Тайская фарфоровая кукла

Лукас самодовольно улыбается и наглядно тыкает свою щеку языком изнутри. Не церемонясь, он уже оттягивает край шорт и кивает взглядом в сторону паха, протягивая другую руку к затылку соседа. В застывшем возмущении Тен избегает тянущейся руки, по-немногу отодвигаясь назад. - Сколько ты выкурил? Очнись, придурок! Лукас резко берет парня за загривок своей слишком теплой рукой - Тен шипит и сопротивляется. Свободной рукой укурок рыщет в своем телефоне, пока не находит нужное и тычет девайсом прямо в лицо жертвы. Все тело тайца сводит спазмой боли вперемешку с ужасом - он видит на экране фото в щель дверного проема, как его трахает в рот менеджер. Тот самый раз, когда его буквально приволокли в этот гребаный офис, не закрыв дверь в спешке овладеть в очередной раз сладким ртом. Лукас восторженно смотрит то в глаза хена, то на экран мобильника и протяжно тянет «ууу». - Так хочется запостить, может вместе это сделаем, а? - Юкхей маньячно вдыхает аромат тела парня, крепче сжимая его волосы в руке, - Мне кажется, я мог бы сожрать тебя, но... Тогда бы никому больше не досталось, верно? - он наигранно корчит грустную гримасу и давит на затылок парня в сторону паха, где уже виден стояк. Тен тут же меняется в лице: без тени сомнения слащаво улыбается соседу, послушно стягивает шорты, достает член, устраиваясь на коленях с наименьшей болью. Он начинает привычно работать ртом, срывая первый глухой стон Лукаса, пока его руки зарываются в волосы, забирая контроль над ситуацией. По щекам тайца текут слезы невыносимой боли, обиды и несправедливости. Периодически он давится большим членом, кашляет, с острого подбородка свисают густые слюни. Сосед уже уверенно, абсолютно не скрываясь, стонет, но музыка с колонки покрывает голос басами. Умно. Всего пары минут хватило, чтобы Тену густо кончили прямо в глотку горькой массой, с силой прижимая его голову к паху, пока член не перестал подергиваться. Юкхей отодвигает голову парня от себя, глубоко дыша, и тянет к себе, глядя прямо в душу. - Глотай, шлюшка. Тен улыбается уголками сомкнутых губ, тяжело глотает и моргает, выдавливая горячие слезы, не разрывая зрительного контакта. - Сука, как же ты хорош, а? А с ногой ты... аккуратнее, хен. Лукас вразвалку уходит, натягивая шорты, выключает свет в комнате и замертво падает на свою кровать. Читтапон шевелится только спустя минут пять - все затекло, слезы вперемешку со слюнями засохли на безысходном лице, а во рту мерзкое послевкусие очередного унижения. Он еле встает, выключает колонку и ковыляет в душ, чтобы смыть все следы произошедшего, хоть и знает сам, что это въелось под кожу как тату. «Шлюшка?» - Тен ухмыляется, в очередной раз ловя себя на мысли, что уже не помнит, когда был самим собой. А помнит ли он себя? Тем милым парнем без тягости грязных секретов, просто работающим для себя и фанатов. Тем парнем, который искренне любил и был любим в ответ, что казалось быть геем в его положении не так уж и страшно, что со всем этим можно жить и процветать. Тем парнем, который не боялся смены чужого настроения рядом и не натягивал улыбочку каждый раз, ловя на себе тяжелый взгляд менеджера. Таец не заметил, как стоял уже добрых десять минут почти под кипятком, упершись руками в стенку душа и склонив голову вниз. Но горело не тело, ныло нутро. Он бьет кулаком в стену раз, два, три... Пока не рычит от боли и выкручивает поток воды на холодный. Контраст вводит тело в чуть ли не судорогу, парень безмолвно кричит, снова утопая в своих гнилых думах. Почему он тогда повелся на псевдо-договоренность между ним и этим Пак Сон Тэ? Хренов манипулятор тогда удачно присосался к Читтапону, когда тот был разбит событиями с операцией и армейскими делами в Тайланде. Обещания ускорить реабилитацию, обещания ввести снова «в строй NCT» без лишних проблем, обещания пары новых проектов, а там и глядишь - новый китайский лейбл уже увидит свет. Но не только это... Среди обещаний было и то, что этот подонок не раскроет никому факт отношений Тена с Тэеном. Как же демонически тогда блестели глаза менеджера от осознания власти в его руках над чужой судьбой, даже судьбами. Все эти мерзкие воспоминания будто высечены в мозгу, ежедневно навязчиво проигрываются, отдавая мигренью в висках. Как парень легко и просто попал в ловушку, стоило только ступить за грань, против своей воли и морали пойти на близость с человеком ради карьеры. Ради любимого человека в частности. Так Читтапон принял миллион стрел на себя, он резко отстранялся от ничего не подозревающего бойфренда, ссылался на расписание, на усталость, на тренировки - да что угодно. Сон Тэ же не упускал момента помочь сгущать краски, постоянно воздвигая китайские стены между парнями, перекрывая воздух напрочь. Разное расписание: тренировки, уроки вокала, занятия языками, шоу и все что только взбредет в голову. «Никакого фансервиса с вашей парочкой больше, т.