Risk

      Леви едва сдерживал свое желание. Прямо в тот момент, когда шатен, встав перед ним, отдавал приказ такими холодными словами, ему хотелось сунуть член между его прекрасных губ, заставив того умолять о прощении. Их роли исказились, и он прекрасно понимал, что мог схватить тогда Эрена. Не то что бы этому паршивцу не нравилось его положение.       Леви солгал бы, если бы сказал, что не находил чертовски сексуальным то, как Эрен стоял перед ним в своей дорогой одежде и обладал такой силой, о коей кто бы то ни был в отряде мог лишь мечтать. Только представьте, в один момент он стоял перед ним, командуя сотнями людьми, резкими и холодными словами, а в следующую секунду этот же человек, бросив все, лежал под ним, задыхаясь в стонах. Умоляя, чтобы его, наконец, забрали от него, словно это было спасением.       Он вновь прижался своим телом к его, и вся тоска последних недель вернулась, став отчетливо заметной.       Если бы все зависело от него, он бы трахнул этого мальчишку прямо здесь, на его письменном столе. Так долго и жестко, пока его волосы не прилипли бы ко лбу и он не смог бы делать ничего, кроме как быстро и обессилено стонать его имя.       Это было словно музыкой для его ушей. Момент, когда Эрен Йегер позволил себе утонуть в нем. Позабыв о своем звании, о гордости, уступив контроль над собой лейтенанту. Он бы умер за те моменты между ними. Но как бы он ни хотел сделать это сейчас, он и его пах до боли осознавали, что этого не произойдет. — На колени, — прорычал он, все еще цепляясь за последние остатки самообладания.       Он нагло толкнул вниз своего начальника, схватив его красивое личико своими ладонями. Если его оценка была верна, Эрвин и его отряд будут ждать того только через несколько минут, а старший явно знал, как лучше провести это время, вместо никому ненужных отчетов и формальностей. Ему повезло, что Эрвин делегировал эти задачи брюнету. Притягательный блеск прекрасных глаз заставил биться его сердце быстрее.       Этот ублюдок вообще мог себе представить, насколько он был горяч?       Насколько неотразимым его делают эти слегка приоткрытые, раскрасневшиеся губы?       Этот голодный взгляд, которым он смотрел на него снизу вверх, словно не было бы ничего желаннее ему, кроме как взять твердый член того в рот.       Напряжение в штанах давало Эрену понять, какое воздействие оказывает на мужчину эта картинка. От наследника влиятельной военной семьи не осталось ничего. Быстрыми движениями мужчина расстегнул пряжку ремня, высвобождая свой напряженный член из тесной ткани, и поднес его к носу шатена. Черт, это зрелище возбуждало его.       Он отдал бы все, лишь бы иметь возможность запечатлеть это на камеру. Его левая рука вновь зарылась в волосы шатена и, не дожидаясь больше, прижала его голову к паху, заставив обхватить член губами. Как бы жадно Эрен не принимал это, грубость того совершенно не волновала его партнера. Напротив, лейтенант знал, что именно это поведение, это унижение и бессилие возбуждают его начальника. Приятное ощущение пронзило его тело, и он застонал от удовольствия.       Парень был одарен от природы. Начав медленно двигать тазом, тот все сильнее и сильнее принимал член в свой влажный рот. Леви не мог оторвать взгляда от зеленоглазого мужчины. Картина, открывшаяся ему, была слишком завораживающей.       Румяные щеки, растрепанный вид и язык, которым он так сладострастно облизывал его во всю длину. Он слегка пососал головку, оказывая нужное давление на все его самые чувствительные места, и Леви готов был кончить лишь от одного вида.       Его рука слегка потянула Эрена за волосы и, не предупредив другого, прижала его голову к своему члену так, что тот полностью исчез у него во рту. Это зрелище было настолько греховно прекрасным, что Леви готов был пройти ради этого через все круги ада.       Его тело с каждой секундой становилось все более чувствительным, и он ощущал приближающийся пик своего экстаза. — Черт возьми, Эрен, — прорычал он, увидев, как рука Эрена переместилась к его столь же твердому члену, — не смей себя трогать, — мрачно произнес он, пригрозив Эрену, и тот прекратил всякие попытки облегчиться.       Вместо этого эта рука теперь занялась его яичками, начав их массировать, в то время как другая вместе с языком ласкала кожу его возбужденного члена.       