивать заправленную в джинсы водолазку, на что Юнхо, хмыкнув, уверенно ударил его по рукам, а Сон посмотрел на него с воистину оскорбленным видом. — Ты что это сейчас сделать пытался? — Потрогать тебя хотел, — неуверенно пробормотал Минги, растерянно опустив свой взгляд на чужую талию. — Через одежду трогай, — строго отчеканил Чон, поджимая губы и пытаясь пресечь свой вырывающийся смех на корню, — а лучше вообще не лезь сейчас ко мне. Что на тебя нашло? Что ты… Юнхо, прикрыв глаза, с удовольствием ответил на поцелуй Минги, когда тот снова полез к нему попытке засосать, и нежно потянул к себе мужчину за затылок. Как бы сильно Юнхо не хотелось забить на их планы поехать в ресторан Сана и потащить слишком распалившегося Минги развлекаться на кровать, у них были действительно важные дела, так что он, напоследок пососав чужую нижнюю губу, больно прикусил ее. — М! — Поехали давай, — усмехнулся Юнхо и коротко чмокнул мужчину в нос, — я был бы рад и дальше сидеть с тобой и целоваться, вот только мне не хочется тратить на это время. — Но это не трата времени, — оживился, надувшись, Минги, — поцелуи с тобой — а очень приятное занятие, и я был бы счастлив вообще от тебя не отлипать. — Я говорю, что не хочу тратить на это время сейчас, — Юнхо досадливо закатил глаза, — а не то, что поцелуи — трата времени в принципе. Мне самому хочется снова с тобой поцеловаться, вот только Сан наверняка уже ждет нас. И, блять, я почему-то уверен, что Уен плюнет на все свои дела и тоже припрется туда. Спорим на сто тысяч вон, что так и произойдет? — Не буду я с тобой спорить, — прыснул Минги и все же встал на ноги, подтягивая за собой довольного Юнхо, — ладно, поехали завтракать к Сану. Юю? — Что такое? — Чон внимательно посмотрел на Минги, когда тот крепко сжал его за талию и прижался к чужому лбу своим, — что-то хочешь сказать? — Ты безумно красивый. — Правда что ли? — Юнхо не сдержал нежной улыбки, пока в его животе летали откровенные бабочки, — да, я с тобой согласен. Только ты почаще напоминай мне об этом, чтобы я не забывал, хорошо? О том, что я красивый. Юнхо заиграл бровями, сдерживая смех, и внезапно почувствовал, как его ноги лишились опоры, а спина тут же коснулась твердой стены. — Самый-самый красивый, — прошептал прямо в его губы Сон и глубоко поцеловал, буквально на пять секунд, снова попробовав чужую слюну и язык на вкус, чтобы нехотя оторваться и игриво посмотреть на Юнхо, — ну, что, пошли?! Юю? Тот оторопело моргнул и облизнулся, пока в его голове крутилась одна и та же приятная мысль, вызывавшая чувство эйфории, в то время как Минги, плотно прижимавший его к стене и уткнувшийся в нее коленом прямо между чужих ног, обеспокоенно всполошился. — Малыш?! — Нет-нет, все хорошо, — опомнившись, начал успокаивать его Юнхо и потянул к себе Минги, — все замечательно. Просто… это было очень волнительно. — Волнительно? — переспросил полный непонимания голос. — Быть прижатым к стенке, я имею в виду, — коротко хихикнул Юнхо, трепетно гладя Минги по темным шелковистым волосам, пока тот тесно вжимался в него, — волнительно и невероятно горячо. Стой, погоди, это не намек на то, что я хочу продолжить… Чон моментально положил ладонь на чужой рот, когда Минги резво потянулся к нему за очередным поцелуем и, наткнувшись на препятствие, разочарованно замычал. — Я просто поделился с тобой своими чувствами, — продолжил объясняться Юнхо, — не ты ли говорил, что не из тех долбоебов, которые притворяются, что не понимают намеков? Он, замявшись, все же убрал свою ладонь медленным и неуверенным движением, вот только непредсказуемый Минги снова решил сделать все по-своему. Быть прижатым к стене, пока его горячо целовали и настойчиво удерживали за голову, Юнхо очень сильно нравилось, и он был готов записать это дело в список в своих самых любимых занятий, потому что то, с какой страстью и напористостью Сон врывался в его рот языком и тщательно вылизывал его, прикусывал его нежные, опухшие губы, параллельно их посасывая, и низко, хрипло стонал в поцелуй, бесповоротно возбуждало Юнхо, который был на грани того, чтобы натурально положить на все свои планы большой хуй и просто окончательно позволить этому невозможному сексуальному мужчине трахнуть себя здесь и сейчас. — Если хочешь, я буду прижимать тебя в стенке каждый день, — утробно застонав, предложил Минги, наконец-то прерывая их безумно влажный поцелуй, и окинул красное лицо Юнхо цепким взглядом, — блять, ты сейчас выглядишь таким очаровательным и нуждающимся, что мне только сильнее хочется тебя трахнуть. — Даже спрашивать не собираюсь, что происходит в твоей голове, Минги. Юнхо хихикнул и, сдавшись, сделал тяжелый вздох, пытаясь как-то прийти в себя. — Да я и сам не знаю, что со мной происходит, — с самым правдивым видом ответил Минги, пока его глаза бешено бегали по чужому лицу, любовно обводя взглядом буквально каждую черточку, — просто смотрю на тебя и даже не знаю, что хочу сделать в самую первую очередь. Ладно, давай выдвигаться. Минги нежно обхватил его лицо и трепетно улыбнулся. — Поехали? Обещаю больше не приставать. — Ну, ладно, — фыркнул Чон, закатывая глаза. «Теперь самое главное, чтобы бы уже я к тебе не начал приставать». Спустя семь минут они все же вышли на улицу и уселись в машине Минги, который, не теряя времени, выехал из парковки. Юнхо, к своему удивлению, помалкивал, непроизвольно думая об Уене и о том, что было необходимо откровенно с ним поговорить, наедине, без чьего-либо присутствия, чтобы рассказать обо всем и… извиниться. — О чем думаешь? — в один момент нарушил тишину Минги, когда они встали у светофора. — Об Уене, — не стал утаивать Юнхо, — нужно будет связаться с ним, чтобы лично встретиться, нормально поговорить и рассказать о нас все, как есть. Если Уен и припрется сегодня, нас будет уже четверо, так что подобный вариант не канает. Здесь нужен личный разговор наедине. Блять, что ему говорить? — Да просто расскажи все, как есть, — пожал плечами Сон, — ты устал от уродов, отношения для тебя стали ассоциироваться с каким-то дерьмом, но тебе категорически не хотелось это все обсуждать с Уеном, так что ты придумал план. При помощи Ёсана ты нашел себе подставного парня, который по уши влюбился в тебя, а ты влюбился в него, и вы теперь съезжаетесь, и из-за этого твой план пошел наперекосяк. Ну, это если очень коротко… — Ох, Уену будут нужны детали. Ладно, зачем об этом думать сейчас? Теперь для меня это вообще не проблема. — Все правильно. Лучше думай обо мне, — Минги, сосредоточенный на дороге, вслепую потянулся за ладонью Юнхо и прижал ее тыльную сторону к своим губам, — потому что я только о тебе и думаю. Влюбленный Юнхо на этих словах привычно вздрогнул, покрывшись мурашками, а в груди приятно защемило. — Правильно делаешь, — смущенно фыркнул он, взволнованно смотря на то, как Минги начал расцеловывать его пальцы, — правда, сейчас я бы предпочел, чтобы ты думал о том, как безопасно доехать до ресторана, а не обо мне. — Не переживай, я внимательный водитель, — усмехнулся Минги и нехотя отпустил чужую ладонь, — так, мы же правильно едем? — А… да-да, все верно. Всего два поворота осталось… Юнхо снова отвлекся от своего бойфренда и включил телефон, чтобы проверить входящие сообщения, в числе которых имелось одно новое, присланное всего минуту назад. choi3an Вы что там, едете??? yunou._.u Я, конечно, рад, что ты по мне соскучился, но давай без нытья, наберись терпения. Мы уже едем и будем на месте примерно через десять минут. choi3an Не обольщайся. Я соскучился не только по тебе, но и Минги. Он крутой мужик! Чон бесшумно заржал и покачал головой. yunou._.u Радуйся. Минги по тебе тоже соскучился. Когда мужчины подъехали к ресторану и припарковались на свободном месте, они некоторое время сидели в машине, сговорившись об этом без единого слова. — Все хорошо, Юнхо? — Да, хорошо, — тяжело сглотнул тот и осторожно почесал накрашенные глаза, — я просто случайно вспомнил о том, как мы впервые приехали сюда почти две недели назад. Как будто целая жизнь прошла… — Хорошо помню этот день, — лениво цыкнул языком Минги, — я был так сильно взволнован тем, что спустя полтора года снова смог найти тебя, и мне даже понадобилось некоторое время для того, чтобы очухаться от потрясения и попытаться скрыть его. А потом я все наше первое свидание упорно справлялся с влечением и убеждал себя, что скоро успокоюсь и меня перестанет так сильно к тебе тянуть, вот только после полноценного общения с тобой я понял, что ты милый и добрый парень, с которым у меня оказалась куча схожих интересов, так что у меня просто не было шанса не влюбиться в тебя окончательно. Сияющий Минги улыбнулся ему своей самой нежной и очарованной улыбкой, и Юнхо скоропостижно почувствовал, что его сердце было готово остановиться от ошеломительного счастья. Юнхо никак не мог справиться с пониманием, что этот потрясающе красивый, добрый, идеальный мужчина, честно говоривший о своих чувствах, теперь полностью принадлежал ему, и это осознание пронзило его болезненной молнией, ведь они теперь действительно встречались, то есть были настоящей влюбленной парой со своими привилегиями и особенной возможностью целовать друг друга, ласкать и любить. — Юю? — растерянно пробормотал Сон, встревоженно поглядывая на окаменевшего Юнхо, который все это время разглядывал его обезумевшим взглядом. — Блять, я не могу, — буквально прошипел тот и заскрипел зубами. Поддавшись непреодолимому желанию, Юнхо потянулся к Минги, схватил его за лицо и впился в пухлые губы яростным, требовательным поцелуем, сразу же углубляя его и врываясь в чужой рот юрким