Мой сосед

Вино, словно мягкое прикосновение, обволакивало моё горло, когда я делала глоток. Этот понедельник был невероятно тяжёлым, и теперь, откинувшись на диване, я прикрыла глаза от усталости. Мне не хотелось вспоминать минувшие события, но они, словно назойливые мухи, крутились в голове. Я хотела просто расслабиться и почувствовать себя маленькой девочкой, у которой не было никаких проблем. Не думать о завтрашнем дне и уж тем более о парне, который больше недели игнорировал мои звонки. — Чёрт, — проговорила я себе под нос и, открыв глаза, взяла со столика бокал. Мне нравилось, что от дорогого вина не возникало ощущения опьянения. Не было даже похмелья — лишь слегка кружилась голова, но никаких других негативных последствий. Я услышала, как кто-то подошёл к входной двери и открыл её ключом. В душе появилось недовольство, и я поняла, что сейчас начнётся очередной бубнёж. Раньше я жила с Гермионой, но она решила связать свою жизнь с безумно богатеньким Малфоем и переехала к нему на квартиру. Я пыталась найти себе нового соседа, но безуспешно. Пока однажды на одной из вечерних посиделок в Мэноре Забини не предложил свою кандидатуру. Честно говоря, у меня не было другого выбора, так как срок оплаты аренды квартиры подходил к концу. Я согласилась, почти не раздумывая. Однако, когда мы начали жить вместе, это превратилось в мою личную тюрьму. Блейз оказался человеком, который часто менял женщин. Почти каждое субботнее утро я находила на своей кухне новую полураздетую девушку, которая готовила что-то простое: например, блинчики. И каждый раз они очень удивлялись, увидев меня. Забини так быстро увлекался новыми знакомствами, что мне иногда казалось странным, как они вообще помнили его имя. — Привет, Джин, — сказал Блейз, заходя в квартиру. — Тяжёлый день? Он указал на бутылку вина, стоящую рядом со мной, и я лишь пожала плечами в ответ. — Можно сказать и так, — ответила я. — Он снова не писал… Не знаю, зачем я поделилась с Блейзом этой деталью своей жизни, но теперь он был в курсе, что какой-то парень игнорировал мои сообщения. — Он просто придурок, — буркнул Забини и прошёл в гостиную, стягивая с себя тёплый свитер. Я уже много раз видела Блейза без футболки, но почему-то именно сейчас мой взгляд задержался на его кубиках пресса дольше обычного. По правде говоря, тело Забини было очень даже неплохим. Загорелое, оно красиво подчёркивалось мускулами, которые были видны даже через объёмную одежду. Он всегда выглядел восхитительно, и именно поэтому я никогда не удивлялась, что на него так западают девушки. Совместная жизнь в одной квартире разрушила любые надежды на романтику между нами. Сложно представить, что бы я думала о сексе с мужчиной, который выходил из туалета с помятым лицом и шутил про какашки. Мы словно забыли о том, что являлись мужчиной и женщиной, и предпочли скорее дружеские отношения, чем что-то более интимное. Но сейчас… Сейчас я не могла отвести взгляд от тонкой полоски волос на его прессе, которая исчезала под джинсами. — Ты в порядке? — спросил Блейз, словно выводя меня из транса. Я снова подняла глаза на его лицо, на котором читалось лёгкое удивление. — Да. — В горле запершило, я попыталась собраться с мыслями и повторила: — Да, всё в порядке. — Погоди. — Взгляд Блейза упал на столик, где стояла открытая бутылка вина. — Это что, моё вино? — Чёрт, — выругалась я, осознавая, что он всё-таки заметил. — Да, прости, я забыла зайти в магазин, а день и правда был не самым лучшим. — Это был последний экземпляр в нашей стране! — Блейз был возмущён, а я лишь усмехнулась ему, демонстративно делая глоток вина. — Оно стоит немалых денег… — Какая досада, — произнесла я с наигранным сожалением, делая ещё один глоток. — Немедленно отдай! — Он начал приближаться ко мне, и я, словно в попытке защититься, откинулась на спинку дивана. — Выплюнь всё сейчас же! — Ни за что! — воскликнула я и, схватив бокал вина, попыталась убежать. Однако Блейз перехватил меня