Долгожданная встреча

Неоновые огни Сеула разрезали ночную тьму, отражаясь в стеклянных стенах пентхауса Ли Мён Ги. Год назад он был игроком 333, балансирующим на грани жизни и смерти. Сейчас же, в идеально скроенном костюме, MG, как его теперь знали все, потягивал виски и медленно закуривал сигарету, наблюдая за мерцающим городом. Дым медленно поднимался к потолку, создавая завуалированную атмосферу, словно сам город погружался в свои собственные мысли. Крипта сделала его богачом, имя шепталось в закрытых чатах инвесторов, а на банковских счетах красовались суммы с неприличным количеством нулей. Он выполнил обещание, данное Чун Хи – каждый месяц на счет поступали деньги для их годовалого ребенка, которого он так и не видел. Но деньги не могли заполнить пустоту внутри. Пустоту в форме Чхве Су Бона, игрока 230, паршивца с прозвищем «Танос». Мён Ги сжимал в руке стакан, а в другой – сигарету, вспоминая издевательские усмешки Су Бона, дерзкую ухмылку, татуировки, английские фразочки, брошенные с вызывающей небрежностью, опьяняющую смесь страха и возбуждения, которую он испытывал рядом с ним. Ночи были пыткой – фантомные прикосновения, обрывки фраз, стоны, эхом отдававшиеся в памяти. Он ненавидел себя за эту одержимость, за то, как лихорадочно искал новые фотографии Су Бона в сети, за то, как его фантазии становились все более откровенными, переходя границы дозволенного. Помнил, как сам издевался над ним. И как, черт возьми, дрочил на его фотографии, найденные в интернете, представляя, как заставит этого ублюдка кричать свое имя. Дым от сигареты медленно кружился вокруг него, словно напоминание о том, что некоторые вещи невозможно забыть. Внезапный звонок в дверь резанул по нервам. – Какого хрена? – пробормотал поморщился парень. – незваные гости в такое время не предвещали ничего хорошего. Открыв дверь, он замер. На пороге стоял Су Бон, тот самый «Танос», похудевший, с темными кругами под глазами, но с той же дерзкой ухмылкой, что преследовала Мён Ги в кошмарах и мечтах. – Ну здравствуй, Mr. Crypto King in person, – хрипло произнес Су Бон, его взгляд прожигал насквозь. – Я пришел забрать свой должок. Мён Ги почувствовал, как по спине пробежал холодок. – «Вот же ж, блять, нашел-таки, гадёныш!» – пронеслось в его голове. Понимая, что этот паршивый Танос выследил его даже спустя год, чтобы вытрясти бабки, которые сам, по сути, и просрал. Так хотелось захлопнуть дверь перед его носом – нахуй! – и вернуться в мягкую постель, наслаждаясь очередной серией любимого сериала. Всё что угодно, только не выслушивать в сотый раз эту заезженную пластинку. Но Су Бон стоял на его пороге – живой, настоящий, из плоти и крови. И Мён Ги, как ни крути, был слишком поглощён этим фактом, чтобы думать о чём-то ещё. Су Бон, не дожидаясь приглашения, протиснулся мимо Мён Ги в квартиру. – Cozy place, – хмыкнул он, оглядываясь по сторонам. – Not bad for a crypto-scammer. Мён Ги захлопнул дверь, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. – Scammer? – переспросил он, сжав челюсти. – Я строил этот бизнес с нуля, пока ты… –Он запнулся, не желая озвучивать то, чем, по его мнению, занимался Су Бон все это время. – Пока я что?  – Су Бон вызывающе приподнял бровь, подходя ближе. – Пытался вернуть свои бабки? Ну так вот я здесь. Tick-tock, motherfucker, time is money. Мён Ги закурил, пытаясь успокоить нервы. Дым едкой струйкой потянулся к потолку. –Я выплатил тебе долг после игры, – процедил он сквозь зубы. – О, правда? А мне никто об этом не сообщил, – Су Бон усмехнулся, его взгляд скользнул по дорогой мебели, по картинам на стенах. – Похоже, дела у тебя идут неплохо. Enough to pay me twice, I guess. – Ты шантажируешь меня? – Мён Ги выпустил облачко дыма прямо в лицо Су Бону. – Называй как хочешь, sweetheart, – Су Бон невозмутимо смахнул дым рукой. – Мне нужны мои деньги. И я их получу. One way or another. – Он сделал еще шаг ближе, и Мён Ги почувствовал запах его одеколона, резкий и пьянящий. Внезапно вся его наигранная агрессия испарилась, оставляя после себя лишь странное ощущение беспомощности. Он посмотрел в глаза Су Бона, и в них, помимо наглости и вызова, прочел что-то еще. Что-то темное, голодное и … знакомое.  