языком. Ни о чем больше не думая, он просто настойчиво целовал своего мужчину, который моментально ему ответил, и попытался теснее прижаться к нему, вот только… — Черт, здесь так неудобно обниматься! — низко прорычал Чон, чье смертельное желание вжаться всем телом в Минги сводило его с ума, и раздраженно зашипел. — Хочешь, пересядем назад? — участливо предложил тот, довольно облизываясь, — целоваться в обнимку будет гораздо удобнее. Юнхо не произнес ни слова. Он, не медля, выскочил из машины и, открыв нужную дверь, хлопнул ею и уселся на заднем сидении, в то время как не менее шустрый Минги последовал его примеру. Стоило им вместе оказаться в более удобном и свободном положении, мужчины снова набросились друг на друга, как будто любое промедление могло лишить их жизни. — Не боишься, что кто-нибудь нас увидит? — фыркнул Минги в поцелуй спустя минуту, когда Юнхо со вкусом пососал его нижнюю губу. — Просто нехуй в чужие машины заглядывать, — строго отчеканил тот, едва отрываясь, и посмотрел на Минги на расстоянии нескольких сантиметров, пока их лица были крайне близко друг к другу, — сами виноваты будут. Единственный, о ком я сейчас хочу думать, это только ты. — Правда? — Сон, прижимавший его к себе за талию, игриво ухмыльнулся, — все очень правильно, Юю. Думай только обо мне, хорошо? Я хочу, чтобы все твои мысли были заняты одним лишь мной, потому что я и сам не могу выбросить тебя из головы. — И не нужно, — Юнхо одержимо вцепился в крепкие плечи ладонями, снова проник в его влажный рот своим дотошным языком и, удовлетворенно причмокивая, пососал чужой язык, чтобы спустя несколько секунд неохотно отстраниться, — я очень счастлив быть единственным, кто обитает в твоей голове. Должен же у меня хотя бы раз в жизни появиться мужик, который будет сходить по мне с ума, верно? Услышав эти слова, произнесенные флегматичным тоном, Минги плотоядно уставился на Юнхо и стиснул зубы. — Да как по тебе вообще, блять, можно не сходить с ума? Я не понимаю. Минги, тяжело дыша, агрессивно впился в губы застанного врасплох Юнхо, перехватывая любую инициативу, пока его руки шустро щупали чужое тело по всевозможным участкам, и Чон, покорно позволяя ненасытно себя целовать, вздрогнул и старательно проглотил бессильный стон, когда почувствовал, как две ладони незаметно вытащили засученную в джинсы водолазку и начали гладить его нежную голую спину. — Юю… — Д-да? — сглотнул Юнхо, усиленно дыша, в то время как Минги начал неудержимо расцеловывать его лицо, — ч-что такое? — Не сдерживай стоны, пожалуйста, — взмолился Минги, умоляюще смотря на него потемневшими глазами, — они очень красивые, и я обязан слышать каждый из них. — Да ладно тебе, — сипло отмахнулся Юнхо, отводя взгляд в сторону, — я просто очень чувствительный и… мне тяжеловато сдерживать звуки, хоть иногда и приходится. — Но со мной ты можешь не сдерживаться, — начал причитать Минги, на что Юнхо закатил глаза, — вчера ты их от меня не скрывал. — Вчера я был пьян! Боже, я уже понял, что у тебя образовался фетиш на мои стоны, спасибо, — он окинул изучающим взглядом Сона, который с готовностью закивал и теснее подтянул его к себе за бедра. — Не только на стоны. Ты сам по себе ходячее олицетворение всех моих фетишей и фантазий об идеальном партнере, которые у меня когда-либо были, Юю. — Не торопись с выводами, — закатил глаза Юнхо и опустил помрачневший взгляд вниз, — мы пока еще даже не трахались, чтобы быть ты мог быть настолько уверенным в этом. — Э? — Минги недоуменно нахмурился и вопросительно склонил голову набок. Юнхо не хотелось объяснять этому легкомысленному и честному мужчине столь очевидные истины, но у него, кажется, не было выбора. — Я имею в виду, что если тебе в итоге не понравится наш секс, то какой толк в моей привлекательности для тебя? — Так, стоп! — Минги тяжело вздохнул и утомленно закрыл глаза, буквально на десять секунд, — во-первых, мы, кажется, снова вернулись к этому вопросу, с чего ты вообще решил, что мне не понравится наш секс? До этого ты так старательно уламывал меня переспать, что я… Ох, Юю, это твой очередной приступ тревожности, да? Минги трепетно притянул его поближе к себе и крепко обнял. — Мы с тобой даже не успели дойти до постели, а ты уже напридумал себе, что я откажусь от своих слов, потому что мне что-то с чего-то вдруг может не понравиться. Прекрати мучить себя сомнениями. Мне не нужно спать с тобой, чтобы признавать твою внешнюю для себя привлекательность. И с чего вообще мне, блять, что-то должно не понравиться в нашем сексе? Какой еще мусор вбили в твою голову эти мудаки, раз твое состояние так легко скачет из одного в диаметрально противоположное? Чон тяжело сглотнул болезненный комок в горле и шмыгнул носом. — Ну, есть же такая штука, как сексуальная совместимость, — неуверенно пробормотал Юнхо, — и есть много влюбленных пар, которые легко сошлись характерами, но, даже имея влечение, не… — Не говори мне о том, что я и так знаю. Вопрос не в этом. Мы уже обсуждали это! — Минги осторожно прикрыл его рот ладонью, — тот факт, что ты резко засомневался, понравится ли мне секс с тобой, и постарался прервать мои комплименты, потому что я, видите ли, слишком тороплюсь с ними, о многом говорит, Юю. И ты так и не дал мне конкретного примера того, почему наш секс мне может не понравиться. Раз ты засомневался во мне, значит, есть что-то, что ты считаешь в себе… — Но я не сомневался в тебе! — Юнхо убрал ладонь со своего рта и умоляюще уставился на Минги, — я же не сказал ничего из того, за что ты можешь меня осуждать, разве нет? Просто отметил, что тебе не следует заранее разбрасываться словами о том, какой я идеальный партнер, потому что тебе что-то может не понравиться. Сон ничего не ответил. Он, о чем-то усердно думая, угрюмо разглядывал непонятным взглядом Юнхо, который был невероятно взволнован неожиданной тишиной. — Ну, или тебе, — в итоге буркнул Минги и начал нервно теребить пальцы Юнхо, который непонятливо поджал губы. — Что? — Вот скажи, ты считаешь меня привлекательным? — неожиданно взбодрившись, Минги широко улыбнулся ему, — разумеется, я уже слышал от тебя об этом, но не могу не спросить еще раз. Юнхо оторопело моргнул, пока мысли громко копошились в его черепной коробке, и внимательно оглядел Минги, терпеливо ожидавшего ответ, его пушистые темные волосы, губы, глаза, нос, то, как гармонично сочеталась каждая его черта, складываясь в самое идеальное лицо, которое Чон когда-либо мог мечтать видеть рядом с собой. — Ты очень привлекательный, — не стал скрывать свои чувства Юнхо, смаргивая пару слезинок и отводя взгляд, — еще никто никогда не нравился мне настолько сильно аж с самой первой встречи. Думаю, посмотри я все-таки тогда на тебя в гей-клубе, то не удержался бы от желания подольше с тобой пообщаться и не стал бы так быстро сбегать. — Ох, правда? — немного показушно поразился Минги. — Да. Ты безумно красивый мужчина. Мои бывшие, которых ты так любишь костерить, и рядом с тобой не стоят. Юнхо смущенно сглотнул, поджимая губы, и замер, когда сильные пальцы схватили его за подбородок и повернули к себе. — Мне приятно это слышать, — очаровательно улыбнулся Минги, — жаль, что я потеряю для тебя привлекательность, если тебе вдруг не слишком понравится наш секс. Это будет очень грустно. — Чт… Стоило ему услышать эти слова Сона, Юнхо тут же протрезвел и внимательно на него уставился. — Что ты на меня так уставился? — «искренне» поразился тот, хлопая ресницами, — тебе же тоже может не понравиться наш секс, разве нет? Юнхо, истерически прыснув, недоверчиво застыл. Смотреть прямо в глаза требовательного Минги было невероятно сложно, но тот оказался слишком неумолим в своем желании не позволить Юнхо отвести взгляд. — Мне кажется, именно ты должен переживать о том, понравится ли тебе наш секс, разве нет? — хитро ухмыльнулся Минги, — мне априори не может не понравиться, потому что это ты, самый привлекательный парень на свете, в которого я умудрился по уши влюбиться. Но, Юю, я уже обещал, что сделаю тебе хорошо и позабочусь о твоем удовольствии, что буду прислушиваться к твоим желаниям и делать с твоим телом все, что захочешь, и как захочешь. Я не эгоистичный и слабый скорострел, малыш, я буду трахать тебя долго и страстно, столько, сколько будет нужно. И принуждать тебя к чему-то лишнему я тоже не собираюсь… Юю, я тебя смутил? Юнхо, прикрывший горящее лицо ладонями, покачал головой и всхлипнул. — Да я уже с первого раза понял, что ты хорош, спасибо, — Чон стер слезы с уголков глаз и робко улыбнулся, — сегодня вечером я в любом случае проверю тебя на факт пиздабольства. — Ох, нет, я не пиздабол, малыш, — Минги, услышав чужой смешок, подыграл своему парню и, схватив Юнхо, крепко прижал его к себе, — я честный и искренний. — Знаю я твою искренность, — тот закатил глаза и невольно вздрогнул, когда Минги поцеловал его в подбородок и опустился с поцелуями чуть ниже, — вчера с ней очень тесно познакомился. — Сейчас, когда мы наконец-то встречаемся, я могу не скрывать от тебя, что я чувствую и что хочу с тобой сделать, — сладко промурлыкал Минги и, резко отстранившись, внимательно уставился на Юнхо, — мы же встречаемся, да? Несмотря на то, что от последнего вопроса и встревоженного выражения лица Сона хотелось закатить глаза и прибегнуть к ядреному сарказму, слух Юнхо зацепился к кое-чему другому. — Наконец-то? — фыркнул он, прикусив нижнюю губу в попытке сдержать смех, — я даже не заставил тебя долго ждать и первым начал приставать к тебе в попытке соблазнить, проявив инициативу, и двух недель не прошло. Что из этого вышло, ты и сам помнишь… Вспомнив