за талию, и мы оба рухнули на диван. Лишь чудо помогло мне не пролить ни капли. Забини настойчиво пытался завладеть вином, но я не сдавалась. Он навалился на меня всем своим весом, и между нами не осталось ни малейшего пространства. Я обвила ноги вокруг его талии, лишая возможности добраться до желанного напитка. Он пытался возмущаться, но я видела, что его злость была лишь игрой. В глазах мелькали озорные огоньки, а губы едва сдерживали улыбку. — Только через мой труп! — воскликнула я, не в силах сдержать смех. Обняв свободной рукой обнажённый торс, я прижала его к себе с ещё большей силой. Блейз пытался вырваться, но, к моему удивлению, я оказалась достаточно сильной, чтобы удерживать его хотя бы несколько секунд. Откровенно говоря, я почти уверена, что если бы он захотел, то без труда смог бы поднять меня на руки и пройтись со мной по комнате, словно я панда. Но он не стал, и именно поэтому наша нехитрая игра имела для меня особое значение. — Ты проиграл, Блейз Забини, — произнесла я с лёгкой хрипотцой в голосе, глядя ему прямо в глаза. В следующее мгновение он опустил лицо, и наши носы оказались всего в паре сантиметров друг от друга. Никогда раньше я не находилась так близко к нему, и от этого мои вдохи стали более поверхностными. В его почти чёрных глазах по-прежнему плясали озорные искорки, но через мгновение они сменились на совсем другую эмоцию. Он находился слишком близко, и мне уже было не до смеха. Мы лежали на диване, и я чувствовала тепло его тела, и от этого в нижней части моего живота образовался тугой узел. — Да, — почти шёпотом ответил Блейз, — кажется, я действительно проиграл. На мгновение мне показалось, что я могу дотянуться до него и коснуться его губ своими. Но этого не случилось, и волшебство рассеялось, когда я моргнула. — Ты просто не умеешь бороться, — произнесла я более серьёзно и попыталась встать с дивана. Блейз не стал меня удерживать, и я снова почувствовала, как моё дыхание становится глубже. Мне был необходим свежий воздух, и, не глядя на Блейза, я направилась к балкону, чувствуя, как мои щёки пылают от его неожиданной близости. Как только я вышла, меня встретил холодный зимний воздух. Мы жили на последнем этаже высотки, и отсюда открывался захватывающий вид на город. На улице уже давно стемнело, а внизу горели яркие огни зданий. Я подошла ближе к ограждению и, опираясь на него, тяжело выдохнула. Всё, что происходило минутами ранее, казалось мне каким-то наваждением, и я, глядя на заснеженные улицы, начала мыслить более трезво. Только сейчас я осознала, что сегодня День святого Валентина. Я видела, как гуляли влюблённые парочки, и моё сердце сжалось от тоски. В этот день я снова оказалась одна: стояла на этом злосчастном балконе и смотрела на тех, кто явно получал больше удовольствия от праздника. Мне хотелось рассердиться, хотелось что-то разбить, но вместо этого я снова перевела взгляд на бокал, который продолжала держать в руке. — Тогда почему Блейз здесь? — произнесла я себе под нос, обдумывая его поведение, и не заметила, что на балконе была уже не одна. — Потому что мне это не нужно, — раздалось за моей спиной, и я вздрогнула от неожиданности, услышав его голос. Я повернулась к Блейзу всем телом и, прижимаясь спиной к перилам, снова провела взглядом по его обнажённому торсу. На улице падал первый снег, но казалось, его это совсем не беспокоило. Он смотрел на меня так же, как и я на него, и мне становилось жарко, хотя температура была ниже нуля. — Почему не нужно? — спросила я его. Он подошёл ближе, снова сокращая расстояние между нами, и моё сердце ускорило ритм. — Это всё не имеет значения, — ответил он, и его взгляд на мгновение остановился на моих губах. — Неужели за столько времени ты так и не поняла? В его голосе слышалось недоверие и удивление, словно я была наивной девочкой, которая не могла понять намёков. — Ты намекаешь на что-то между нами, — произнесла я, и он замер, словно я действительно задела его