Наше безумие

Аластор остановился напротив полуразвалившегося здания отеля. Заброшенного и пустынного. Что-то в это месте ему не нравилось, но выбирать особо не приходилось. Он скитался уже порядком несколько дней и изрядно утомился. Оглядев здание, он медленно подошел к двери, толкнул её и осторожно заглянул. Убедившись, что никого нет, радио-демон зашел внутрь. —Хмм... как любопытно. — Привычно раздалось в ушах. Закрыв за собой дверь и медленно ступая по мраморному полу, Аластор огляделся по сторонам, но в гостиничном вестибюле абсолютно точно никого не было. Поднимаясь по лестнице, он старался игнорировать оживившийся голос в своей голове. —И что же мы тут забыли? Поднявшись на один пролёт выше, Аластор окинул взглядом коридор, усеянный белыми дверьми. По крайней мере, такими они были раньше, пока разруха и запустенье не пожрала это место. Вслушиваясь в малейшие шорохи, радио-демон прошелся по коридору, попутно заглядывая в комнаты, будто что-то искал. Поняв, что вокруг царит абсолютная тишина, он нахмурился —Ну, как тишина... а как же я? — голос гаденько хихикнул. —Заткнись. Голос лишь рассмеялся. Аластор покачал головой, остановившись возле одной из дверей и закричал: —Эй, тут кто нибудь есть? —Давай-давай, ори погромче. Созови сюда всю округу. Тогда точно кто-нибудь "есть". Аластор хмыкнул и нажал на дверную ручку. Внутри, разумеется, никого не оказалось. Он один в этом заброшенном здании. —Мда. Прям пять звёзд, — ехидно замечает голос. Комната оказалась обычным гостиничным номером с двумя узкими кроватями. Но в отличие от прочих комнат, здесь хотя бы было целое окно. Аластор снова окинул взглядом внутренности номера, вывернутые подушки и пыльные одеяла, разбросанные впопыхах бумаги и разбитую пустую вазу, перевёрнутый столик и кресло с отчётливым отпечатком когтей. Аластор прошёл дальше и небрежно поднял одну из бумажек, что видимо была вырвана из чьего-то личного дневника. "Ночь была тревожной. Ублюдок в чёрном по-прежнему преследует меня... Его фасеточные глаза горят в темноте..." было написано на пожелтевшем от времени листке. —У нас что, намечается психодел? — ехидно комментировал голос. —Ну прекрати уже... Аластор устало помассировал висок и выпустил бумажку из пальцев. Та медленно скользнула к его ногам. —Приятель, я — твой внутренний голос. Подкидывать тебе странные мысли и идеи — моя работа. —Да-да, знаю я, черт бы тебя побрал. Голос снова раздражающе хихикнул и затих. Аластор провел рукой по волосам, скользнул взглядом по комнате. Тень привычно ползла по стенам. В голове тихо зазвучала навязчивая песенка. Кажется, Аластор слышал её в какой-то рекламе. —Прекрати. Аластор встряхнул пыльное покрывало на одной из кроватей и расстелил его заново. Присев на самый край, он утомленно попытался размять затекшую шею, игнорируя голос в своей голове, намекающий, что не помешало бы перекусить, да побольше спать. —Это просто усталость, не более. Перестань действовать на нервы. Голос упорно напевал ту дурацкую песенку, отвлекая внимание. —Хе-хе. Аластор раздраженно встал с кровати, пнув от досады итак побитый жизнью столик. —Доволен? —Очень. Почему ты злишься? Я же твой лучший друг! И единственный между прочим. —Ауч. Прям с языка снял. Может ты и прав, но это не значит, что надо выводить меня из себя. —А зачем ещё нам жить? —Боже, я не хочу это обсуждать. Аластор уныло потёр висок и мрачно уставился на закрытую дверь комнаты. На облупевшейся краске довольно четко была прорисованна пентаграмма. Кровью. —Я знаю тебя, порой даже лучше, чем ты сам. —Может, я просто сошел с ума?.. —Может быть, дорогой. Хе-хе-хе. —Заткнись. Голос послушно затих, но перед глазами как наяву предстала собственная глумливая усмешка. Аластор пытался отвлечься от самого себя, разглядывая разбросанный мусор. Он достал из внутреннего кармана пальто небольшой ежедневник и пролистал его. Абсолютно все страницы были пусты. У радио-демона уже очень давно