Он посмотрел в глаза Су Бона, и в них, помимо наглости и вызова, прочел что-то еще. Что-то темное, хищное и… до боли знакомое. Блядь, неужели… – My boy, есть другой способ расплатиться, – вдруг произнес Су Бон, его взгляд стал тяжелым, пронизывающим насквозь. Он сделал шаг, другой, остановившись в опасной, почти интимной близости от Мён Ги. – You know what I fucking mean. Воздух между ними затрещал от напряжения, как перед грозой. Мён Ги смотрел в глаза Су Бона, чувствуя, как его самообладание тает, как гребаное желание захлестывает его с головой, словно цунами. Он знал, что это ловушка, чертова западня, но, мать его, был готов в нее попасть. Он слишком долго, слишком часто представлял себе этот момент в своих самых грязных фантазиях. – Знаю, – прошептал он охрипшим голосом, едва слышно. Су Бон ухмыльнулся, обнажив белые зубы. Good boy, – прошептал он, проведя пальцем по щеке Мён Ги. Прикосновение было легким, почти невесомым, но Мён Ги вздрогнул, словно от удара током. Чего ты хочешь, Су Бон? – спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, хотя внутри все переворачивалось. – Oh, – Су Бон провел языком по нижней губе. – I want to see you beg. I want to hear you scream my fucking name. Мён Ги сжал кулаки, борясь с желанием схватить Су Бона за горло. – Ты играешь с огнем, – прошипел он. – Maybe, – Су Бон прижался к нему всем телом, его дыхание опаляло ухо Мён Ги. – Но тебе это нравится, не так ли? You've been dreaming about this for a fucking year, haven't you, MG? Мён Ги молчал, не в силах отрицать. Су Бон был прав. Он представлял себе это тысячу раз, во всех мельчайших подробностях. И теперь, когда это стало реальностью, он не мог сопротивляться. – На колени, сука, – прошептал Су Бон, его голос был хриплым от возбуждения. Мён Ги замер, борясь с последними остатками самообладания. Его гордость кричала, что он не должен этого делать, но тело требовало подчинения. В конце концов, желание победило. Он медленно опустился на колени, не отрывая взгляда от глаз Су Бона. В этот момент он был готов на все. Мён Ги медленно опустился на колени, не отрывая взгляда от глаз Су Бона. Сигарета, зажатая между его пальцами, тлела, пепел вот-вот грозил упасть на дорогой ковер. Вместо подчинения, в его глазах вспыхнул вызов. Резким движением он притянул Су Бона к себе, заставляя наклониться. – Ты думаешь, ты контролируешь ситуацию, ублюдок? – прохрипел Мён Ги, стряхивая пепел с сигареты прямо на рубашку Су Бона. – Посмотрим, кто кого будет умолять. Он свободной рукой схватил Су Бона за волосы, заставляя запрокинуть голову. Ты пришел сюда за деньгами? – спросил он, прижигая сигаретой ткань рубашки Су Бона чуть ниже горла. – Так вот, они у меня есть. Но ты их не получишь, пока я не наиграюсь с тобой. Су Бон зашипел от боли, но в его глазах горел азарт. – Тебе нравится играть грубо, да? – прошептал он, его голос хриплым. – I'm fucking into it. Мён Ги выпустил изо рта струйку дыма, которая окутала лицо Су Бона. – Я покажу тебе, что такое настоящая игра, сука, – прошипел он, отбрасывая сигарету в сторону. Его руки скользнули под рубашку Су Бона, исследуя рельеф его тела. – Ты пожалеешь, что пришел сюда. Он резко сорвал с Су Бона рубашку, обнажая его грудь. Его взгляд стал хищным, голодным. – Теперь ты мой, Танос, – прошептал он, прикусывая мочку уха Су Бона. – И ты будешь умолять меня остановиться. Су Бон вздрогнул от неожиданной агрессии, но быстро взял себя в руки. Усмешка тронула его губы. – Громкие слова, MG, – прохрипел он, хватая Мён Ги за запястье и с силой сжимая его. – Let's see if you can back them up. Мён Ги не дрогнул, его взгляд не отрывался от глаз Су Бона. Боль в запястье была острой, но он лишь сильнее сжал пальцы на плечах Су Бона, оставляя на коже красные следы. – Ты думаешь, я блефую? – прошептал Мён Ги, приближая свое лицо к лицу Су Бона так, что их дыхание смешалось. – Я ждал этого момента целый год. Год, блять, понимаешь? Он резко поднялся, подхватывая Су Бона под бедра и неся его в спальню. Су Бон не сопротивлялся, его руки обвились вокруг шеи Мён Ги. В воздухе повисло напряжение, смешанное с возбуждением и предвкушением. Бросив Су Бона на кровать, Мён Ги навис над ним, его глаза горели хищным огнем. – Сейчас ты узнаешь, чего я хочу на самом деле, – прошептал он, его голос был низким и хриплым. – И поверь мне, это не деньги. Су Бон, лежа под ним, смотрел на Мён Ги с вызовом. Улыбка играла на его губах. – Show me then, baby, – прошептал он. – Удиви меня. Мён Ги усмехнулся, услышав вызов в голосе Су Бона. – С удовольствием, – прошептал он, проводя рукой по его груди, с грубостью сжимая и оттягивая то правый то левый сосок, спускаясь все ниже. Он чувствовал, как напряглись мышцы под его пальцами, как участилось дыхание Су Бона.   – Не….торопись, – прошептал Су Бон, перехватывая руку Мён Ги. – Let's make this last. – Его взгляд был прикован к губам Мён Ги. Мён Ги наклонился, обдавая Су Бона горячим дыханием. – Как скажешь, – прошептал он, прежде чем впиться в его шершавые губы страстным поцелуем. Поцелуй был грубым, требовательным, полным невысказанной ярости и желания. Мён Ги кусал его губы, словно пытаясь наказать за все то время, что они провели в разлуке. Су Бон отвечал с не меньшей страстью, его руки блуждали по телу Мён Ги, исследуя каждый изгиб, каждую линию. Он стонал в поцелуй, его тело извивалось под Мён Ги, жаждая большего. MG отстранился, прерывая поцелуй. Он посмотрел в глаза Су Бона, в которых читалась смесь желания и уязвимости. – Ты уверен, что готов к этому? – спросил он хриплым голосом. Су Бон ответил, притягивая Мён Ги к себе и вновь сливаясь с ним в поцелуе. Его ответ был без слов, но Мён Ги понял его. Он понял, что Су Бон так же, как и он, ждал этого момента целый год. И теперь ничто не могло их остановить. Мён Ги, словно подстегиваемый молчаливым согласием, жадно впился в губы Су Бона, углубляя поцелуй. Его рука скользнула к спортивным штанам Таноса, стягивая их вместе с нижним бельем. Взяв с прикроватной тумбочки тюбик со смазкой, Мён Ги выдавил немного на пальцы и, не прерывая поцелуя, начал медленно вводить один палец в Су Бона. – Ммм, такой узкий, – пробормотал он, чувствуя, как мышцы вокруг его пальца сжимаются. Добавив второй палец, Мён Ги начал двигать ими размеренно, растягивая Су Бона. – Ах… – вырвался тихий стон из груди парня. Желание овладеть Таносом полностью, без остатка, захлебнуло разум Мён Ги. Резко вынув пальцы, он услышал разочарованный вздох. – Потерпи немного, – хрипло прошептал тот, стягивая с себя одежду. Размазав смазку по своему члену, он пристроился к анусу парня. – Готов? – спросил он, глядя в глаза напротив. Су Бон, тяжело дыша, лишь кивнул, обхватывая бедрами талию MG. В его взгляде читалась смесь желания и легкой тревоги.  Мён Ги начал постепенно входить, позволяя парню привыкнуть к новому ощущению, которое заполняло его изнутри. Тот, в свою очередь, царапался, испытывая смешанные чувства. Ощущения были не особенно приятными, но прикрывать процесс ему не хотелось от слова совсем. Он понимал, что это часть их игры, и его тело постепенно адаптировалось к тому, что происходило. Когда парень наконец привык и был готов к продолжению, Мён Ги наклонился к его ушной раковине. Его дыхание стало сбивчивым, полным напряжения и ожидания. Он начал обливать кожу горячими поцелуями, прикусывая её нежно, но с намёком на игривость. Словно ощущая, как его действие вызывает у партнёра новые волны эмоций, он тихо прошептал:  — Ты готов к тому, что будет дальше? В голосе Мён Ги звучала смесь уверенности и нежности, словно он искал подтверждение того, что они оба готовы продолжать это путешествие вместе. Парень, почувствовав тепло дыхания Мён Ги и его близость, слегка дрогнул. Внутри него разгорались новые чувства, и он, наконец, ответил: – Yes, I'm ready. Эти слова словно открыли шлюзы, и Мён Ги, ощутив его согласие, начал действовать более уверенно. Он медленно переместил свои губы ниже, исследуя каждую дюйм кожи, оставляя за собой следы нежности и страсти. Парень знал, что это не просто физическое взаимодействие — это был обмен эмоциями, который сближает их ещё больше. Мён Ги приподнял голову и встретился с  взглядом Таноса. В его глазах читалось желание и нежность. Он наклонился ближе и поцеловал парня, передавая всю теплоту своих чувств. Это был поцелуй, полный обещаний и надежд.  — Ты знаешь, что можешь доверять мне? — спросил он, отрываясь от губ партнёра. Парень кивнул, ощущая, как его сердце колотится быстрее. Он понимал, что это момент, когда они оба открываются друг другу, и это было волнующе. — Yes, I trust you, — произнес тихо он. Мён Ги улыбнулся, обнимая его крепче. Он чувствовал, что их связь становится всё глубже, и это придавало ему сил продолжать. С каждой секундой они всё больше погружались в этот мир эмоций и ощущений, оставляя за пределами всего лишь обычные заботы и страхи.  Резкий толчок, глубокое проникновение, наполняет воздух громким стоном партнёра, Мён Ги начинает двигать тазом быстрыми толчками, не забывая о простате, вследствие чего Танос откидывает голову назад от пронзительных ощущений наслаждения, полностью отдавая себя на милость Мён Ги. Рука Су Бона со спины партнера скользит к волосам, сжимая их грубоватым жестом, и тянется к губам парня, впиваясь в них рваным поцелуем, не дав партнеру возможности отстраниться, а другой рукой он держится за его бедро, не давая спешки своим движениям, стараясь заполучить всё внимание его собственной персоне. Стон с губ партнеров переходит в едва слышный всхлип, Мён Ги сжимает в своей руке кожу на талии, прикусывая ключицы, стараясь отстраниться от губ Таноса, только бы не быть пойманным.  Су Бон в свою очередь старается не отстать, целуя челюсть, покрывая кожу легкими прикосновениями губ.  Руки Мён Ги скользнули под бедра парня, приподнимая его навстречу своим движениям. Приглушенные стоны и прерывистое дыхание наполнили комнату, вытесняя все остальные звуки. Одежда, ставшая ненужной преградой между ними, была сброшена на пол небрежными, торопливыми движениями. Мягкий свет, пробивающийся сквозь плотные занавески, рисовал на их телах причудливые узоры, сплетая их воедино. Мён Ги двигался медленно, размеренно, смакуя каждое мгновение, каждую дрожь, пробегающую по телу Су Бона. Его взгляд не отрывался от глаз напротив, пытаясь найти в них отражение собственных чувств – коктейля из желания, давно запрятанной нежности и тлеющей под пеплом обиды. Год разлуки, год молчания – все это сейчас выплескивалось в каждом движении, каждом прикосновении. Су Бон, обхватив бедрами талию Мён Ги, запрокинул голову, издавая протяжный, дрожащий стон. Его пальцы впивались в спину партнера, оставляя на гладкой коже красные полумесяцы царапин. Он шептал имя Мён Ги, словно молитву, словно заклинание, способное изгнать призраков прошлого и боль, столько времени терзавшую его сердце. Мён Ги увеличил темп, его движения стали резче, а поцелуи – жаднее и требовательнее. Он чувствовал, как нарастает напряжение, как мир вокруг сужается, сжимаясь до размеров этой комнаты, этой кровати, этого человека под ним. Он был на грани, за которой контроль уступал место первобытным инстинктам. Су Бон издал сдавленный крик, его тело напряглось до предела, а затем обмякло в сладкой истоме. Мгновение спустя Мён Ги последовал за ним, с глубоким, дрожащим вздохом упав рядом. Они лежали молча, переплетя пальцы, восстанавливая сбившееся дыхание. В воздухе висел тяжелый, пьянящий аромат секса и… чего-то еще. Чего-то неуловимого, похожего на… понимание. На хрупкое перемирие, заключенное после долгой, изнуряющей войны. Мён Ги нежно провел рукой по щеке Су Бона, его пальцы скользнули вдоль линии подбородка, заставляя Су Бона закрыть глаза от удовольствия. – Я ждал этого момента слишком долго, — прошептал он, его голос был полон эмоций.  Су Бон открыл глаза, полные спокойствия и умиротворение . – You are not alone, — ответил он, его голос звучал так же хрипло. Он притянул Мён Ги ближе, их губы снова встретились в поцелуе, который был наполнен нежностью. Время текло медленно, и ночь окутала их своим покровом. Они забыли о внешнем мире, о долгах и обязательствах. В этот момент они были свободны — свободны любить и быть любимыми. – Я никогда не отпущу тебя, — тихо произнес Мён Ги, когда их губы вновь встретились. В его голосе звучала решимость, которая вызывала у Су Бона трепет. – Я тоже, my boy, — ответил Су Бон, улыбаясь сквозь поцелуй. Он знал, что теперь они вместе смогут преодолеть все преграды. Эта ночь была началом нового пути для них обоих — пути, полного надежды и любви.