за живое. — Но я никогда не замечала, чтобы ты проявлял ко мне какой-либо интерес. — Вспомни тот день, когда я предложил стать твоим соседом, — ответил он, и в его голосе промелькнули нотки теплоты. — Ты просто сказал, что тебе негде жить и ты можешь стать моим соседом, — возмутилась я, сбитая с толку. — Джин. — Он приблизился и положил руку на мою талию, вызывая дрожь. — Тогда мы были на огромной загородной вилле… Она моя. — Что? — Мои брови нахмурились, и я попыталась вспомнить события, которые, кажется, ускользнули из моей памяти. — Мне казалось, мы были в Мэноре… — Да, — ответил он. — Вначале. А потом мы поехали ко мне домой, потому что вы все были немного навеселе, а Пэнси очень хотелось в бассейн. — Но тогда… — Я богат, — прервал он меня. — Моя мама невероятно богатая женщина, и помимо того дома у меня есть ещё несколько. — Боже… В моей голове роилось множество мыслей, и все они твердили о том, как же я была глупа. Как я могла не заметить раньше? Блейз всегда носил исключительно дорогую одежду, которая сидела на нём идеально. Он водил женщин в изысканные рестораны и дарил им роскошные подарки. — Тогда почему ты каждое утро ел мои йогурты? — Вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его обдумать. Блейз начал смеяться, наблюдая, как мои брови сошлись на переносице, а я, охваченная негодованием, скрестила руки на груди. — И это всё, что ты смогла вынести? — спросил он, сдерживая смех. — Серьёзно? — Ты просто негодяй! — Я тыкнула его пальцем в грудь, и он притворно сжал это место, будто ему действительно было больно. — Возможно, я и негодяй, но ты, дорогая, просто глупенькая! — Это не смешно, — ответила я, хотя на моих губах тоже появилась предательская улыбка. — Ещё как смешно! — После этих слов его улыбка медленно сползла, а лицо приобрело более серьёзные черты. — Всё это было ради тебя. Блейз приблизился, и я почувствовала его дыхание на своих губах. Снегопад усиливался, белые хлопья кружились вокруг нас, словно пряча от всего остального мира. Но мне было безразлично, ведь рядом со мной стоял самый привлекательный мужчина, которого я когда-либо встречала. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, и в следующее мгновение его губы накрыли мои. Этот поцелуй отличался от всех, что были у меня раньше. Его мягкие, тёплые, большие губы нежно касались моих, и я растворялась в ощущении уюта. Мне хотелось, чтобы он продолжил, и я приоткрыла губы, позволяя ему сделать это. Когда наши языки соприкоснулись, из его горла вырвался тихий стон. — Что ты со мной делаешь, — шептал Блейз, нежно касаясь моих губ, и звучание его голоса лишь усиливало моё возбуждение. Он был так близко, что я теряла связь с реальностью. Мы стояли на балконе, полураздетые, и любой прохожий мог увидеть нас, если посмотрел бы наверх. Но мне не было до этого дела, в данный момент вообще ничего не имело значения, кроме наших прикосновений. Ветер усилился, и мне показалось, что мы тоже переступили ту черту, которую оба когда-то провели. Его ладонь опустилась ниже, к резинке моих домашних штанов, и когда пальцы коснулись меня, я вздрогнула. Мне хотелось, чтобы он не останавливался, и я подалась бёдрами навстречу, словно давая разрешение на всё, что он задумал. Прижавшись ко мне, он осторожно запустил пальцы под мои трусики, вызывая у меня стон наслаждения. Найдя чувствительную точку, Блейз начал дразняще гладить её, пуская волну мурашек по моему телу. — О боже, — вздохнула я, когда он усилил напор. — Ещё… Его пальцы были такими мягкими, но при этом ужасно холодными, но почему-то именно это мне нравилось больше всего. Где-то на задворках сознания постоянно всплывала мысль о том, что мы всё ещё находились на улице, где нас в любой момент могли увидеть. Но и это лишь усиливало моё возбуждение. — Мы. — Мысли путались, но я собрала последние остатки контроля. — Нас могут увидеть… — Неважно, — ответил Блейз, нежно целуя мою шею и погружая пальцы в мои влажные складки. — Я ждал