не было дел, эфиров он не вёл, записывать нечего. Пожалуй, это расстраивало его больше всего. —Имеет значение? — спросил собственный голос, на этот раз с куда большим участием. —Нет. Демон убрал книжку обратно и перевёл взгляд на мутное от грязи окно, в котором нечетко, но виднелось его отражение. Отражение весело глядело в ответ. Оно улыбалось, Аластор нет. Пожалуй, вот в такие моменты он и мог его увидеть. Свой внутренний голос. Или по крайней мере то, что называл им. В ушах раздался мелодичный свист, от которого демона-оленя передёрнуло. Он неприязненно зажал уши руками, хотя прекрасно знал, что это не поможет. Звук раздавался изнутри, в его собственной черепной коробке, а вовсе не снаружи. —Что? Свист мой тебе тоже не нравится? —Заткнись. Аластор прикрыл горящие от усталости глаза, чувствуя, что злится. Отогнав желание окунуть голову в ведро с ледяной водой, он поднялся с кровати и принялся мерить шагами комнату. —Не обижайся, — шепнул голос. — Выводить тебя из состояния амёбы — моё предназначение. —Ты меня бесишь. —Я берегу нас. Насколько могу. —Это тоже твоя работа. Голос обиженно замолк. Впрочем, это никогда не продолжалось долго. Аластор упал на постель спиной и медленно выдохнул. Запах запустенья ударил в нос с новой силой, но искать другое место для ночлега было и поздновато, да и не имело смысла. Наслаждаясь небольшой передышкой, Аластор был рад наконец-то воцарившейся в голове тишине. Однако долго она не продлилась. Теперь над ухом отчётливо звенел колокольчик, хотя его и в помине не было в комнате. —Хе-хе-хе. Разве нам не весело? Да брось, чего ты такой кислый? —Мне не до веселья. Я устал. Аластор перевернулся на бок и уткнулся в разодранную подушку. —Ты хочешь заночевать здесь? — прозвучало несколько брезгливо. —А что, много вариантов? От одеяла несло сыростью и кровью. Должно быть на этой самой кровати кого-то зарезали прямо во сне. —Запашок тебя не смущает? —Везде всё одинаковое. Разница невелика. Аластор недовольно что-то пробормотал в подушку, снова уткнувшись в неё носом. —Тсс... Спокойной ночи. Голос начал тихо напевать, в этот раз даже что-то приятное и умиротворяющее, ласкающее уставшее сознание. —Спокойной ночи, — отозвался Аластор. Через некоторое время раздалось сонное дыхание. Однако в отличие от забывшегося тревожным сном радио-демона, его отражение в окне не совпадало с реальностью. Этот второй Аластор сидел на краю постели, сложив руки на коленях и уставившись в упор на спящего. Он сторожил "их" сон. Тишину нарушил тихий звук, похожий на лёгкое поскрипывание паркета под чужими ногами. Отражение грузно поднялось с кровати. Ветвистые рога становились всё больше, а облик всё более устрашающим. Его задача максимально проста: защищать хозяина. Отражение начало истерично хохотать, сопровождая смех воем и треском помех. Спящий Аластор этого, конечно, не слышал, спал он может и беспокойно, но крепко. Зато потенциальный противник как минимум обосрался от страха из-за жутких звуков в полной темноте заброшенного здания. Тень сгустилась вокруг свернувшегося в комок хозяина, ходила кругами. Казалось бы, что она может сделать? Но её суть — всё то бессознательное, что таил в себе радио-демон. Его мысли, его чувства, его магия. И она была опасна. К счастью, для кого угодно, кроме него самого. За окном по крышам барабанил дождь, старые часы с разбитым стеклом, чудом, не иначе, всё ещё работающие мерно отбивали время. Прошло всего-то пара часов. Этого не хватило для полноценного сна, но Аластор медленно перевернулся на спину и открыл глаза, уставившись в потрескавшийся потолок. —Как спалось? Голос звучал ехидно. Итак ясно, что спалось не очень. —Просто отлично. Аластор потёр переносицу двумя пальцами и поглядел на пляшущие на стене тени. В мыслях он перебирал события минувшего дня, размышляя куда податься дальше. Шепоток тихо хихикнул —Помолчи. Прошу. Аластор прикрыл лицо рукой. Наедине с собой ему не нужно