к. это не дает никакого плюса в медийке, только вызывает больше вопросов и ревности от фанов. То, что мы планировали с вашим дуо, тоже отменяется по понятным причинам, вы должны понимать» - прозвучало буквально как последний аккорд шторма. Естественно и ожидаемо Ли Тэен просто не выдержал таких отношений, он не чувствовал больше любви и присутствия в жизни своего человека и стал инициатором разрыва. Он думал о любых возможных причинах такого поведения своего партнера днями и одинокими ночами напролет. Почему? Разлюбил? Нашел другого? Но ничего из этого не стыковалась с их действительностью, в которой они были счастливы ни много ни мало почти три года. Не без истерик, расставаний, давления извне и рефлексии о том, что мир не черно-белый. На протяжении месяца каждый день Тен получал одно и то же сообщение «я не смогу тебя разлюбить», пока его не накрыло и он сорвался в тренировочный зал, где точно должен был быть только Тэ. - Ты... Можешь не писать мне больше? Прими действительность и оставь меня, - Тен не смотрел в глаза и почти задыхался в жгучей помеси злости на себя и горьком отчаянии. - О, теперь ты зол? Это ведь не я расстался с тобой тогда, а ты со мной. Задолго до этого разговора. Тен, посмотри мне в глаза, - Ли подошел ближе, оставив между ними с метр, и с ноткой почти истерики, но умоляюще смотрел на отведенный взгляд. - И? - Тен резко, вызывающе поднял голову, стараясь выглядеть максимально надменно и холодно, - что это меняет? - его жвала были напряжены до предела. - Хах... - Тэен не веряще усмехается самому себе и смотрит в потолок, начиная ходить по кругу, хватаясь за голову, - тебе стыдно... Ты изменил мне, скажи?! В ответ таец лишь опустил взгляд и снова его поднял уже более пустым. - Не молчи. За что тебе еще может быть так стыдно? - Ли переходит на шепот, напоминающий причитания. - Надеюсь, ты меня услышал, я пойду, - Тен разворачивается и медленно идет в сторону выхода, по залу расходится эхо от шагов, которые продавливают ушные перепонки Тэена. Ли больше ни разу не заикался об их отношениях, любви и прошлом, не писал, не звонил... Не смотрел клипов, трансляций, интервью и всего, что только могло содержать щемящий сердце силуэт. Все осталось глубоко в душе - утрамбовалось, было откинуто в дальний ящик в самом укромном месте, куда мысли забредали в самые тяжкие времена. Если бы его сердце было человеком - это был бы парализованный инвалид с пролежнями, который не может связать и двух слов, но помнит абсолютно все и больше. - Ты же понимаешь, что ты предприимчивый и умный парень. Именно ты делаешь все ради своего и его блага, верно? Кто знает, может о вас бы успел узнать кто-то и похуже меня? И просто сдал бы вас руководству, что было бы тогда? Нужно быть благодарным судьбе и тому, что имеешь, - словно мантра периодически звучало с уст шантажера. Руки скользили по голове, вниз по шее к спине и ниже... Тен просто послушно кивал головой так, будто пытался утрясти весь ворох мусорных мыслей, будто так легче. Ловушка захлопнулась. Тайская кукла попалась на удочку бесконечного шантажа в мире, где тебе не поверят без каких-либо доказательств, когда вокруг все свои, но не для тебя. Даже после расставания Тэен мимолетом интересовался самочувствием и делами Тена, но тот не стал делиться всем тем, что давило на него грузом в тонны. Тем, что взрастило вечную тревогу внутри, а снаружи поселило вечно картинно милое личико. Некая защитная оболочка, словно фарфор, под каким углом ни глянь - без изъянов. А внутри лишь тлела душа, когда-то горящая синем пламенем любви и тягой ко всему на свете. Читтапон испытывал смертельный страх не просто быть обнаженным этой правдой перед всеми, он боялся, что узнает Тэен, но что еще хуже - каким-то образом навредить ему. В голове тайца хранились целые тома с миллионом воображаемых сценариев, где Тэен его ненавидит, как рушатся их карьеры, а жизни катятся к Аиду. Парень начинает чистить зубы, сползает по кафелю стены вниз, вода рассекает мягкую кожу, мысли стихают, как и звук шума воды. Он будто все дальше и глуше, Тен чувствует, будто мозг давит на черепную коробку изнутри и вот-вот взорвется. Щетка звонко падает с рук к душевому сливу, парень немного трясет головой и моргает, но темные пятна не исчезают, а сгущаются в чернильное пятно. Мышцы зудят изнутри, тело становится тяжелым. - Да что за... - Тен окончательно отключается.