свои вчерашние переживания, которые теперь казались чем-то далеким, Юнхо слабо улыбнулся и охнул, когда Минги, его непредсказуемый и спонтанный Минги, схватил его за затылок и потянул к себе, чтобы страстно и настойчиво поцеловать. Юнхо протяжно застонал прямо в поцелуй, охотно углубляя его, и, на секунду задумавшись о Сане, который терпеливо ждал их, тут же забыл о нем, потому что целоваться с требовательным и настырным Минги было гораздо приятнее. — Так мы же все-таки встречаемся, да? Услышав подобное от Минги, которому вдруг приспичило оторваться от вылизывания его рта, Чон не сразу осознал чужие слова и нахмурился. — А ты как думаешь? — ответил он вопросом на вопрос, закатив глаза, — я тут переезжать к тебе собрался, а потом сразу же переспать. Думаю, это должно о чем-то говорить, верно? — Просто мне нужно четкое словесное подтверждение, — продолжил настаивать Минги, — мы с тобой встречаемся? Юнхо сделал глубокий вздох и внимательно посмотрел на замершего в ожидании Минги, который выглядел так, словно от этого ответа зависела вся его жизнь. — Да, мы с тобой встречаемся, — легко и уверенно произнес Юнхо нежным голосом и немного приблизился к лицу Сона, который заметно сглотнул, — я теперь твой, и ты можешь делать со мной все, что захочешь. Юнхо было очень легко произнести подобное, и он не почувствовал внутреннего сопротивления, даже если это было глупо, и в нем просто говорила влюбленность. Все внутри трепещало, стоило воображению подкинуть красивые картинки об идеальном будущем, и Юнхо с удивлением отметил, что привычная паранойя, всегда предупреждавшая его о потенциальных опасностях, почему-то молчала. — Ты теперь мой? — недоверчиво пробормотал Минги и довольно застонал, крепко прижимая к себе охотно прильнувшего Юнхо, — ох, малыш, я сделаю так, чтобы тебе было хорошо со мной, во всех смыслах этого слова. И, Юю… спасибо тебе. — За что? — фыркнул Чон, пытаясь справиться с ошеломительным счастьем, от которого простреливало все его тело. — За твою инициативу, — охотно пояснил Минги, вжимаясь носом в его шею, — за то, что обратился к Ёсану, который наконец-то смог нас познакомить; за то, что решился узнать, почему я веду себя так, словно по уши влюблен в тебя, и полез соблазнять меня. Благодаря тому, что ты взял все в свои руки, мне не пришлось слишком долго, как ты выразился, ждать, так как в моем идеальном плане ты должен был стать моим парнем как минимум через пару-тройку месяцев моих осторожных, ненавязчивых ухаживаний. — Осторожных и ненавязчивых? — недоверчиво переспросил Юнхо, — это так ты характеризуешь свои ухаживания? Серьезно? Минги тихо хохотнул и, не удержавшись, потянулся к чужой щеке, чтобы пару раз ее смачно чмокнуть. — Ахаха. Я же говорю, что так должно было быть в моем изначальном идеальном плане. Я не собирался столь быстро палиться и планировал завоевывать твое доверие постепенно, не давя на тебя своими чувствами, чтобы ты в случае чего не ощущал себя виноватым, если не получится на них ответить, но… Я дурак, наверное, потому что чем больше я с тобой общался, тем сложнее было держать язык за зубами. Не называть тебя красивым было просто невозможно, не обнимать тебя тоже было невозможно. Блять, и мне постоянно хотелось на все плюнуть и просто поцеловать тебя. Минги, низко зарычав, снова поцеловал Юнхо, усиленно вжимаясь в него всем своим телом, отчего последний чуть не повалился назад, что было чревато болезненным ударом головы, но его предсказуемо удержали цепкие и сильные руки. Единственное, что хотелось делать Юнхо, это покорно отвечать неутоленной и всепоглощающей страсти своего необузданного парня, который даже не собирался ослаблять свой напор. Тот просто целовал, целовал, целовал, буквально пожирая его и крепко удерживая Юнхо за затылок, словно тот мог попытаться сбежать от него, и эта мысль тут же показалась Чону слишком нелепой. Как он вообще мог хотеть сбежать от Минги, который так откровенно его жаждал и непроизвольно терся об него? Никогда в жизни. Будь обстоятельства подходящими и находись они дома, Юнхо бы запросто отдался своему страстному мужчине, умоляя, чтобы тот сделал ему хорошо, вот только они сидели в машине, целуясь и не желая отрываться друг от друга, пока Сан так и продолжал ждать их в своем ресторане. Ох, бедный Сан. — Юнхо, — внезапно обратился к нему Сон, немного отстраняясь, чтобы посмотреть в чужие затуманенные глаза. — М? — слабо промычал Юнхо в ответ и машинально вытер свой рот, — ты что-то хочешь сказать? — Постарайся, пожалуйста, потерпеть до вечера, — мягко попросил Минги, смотря на него умоляющим взглядом, — я и так уже успел пожалеть о том, что не выебал тебя вчера, когда ты просил, потому что сейчас ты заранее переживаешь из-за абсолютнейшей глупости. Что значит, мне может не понравиться наш секс? Это я здесь должен переживать, что тебе не понравится, потому что я хочу быть для тебя самым лучшим, Юю. — Боже, — нервно фыркнул Юнхо, успокаиваясь, — думаешь, я не хочу быть для тебя самым лучшим? Может быть, я и сдерживаю не самые приятные для себя мысли, потому что мне не хочется думать о том, что позже я могу тебе надоесть, но… Юнхо озвучил эту мысль случайно и совершенно не пожалел об этом, потому что ценил честность, вот только он не смог ее завершить, потому что Минги тут же приспичило заткнуть его тем самым приятным и проверенным способом, против которого Юнхо не имел совершенно ничего. В конце концов, он действительно обожал целоваться, а Минги в этом деле был просто потрясающим. — Блять, все-таки мне действительно нужно было выебать тебя вчера, — прохрипел Минги прямо в чужой рот, пока они смотрели друг другу прямо в глаза, — или сегодня утром. Вытрахать из тебя все эти глупые мысли, чтобы ты успокоился и поверил в свою охуенность и желанность. Но да ладно… Это уже моя ответственность, помочь тебе в это поверить. Тронутый в самое сердце Чон безуспешно попытался придумать ответ на подобное заявление и вместо этого коротко заржал. — Это не твоя ответственность, — помотал головой он, — нет твоей вины в том, что я неуверенный и тревожный человек. Это просто неизбежное последствие моих предыдущих отношений, и ты не обязан копаться в моих проблемах и лечить их. Я уже посещал психолога, который позволил мне осознать тот факт, что я ни в чем никогда не был виноват, и мне просто не везло быть магнитом для мудаков. Минги ничего не ответил. Он просто медленно прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, в то время как его ноздри задрожали, как у разъяренного быка, перед которым помахали красной тряпкой. — Ты злишься? — догадался Юнхо и сглотнул, когда Сон резко посмотрел на него и прикусил нижнюю губу. — Какого ты обо мне вообще мнения? — пробормотал тот своим низким глубоким голосом, пока его взгляд обеспокоенно сканировал чужое лицо, — хотя… ладно. Просто ничего не говори. С этим я тоже постепенно разберусь. Юнхо не понимающе моргнул и непроизвольно отвернулся. — Я не очень по… — Я уже говорил о том, что по уши в тебя влюблен и что ты мне очень важен, разве нет? — нежно напомнил Минги, бережно обхватывая его лицо и разворачивая к себе, чтобы установить зрительный контакт, — говорил, что мне больно, ведь тебе пришлось многое перенести, больно, что тебя не ценили и не любили. Я говорил о том, какой ты красивый, милый, нежный, умный, добрый, смешной, интересный, самый лучший, и мне невероятно сложно постичь, что ты не видишь самого себя моими глазами. Это именно в моих интересах, чтобы ты понял, как сильно ты мне нужен, осознал всю свою власть надо мной, почувствовал себя любимым и желанным и нахуй забыл о каких-то уродах, не умеющих обращаться с настоящим сокровищем, потому что у тебя теперь есть я, тот, кто о тебе позаботится. Минги сделал тяжелый вздох, стиснул зубы и прижал к своим губам ладони Юнхо, отчего последний невольно задержал дыхание. — Минги… — он сглотнул, пока его глаза цепко наблюдали за Минги, который одержимо расцеловывал его длинные тонкие пальцы один за другим, — боже… Разумеется, я думаю только о тебе. Мне теперь больше никто и не нужен, так что хорошо позаботься обо мне, чтобы я не смог усомниться в серьезности твоих чувств. И… поцелуй меня еще раз… пожалуйста. Юнхо не смог не взмолиться, отчаянно жаждая снова слиться в глубоком и влажном поцелуе со своим мужчиной, который не заставил его долго ждать. Чон довольно простонал, обнимая Минги за шею, и покорно наклонил голову в бок, позволяя тому вести в поцелуе, и подумал о том, что какой-то Чхве Сан, его зять, сможет еще немного подождать, потому что отрываться от Минги, такого страстного, напористого и вкусного, совершенно не хотелось. Ощутив, как чужие сползли с его талии и приземлились аккурат на ягодицы, чтобы смачно их сжать, Юнхо тихо фыркнул и только сладко причмокнул в поцелуй, гладя Сона по мягким волосам. — Блять, и почему только я вчера надел водолазку с высоким воротником? — низко проворчал Юнхо, когда от его рта на секунду отстранились, — как оказалось, это не очень удобно. — М? — вопросительно промычал Минги, готовый снова вернуться к прерванному занятию, и медленно облизнулся. — Шея, — только и ответил Юнхо без всякого промедления и широко ухмыльнулся, — мне нравится, когда ты целуешь ее. Я люблю подобные ласки. Люблю, когда меня целуют. — Любишь, когда тебя целуют? — повторил Минги с хмыком и озорно улыбнулся, — какое совпадение, я тоже люблю тебя целовать. Уже жду не дождусь, когда я смогу раздеть тебя и полностью попробовать твое тело на вкус. Можешь готовиться к долгим прелюдиям, малыш, на это я времени не пожалею. — Насколько долгим? — уточнил