этого слишком долго. Я откинула голову назад, открывая ему больше пространства для поцелуев, и выгнулась так, что моя верхняя часть тела перевесилась через ограждение балкона. Ветер развевал мои волосы. Блейз наклонил меня ещё сильнее. Мои пятки оторвались от пола, и единственное, что удерживало на балконе, — это его сильные руки. Адреналин бурлил в моих венах, и я, не задумываясь, приподнялась на цыпочки, отдаваясь его власти. Он полностью контролировал мою жизнь. Блейз крепко держал меня в своих объятиях, и это чувство неги разливалось по телу. Я полностью доверилась этому мужчине. Это могло бы напугать меня, если бы на месте Блейза был кто-то другой. Но именно он всегда был рядом, даря мне покой. С ним я каждый день хотела возвращаться домой, несмотря на его многочисленных женщин. Плевать. Сейчас я была рядом с ним, и это означало, что я позволяла ему войти в мою жизнь. Я давала ему всего один шанс быть со мной, и он должен был сделать свой выбор. Я настолько концентрировалась на своих ощущениях, что не прошло и пары минут, как он заставил меня кончить прямо на его пальцы. Это ощущалось как сумасшествие, но я никогда раньше не испытывала таких чувств, и мне безумно хотелось продолжения. Блейз поставил меня на пол, резко прижав к себе. Его пальцы всё ещё находились в моих трусиках, и это казалось самым верным положением вещей. Так было правильно. — Ты такая красивая, — прошептал он мне в губы, нежно касаясь кончиком носа моего. — Моя безупречная львица. Я не произнесла ни слова, а лишь оставила на его губах соблазнительный поцелуй, намекающий о продолжении. — Идём, — сказал Блейз, беря меня за руку, — той самой, что всего лишь минуту назад дарила мне наслаждение. Я подчинилась, и мы молча вернулись в квартиру. В комнате было гораздо теплее, чем на улице, и только сейчас я осознала, как сильно дрожу. Когда я уже собиралась свернуть в его комнату, он остановил меня лёгким движением руки. На его губах играла лёгкая улыбка. Блейз сделал шаг вперёд, и мы оказались перед дверью в ванную комнату. Эта идея вызвала у меня бурю эмоций, ведь я уже давно мечтала о таком, но думала, что это никогда не произойдёт. Однако, похоже, что-то изменилось. Мы вошли в ванную, и, как по волшебству, дверь за нами закрылась, погружая в кромешную темноту. Инстинктивно, словно по наитию, мы прижались друг к другу. И эта темнота лишь усиливала возбуждение. Сейчас казалось, что в этом мире, кроме нас, никого нет. Мы находились в полной темноте, и только руки служили нам ориентирами. Блейз с лёгкостью подхватил меня, и я обвила его талию ногами, как это было на диване, но теперь атмосфера была совершенно иной. Он понёс меня в душевую кабинку, предназначенную для одного человека. Когда мы оказались за стеклянными стенами, обстановка стала невыносимо откровенной. Блейз опустил меня и с силой прижал к стене. Одежда быстро оказалась на полу, и мы с ним остались обнажёнными в сплошной темноте. От Блейза исходил невероятно притягательный аромат, который был смесью древесного запаха его любимого геля для душа и чего-то более глубокого, почти животного. Этот запах заставлял меня желать целовать каждый сантиметр его тела. Я, словно в тумане, прикоснулась к его возбуждённому члену. Когда я сделала первое нежное движение, Блейз громко простонал мне в губы. Мне хотелось ощутить его целиком, и я слегка отстранилась. — Что такое? — прошептал он, явно озадаченный. — Я что-то сделал не так?.. Его интонация казалась мне слегка напуганной, будто он всерьёз опасался, что мог причинить мне боль. — Просто, — начала я. — Я хочу осознать всё, что сейчас происходит. Я не хочу делать это в какой-то иллюзии. Я хочу прочувствовать всё не только телом, но и разумом… Хочу запомнить всё. На мгновение мне показалось, что Блейз не ответит, но затем он усмехнулся, что вызвало во мне волну облегчения. — Ты неисправима. — Он вновь приблизился, и наши тела соприкоснулись. — Хочешь запомнить? — Его голос звучал немного