было держать улыбку или казаться сильным. Он мог позволить себе быть брюзжащим или откровенным, или в край заебавшимся. —Знаешь, чего мы хотим прямо сейчас? — не унимался голос. —Ну? —Кофе. —Кофе? — переспросил демон, чувствуя, как остатки сонливости стремительно покидают его. —Мы всё равно больше не уснём. Аластор вздохнул, голос был прав. —Это верно... Он сполз с кровати, устало потянувшись. Позвоночник безрадостно захрустел. Отдыха словно и не было. Аластор похлопал себя по щекам, чтобы окончательно проснуться. —Улыбнись, дорогой. Ты ведь знаешь, что без улыбки ты никогда не будешь полностью одетым. Аластор усмехнулся. Он встал с кровати и поглядев в глаза своему отражению, растянул губы в широкой до ушей улыбке. —Хороший мальчик. Оверлорд закатил глаза и начал поправлять одежду, водрузил на место старый монокль. —Кофе, — напомнил голос. — Мы видели кофейню на углу. Можем пойти туда. Аластор поправил свой галстук-бабочку, отражение в ответ весело оскалилось. Непонятно чему оно радо. То ли самому Аластору, то ли его помятому виду. —Кончай пялиться, красавчик. Кофе сам собой тебе в горло не запрыгнет. Идём, — Начал поторапливать его настырный вечный спутник. Радио-демон устало потёр веки и не удосужился ответом. Молча направился на выход. —Что-то ты совсем раскис, друг мой. —Как я и сказал, я устал. —Это мы уже слышали. Миновав лестницу и спустившись в холл, Аластор обратил внимание на пританцовывающую тень под ногами. —Мальчишка, — укоризненно сказал он. —Должен же я хоть как-то развеселить тебя. —Думаешь, у тебя получается? —Кто знает... лучше чем рефлексия. Не находишь? —Фарс лучше чем рефлексия? Аластор хмыкнул, остановившись у перил и оглядывая неизменившееся за несколько часов помещение. —Ты предпочтешь сойти с ума или покончить с собой? —А третий вариант? Тень кружилась под ногами, не отставая. —Нет никаких вариантов. Мы уже сошли с ума. Твой выбор был очевиден. —Зря спросил... На какое-то время снова стало тихо. Демон-олень уже подошёл к парадному входу, когда в голове раздалось: —Уж лучше фарс. —Тут ты прав. Аластор ненадолго замер перед закрытыми дверьми, пытаясь привычно натянуть на лицо маску. —Идём, — мягко поторопил голос. Аластор выбросил себя на безлюдную улицу. В такой час, да ещё и в такую мерзкую погоду, прохожих не наблюдалось. Воздух буквально навевал тоску. —Этому городу и впрямь не хватает чего-то яркого, — вдруг заметил голос. Ад был пёстрым и хаотичным, но быть может из-за непогоды казался депрессивно-серым. —Крови? Аластор медленно шёл в направлении, которое помнил весьма смутно, разглядывая пока ещё спящую столицу. —Разве нам не нравится красный? —Его здесь итак много. —Вообще, я подумал о цветах, кровожадный мальчишка. —Цветы? — усмехнулся Аластор. — И непременно красные? —Не имеет значения. Меня больше интересует запах. —Он, наверное, тоже должен отдавать железом? Иначе зачем тебе вообще цветы? Голос в голове хмыкнул. —Я — это ты. — Напомнил он. — Мы любим красивые вещи. Почему бы и не насладиться цветами, если будет возможность? Когда в последний раз мы позволяли себе хотя бы это? Аластор промолчал, поглядев в разбитое стекло витрины. Иногда он забывал, что тот, с кем он разговаривал, действительно всего лишь он. Не посторонний, не другая личность, не тёмное кровожадное альтер-эго, а он сам. Отражение глядело в ответ. Улыбка ползла по его лицу, неестественно искажая черты. —Думаешь, поможет? —Нет. — Прямо сказал голос, — но мы хотя бы побалуем себя чем-то хорошим. —Мда. —Не нравится мысль? Что, запах вывернутых кишок тебя больше прельщает, чем цветы? —Отчего же, цветы тоже красивы. —Ну, вот и не пизди. Кофе. — В очередной раз напоминает голос. Отражение любезно указало пальцем направление. Аластор развернулся и увидел напротив вывеску кофейни. Раннее утро, но заведение уже работало. Внутри было тихо, все столики пусты. Должно быть, Аластор был первым посетителем. Он прошёлся до дальнего