Юнхо, немного подрагивая, потому что Минги начал увлеченно засучивать его воротник, чтобы полностью открыть своему обзору шею, — и как долго обычно длятся твои прелюдии, когда ты с кем-то спишь? На этом вопросе Минги тут же закончил свои манипуляции и, поджав губы, немного потерянно на него уставился. — Юю… Это немного… — Если не хочешь отвечать, не отвечай. Я не настаиваю, — мгновенно отреагировал Чон. — Нет-нет, дело совсем не в этом, — Минги сделал тяжелый вздох, — просто… обычно я не фанат прелюдий и поцелуев. Точнее, все это мне вполне нравится, но быстро становится скучным, ибо… Сон задумчиво почесал затылок, пытаясь подобрать наиболее подходящие слова, в то время как Юнхо не смог удержаться от того, чтобы не потянуться к этому откровенно нервничающему мужчине, и обнял его. — Давай, скажи все, как есть. — Ну, чувств нет, и поэтому я не люблю долгие прелюдии, так что я и мои партнеры достаточно быстро начинали трахаться. Кхм, они не были особо против, ведь ради этого со мной и встречались, но вот если взять тебя… Я сам вчера поразился тому, как сильно, оказывается, могу любить поцелуи, когда они с правильным человеком. Познакомившись с тобой, я впервые понял, что это такое — настоящее желание кого-то поцеловать. Мне даже не обязательно трахать тебя после этого в качестве продолжения, понимаешь? Просто поцеловать. Хотя член, разумеется, в любом случае встанет в процессе… И, черт, я также до сих пор не могу перестать думать о твоих длинных ногах. Очень хочу почувствовать, как они будут сжиматься вокруг моей талии, когда ты будешь подо мной. Хочу закинуть их себе на плечи и ласкать в процессе… Ох, боже. Минги коротко поцеловал Юнхо в шею и зарылся в нее носом. — Не так давно я окончательно дошел до той стадии, когда секс стал скучным, и, как оказалось, проще расслабиться самостоятельно и не идти ни с кем на встречу, потому что… зачем выходить из дома, если можно занять мозг каким-нибудь интересным фильмом? В более молодые годы после армии, обучаясь в университете, я легко мог трахаться просто ради удовольствия, но сейчас… Иногда мне казалось, что лучше просто сто раз подрочить и успокоиться. Все становилось до такой степени плохо, что, если я разговаривал с кем-нибудь из тех, с кем спал, и то, что они говорили, меня раздражало, я легко мог взбеситься и свалить домой. А если ко мне в итоге пытались клеиться с целью завязать отношения, то я просто кидал в черный список и навсегда обрубал все связи. Думаю, на мое поведение тогда влиял депрессивный период, но, когда мне наконец-то стало легче, ничего не изменилось. Юнхо нежно промычал и чмокнул размякшего Минги в макушку. — Тебе что, совсем никто не нравился? Не могу же я быть единственным, на чью внешность ты запал аж с первого взгляда? — Дело же не только во внешности, малыш, но тут ты прав. Я видел вполне красивых мужчин, и, рассматривая их, мог подумать что-то вроде, хм, а он красивый, и я даже спал с такими, но их красота никогда не вызывала во мне никаких чувств. Красивый, ну, и красивый. Красивых парней, прошу прощения за откровение, трахать приятно, легче возбуждаешься, тем более, если они сами этого хотят. Это не означает, что мне было плевать с кем спать, Юнхо, но с каждым разом я становился разборчивее. Я всегда хорошо ко всем относился, но старался не инициировать тесного общения, потому что мне не была нужна их дружба. Да и им, кстати, тоже… Это нормально, что я тебе сейчас об этом рассказываю? — Конечно, нормально, — успокоил его Юнхо, — то, что было до наших отношений, остается в прошлом. Главное значение для меня имеет только то, что происходит, когда мы с тобой вместе. — Ты слишком добрый и мягкий, — пробормотал Минги низким глубоким голосом, — некоторые просто обозвали бы меня блядью, узнай они о моем послужном списке. Я рад, что ты не питаешь ко всему этому никакого негатива, но, Юнхо, мне было бы чуточку легче, разозлись ты на меня хоть чуть-чуть. Юнхо, внимательно слушавший своего глупого парня, дал ему легкий подзатыльник. — А что именно тебе хочется услышать? — Правду, — мурлынул Минги и, обхватив губами нежную кожу чужой шеи, пососал ее. — Какую правду? — фыркнул Чон, — я не должен на тебя злиться из-за подобного. Это же невероятно глупо. Он сделал тяжелый вздох, пока Минги, чей рот занят кое-чем другим, молчал. — Единственное, что во всем этом меня напрягает, это твоя упомянутая разборчивость, потому что у тебя было много опыта с разными мужчинами. А еще трахаться с одним единственным партнером для кого-то, привыкшего к разнообразию, может быть… Юнхо тут же заткнулся, когда Сон, мгновенно отстранился и уставился на него страшными глазами. — Я… ч-что-то не так сказал? — заикнулся он, в то время как Минги выглядел так, словно был готов устроить бурные разборки. Вот только… Минги прикрыл лицо ладонями, а его плечи приподнялись из-за тяжелого вздоха. — Почему молчишь? — не выдержав, спросил Юнхо, и на него посмотрели одним глазом между раздвинутых пальцев. — Все-таки мне действительно нужно было это сделать… — пробормотал Минги с усталым видом и открыл свое лицо, — с тобой надо решительно действовать, а не разговаривать, серьезно. — Что сделать? — похлопал ресницами Юнхо, — ты о… — Нужно было выебать тебя, чтобы подобные мысли твою тревожную голову больше никогда не посещали. Но, ладно, этим мы сегодня вечером займемся. Я, наверное, лучше не буду ничего тебе говорить, чтобы переубедить, но, если у тебя есть какие-то другие похожие мысли, лучше дай мне знать о них заранее, чтобы я знал в каком направлении мне двигаться. Минги медленно приблизился к Юнхо, из-за чего расстояние между их лицами составило считанные сантиметры, трепетно погладил его указательным пальцем по щеке и нежно улыбнулся. — Сдалось мне это твое разнообразие, серьезно. Я уже устал дрочить свой член об жопы посторонних мне людей, к которым меня не тянет и на которых мне похуй. Я устал, Юнхо, правда, устал. Я больше не хочу просто трахаться без глубоких чувств и нежности к партнеру, я хочу заниматься любовью и дарить ласку любимому человеку, который будет боготворить меня в ответ. Я хочу, чтобы у меня был тот, с кем я смогу спокойно деградировать дома и разделять увлечения, чтобы у меня появился личный смысл и центр моей вселенной, ради которой я бы делал все. Романтическое влечение, как оказалось, воистину подобно наркотику. Впервые испытав это чувство по отношению к тебе по полной программе, я понял, что это такое, действительно хотеть кого-то целиком и полностью во всех смыслах. Юнхо сбился со счету, как много мини-инфарктов перенесло его страдальческое сердце, которое бешено билось в груди, отчего у Чона начало гореть лицо. Он тяжело дышал, слушая Минги, который с безумным видом говорил-говорил-говорил, вываливая на него свои чувства, и смотрел так, словно никогда не видел ничего прекраснее Точнее, никого. — После того, как ты сбежал от меня на такси полтора года назад, первое время я просто не мог смотреть на других мужчин, веришь? Перед глазами постоянно стояло твое красивое заплаканное лицо, которое я никак не мог забыть, и долгое время я панически боялся, что ты сильно любишь этого урода и можешь простить его измену. Любые попытки найти тебя в соцсетях не дали никакого результата. В такси связей у меня нет, так что меня послали нахуй из-за конфиденциальности, когда я пытался разузнать, куда ты уехал, а номера машины я, к сожалению, не смог разглядеть. Юнхо не сдержал улыбки и короткого смешка, отчего Сон смущенно кашлянул. — Не смотри так не меня. Прежде, чем отчаяться и попытаться тебя забыть, я приложил все усилия для твоего поиска. И в итоге ты, блять, оказался другом Ёсана, шанс познакомиться с которым я проебал столько лет назад своими руками. И я также согласился изобразить твоего парня от обычной скуки и из-за того, что Ёсан очень упрашивал меня помочь его тупому любимому другу. — Тупому?! — вспыхнул Юнхо, — ты мне такого не гов… — Малыш, погоди, — Минги легонько шлепнул его по заднице, отчего у того от шока приоткрылся рот, — не нужно начинать думать о другом мужчине, пока я признаюсь тебе в любви. — Ёсан? И мужчина? Он, блять, охуевший пиздабол, а не мужчина. Блять, да я ему сейчас… Минги ловко перехватил телефон Юнхо, когда тот достал его из кармана своей курточки, и забрал себе. — Ну-ну, Юю, успокойся, — Минги крепко сковал его обеими руками, чтобы тот не смог и дернуться, — лучше поцелуй меня. Он смешно вытянул губы вперед, из-за чего Юнхо, забыв о несерьезном раздражении на друга, истерически расхохотался. — Ох, Минги, — он невинно чмокнул того в лоб, отчего упомянутый разочарованно застонал, — ты просто невозможный, знаешь об этом? Юнхо нежно обхватил чужие щеки ладонями и, не сдержав навалившихся на него чувств, громко всхлипнул и поджал губы. — Ты же плакать не собираешься? — тут же встревожился Минги и схватил его за запястья, — я совсем не хочу видеть, как ты плачешь. — Даже от счастья? — Юнхо сделал глубокий вздох, — потому что я действительно хочу немного поплакать, и тебе придется все это время на меня смотреть. — От счастья? — Минги задумчиво нахмурился. — Разумеется, — ласково проворковал Юнхо, — я, наверное, еще никогда и ни с кем не ощущал себя настолько счастливым. Мне просто… всегда хотелось любить и быть любимым, быть приоритетом того, кого я буду любить. И ты… Когда Минги, не теряя времени даром, снова страстно поцеловал его, существование ни в чем не повинного и терпеливого Сана в голове оказалось окончательно забыто. Одуревший, подобно наркоману, Чон думал только о своем Минги, о красивом и влюбленном в него мужчине, который теперь