Горькая шутка

— А помнишь..Когда-то твоей единственной целью в жизни было вызвать у меня улыбку? — Ха-ха....Какая нелепая шутка. Непривычно грубый и хриплый голос нарушителя тишины эхом раздался в тёмной и ветхой комнате. О да, этими же словами можно было и описать хозяина самого помещения. В тёмном силуэте человека, когда-то гордо называвшего себя Николаем Гоголем, было бы тщетно пытаться искать и малейший след той яркой личности, да и затруднительно было из-за густого дыма сигареты в пыльном помещении. Искрящиеся золотые волосы потухли, от причудливой причёски осталось жалкое месиво. Были видно проделанные принудительные попытки принять более строгий вид, с силой вырвать маску шутовства. Однако итоги были трагичные и с тяжёлыми последствиями, причём в прямом смысле этого слова. Больший эффект придаёт ещё то, что при желании можно было разглядеть..лысину? Говоря о клоунском образе ещё больше, то привычный костюм, придававший когда-то молодому человеку шарм, потихоньку износился..А потом и вовсе перенёс разложение и гниение, как пылкая и свободолюбивая душа хозяина той самой одежды. Эксцентричный макияж сменился естественными признаками увядания. Фарфоровая и нежная кожа покрылась морщинами и огрубела. На щеке больше нельзя было оставить поцелуй, ведь можно было не приятно уколоться об щетину. Кривая улыбка паяца не только потеряла тепло, но и вовсе была изуродована. Впрочем, даже долго держать её было слишком больно, а смех и вовсе вырывался горько из-за боли по всему телу. О да, Николай, как кажется, мог превратиться в мерзкое мясное месиво в любой момент. Об этом прямо таки кричал шрам на слепом глазе. Он больше не был изюминкой в образе самого смекалистого, бесконтрольного и опаснейшего террориста в прошлом. Напротив — оно напоминало о том, что шрамы и любые другие ранения на старом теле с трудом заживают, а порой и совсем остаются с носителем их до самой смерти. Паяц во всех смыслах умирал, как и дряхлое кресло, к которому он словно был пришит. Вот только человек, стоящий напротив гниющего зрелища, был всё также чертовски молод и красив. Ох, этот дьявол Фёдор Достоевский кажется душу продал в обмен на это проклятое бессмертие, которое было самой ужасной насмешкой для борющегося с жизнью и смертью Николая. Даже если мир канет в Лету, то этот ублюдок будет жить и восседать один на обломках мироздания. Вот только..Это и было треклятой причиной того, почему Николай Гоголь не был единственным несчастным человеком в этом помещении.