Эмора

Машина завелась и рванула с места, любые законы физики к ней не относились. Они просто не имели значения. Попытки остановить ее обычно заканчивались не самым удачным образом для людей. Нет, она никогда не причиняла вреда напрямую, но каждый третий полицейский в Сохо вдруг переставал помнить начало дня. В объяснительных записках никто не мог доказать свою невиновность, обычно писали: "Рыжий мужчина за рулем с невозможной скоростью промчался по центральной улице". Естественно, руководство не верило в эти истории и лишало полицейских премий, а иногда и работы. Но вернемся к главному... Черная Бентли 1926 года выпуска, которую Кроули бережно полировал и подкрашивал, была для него настоящим сокровищем. Он всячески откладывал момент расставания с ней. Многие памятные события происходили именно с участием "моей Бентли", как любил говорить Кроули. Азирафаэль, улыбаясь, всегда вежливо поправлял его: "Наша Бентли". Демон не стал с этим спорить. Бентли остановилась у цветочного магазинчика. Большинство готовых композиций, которые предлагали цветочные магазины, казались Кроули недостаточно стильными: цветы не сочетались между собой, располагались негармонично, а упаковка не подходила к композиции. Красивые букеты на витрине, по мнению флористики, стоили дешево, что вызывало подозрение. Кроули решил пройти на второй этаж этого пропитанного негативом места. На втором этаже было пусто. Кажется, никто и не собирался заморачиваться насчет букетов своим любимым. Выбор оказался куда больше, но особое внимание увлекли именно Пионы. Когда-то демон вычитал, что Пионы символизируют романтику и нежность. Их крупные, бархатистые лепестки вызывают ассоциации с теплом и заботой, а также с теми моментами, когда ты наслаждаешься чтением и ароматом чая. — Подходит. — Кроули уже набрал половину букета нежно-розовых пион, как вдруг увидел рядом стоящие нарциссы. Стоило покопаться в памяти, что бы вспомнить, что нарциссы - символизируют новую жизнь и обновление. Их присутствие в букете может говорить о их с Азирафаэлем новой жизни, которую они устроили для себя. Это заставило неконтролируемую ухмылку появляться снова, а затем вместе с ней, и, букетом, наполненным роскошными пионами и нарциссами, идти на кассу. В цветочном магазине царит атмосфера напряженности. Мужчины, пришедшие за букетами к 14 февраля, выглядят явно недовольными. Один из них с недоверием рассматривает ценники, качая головой и произнося: «Неужели это стоит таких денег?» Его голос полон злости, и в глазах читается вопрос: «Зачем мне это?» Другой мужчина, стоя у стенда с розами, сжимает в руках свой телефон, на экране которого открыто сообщение от любимой: «Где цветы?» Он вздыхает, смотрит на свои часы и думает: «Вот же ж! А ведь мог просто купить ей что-то полезное, но нет! Им цветы только и подавай. Они же через день завянут!». На кассе группа мужчин переглядывается и смеётся, но смех у них безрадостный. «На что только не пойдёшь ради любви», - шутит один из них, но в его голосе слышится нотка сарказма. Все они явно не в восторге от традиций, и их лица отражают недовольство и желание найти альтернативу. Кроули не сталось от этого горячо, но и не холодно. Однако нотка брезгливости вызвало у него пору фырканьей. Ему сейчас не нужны были конфликты, поэтому он просто купил то, что ему нужно и направился уже в винный бутик «Soho Wine Supply» на улице Сохо. Один ангел, который работал в лавке книг сражался всеми доступными ему человеческими и не совсем человеческими силами с влюбленной молодежью. Его, конечно, радовало, что покупатели наконец-то прозрели и с энтузиазмом дарят друг другу книги. Множество экземпляров Эриха Фромма стремительно покидали стеллажи, и никто даже не догадывался, что вместе с книгами они уносят многолетний слой пыли, который явно был старше их самих, если не вдвое. — Мм... Мисс, — осторожно произнес Азирафаэль, заметив, что девушка в красном превышает лимит его чудес. В ее руках покоились несколько копий "Искусства любить", а из-за них выглядывал его любимый томик "Гордость и предубеждение". Остальное ему не удалось разглядеть, так как она прижимала книги к себе слишком уж тесно. — Могу я поинтересоваться, зачем вам такой набор? Девушка потянулась за еще одной книгой. — Мои ухажеры одни из самых начитанных, если не в Сохо, то и не знаю где еще, — без тени смущения ответила она. Но вот Азирафаэль смутился до глубины души. Его причудливый мир, делившийся на добро и зло, сегодня снова потерял свой маленький холмик. — Но как... Простите? — он чуть откашлялся. — Неужели к каждому из них вы испытываете чувства? — Это не самое главное, чтобы провести время хорошо в день всех влюбленных. Изумлению ангела не было предела. Казалось, он жил здесь уже шесть тысяч лет, но о том, что люди отмечают праздник влюбленных осознал