принадлежал только ему одному и при этом потрясающе целовался. А еще потрясающе трахался, и Юнхо почему-то был абсолютно уверен, что Сон не врал ему об этом. Не прекращая тяжело дышать, пока юркий и бойкий язык орудовал в его рту, он нежно поглаживал чужой затылок и не сдержал внезапный стон, когда шаловливые руки Минги приземлились на его ягодицы и начали сжимать их. — Я обещаю, — тяжело прохрипел Минги, с трудом разорвав глубокий развязный поцелуй, и уткнулся своим лбом в чужой, устанавливая пристальный зрительный контакт, — ты уже мой приоритет, хотя прошло едва ли две недели, и я боюсь представить, насколько сильнее я буду тебя любить, когда мы наконец-то начнем встречаться и будем вместе жить, потому что меня натурально шарахнуло током как полтора года назад, когда я впервые тебя увидел, так и при нашей второй встрече на пороге твоей квартиры. Блять, а сейчас меня шарахает еще сильнее, потому что я пытаюсь окончательно осознать тот факт, что теперь ты мой, что ты тоже в меня влюблен, и мы сможем делать все, что захотим, трахаться, целоваться, обниматься, вместе есть, спать в одной кровати, что-нибудь смотреть, гулять, куда-нибудь летать, ходить в гости к нашим родителям… Юю, ты можешь подумать, что это временное наваждение, что скоро мои чувства остынут, потому что они основаны на одном лишь половом влечении, раз я постоянно говорю о том, какой ты невероятно милый и красивый, но, нет, нихуя! И если это не любовь, то что это, блять? Будь в нашей стране легализованы гей-браки, я бы еще вчера после совместного решения съехаться сделал бы тебе предложение руки и сердца, желая стать твоим мужем. Я еще никогда не был настолько счастливым, как в те дни, которые провел у тебя дома в твоей кровати, в твоих объятиях, слушая твой голос. Блять, ты даже поешь очень красиво, малыш. Не хочешь кавер на какую-нибудь песню записать? Упоенно слушавший о любви к себе Юнхо, услышав последний вопрос, непроизвольно моргнул и нахмурился. Он критически осмотрел отстранившегося Минги, который терпеливо ждал ответ, медленно облизнулся и насмешливо фыркнул. — Зачем? — искренне полюбопытствовал Юнхо, смущенно улыбаясь, когда Минги, не вытерпев, потянулся обратно к нему, вот только на этот раз объектом его внимания стали не губы, а нежная шея. — Чтобы я мог слушать твой голос когда скучаю по тебе, наверное? — низко пробормотал тот, — я, кажется, обидел твою шею своей забывчивостью, так что мне нужно реабилитироваться и подарить ей всю свою любовь и нежность. — И слюну, да? — Да, и слюну, — прыснул Минги, — с твоим ртом я ей изрядно поделился, так что настала очередь и других частей тела. Ты так не считаешь? Юнхо находился на седьмом небе и просто не смог остановить Минги, потому что его настойчивые ласки были достаточно приятны для того, чтобы уже в который раз забыть о существовании Сана. В столь крепких и надежных объятиях Юнхо удовлетворенно вкушал блаженство и теснее прижимал к себе за затылок Сона, который, причмокивая, вылизывал и покусывал его шею. А потом, приоткрыв свои мутные глаза и посмотрев хоть куда-то еще, кроме темной макушки рядом со своим лицом, Юнхо кое-что, нет, кое-кого увидел. А потом внезапно для себя завизжал. — А-А-А-А-А-А-А!!! — Что случилось?! Прилипший к нему Минги предсказуемо дернулся и, увидев, куда уставился, выпучив глаза, его парень, повернулся назад и тоже посмотрел в окно. А потом насмешливо фыркнул. — Блять! — агрессивно чертыхнулся Чон, медленно приходя в себя, — я на Ёсана злился? Блять, ты, иди сюда… Вместо того, чтобы позволить Юнхо на эмоциях выскочить из машины, Минги схватил его обеими руками и начал успокаивающее гладить по спине. — Юю, успокойся… — В смысле, успокойся?! Ты вообще видишь его хитрый, подлый взгляд? Блять, ты лучше на него посмотри, ну! Уен, все это время наблюдавший за парочкой через окно машины, хитро оскалился, стоило его старшему брату ткнуть в него указательным пальцем. — Сколько он, блять, там стоял?! — не унимался Юнхо, пытаясь отцепить от себя Минги, — я его сейчас придушу. У меня чуть инфаркт не случился, когда я увидел его рожу, прижатую к стеклу. Да ну нахуй! Юнхо без всякого стеснения снова нехарактерно для себя проматерился, когда в окне внезапно показался Сан, который что-то сказал Уену, а тот с шаловливым видом постучал пальцем по стеклу, красноречиво кивая на уединившуюся парочку. Чхве понятливо поджал губы, стоило его взгляду упасть на раздраженного Юнхо и на Минги, крепко и спокойно его держащего, и показал влюбленным большой палец, в то время как Уен рядом с ним истерически ржал, прислонившись лбом к окну. — Ну, все, ему хана, — прошипел Юнхо, и Уен, который также продолжал лыбиться, послал старшему брату воздушный поцелуй, и, схватив Сана под локоть, потащил его обратно к ресторану, из которого они, скорее всего, и приперлись, — Минги, отпусти меня! — Малыш, твой младший брат тебя просто провоцирует! — Да знаю я, что он меня провоцирует. Дай мне его придушить… Юнхо, сдавшись, перестал рыпаться, когда хватка вокруг его талии стала только крепче, и сурово посмотрел на своего мужчину, который, очарованно пялясь, словно и не собирался его отпускать. — Минги, — Чон сладко пропел чужое имя, тая под влюбленным взглядом и умирая от нежной улыбки, — что такое? — Ты такой горячий, когда злишься, — максимально низко пробормотал Минги, тяжело сглатывая, — так и хочется, чтобы ты меня немного помучил. — Э? — оторопело моргнул Юнхо, на секунду забывая о своем желании пойти на разборки с младшим братом, — помучил? О чем ты сейчас подумал, солнышко? Солнышко. Это был достаточно забавный момент для того, чтобы наконец-то придумать для Сона собственное прозвище, которое пришло в голову Юнхо тогда, когда он обратил внимание на устремленный на него потерянный взгляд и вспомнил недавние слова Уена. Минги действительно смотрел на него, как слепец, впервые узревший солнце, и даже если Стефани Майер была вполне посредственным автором со скудным текстом, эта ее метафора очень точно описывала происходящее. Ведь Минги сам являлся для него солнцем. — Да так, ни о чем, — тот наконец-то опустил взгляд и смущенно кашлянул, в то время как его руки все так же крепко окольцовывали чужую стройную талию, — просто возникла небольшая фантазия, извини за эту слабость. Мое воображение, утопающее в будущем, немного преждевременно разыгралось. — Окей. А представил-то ты что? — настаивал Юнхо, плутовато улыбаясь Минги, и обхватил точеный подбородок пальцами, подтягивая его к себе, чтобы тот посмотрел на него, — признавайся давай. И только на меня смотри. — Ну, я просто представил себя прикованным к кровати наручниками, и то, как ты, оседлав мой член, медленно двигаешься на нем, намеренно дразня, ведь я не могу ничего с тобой самостоятельно сделать. А еще я представил в твоей руке плетку, с которой ты меня… М. Юнхо, оперативно закрывший его рот рукой, тяжело вздохнул и прикрыл глаза. — Все, спасибо, дальше не надо. Сейчас нужно идти в ресторан. — Только Уена не убивай, — попросил Минги, целуя его ладонь и не убирая ее от своих губ, — наверняка он просто устал ждать, когда мы с тобой наконец-то насосемся, пошел искать мою машину и в итоге нас застукал. — Вуайерист гребаный. Довольно лыбился, словно лиса, — практически выплюнул Юнхо, вздыхая, — и, вообще, ты сам виноват в произошедшем! — А? — искренне не понял Минги. — Это тебе приспичило продолжать целоваться дальше. Чон раздраженно поджал губы, понимая, что совершенно не мог злиться на этого очаровательного мужчину. В конце концов, Минги же не был виноват в том, что был настолько охуенным, раз оголодавший по любви Юнхо был готов забыть о существуем мире, пока его так умопомрачительно и дурманяще целовали. — Мне тебе напомнить, чье вообще это было желание пересесть назад и поцеловаться? — беззлобно фыркнул Сон. — Тоже ты виноват! — насмешливо цыкнул языком Юнхо, — сам заставил меня в себя влюбиться, из-за чего я, словно одержимый, не могу перестать мечтать о том, чтобы уединиться с тобой. Мужчина, вы должны взять ответственность за мое соблазнение. — Возьму-возьму, — Минги бегло оглядел его лицо, после чего его застывший взгляд по итогу остановился на припухших губах, — я так хорошо ее возьму, что ты ни об одном мужчине, кроме меня, думать никогда не сможешь. Юнхо непроизвольно хихикнул и медленно облизнулся. — Ох, какой ты у меня все-таки ревнивый. Минги тяжело вздохнул, а его взгляд помрачнел. — Так и есть, Юю, я очень ревнивый, но у моей ревности есть разумные пределы, и я не из тех параноиков, которые ищут подвох в любом чихе своего партнера. Просто я слишком сильно в тебя влюблен, и боюсь… — Чего ты там боишься? — поинтересовался Юнхо, — что я могу изменить? — Я не думаю, что ты станешь мне изменять, но нет нулевой вероятности, что ты однажды не найдешь кого-нибудь получше, — Минги растерянно передернул плечами, — да, я знаю, что это все моя внутренняя неуверенность, можешь мне о ней не говорить. Просто я сам только недавно с ней так откровенно столкнулся, так как впервые в жизни влюбился. И я прекрасно помню про твой массивный негативный опыт, после которого ты решил никогда ни с кем больше не встречаться, пока не познакомился со мной, но это тоже не очень помогает. У меня, как и у тебя, тоже имеется похожий, но в то же время противоположный опыт, Юю. Если в твоем случае изменяли тебе, то в моем… Очень многие парни, которых я трахал, находились в отношениях, и больше половины из них, блять, жаловались на недотрах, но при этом предпочитали никуда не уходить и ничего не менять, обманывая своих партнеров. А некоторым хотелось разнообразия. Что