столика у окна и занял его, опустившись на мягкий диванчик. К нему подошёл потеющий официант, что с первого взгляда узнал знаменитого радио-демона. —Кофе, черный. Без сахара и добавок. Официант кивнул и поспешил убраться прочь от опасного посетителя. Аластор откинулся на спинку дивана и принялся рассматривать спящую улицу, что постепенно наполнялась жизнью и хаосом. Голос в голове подпевал ненавязчивой мелодии, что лилась из радио. Аластор мысленно поставил бал этому заведению. Очертания неба за окном с каждым проезжающим мимо автомобилем становилось все более мрачным и унылым, в отличие от внутреннего убранства кофейни. Оно скорее радовало глаз, будто отрезанное от их безумного и кровавого мира. Его наполняли мягкий свет и запах свежесваренного кофе, что действовали успокаивающе. Наконец, официант поставил перед гостем чашку и поспешил убраться из поля зрения. Аластор обхватил её двумя руками, чуть ли не сунув в ароматный напиток нос. Горячий утренний кофе настраивал на позитивный лад. Мимолётное чувство благодати редко посещало их, потому голос предпочел заткнуться и не мешать хозяину насладиться моментом спокойствия. Утро тянулось томительно, время перевалило за девять часов. Кафе как оказалось круглосуточное, а немногочисленные посетители видимо разбежались, стоило завидеть оверлорда. —Какие у нас планы? — спокойно спросил голос, без его обычных гиканий и шума. —Не знаю. Хотелось бы отдохнуть пару дней... от всего. —Для отдыха нужно подходящее место. —Есть что-то на примете? —Отель Хазбин. Об этом отеле они узнали из новостей. Принцесса ада, что подралась с ведущей в прямом эфире, открыла первый в своём городе отель для реабилитации грешников. Звучало интригующе. Не то чтобы Аластор стремился к искуплению, но хотя бы можно было поглумиться над недоумками, что верят в эту чушь. Внутреннему голосу нравилась перспектива. —Отель Хазбин... — задумчиво повторил Аластор. — Почему бы и нет. Звучит заманчиво. —Нам бы не помешало получить немного позитивных эмоций. —Позитивных? — усмехнулся Аластор. —Хуёвых и так хватает. —Согласен. — Аластор растёр гудящий висок. Сказывалось малое количество сна. — Что же нас ждёт в отеле для недоумков? —Кто ж его знает. Увидим. Не бойся, я с тобой. Аластор растянул губы в привычном веселом оскале и ушёл из кофейни, не заплатив. Никто даже не подумал его останавливать. —Ты же помнишь наш разговор о рефлексии? —Конечно. С тобой забудешь. —Не раскисай. —Я просто немного устал, мне нужен отдых. Что ты прикопался? —На том свете отдохнешь, — голос завизжал будто гиена. Похоже, ему казалось, что он отмочил шикарнейшую шутку. —Ха-ха, — кисло ответил Аластор. — Я говорил тебе, что чувство юмора у тебя отвратное? —У нас отвратное чувство юмора, — поправил голос. —Говори за себя. У меня отличное чувство юмора. —Нет ничего твоего и моего. Есть только наше. —Хорошо, что мы это понимаем. А то меня посещает мысль: не поехала ли крыша? —У больных на голову свои заморочки, — утешительно молвил голос. Аластор прошёлся по начавшей оживать улице и свернул в глухие переулки. Здесь было не в пример спокойнее и тише. —Как тихо. Словно в раю, — съязвил Аластор, обратив внимание на то, что обычно незатыкающийся голос в голове вдруг утих. —Как мало тебе для счастья надо. —Очень мало, — согласился Аластор. — Достаточно будет, если ты заткнешься. —Сказал тот, кому стало настолько одиноко, что он начал болтать с самим собой. —Туше. Голос в голове заливисто засмеялся. —Это ведь ненормально, — заметил Аластор. Не то чтобы его вообще волновало состояние его рассудка. Так, к слову пришлось. —Мы далеки от понятия нормальности, как балерины от квантовой физики. Мелькнувшее в окне отражение задорно подмигнуло хозяину. Аластор улыбнулся. На этот раз искренне. Внутренний голос привычно начал шуметь, заполняя его одинокое посмертие присутствием. Над верхушками крыш уже виднелись неоновые буквы: «Happy Hotel”. —Ты абсолютно прав.