только сейчас. Азирафаэль машинально упаковывал товары в гофрированную бумагу; каждая была своего цвета, с уникальным содержанием, и у каждой книги был свой получатель. Ангел поспешил отдать их девушке. Клиентов приходило все больше, и каждый получал то, за чем пришел. Но недавние слова девушки в красном не покидали его мыслей. — Большое спасибо, мистер Фель! — Благодарю и вас! Приходите еще! — с милой улыбкой провожал последних читателей ангел. Азирафель взглянул на часы, и легкая улыбка снова озарила его лицо. Его старый друг должен был зайти в любой момент, а значит стоило навести порядок. Уже в скором времени Кроули стоял с цветами и вином у входа в букинистический магазин. Ему ничего не стоило просто зайти, ведь двери магазина всегда для него открыты. Однако, что-то заставило демона сначала постучать. Двери тихонько распахнулись, и от туда показалась пушистая голова ангела, которая, похоже, была не удивлена, что тот пришел. — Ангел, я.. — начал было Кроули, как вдруг его перебил Азирафаэль. — Проходи, я ждал тебя. Кроули не совсем понимал, для чего его ждал Азирафаэль, но одно только "ждал" вызвало бурю эмоций. Конечно, Азирафаэль не раз, и не два, говорил те же слова. Но вот только сегодня особенный день в календаре. День возлюбленных. — Ну так, зачем же ты меня ждал? — Демон стоял уже в закрытом магазине, а за спиной у него прятались те самые цветы с вином. Он все ждал момента, пока ангел обратит на него внимание, хоть тот и не спешил. Ангел скитался по комнате, что то искал и тихо мямлил. Это все немного напугало Кроули. — Что-то произошло? Тебя потревожили верхние? — голос был с ноткой сомнения и переживания, которые так пытался скрыть демон. Азирафаэль резко развернулся, и на его лице появилось самое невинное выражение. — Извини, у меня все в порядке! — произнес он, нервно оглядываясь в поисках чего-то, за что мог бы ухватиться. Его взгляд упал на бутылку вина в руках демона. — Вино? Зачем, Кроули? Ты же знаешь, что у меня и так полно запасов! Кроули на секунду замер, его глаза заблестели, когда он искал подходящие слова. О чем он думал, когда нёс сюда вино с цветами? Демон занервничал, заметив, что Азирафаэль может задать вопрос и о цветах, быстро принял решение. — Ну, ты же знаешь, что... иногда просто приятно сменить обстановку, — произнес он, стараясь выглядеть непринужденно. — Вино - это просто предлог, чтобы посидеть вместе, поговорить. — Кроули не спеша достал из под спины букет с цветами и продолжил — А, цветы.. Знаешь, у тебя здесь так пыльно из-за всех этих напыщенных книг, что дышать нечем! Да и для интерьера вполне сходны. Когда Азирафаэль заметил цветы, его глаза расширились от удивления. Он подошел ближе, вдыхая их нежный аромат, и тихо произнёс: — О, Кроули, какие красивые цветы! Откуда они у тебя? Ангел с восхищением разглядывал каждый лепесток, словно это было нечто невероятное. Его лицо озарилось мягкой улыбкой, а в глазах засияли искорки радости. Это было так необычно для Кроули, который, как правило, не проявлял особого интереса к подобным вещам. Кроули, наблюдая за реакцией ангела, почувствовал, как его сердце стало теплее. Он не ожидал, что такой простой жест вызовет такую бурю эмоций у его друга. - Позволь мне..- демон начудесил красивую, прозрачную вазу с водой на стол и позволил Азирафаэлю аккуратно положить их туда. Они сели за стол, и Кроули, разливая вино, завел разговор о морских существах; — Знаешь, я читал, что у некоторых морских животных мозг устроен совсем по-другому, чем у нас. Например, у осьминогов... У них вообще три сердца и девять мозгов! Это же просто невероятно! Как ты думаешь, как они справляются с такой сложной системой? — О, Кроули, это действительно впечатляет. — Но что на счет дельфинов? — Азирафаэль глотнул из своего бокала. — Они же буквально думают, перед тем, как действовать; перед охотой, что бы защитить свой нос, они надевают на него морскую губку. А что на счет их обучаемости? Они, почти как каждый подобный вечер напиваясь: вспоминали. Вспоминали одни и те же теории, через которые уже проходили не один раз. Прошло прилично времени, перед тем как Кроули понял, что они открыли вторую бутылку. — Ангел, — Демон пробежал глазами по полкам библиотеки, но, как назло, ему попадались лишь громоздкие энциклопедии и даже несколько Библий, от которых его бросало в жар. — Когда-то давно, когда я еще не пал, а участвовал в проекте по созданию земли – я думал над созданием интересного существа. — Азирафаэль молча кивнул. — Оно было бы изящным, элегантным и большим. — Кроули взял бокал в руки и провел пальцем по верхушке, ощущая соприкосновения стекла, что так приятно холодил кожу, а затем продолжил: — Я бы создал его тихим, умным, но таким, блять, ярким! С обтекаемым телом, которое покрыто полупрозрачной, святящей кожей. Оно бы жило на глубине тридцати шести тысяч фунтов, в тихом океане марианской впадины, с далека напоминая маленькую звездочку. Кроули, не выпуская с рук бокал, уходил глубже в мысли, наполняя комнату загадочной атмосферой. —...