это такое вообще? Глядя на активно возмущающегося Минги, у которого в итоге дернулся левый глаз, Юнхо поспешно потянулся к нему, чтобы обнять и прижать к себе. — Не буду я ни на кого кроме тебя смотреть, успокойся, — Чон нежно погладил его по волосам и довольно прикрыл глаза, — мне нужен только ты, и другие мужчины, которые, как ты выразился, получше, меня совершенно не интересуют. И можешь ревновать меня, сколько влезет, я не против. Только Ёсана и Уена с Саном в это не втягивай, иначе они тебя укокошат. — Нет-нет, друзья и семья — это святое, — фыркнул, нежно мурлыча, Минги, — это делает меня счастливым, что у тебя есть близкие люди, которые тебя искренне любят. Ты заслуживаешь много-много-много любви, и ты ее получишь. — От тебя? — весело хихикнул Юнхо, когда Минги начал расцеловывать его лицо. — От меня в первую очередь, — с широкой улыбкой ответил тот и целомудренно прижался своими пухлыми губами к чужим, — ну, что, пойдем? Нас там ждут. — Плевать, — небрежно отмахнулся Юнхо, — теперь они знают, что мы уже здесь, и даже всунули сюда свой нос, так что пускай ждут. Чисто назло им я никуда не хочу торопиться. Давай лучше еще немного поцелуемся? Юнхо кокетливо похлопал ресницами, вытянув губы уточкой, и Сон, усмехнувшись, потянулся к нему за желанным поцелуем. Они лениво выползли из машины и в обнимку направились в ресторан примерно через пятнадцать минут, и Юнхо был бы рад побыть наедине с Минги и дальше, вот только ему не хотелось терять свободное время и откладывать переезд на потом, потому что долгожданный вечер в его голове предназначался исключительно для секса. Если Юнхо изначально люто смущался от понимания того, что он, блять, стоило им с Минги только начать встречаться, думал лишь о том, чтобы побыстрее переехать к нему и потрахаться, то сейчас он просто расслабился и позволил своим желаниям выйти на первое место. Потому что… А почему бы и нет? — О, ура, вы наконец-то пришли! — тут же заорал на весь ресторан Уен, стоило им пересечь порог заведения, из-за чего немногочисленные присутствующие тут же кинули взгляды на высокую парочку. Юнхо, мгновенно уловив прикованное к ним внимание, гордо расправил свои широкие плечи и, схватив Минги за запястье, потащил его к другому концу ресторана, туда, где за большим столом сидели его младший брат и Сан. — Ты чего орешь? — тут же процедил Чон, встав рядом с Уеном и нависнув над ним, когда тот, не прекращая хихикать, схватил невозмутимого Сана за руку. — Только не бей меня. Юнхо покачал головой и плавно прошел к свободному стульчику, чтобы усесться напротив этой парочки, в то время как Минги поспешил устроился рядом с ним и начал молча наблюдать за происходящим. Юнхо ждал, когда Уен наконец-то что-то скажет, вот только тот, счастливо улыбаясь, просто активно ел свою еду, не прекращая пялиться на своего старшего брата и его нового парня. — Как у вас дела? — нарушил молчание Сан, немного подаваясь вперед, — что будете есть? Я готов накормить вас за мой счет. Юнхо, довольно хмыкнув, мягко посмотрел на Минги, который неловко пожал плечами. — Вы че такие стеснительные? — не выдержал Уен, — вы меня не обманете! Я ничего не забыл и все видел. Ну, что, вы теперь точно официально встречаетесь? Пока я за вами наблюдал, у меня было чувство, что вы сейчас поебетесь. — Уен, успокойся, — осадил своего парня Сан, — прошу прощения за его поведение, — Чхве посмотрел на Минги, — просто он слишком рад, что у его старшего брата наконец-то появился парень. — Нет-нет-нет, погоди пока извиняться, — отмахнулся от него помрачневший Уен, — сейчас будет очень серьезный разговор, и его нельзя откладывать, раз у этих двоих что-то действительно намечается. — Только давай без откровенных угроз, — взмолился Сан, — просто предупреди и все. Минги кажется хорошим мужиком. Юнхо, все это время внимательно их слушавший, ритмично постучал по столу, привлекая к себе внимание. — О чем, блять, речь? Уен тщательно прокашлялся и цепко, без всякой улыбки посмотрел на Сона, который ответил на его зрительный контакт точно таким же серьезным взглядом. — Минги-хен. — Да? — Тебе нравится мой брат? — Я люблю его. Впервые услышав столь откровенное признание в контексте происходящего, Юнхо ошалело уставился на своего невозмутимого парня, который смотрел только на Уена. — Правда, любишь? — Очень. Я влюбился в него, как только впервые увидел, и другие мужчины для меня с тех пор больше не существуют. Но окончательно полюбил я его после того, как получше узнал, и понял, что Юнхо действительно тот, с кем я хочу быть рядом до самого конца. Даже если мы знакомы с ним всего лишь… Минги кинул задумчивый взгляд на охуевшего Юнхо и мягко ему улыбнулся. — …меньше месяца. — Мгм, я тебя понял, — Уен, нахмурившись, кивнул самому себе и хмыкнул, — ты действительно похож на надежного человека, так что, надеюсь, так и есть. Просто хочу предупредить тебя, что я очень люблю своего старшего брата, поэтому скажу один единственный раз и потом продолжу, как обычно, быть милым и смешным парнем. Если ты его хотя бы раз обидишь… Уен достал лежащий рядом ножик и указал им на бесстрастного Минги. — …или, не дай бог, изменишь ему или поднимешь на него руку… Теперь Уен взял в левую руку уже другой ножик, отобрав его у опешившего Сана, собиравшегося порезать мясо на своей тарелке. — …я тут же отрежу твой хуй и скормлю его тебе же. Юнхо-хен очень нежный, мягкий и добрый человек, который любит до упора терпеть и страдать, так что… — Я знаю, — прервал его Минги, — я все знаю, потому что Юнхо со мной полностью откровенен и честен, точно так же, как и я с ним. Больше никто никогда его не обидит. Особенно я. Юнхо, до которого по щелчку пальца дошло, о чем именно говорили два его близких человека, тут же испытующе уставился на Уена и, потянувшись, схватил его за запястье. — Ты знал?! — практически прошипел Чон, тяжело дыша и стиснув зубы. Уен не понимающе посмотрел на чужую ладонь, а потом на брата. — Ты о чем? — в его взгляде тут же промелькнуло озарение, — о том, что ты никогда не рассказывал мне подробности своей личной жизни, из-за чего мне пришлось все раскапывать самому? Конечно, знал. Я ж не тупой олень, чтобы ничего не заподозрить. Юнхо, которого буквально затрясло, чуть не полез к младшему брату аж через стол, вот только Минги очень вовремя схватил его за руки и обхватил его туловище так, чтобы тот не мог пошевелиться. — ТЫ! — Юнхо теперь было плевать, что его вопль мог притянуть ненужное внимание, потому что его глаза видели только младшего брата, который, кажется, наконец-то понял, что сделал что-то не так. — А что случилось-то? — всполошился Уен, — ты что, правда думал, что я ни о чем не догадываюсь? Но я же не дурак, и университет с красным дипломом легко закончил. — Да я не об этом! — Юнхо снова дернулся в его сторону и тут же посмотрел на Минги, который не прекращал его крепко держать, — отпусти меня, Минги. — Малыш, успокойся. Да, твой брат принял идиотское решение, пытаясь выводить тебя из себя, чтобы ты сам во всем признался, но это же не повод пытаться его убить. Я не хочу ждать твоего возвращения из тюрьмы и лишаться деверя. — Чт… Юнхо перевел взгляд с Минги на Уена, который пораженно округлил глаза и весело присвистнул. — Минги-хен, а ты догадливый, — он хлопнул в ладоши и ворчливо захныкал, — можешь себе представить, как долго я его доставал, чтобы он наконец-то взбесился и открылся мне, а в итоге он все-таки нашел мужика по моему совету. — Что за пиздец… Юнхо, который мгновенно потерял весь свой запал, потерянно уставился на свои ладони, в то время как его начали успокаивающе гладить по спине. — И вообще, — цыкнул языком Уен, — это была идея Сана. Он сам предложил мне это год назад, когда я заколебался видеть, как мой старший брат страдал от депрессии и едва выходил из дома, а на мои вопросы сразу же отмахивался. — Ты меня-то в эти дела не втягивай. Я не сказал тебе сводить его со всеми подряд, чтобы взбесить. Этот момент ты самостоятельно задумал. Моей идеей было, чтобы ты признался в том, что все знаешь, когда Юнхо в очередной раз скажет, что все в порядке, и пошлет тебя нахуй с твоей попыткой его с кем-нибудь познакомить. А если бы он нашел себе какого-нибудь мудака специально для того, чтобы ты отстал? — О, нет, даже думать об этом не хочу. Это же глупо. Проще высказать мне все напрямую. Вполуха слушая перепалку Уена и Сана, Юнхо посмотрел на Минги, который с совершенно не удивленным видом погладил его по волосам. — Ты догадывался, да? — тихо предположил Чон, скривив губы, — ведь все было так очевидно. Ты его поэтому так защищаешь? — Ну, во-первых, я не хочу, чтобы здешние люди сняли тебя на телефон, а потом выложили в Интернет, потому что насилия, скорее всего, не избежать, — пояснил, улыбнувшись, Минги, — а во-вторых… да, я защищаю твоего брата, потому что лишь благодаря его подаче ты, взбесившись, придумал весь этот план и обратился к Ёсану, чтобы я помог тебе. Не могу придумать иных обстоятельств, при которых мы бы в итоге смогли с тобой познакомиться. Лишь мысль об вызывает у меня горючие слезы, так что Уену я искренне благодарен. — Чего, блять?.. Услышав шокированный голос Уена, Юнхо кинул на него взгляд и невольно прыснул от его лица, скривившегося в гримасе ужаса. — Ты что-то сказал? — О какой помощи речь?! — повысил тон младший Чон, вскакивая на ноги и бешено рассматривая Юнхо и Минги, которые смущенно переглянулись. Уен, не дождавшись ответа, присел обратно, пока шестеренки в его голове бешено вращались… — Погоди, то есть вы с ним не… Нет, я верю, что вы мне соврали… Блять, вы бы не стали специально сосаться и