✉️ Письмо 1
15 февраля 2025 г., 03:06
Мой милый братец!
Грешно ли мне, дорогой Бенджамин, рассчитывать на твой ответ после стольких месяцев молчания? Могу ли я тешить себя надеждой, что ты сможешь отыскать в себе силы на прощение и понимание? В таком случае я был бы тебе безмерно благодарен!
Хотелось бы сказать тебе, дорогой брат, что меня снедает тоска и печаль вдали от свежего валлийского воздуха и громад валлийский гор, однако же это стало бы откровенной ложью.
Моё самочувствие значительно улучшилось после отъезда из дома, а удушающий лондонский смог придает моему разуму некой трезвости. Я более не намерен безропотно верить всему, что говорит наша достопочтенная матушка (да благословит Господь её душу), авторитетные личности в городе уверили меня в вымышленности рассказываемых ею небылиц.
Надеюсь, Бенджамин, однажды ты сумеешь отчистить свой разум от Её пагубного влияния и, наконец, обретешь покой в счастливой семейной жизни. Боюсь, что «проклятия» рода Оуэнсов – не более, чем больные фантазии воспаленного ума, передаваемые в нашей семье от женщины к женщине.
Знай, мой милый братец, что в любом из всех возможных вариантов развития событий твоей жизни, я буду любить тебя так же преданно и крепко, как завещал нам Апостол Матфей в своём Евангелие. Но вместе с тем я посмею тебя заверить: за пределами Гресфорда есть жизнь. Необузданная, бьющая неустанным потоком жизнь, в которую, как и я, ты бесспорно сумеешь влиться.
Матушка с детства потчевала нас страшными легендами о смерти нашего отца, его отца и так далее по необъятной родословной Оуэнсов, уходящей вглубь веков. Знаю, ты искренне веришь в правдивость её рассказов и понапрасну растрачиваешь покидающую тебя молодость, сторонясь прекрасных дам в застенках нашего дома, но позволь мне убедить тебя: наш отец оставил землю не из-за настигшего его проклятия. Я подробно описал симптомы его недуга опытному лондонскому лекарю мистеру Киркби, и тот заверил меня, что отец отошел в мир иной обессиленный лихорадкой, потому как не было ещё в мире зафиксировано ни одного случая, когда мужчина погибал из-за любви, вытягивающей саму жизнь из его тела.
За несколько месяцев в Лондоне я побывал с несколькими женщинами, однако после встреч с ними из моего тела не пропала ни одна капля жизненной энергии или силы; я не ощутил на себе даже призрачной тени нашего «проклятия». Мужчины рода Оуэнсов никогда не страдали от любви. По крайней мере, не в том смысле, в каком нас пытается убедить матушка. Мы не можем умереть лишь от того, что посмели впустить женщину в своё сердце, как и не можем убить возлюбленную одной только любовью.
Молю, дражайший Бенджамин, позволь этому зерну здравомыслия прорасти в твоем сознании! Вырви свой разум из паутины сомнений и страхов, накинутой на него глупыми россказнями.
Если же ты не найдешь в себе силы сделать этого, я отнюдь не прекращу испытывать к тебе ту братскую любовь и привязанность, что объединяла нас долгие годы.
С надеждой на скорейший ответ, твой брат Ричард,
Лондон, 19 апреля 1889 года