Оно бы любило. Любило бы больше Богини Исис. — Кроули сделал паузу. — Просто.. влюбилось бы в какую-нибудь эфирную медузу на поверхности океана, которая отражая лучи солнца своими щупальцами – привлекла бы его внимание — и страдало бы, не имея возможности даже рассказать о своих чувствах. — — Кроули. — тихо позвал его Азирафаэль, на что не получил никакого внимания. — Я назвал бы его…Эмора. Ангел блуждал по лицу Кроули. — Зачем ты мне об.. эм.. Знаешь, Кроули, думаю нам хватит. Что скажешь? Конечно, ответа ангел ждать не стал. Он поднялся со своего места и начал с аккуратностью убирать со стола остатки алкоголя. Он закрыл горлышко бутылки пробкой. Кроули, наблюдая за этим процессом, не мог сдержать недовольства. — Эй, Азирафаэль, зачем ты всё убираешь? Мы только начали наслаждаться! — возмутился он, поднимая уже опустошенный бокал, как будто это могло изменить ситуацию. — У нас ещё столько весёлых историй впереди! — Нет, Кроули. Я конечно люблю выпить в хоро.. приемлемой компании, но не сегодня. Кроули вздохнул, как будто это было самым ужасным преступлением в мире.  — Мы же не на приёме у королевы! — Знаешь что, Кроули! — В этот момент их разговор прервался чужим гулом, что исходил с улицы. Они оба заметили в окне сладкую парочку, прогуливающуюся по улице, держась за руки и смеясь. Их радость была настолько искренней, что даже Кроули на миг замер, забыв о своём недовольстве. — Смотри на них, — произнёс он, слегка наклонившись к окну, его голос стал более задумчивым. — Кажется, у них всё идеально. — Да, счастье действительно прекрасно, — согласился Азирафаэль, оставив уборку на время. — Они выглядят так, будто весь мир принадлежит только им. Кроули, всё ещё не желая заканчивать вечер, посмотрел на Азирафеля и, с лёгкой ухмылкой, произнёс: — Ну, может, нам стоит научиться у них. В конце концов, мы тоже можем немного порадоваться жизни, даже если это всего лишь вечер с поилом. Руки ангела предательски дрогнули, и, схватив грязные бокалы с уже опустошенным вином, он поспешил на кухню, бросив: «Я на секунду только сполосну!» Ох, если бы вы только видели его лицо — он так нервничал, что один из хрустальных бокалов треснул в его руках, но, к счастью, это было поправимо. Азирафаэль прильнул к умывальнику, тяжело дыша. Кажется, столько эмоций за один день он еще никогда не испытывал. Он резко открыл кран, и вода забурлила, наполняя тишину. Мысли путались, как страницы в забытом романе. Книги Эриха Фромма уже наверняка были у тех мужчин, а парочки за окном выглядели такими счастливыми! Кроули нарочно обмолвился: «Ангел, если ты решил лишить воды весь район, то я не против, но стоит с этим пов...». Но демону не удалось закончить мысль — он прекрасно видел, что происходит. Легкая капля пота скользнула по лицу Азирафаэля. — Ангел, то есть Азирафаэль! — произнес Кроули, но ангел прервал его жестом. Азирафаэль не спешил поднимать голову, лишь сильнее вжимал её в плечи. — Нет, Кроули, нет... — его пальцы сцепились и начали отплясывать неведомые танцы. — Кажется, чувства, которые сегодня я испытал, натолкнули меня на совершенно безумную мысль! — с улыбкой ударил он себя по лбу. Кроули не смел прерывать речь ангела. Тот был возбужден, но чем ответить не мог — скорее догадывался о том, что должно произойти... — Оказывается, ты был самым неизведанным образом всегда рядом! — наконец Азирафаэль поднял взгляд на Кроули, оставив позади разглядывание паркета. — И все это время искал ответы там, где их не было. Кроули почувствовал, как в его груди разгорается искра надежды, и тихо спросил: — И что же ты намерен с этим делать? Азирафаэль слегка улыбнулся и ответил: — Думаю, пора перестать прятаться за словами и страхами. Мы оба заслуживаем быть счастливыми. Кроули замер, его сердце забилось быстрее. Он понимал, что этот момент может стать началом чего-то нового, удивительного. — Тогда давай сделаем первый шаг вместе, — произнес он, протягивая руку к Азирафаэлю. Ангел посмотрел на него и почувствовал тепло его ладони. Этот момент был полон ожидания и надежды — словно мир вокруг них замер в ожидании. И в этот миг Азирафаэль почувствовал, как его сердце наполнилось радостью и лёгкостью. Азирафаэль ощутил, как его крылья расправляются внутри него, словно освобождаясь от оков. Кроули же почувствовал, как его внутренние барьеры рушатся — он был готов отдаться этому чувству полностью. Теплые и горячие губы Кроули коснулись губ ангела, который, казалось, даже подпрыгнул от неожиданности. Демон, однако, волновался не меньше: он крепче сжимал ладонь ангела, надеясь, что это только начало...