ждать, когда я вас увижу… Но вы познакомились, потому что я тебя взбесил, и ты придумал план… Из-за плана ты обратился к Ёсан-хену, и тот попросил Минги-хена тебе помочь… С чем, блять, помочь?! Сан, сидевший рядом, отхлебнул напиток из своего бокала и задумчиво хмыкнул. — Скорее всего, Юнхо хотел найти того, кто притворится его парнем, — сделал предположение он и посмотрел на Сона, который, не решаясь ничего говорить самостоятельно, просто повернулся к своему парню, который пустым взглядом буравил скомканную на столе салфетку. — Но это же глупо, — отмахнулся Уен и нахмурился, — идти на такое, чтобы ничего не говорить… Так, стоп. Он внимательно уставился на Юнхо, который нервно хихикнул и пожал плечами. — Кажется, я больше не имею права на тебя злиться. У меня у самого есть серьезный и неприятный косяк, о котором мне не стоило забывать. — В смысле?! — заверещал Уен, и на этот раз именно он стал тем, кого пришлось удерживать на месте, благо Сан тут же схватил его, почти вскочившего со стула, — то есть я начал тебя заебывать, чтобы ты мне все наконец-то рассказал, но вместо этого ты нашел какого-то левого мужика, который… Вы что, все это время играли?! На Уена, чей мир практически разрушился, было больно смотреть. — Если ты говоришь обо мне, я никогда не играл, — поспешно заговорил Минги, все это время обнимавший Юнхо, которому хотелось куда-нибудь испариться, — Уен, я люблю твоего брата, вчера он ответил на мои чувства, так что мы встречаемся, и ты действительно смог найти ему хорошего парня, который будет о нем заботиться. — Бля-я-ять… — Пиздец… Уен и Сан переглянулись. — А я думал, это наши отношения начинались с какой-то странной хуйни, — разочарованно пробормотал Чхве, — даже грустно. Минги, давай куда-нибудь выйдем и поболтаем? Мне кажется, этим двоим нужно уединиться и наконец-то все обсудить. Устроили тут детский сад. Минги испытующе посмотрел на Юнхо, на что тот вяло кивнул, и двое мужчин поспешно вышли из-за стола, оставив братьев одних. Юнхо не был готов так скоро говорить с Уеном, планируя сделать это в ближайшем будущем после некоторой моральной подготовки, из-за чего он, растерявшись, застыл, не зная, как начать диалог. Уен сделал все сам. Тот, понуро встав с места, медленно обошел стол, уселся на стульчике Минги и обнял своего хена. А потом они начали дружно плакать, прося друг у друга прощение, что буквально уничтожило любые барьеры, существовавшие до этого между двумя самыми близкими людьми, которые были лучшими друзьями еще с тех пор, как появились на свет. — Хен, ты такой идиот, — спустя полчаса Уен все так же ревел, всхлипывая в чужое плечо, когда Юнхо впервые рассказал ему обо всем в подробностях, — вот почему ты так любишь держать все в себе? — Я такой, какой есть, — истерически хихикнул старший Чон, трепля младшего по голове, — что поделать, раз у меня сложный характер? — Он у тебя совсем не сложный, а самый замечательный. Вот только твоя привычка молчать и страдать в одиночестве откровенно заебывает, — Уен отстранился от брата и вытер влажное лицо, — блять, но ситуация с Минги-хеном — это умора, конечно. Кто бы подумал, что, пытаясь от меня отвязаться, ты подцепишь себе мужика, с которым жизнь тебя до этого два раза почти умудрилась связать. Эм… слушай… — М? — Юнхо, нежно улыбнувшись, потрепал расстроенного Уена по щекам. — У вас с ним правда все хорошо? — Ну… — Юнхо весело усмехнулся и поджал губы, — я же еще не говорил тебе о том, что сегодня переезжаю. — Чего, блять? — округлил глаза Уен, — к парню своему переезжаешь? Ты? — А-ха-ха, да. Что, привык, что обычно все происходит наоборот, Уен-и? Ох, видел бы ты его трехкомнатную квартиру прямо в центре в новостройке. Младший Чон пораженно присвистнул и одобрительно хмыкнул. — Он сам предложил съехаться? — Ну-у-у… Да, можно и так сказать. Просто Минги слишком сильно не хотел со мной расставаться и поэтому упросил о том, чтобы я собрал свои вещички и начал у него жить. — Еба-ать, — Уен пораженно прикрыл рот, — он в тебя че, реально полтора года назад запал? — Ну, если судить по его охуевшему лицу, когда он увидел меня на пороге моей квартиры, и тому, как он первое время молчал, разглядывая меня, да, думаю, он реально на меня запал, — Юнхо сделал небольшой глоток вина, которое буквально недавно принес им официант, и мечтательно улыбнулся, — а я-то как сильно на него запал. Просто уму не постижимо. — Вау. — Я еще никогда ни от кого не слышал в свой адрес так много комплиментов и приятных слов, — Юнхо невольно нахмурился, вспомнив о своих бывших партнерах, — он мою так называемую красоту по несколько раз в день восхваляет. — Ва-а-ау. Но почему «так называемую»? Ты у меня действительно красивый, хен, — Уен кокетливо похлопал ресницами и прильнул к брату. — И как же много он на меня денег потратил, — игнорируя чужое высказывание, продолжил говорить Юнхо, пялясь куда-то вперед, — кажется, я нашел себе папика. Уен, услышав эти слова, заливисто расхохотался. — А вы с ним еще не… Ну… Юнхо, прекрасно зная, что тот имел в виду, флегматично посмотрел на младшего Чона, который без всякого смущения засунул свой указательный палец в сжатый кулак, высунул его и обратно засунул, имитируя фрикции. — Кто о чем, а ты об одном и том же, — утомленно вздохнул Юнхо, — но, так уж и быть, на этот вопрос я отвечу. Сегодня у нас с ним кое-что наклевывается, и я надеюсь, что все пройдет охуенно. — Скрещу для тебя пальцы, хен. И от моих вопросов ты потом не отвяжешься. — Как будто бы я этого не знаю, дурачок, — Юнхо обнял Уена за шею и притянул к себе, смачно чмокая его в лоб, — раз уж Ёсан показушно плюется, когда я начинаю делиться с ним интимными подробностями, то ты… Ох, я же тебе не рассказал, что этот гад учудил, чтобы поскорее свести меня и Минги. Но я ему сегодня хорошо так отомстил. — О! Что было? Что было?! Рассказывай. Сан и Минги очень скоро вернулись и присоединились к ним, так что, вчетвером посидев и плотно наевшись, Юнхо попрощался с Саном и Уеном и, схватив своего парня под руку, чуть ли не вприпрыжку потащил его на выход из ресторана. — Приятно видеть тебя таким счастливым, — мягко произнес Минги, когда они залезли в машину и дружно переглянулись, — надеюсь, мы с Саном дали вам достаточно времени побыть вдвоем? — Это было очень любезно с вашей стороны, — довольно проворковал Юнхо и потянулся к нему, чтобы нежно чмокнуть его в губы, — мы обо всем поговорили и даже немного поплакали. Я такой отвратительный брат, раз даже не дал себе шанса довериться ему, в то время как Уен раскопал все сам и тоже молчал. Ох, кажется, мы оба хороши. Зато сейчас он все про все знает, а у меня с души спал тяжелый камень. — Не будь так самокритичен, — нежно пробормотал в ответ Минги и тоже коротко поцеловал его, — я очень счастлив, что эта проблема больше тебя не мучает, и ты чувствуешь себя свободнее. Поехали к тебе домой собирать вещи? Юнхо завороженно моргнул, разглядывая идеальное лицо Минги перед собой и судорожно облизнулся. — Это нормально, что я снова хочу тебя поцеловать? — неуверенно прошептал он, ведя борьбу с самим собой, — я же не один с ума тут схожу? — Нет, не один, — любовно возразил Сон и погладил его пальцем по щеке, — я никогда не был фанатом поцелуев и легко обходился без них, но ты… не хотеть тебя поцеловать просто невозможно. Ты ведь такой… такой… — Какой? — Любимый, — легко ответил Минги, завороженно любуясь каждой черточкой чужого лица, — самый красивый и очаровательный. Невероятно нежный и притягательный. Чертовски сексуальный и ошеломляюще восхитительный. Ты именно тот, кого я хочу видеть в своей постели, просыпаясь каждое утро, и я боюсь представить, как сильно я буду тебя любить через… допустим, месяц? Или, боже, год? — Твои планы простираются настолько вперед? — показушно удивился Чон, успешно справляясь с желанием прослезиться и снова поцеловать этого мужчину в его невозможные пухлые губы. — Я уже успел расписать в голове всю нашу дальнейшую жизнь, — фыркнул Минги и смущенно почесал затылок, — так что, да, в своих планах я действительно иду далеко, Юю. Ну, что, поехали? Но Юнхо пока не собирался заканчивать этот разговор. — А ты вообще планировал сказать о том, что любишь меня? — задал он мучавший его вопрос, — не Уену, чтобы убедить его в своих чувствах, а лично мне? Минги робко улыбнулся и отвел взгляд. — Я не хотел слишком рано разбрасываться громкими словами и говорить о том, что люблю тебя, настолько напрямую, потому что боялся, что ты можешь не воспринять мои слова всерьез, ведь прошло так мало времени, но это то, что я чувствую. Я не могу назвать свою тягу к тебе обычной симпатией или банальным влечением, тут больше подошли бы прогрессирующее умопомешательство и всепоглощающее вожделение, потому что ты единственный, о ком я постоянно думаю с тех самых пор, как снова смог тебя найти. Юнхо не мог не верить Минги, который говорил все это, влюбленно глядя ему прямо в глаза, пока все его внутренности приятно скручивались, сердце учащенно билось, а в легких началась усиленная одышка. А потом Юнхо, не выдержав, схватил Минги за шею, потянул его к себе за затылок, сразу же впиваясь в пухлые губы агрессивным поцелуем, и попытался углубить его, благо Сон послушно открыл свой рот и охотно ответил ему. — Блять, как же я тебя хочу-у-у, — в один момент низко прорычал Юнхо прямо в чужой рот, едва прерывая поцелуй, — почему ты такой милый и горячий, а? — Если хочешь, давай вернемся домой и потрахаемся? — тут же довольно предложил Минги, — зачем муч…м-м-м… — Нет-нет-нет, — начал отнекиваться Юнхо спустя минуту и поспешно вытер свой слюнявый рот, — нет, сначала