насмешливо, но в следующую секунду он накрыл мои губы лёгким поцелуем. — Я целую тебя. Блейз провёл языком вдоль моей шеи, и я прикрыла глаза от наслаждения. — А теперь я провожу языком по твоей нежной шее… Именно его голос вызывал у меня больше возбуждения, чем его действия, хотя это казалось невозможным. — А дальше. — Он вновь прикоснулся ладонью к моему клитору. — Я ласкаю тебя. — Продолжай… Мир вокруг снова начал казаться нереальным, но его голос вернул меня к реальности. Блейз массировал мой клитор, и я чувствовала, что приближаюсь к умопомрачительному оргазму. — Теперь ты становишься такой мокрой от моих прикосновений, — произнёс он хриплым голосом. — И мне это так нравится, что я не могу контролировать себя… — Боже… — Ноги начали дрожать, и я упёрлась ладонями в стенки душевой кабинки, случайно задевая кран, который моментально включился. На нас тут же обрушился поток тёплой воды. Наши тела в секунду стали мокрыми, и я крепче прижалась к Блейзу, желая ощутить его возбуждение. Его член был словно камень, готовый войти в меня, и я приподнялась на носочках, желая, чтобы он с жадностью вошёл, избавляя нас от уже не контролируемого желания. Блейз словно прочитал мои мысли и, подхватив под бёдра, аккуратно насадил на себя. Я издала сдавленный стон, ощущая, как мои стенки плотно обняли его член. — Теперь я внутри тебя, и ты такая узкая, что я могу кончить только от одного движения, — продолжил Блейз, и как только он начал двигаться, мои нервы, кажется, окончательно сдали. — Замолчи! — почти прокричала я и заглушила его слова страстным поцелуем. Наши тела слились в единое целое, и в этом не было ничего нежного. Мы как два изголодавшихся зверя, сорвавшихся с цепи, вгрызались друг в друга с неистовой страстью. Я кусала его, царапала, оставляя на теле кровавые следы, а он проникал в меня с бешеной силой и скоростью. Это было не просто занятие любовью. Это проявление дикой страсти, которая всё это время жила где-то глубоко внутри нас. Я слышала, как он неразборчиво шептал мне что-то на ухо, но на пике своего наслаждения не могла разобрать слов. Всё происходило словно в любовном романе, которых я прочитала немало, и мы достигли кульминации одновременно. Мои ноги дрожали, как и его, но он продолжал удерживать меня на весу, и я крепче цеплялась за него, чтобы не упасть. — Что ты говорил? — спросила я, но мой голос сорвался от нехватки воздуха. — Когда? — Он тоже тяжело дышал. — Только что… — Ах. — Он замер, и я почувствовала, как его тело напряглось. — Я говорил… Мне кажется, я люблю тебя. Моё сердце сделало кульбит, но когда первый шок прошёл, я осознала, что он имел в виду. — Хорошо, — ответила я, всё ещё находясь в неловкой позе для таких разговоров. — Потому что мне кажется, что я тоже. Но… — Но… — Мы никому не расскажем об этом. — Разумеется.

***

— Ну что там? — Гермиона накладывала спагетти, которые так любил Драко, и повернулась к нему. — Ты говорил с Блейзом? — Говорил, — ответил Драко с загадочной улыбкой, наливая второй бокал вина для любимой. — И? — нетерпеливо спросила она. Сегодня на ней был обворожительный розовый костюм с персиками, который делал её ещё более привлекательной, даже несмотря на то, что она стояла с лопаточкой в руках и с нелепым пучком на голове. — Я думаю, он скажет сегодня, — кратко ответил Драко. — Ох, как бы я этого хотела, — с этими словами Гермиона подошла к обеденному столу и поставила на него две тарелки с фирменными спагетти, которые она готовила лучше всего. — Я уже устала от их постоянных переглядываний. — Кажется, только Джинни ничего не замечает. — Поверь мне, дорогой, она просто не видит очевидного. Но, возможно, именно сегодня всё решится, ведь сегодня День Святого Валентина. — Будем надеяться, что купидон, который свёл нас вместе, и в этот раз не промахнётся, — ответил Драко своей жене, и они оба начали есть свой ужин, не подозревая, что совсем скоро их станет больше, чем двое. Но это уже совсем другая история…