14 февраля!

День святого Валентина Джон устало провёл рукой по лицу, раздражённо вздыхая. Перед ним лежал чистый лист бумаги и ручка, которую он вертел между пальцами. Он уже который раз пытался что-то написать, но стоило ему начать, как внутри всё сжималось от злости. — Чушь… — пробормотал он, стирая очередную написанную строчку. Он злился на себя. На этот чёртов день. На то, что вообще задумался о таком глупом поступке. Валентинка. «Ну и зачем?» Он был самым популярным парнем в школе. Ему уже подсовывали валентинки в шкафчик, под парту, в руки, на стол — везде. Девочки смущённо отворачивались, краснея при встрече, некоторые пытались заговорить, но он просто отмахивался. Ему было плевать. Плевать, потому что сердце не стучало быстрее от их взглядов. Не замирало при случайных касаниях. Но стоило ему подумать о нём… Он раздражённо сжал ручку, словно надеясь, что она треснет под его пальцами. «Ты меня бесишь. Я ненавижу тебя. Так почему я вообще думаю об этом?» Джон нервно дёрнул плечами, машинально постучав пальцами по столу. Он писал уже пятый вариант. «Ты меня бесишь, но я почему-то всегда думаю о тебе. Ты самый раздражающий человек в мире, и это сводит меня с ума. К сожалению, я влюбился в тебя.» Он посмотрел на написанное и почувствовал, как по коже пробежал жар. — Какой бред… — он скомкал валентинку и отбросил её в сторону. Стук сердца отдавался эхом в голове. Это было глупо. Во-первых, Лолололошка его «ненавидел». Он с самого начала относился к нему враждебно, даже несмотря на недавнее перемирие. Иногда он выглядел дружелюбным, но всё равно подкалывал его на каждом шагу, словно наслаждаясь возможностью вывести его из себя. Во-вторых… Джон нахмурился, вспоминая, как недавно Лолололошка разговаривал с Шерон. Он смеялся, шутил, и казалось, что между ними какая-то… химия. Наверняка ему нравилась она. И какой смысл во всём этом? Джон резко встал, схватил куртку и выскочил из комнаты, даже не оглянувшись на голубую валентинку, лежавшую в урне. Неожиданная находка Лолололошка зевнул, проходя мимо коридора. Дежурство — самая нудная вещь на свете, но раз уж выпало, то придётся хотя бы подмести. Он машинально нагнулся, чтобы вытащить из урны бумажку, и уже собирался выбросить её вместе с остальным мусором, когда заметил цвет. Голубая. Его любимый. Лолололошка лениво развернул её, скользнул взглядом по тексту… И резко замер. Глаза медленно расширились, а затем губы тронула ухмылка. — Ох, Джон… — он перечитал ещё раз, на этот раз медленнее. «Ты меня бесишь, но я почему-то всегда думаю о тебе.» Он почувствовал, как по телу разливается тепло. Это было неожиданно. Но приятно. Очень приятно. Он задумчиво повертел валентинку в руках. «Наверное, он думал, что я её не увижу.» Лолололошка ухмыльнулся шире. «Приятно ошибаться, да?» Ответ Джон стоял в коридоре, окружённый друзьями, но мысленно был где-то далеко. Он до сих пор чувствовал раздражение. Может, зря он это написал? Может, вообще зря всё это затеял? Он машинально теребил край рукава, когда вдруг заметил знакомую фигуру. Лолололошка. Тот шёл прямо к нему, с обычной ленивой походкой. Джон нахмурился. — Чего тебе? — он уже открыл рот, чтобы добавить что-то язвительное, но не успел. Лёгкий, почти невесомый поцелуй коснулся его губ. Джон остолбенел. Голова как будто опустела, а сердце застучало так громко, что, казалось, его могли услышать все вокруг. Лолололошка наклонился ближе, ухмыляясь. — Всё взаимно. И ушёл. Джон остался стоять в полном шоке. Он чувствовал, как горят уши, как пред ательски дрожат пальцы, как по телу проходит тёплая дрожь. Он был одновременно в бешенстве… И чертовски счастлив.