Рацио/Авантюрин

Все поле было покрыто кровью. Везде лежали оторванные конечности людей вместе с их органами. Маленький мальчик, попавший в очередную лужу крови, бежал к своему дому. Он был весь в алой, уже противной и одновременно привычной ему жидкости, но его это не смущало, и он все бежал. Остановившись у дома и чуть помедля, он открыл дверь и ужаснулся. Везде лежали полу сгнившие тела его самых близких людей. Они(трупы) были разорваны на несколько кусков, а в их глазах был запечатлен момент страха и ужаса. По середине комнаты лежал труп, в котором Какавача мог узнать фиолетоволосового доктора. О Боже! Он был в самом невесть ужасном виде. Его конечности были отрублены и сломаны, а из тела вываливались его органы с вытикающей из тела кровью. На Авантюрина наганялась паника и чувствовалась безысходность. Он начал терять контроль над своим телом. Его трясло, становилось тревожно, а приступ паники только возрастал. От этого всего он уже чутли не сходил с ума, и единственное, что ему оставалось, это просто надеяться и хотеть вернуться домой к своему возлюбленному, и верить, что все происходящее это просто дурной сон. Но когда он снова открыл глаза, ему предстала новая картина. Но в этот раз тело Авгина разрывалось от боли. Ему хотелось кричать, но он не мог. Оглянувшись, тот увидел над собой множество мужчин. Все они нависали над ним, словно голодные коршуны. Они хотели взять его, сломать, заставить подчиняться и управлять этим несносным мальчишкой в своих целях, в глазах которого перестала играть жизнерадостность, да и вообще жизнь. И сейчас этот мальчик на полу думал: "Как же так, Неужели встреча с Рацио, да и вся его жизнь, была лишь плодом его мечтаний И он все себе навыдумывал. Неужели всех его воспоминаний, друзей и конечно же любимого человека никогда не было." К сожалению или к счастью, долго думать об этом узник не мог. Его ударили с такой силой, что тот слегка отлетел. По телу сигонийца прошла волна адской боли, настолько сильной, что Авантюрина скрутило, а из глаз полились новые слезы. Тем временем удары стоящих над ним мужчин продолжали вновь обрушаться на бедного мальчика. И тот уже начал умолять, прекратить все это. - П-пожаа-луйста! У-умоляю! Прекратите! Н-ненадо... - кричал мальчик, захлебываясь в слезах между ударами. Хотя в глубине души понимал, что это из не остановит. И в подтверждение его мыслей, люди, нет, сами бесы из чертог ада его не слушали, сколько их не умоляй. И вот, когда особо сильный удар упал в области головы скрученного на каменном полу Какаваче, тот потерял сознание.