Горящая тень

Большинство огней угасло, что еще больше привлекло внимание к небу. В фиолетовой дымке висело полное ночное светило. По холодно-белой, безупречно гладкой поверхности проходили льдистые тонкие полосы. Здания напоминали пальцы, тянущиеся ухватить ее. Трущобы укутала неестественная, холодная тишина. Ядовитая, от которой хочется кричать. На балконе, едва заметные, стояли две фигуры. Черные глаза поблескивали, на губах застыла мечтательная улыбка. Взгляд серых глаз скользнул по скуле. Сейчас она смотрела очень необычно - словно на кожу нанесли масло с вкраплениями жемчужной пыли. Так и захотелось коснуться ее, убедиться, что она настоящая. Воображение включило картину: он заключил ее в обьятия, его руки скользят по ее спину.. Стыд будто приглушил эти мысли. Ну вот еще не хватало начать испытывать к своей..Кем вообще ему приходится Курвисунд? Он ведь о ней почти ничего не знает и это тревожит. Побуждает чувствовать себя уязвимым. Наверное, лучше об этом не думать. Парень перевел взгляд на здания. - Ресторан Перес-Носиар вон в той стороне, -он указал куда-то вперед. В глазах квинсорианки заблестел интерес. - Я слышала про Перес-Носиар. Как тебе удалось устроиться туда? Норвизон опустил глаза. Светлые кудри упали на лицо, частично прикрывая смущенную улыбку. Он загадочно взмахнул длинными ресницами и, собравшись с силами, ответил: - Ей понравилась моя внешность. Курвисунд окинула его игривым взглядом. Прохлада ее пальцев будто еще усилила вспыхнувший в теле жар. - Привлекательность это мощная сила. С твоей внешностью у тебя отличные шансы.. Я могу научить тебя ими пользоваться. Ее губы коснулись его щеки, вторая рука скользнула по спине. По всему его телу побежали мурашки. На губах застыла улыбка. Наслаждение, пробуждаемое этими прикосновениями, было сильнее стыда. Будто морозное покалывание помогало ощутить каждую клеточку тела. И все это скопилось внизу живота. Но это ему даже нравилось - не поддаваться своим желаниям. Пожалуй,ему следует укрепить свое положение. А о Курвисунд не думать в таком ключе. По крайней мере, пока она сама не предложит. А то вдруг это лишь игра? - Что там происходит? - поинтересовался Норвизон, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более буднично. Квинсорианка покосилась на него - так, будто знала о нем что-то такое, чего не знает он сам. - Хочешь туда вернуться? - Нет, - со смущением признался парень. - Я.. не смогу это забыть. - И учиться дальше не хочешь? Норвизон опустил глаза. Признание подобного рода давалось ему нелегко, ведь это значит, что надо обнажить свою уязвимость. И ответить уже себе. Внизу простиралась улица. Свет, исходящий от зелено-розовой вывески, подчеркивал позеленевшие от сырости и грязи стены. Хотелось спрыгнуть и побежать прочь. Нет, он не боялся и не смущался.Просто.. так проще. Обняв себя за плечи, парень признался: - Хочу. У меня всегда отлично получалось изучать тела. Курвисунд неопределенно хмыкнула. Уголки ее губ дрогнули, как будто квинсорианка собиралась ухмыльнуться, но сдержалась. - Получить образование - разумно. А что потом? Неужели ты веришь, что Новый путь так просто отпустит тебя? Норвизон хотел было что-то произнести, но прикусил язык. Острая боль пронзила рот, сорвав с губ негромкий стон. Сплюнув, парень признался: - Я и правда не в восторге от того, что кто-то решает за меня. Но... откуда мне знать, что вы не такие же, как они? Курвисунд положила руку на его плечо и намеренно задела бедром. Повинуясь возникшему желанию, Норвизон обвил ее за талию. Выдохнув, квинсорианка ответила: - Я смогу доказать свои слова. Ты слышал когда-нибудь о Саонтрийком созвездии? - Нет. - Все началось с планеты Силф-Халеф, на которой нашли ценные ресурсы. Король торвинов и королева квинсорианцев имели на нее свои планы и даже смогли договориться. - И... дайте угадаю: все пошло не по плану? - Верно. Принцесса решила.. ускорить процесс получения наследства и заполучить их. Так что она наняла наемников, чтобы избавиться и от матери, и от торвинов на той планете. Однако их разоблачили. У королевы не хватило духу казнить единственную дочь и она просто сослала ее. Однако принцесса не желала сдаваться и основала новую колонию. И когда об этом узнали - было поздно ликвидировать ее. - Она убила свою мать? - Нет. Но разожгла вражду и расколола свою расу. Именно из-за нее сформировались организации, контролирующие сирот. - Эта принцесса еще жива? Его голос прозвучал жестко, совсем неподходяще для такой миловидной внешности. Тем не менее Курвисунд даже не смутилась. - Да. И тем не менее шансы помочь квинсорианцам остаются. Парень кивнул. Разумеется, он понимал, к чему она клонит - у низших рас тоже улучшаются условия существования, когда хорошо у покровителей. - И с чего ты планируешь начинать? Загадочная улыбка смягчила ее лицо. Рука обхватила его руку. Палец обвел костяшки, затем она обвила ладонь и потянула - нежно, но так уверенно, что Норвизон понял, что пойдет за этой женщиной куда угодно. - Я хочу тебе кое-что показать, - мурлыкающим тоном проговорила квинсорианка . Они двинулись по совершенно пустой улице. Только сине-фиолетовая бездна очерчивала здания. Тишину нарушал только шорох и изредка позвякивание с хрустом стекла. Норвизон чувствовал, что тревожить Курвисунд не стоит. Страха не испытывал, лишь любопытство. Они вошли в какой-то.. даже не дом, скорее будку. Вид у нее был жалким - серые стены с остатками некогда яркой краски, разбитые окна.. Внутри обнаружилась мебель, покрытая толстым слоем копоти. Все это вызвало у Норвизона глубокое отвращение. Думать о том, кто здесь жил - не хотелось. Этот район пришел в упадок задолго до его рождения. Парень досадливо цокнул языком. Пожалуй, даже обидно быть представителем расы недолгожителей - пропустить столько интересного.. Тем временем Курвисунд прошла в, судя по всему, чью-то спальню. Заскрежетал люк. Норвизон вошел как раз вовремя, чтобы увидеть зеленоватый свет из дыры во тьме. - Идем, - шепнула квинсорианка и скользнула вниз.