Мощный прилив чувств захлестнул его тело, и больше он не знал, куда деть свои руки и мысли. Застонав, он откинул голову назад и без предупреждения кончил в рот младшего. Некоторое время, пока эйфория не утихла, он оставался в этой позе, а после вытащил свой член из теплого рта другого мужчины. — Черт, это было хорошо, — с облегчением произнес он, схватив одно из белых шелковых полотенец со стола и вытершись им. Он также протянул другое Эрену и увидел, как тот слизнул остатки с губ. Он терял рассудок от этого мальчишки.       Даже слепой почувствовал бы, что молодой преемник всё ещё был возбужден, а очевидную выпуклость на его форменных брюках невозможно было не заметить. Лейтенант прекрасно понимал, что пройдет совсем немного времени, прежде чем его вожделение к своему командиру вновь вернется.       Тот с жалостью взглянул на него, надеясь увидеть знак, что и он сможет сбросить напряжение. Блеск его глаз, то, как он открыто жаждал большего, всегда сводили с ума брюнета. Но он не мог винить в этом другого.       Он наклонился к Эрену, обхватив его член своими тонкими пальцами. — Не смей прикасаться к себе, понял? Считай это наказанием за свой тон, — приказал он, услышав и увидев, как тяжело сглотнул Эрен.       Чувство удовлетворения охватило его. Ему нравилось ощущение власти и контроля над другим. Хоть он и понимал сам, что однажды эти отношения закончатся, и потому он наслаждался каждой их секундой. Потому что неважно, как бы тот охотно ни соглашался с их сменой ролей, он почти страдальчески осознавал, на каком уровне он сам находился в сравнении с Эреном.       Парню было суждено гораздо большее, чем ему предначертала судьба. Однажды Эрен возглавит эту нацию, сядет в одно из украшенных, дорогих кресел, будет контролировать и решать дела этой страны.       Он командовал тысячами людьми, посылая некоторых из них на смерть, лишь бы большая часть страны могла продолжить процветать. Даже если для большинства городов было уже слишком поздно. Он знал, что не имеет право такое чувствовать и эта мысль вызывала у него боль в области груди, но брюнет каждой клеточкой своего существа осознавал вероятность того, что вскоре этот мальчишка женится на женщине из другой семьи.       И теперь брюнет, объятый ужасом, смотрел на преемника. Прошло много времени с тех пор, как он произнес те слова. — У меня скоро встреча, — пошутил обычно невозмутимый Йегер, резко выпрямившись.       Да, выпуклость на его штанах точно приносила дискомфорт. Он понимал, что их время, проведенное вместе, было связано только с ним, и вероятность того, что он не выйдет из этой комнаты живым, если их обнаружат, была крайне высока.       Тем не менее, где-то в глубине его сознания засела маленькая мысль. Представление о том, что однажды он сможет открыто заявить о своих отношениях с другим. Чтобы выразить свое желание о том, что он хотел бы остаться рядом с ним навсегда, и чтобы все аристократические ослы увидели, как он до полусмерти трахает одного из их самых влиятельных отпрысков. Их лица определенно кричали бы от ужаса. Леви попытался запрятать это эгоистичное желание в самый дальний уголок своего мозга.       Шаги за дверью, вероятно, привели обоих в чувства, и Эрен метнул взгляд на Леви, на что тот лишь покачал головой. Как этот мальчишка мог вести себя так статно перед своими людьми, а после потерять самообладание из-за того, что кто-то появился у дверей? — Эрен? — спросил женский голос, и младший, подбежав к столу, тут же сел на стул, закинув ногу на ногу.       Прошло меньше минуты, как поведение того изменилось на все 360 градусов. Леви отступил назад и потянулся за бумагами, содержащими отчет. Он старался не обращать внимания на это неприятное чувство. Как же его это всё бесило. — Да? — раздался привычный холодный тон молодого преемника, и тут дверь открыла невысокая светловолосая женщина. Она остановилась, увидев темноволосого лейтенанта. — Ой, извините, я не знала, что у вас совещание, — произнесла она, извиняясь.       Леви не мог подавить искру ревности, возникшую, когда блондинка заговорила с шатеном безо всяких формальностей. — Всё в порядке, лейтенант Аккерман уже закончил свой доклад, — произнес он, и неприятная боль окутала тело.       Леви, откашлявшись, поклонился Эрену, прежде чем отдать честь, и тот отпустил его.       Звук захлопнувшихся тяжелых дверей неприятно отдал в уши и заставил его осознать, что он оставил шатена в его кабинете наедине с этой блондинкой.