перевезем все мои необходимые вещи, я у тебя окончательно обустроюсь, а потом… потом будем… — А потом будем кайфовать и любить друг друга, — закончил вместо него Минги, широко улыбаясь, — у меня сейчас член снова встал, так что поехали побыстрее, и, нет, помогать ты мне не будешь. У тебя таких проблем там не имеется? — Все нормально! — пискнул Чон, нормально уселся на своем сидении и шустро пристегнул ремень безопасности, — п-поехали. Первые три минуты езды они молчали, и Юнхо, посмотрев на своего напряженного парня, не выдержал первым. — Может, мне тебе все-таки помочь? Минги тяжело вздохнул, продолжая уделять внимание дороге. — Юю, он грязный, и я не мыл его после туалета. — Ты даже не подумал обо мне заранее, — проворчал Юнхо, скрестив руки на груди, и отвернулся. — Не подумал заранее… о том, что ты захочешь мне отсосать в машине? — искренне поразился Минги и чему-то усмехнулся, — что ж, кажется, мне теперь придется стабильно мыть его после каждого посещения санузла. Это, кстати, тебя тоже касается, Чон Юнхо. — А? — дернулся тот, но Минги уже замолчал, — а что не так? Я просто хочу сделать тебе приятно. — Нет-нет, все нормально, — отмахнулся Сон, — когда мы закончим с твоим переездом и начнем вместе жить, можешь отсасывать мне, сколько хочешь. Так, ну-ка погоди. Когда Сон внезапно затормозил на трассе и медленно повернул направо к какому-то зданию, Юнхо с интересом уставился на то, что привлекло внимание его мужчины. А потом обомлел. — У тебя же нет ни на что аллергии? — Н-нет… — Тогда подожди меня немного, я быстро, ладно? — сказал Минги и, коротко чмокнув его в щеку, выскочил из машины, пока Юнхо провожал его взглядом прямиком до секс-шопа. — Что он, интересно, собирается купить? — спросил парень сам себя, окончательно осознавая тот счастливый и смущающий факт, что этим вечером он действительно собирался заняться сексом. Неужели… Минги вернулся достаточно быстро, и Юнхо сразу же разглядел, как тот вышел из здания магазина с черным, вполне переполненным пакетом, что заставило его желудок перевернуться вверх дном. — Юю, я вернулся, — оповестил Минги, возвращаясь на свое водительское место, в то время как Чон шустро отобрал из его рук пакет и заглянул внутрь. — О май гад. — Что-то не так? Я просто купил все самое необходимое. На запас… — Так, презервативы, — Юнхо задумчиво достал две пачки и внимательно их осмотрел, — то есть ты не хочешь, чтобы мы… — Я купил их на всякий случай! — тут же начал оправдываться Минги, — они для снижения чувствительности, чтобы, если будет необходимость, продолжать… ну… Но Юнхо махнул ему рукой. — Так, заживляющая охлаждающая мазь, — он одобрительно хмыкнул и посмотрел на ценник, — сколько, блять?! — Ой, надо было его оторвать. Верни мне пакет. — Руки убери, — Юнхо ударил Минги по ладони, когда тот потянулся за своими покупками, — так, тут их три тюбика. И… сколько-сколько? Насчитав в пакете аж двенадцать тюбиков с анальным лубрикантом, мужчина вытащил один из них и обескураженно обнаружил, что он стоил в несколько раз дороже тех, что когда-то использовал сам Юнхо. — Ты опять на ценник пялишься? — раздраженно пробормотал Сон. — Просто… ну… — Я на твоем комфорте экономить не собираюсь. Это самая лучшая смазка, которая стоит своих денег. Знаю об этом не понаслышке. Она не снижает чувствительность, обезболивает, обеспечивает комфортное скольжение, долго не сохнет, расслабляет, не требует частого обновления и хорошо смывается. — Тебе с твоим крутым низким голосом только рекламы озвучивать или порно… Раз, два, нет, я ошибся, их здесь тринадцать. — Я купил так много на всякий случай, — нашелся с оправданием Минги, — на запас. — Это хорошо, что ты у меня такой запасливый, — Юнхо прикрыл пакет и посмотрел на довольного и светящегося Минги, который ждал от него команды. — Поехали ко мне домой? — Поехали. … На этот раз, сосредоточившись и взяв себя в руки, они полностью включились в дело, и Чон очень шустро раскидал в одном месте все то, что собирался взять в квартиру Минги, который оперативно комплектовал вещи и выносил их вниз, чтобы загрузить в машину. Также выяснилось, что Юнхо слишком переоценил свой потенциальный груз, потому что тот оказался примерно в два раза меньше, чем он представлял себе до сборов, что ускорило процесс, из-за чего они потратили на все это дело всего лишь полтора часа. В какой-то момент Юнхо стало грустно, что у него было не так много ценных его сердцу вещей, но он быстро успокоился, когда Минги, четко прослеживавший его эмоции, бережно схватил его за плечи и развернул к себе, чтобы пристально всмотреться в чужие глаза. — Все в порядке? — А? Ой, да-да, все хорошо, — с легкой улыбкой отмахнулся Юнхо, — просто немного печальные мысли в голову забрались. Обними меня, пожалуйста? Объятия Минги были тем, что он, как выяснилось, любил больше всего на свете, не считая, разумеется, поцелуев. Уже спустив в машину все вещи и наведя после себя порядок в квартире, они теперь вместе сидели на кровати, тесно прильнув другу к другу, что было невероятно приятно, и даже молчание между ними не приносило никакого дискомфорта, одно лишь чувство теплого домашнего уюта и внутренней безопасности. — Малыш? — тихо отозвался Сон, бубня в чужую шею. — М? — промычал другой в ответ, покрепче обхватывая его за плечи. — Я уже говорил, что схожу по тебе с ума? — Говорил, и не один раз, — фыркнул Юнхо, — что, хочешь повторить? — Я схожу по тебе с ума. Ты такой… — Красивый? Милый? — он начал со смешком помогать Минги, — придумаешь что-нибудь новое? — И твой натуральный запах мне тоже очень нравится, — пробормотал тот, делая глубокий вздох, — не мог бы ты почаще потеть ради меня? — Стоит ли мне называть тебя извращенцем? — беззлобно ответил вопросом на вопрос Юнхо. — А ты что, против того, чтобы я тебя нюхал? — уточнил Минги, — если у тебя никогда не было мужчин, которые откровенно кайфовали от твоего запаха, то это не я извращенец, а они совсем ничего не понимали в прекрасном. И стоит ли мне напомнить, что ты сам любишь меня нюхать? Че, урыл? — Урыл, — без всяких сложностей признал Чон и нежно зарылся пятерней в чужой затылок, — так какой там я? Ты так и не договорил, солнышко. — Солнышко? Знаешь, а мне очень нравится, как это звучит. Мило и приятно. — Я не думал над этим прозвищем слишком долго, — пробормотал Юнхо, — оно пришло в мою голову очень естественно, потому что это правда. — М? — Ведь для меня ты являешься выбравшимся из-за туч солнцем, которое наконец-то осветило мою пасмурную жизнь, — серьезно произнес он, отстранившись, и посмотрел на закоченевшего Минги, который жадно ловил каждое его слово, — поэтому, если ты однажды через пару недель внезапно скажешь мне, что твоя любовь прошла, и я тебе надоел, то я просто не знаю, что буду делать. Просто представить не могу, как буду дальше жить… — Так, стоп-стоп-стоп, ну-ка не думай об этом. — Но я не могу не думать об этом! — тяжело всхлипнул Юнхо, силясь проглотить горький ком в горле, — это… боже… Я сейчас разревусь. — Ты можешь позволить себе поплакать, — крайне нежно промурлыкал Минги, трепетно обхватив его лицо пальцами, и влюбленно всмотрелся в заблестевшие глаза, — не скрывай от меня своих эмоций. Я рядом, Юю. Когда Сон прижал его к своей груди и начал увлеченно расцеловывать чужой лоб, Юнхо дал волю слезам и позволил себе расплакаться. Уже во второй раз за день. — Минги, прости, — прерывисто дыша, проговорил Юнхо, крепко обнимая мужчину, который бережно держал его в своих руках. — Боже, за что ты извиняешься? Ты ни в чем виноват. — Из-за своей слабости я вынуждаю тебя… — Ни к чему ты меня не вынуждаешь, — тут же сурово возразил Минги, — я должен быть тем, кому ты всегда готов открыться, потому что для этого и нужны любимые люди. Если ты будешь бояться показать мне свою боль… это будет значить, что я не заслужил твоего доверия, разве нет? — Что? Нет! Ты не… — Юю, успокойся и не дергайся. Просто позволь мне и дальше спокойно обнимать тебя, пока мы оба не наберемся моральных сил и не поедем в наш новый общий дом. Малыш, я знаю, что ты хочешь мне сказать. Что ты имел в виду совсем не то, что я сказал. Просто… не прячься от меня, пожалуйста. Я прошу тебя только об этом. Юнхо некоторое время молчал, пока его бережно продолжали гладить по волосам, как маленького расстроеного ребенка. — Мне, наверное, нужно возобновить курсы психотерапии, которые я бросил, когда решил, что мне стало гораздо легче и что помощь больше не была необходима, — задумчиво пробормотал он, пытаясь завязать диалог с Минги, который в ответ устало вздохнул. — Тебе нужна не психотерапия, а любовь, — не согласился тот, немного отстраняясь, чтобы посмотреть в заплаканные глаза понурого Чона, — и я готов дать ее тебе в избытке, моя сладкая вкусная булочка. Услышав подобное обращение к самому себе, Юнхо тихо фыркнул и не удержался от улыбки. — Кринж. — Согласен, — хохотнул Минги, убирая с чужого лба мешающие волосы, — но это то, что я чувствую, когда смотрю на тебя. Хочу расцеловывать тебя и сожрать, укрыть во что-нибудь милое, накормить и уложить у себя под боком, туда, где твое самое место, рядом со мной. Список того, что я хочу с тобой сделать, слишком широк разнообразен. — Ты так и не сказал мне, какой я, — поспешил напомнить Юнхо, — давай-давай, я слушаю. Минги коварно улыбнулся. — Ты… охуенный. А потом требовательно поцеловал Юнхо, который с готовностью прильнул к нему, отвечая на жадный голодный поцелуй, ведь восхитительный рот Минги, выдающий одни лишь правильные вещи, был гораздо важнее и желаннее. И пусть любой необходимый разговор их терпеливо подождет.