14 февраля. День спасённого свидания.

Звук уведомления привлекает внимание и девушка отрывает взгляд от монитора компьютера. Потянувшись, так что в плечевом поясе раздалась тупая, приятная боль, при этом прокряхтев, она взяла телефон со стола. Раскрыв чехол книжку, разблокировала экран и зашла в телеграмм, куда пришло сообщение. Россия: Стёрка, привет. Выручай!

Вы:

Здравствуйте-здравствуйте. Выручать? Что случилось?

Россия: Я никак не могу приехать в Германию сам. Один единственный раз прошу! Мне просто нужна одна комната, я всё сам обустрою.

Вы:

Ааа)

Хорошо-хорошо ^^

Тебе коридором проход в студию предоставить? Скажи где именно с твоей стороны сделать выход. Всё будет в лучшем виде

Россия: От души. Обязательно верну должок за помощь.

Вы:

Отменишь действия РКН?

Россия: Я сказал, что верну должок, а не сделаю то на что в данный момент не могу повлиять.

Вы:

Олрайд, можешь ничего не возвращать, я делаю это просто так. До связи!

***

Какое однако сумбурное приглашение... К тому же именно в подобный день. Как только Германия только был уведомлен, что через час его заберут на «студию», почти сразу догадался о причине. День Святого Валентина, чудесный праздник, когда у тебя есть либо чудесные друзья, которые обязательно станут заморачиваться по этому поводу, либо партнёр, который ни за что не посмеет пропустить этот день. От мысли, что в его случае причина всё же вторая, он невольно начал улыбаться. Но, возвращаясь к тому, как он только-только появился на месте назначения... Становится немного не по себе. И всё же давайте обо всём по порядку! За отведённый ему час, первостепенно, Герман сверился со всеми деталями сегодняшнего распорядка дня и позволил себе отложить каждую из бумажек на столе на завтрашний день. Успеет поработать, сегодняшний день предназначен явно не для этого. Разобравшись с бумагами, он перешёл к тому, чтобы привести себя в порядок. Быстрые, базовые действия... Сменить рубашку, которая за не полный рабочий день успела стать несколько мятой, впервые за долгое время заменить очки на линзы, прибрать волосы к их , пускай и обычному, но надлежащему виду, а так же забрать некоторый подарок, который подготовил на всякий случай. Было всё же у ФРГ чувство, что Россия что-то придумает. Он бы мог и сам устроить нечто, но, учитывая многие факторы, он с трудом может встретиться с ним, а к празднику так тем более. Глухой хлопок раздавшийся в комнате как обычно предвещал перемещение. Как всегда неожиданно, но уже даже как-то привычно. И всё же даже в этот раз его умудрились удивить. Как только образ кабинета исчез, его взгляд не смог уловить ничего, на глаза что-то давило, как будто повязка. Машинально он предпринял попытку снять ту с глаз, но был резко остановлен. Чужие руки резко схватили его за запястья. В нос ударил мужской парфюм, но не перебивающий всё и вся в окружении, убивая носовые пазухи. Нет, он был нанесён в меру, хотя понять, что это «кожаный» аромат было легко. В сравнении с его «фужерным», он сильно выделялся. Непривычно. Замерев и не пытаясь забрать руки, ФРГ опустил голову. От темноты и дезориентации голова неосознанно начала кружиться. Словно поняв это, тот, кто держал его сейчас, повёл куда-то и вскоре Германия оказался на стуле. Его так же отпустили, но, на этот раз, он не стал снимать повязку. Судя по всему Федерация задумал некоторую игру... Почему бы и не подыграть? Хотя очень хотелось уже наконец увидеть его. К сожалению сейчас ему оставалось довольствоваться звуком шагов по комнате, которые были несколько мучительно медленными. Нет, ФРГ не был из тех, кто обделён терпеливостью, но в такие моменты возникала лишь одна мысль «Чёрт возьми, хватит томить». Это практически так же, как в сексе, когда приходится ждать партнёра, который решил испытать их обоих на выдержку. Всякий раз идиотская затея. Германии не слишком нравилась такая практика. Шаги раздаются совсем рядом и ФРГ поднимает и поворачивает голову в ту сторону, где они были. Его берут за подбородок и целуют. Быстро, но терпеливо. Сама хватка сильная, но не сжимающая до боли или дискомфорта. Ладони мозолистые, жёсткие, немного холодные, но до боли знакомые. При поцелуе он чувствует небольшой металлический привкус, но разобрать причины не успевает, момент маленькой страсти слишком быстро прерывается, но его хватает, чтобы согласиться дальше ждать, сколько нужно. Откуда только берётся подобный азарт... И всё же продолжать его мучения не стали, стянув наконец с глаз повязку. Освещение в комнате было приглушённым, отличающим тёплым жёлтым. Он исходил от искусственных свечей, которые стояли на укрытом белой скатертью столе, окружая небольшую вазу с тремя цветками роз. Справа от него стояла бутылка русского красного вина, а слева две тарелки с закусками, как раз для вина. Германия быстро подметил в голове, что, скорее всего, крымское. Большинство вин в России были оттуда, как он помнил. И всё же это было не самое интересное. Присевший рядом с ним Россия смотрел ему в глаза, держа в руке только что снятую повязку. Русые волосы были собраны назад, открывая полностью удивительные голубые глаза. Всякий раз в голове случался какой-то щелчок недоумения. Как может этот голубой взгляд быть настолько зеркально пронизывающим. Как вода, которая отражает всю твою суть. Одежда на русском сейчас была официальной, но при этом небрежно одетой. Чёрная рубашка с закатанными рукавами до локтей, при этом с расстёгнутыми первыми пуговицами. Часы на руке, чёрные брюки, идеально сидящие на его фигуре, кожаный ремень.. ФРГ так же замечает ошейник, который когда-то подарил России и медную цепочу, которая сверкнула в этом полумраке на шее русского. Скорее всего это была цепочка от крестика. В любом весь образ был... — Ты будто меня соблазнить собрался. Дав подобный комментарий, Германия усмехнулся и сощурил взгляд. Россия тоже усмехается и ещё раз целует его. Вновь привкус металла и, на этот раз, когда поцелуй разрывается, он обращает внимание на губы. Нижняя была разбита. Причина естественно неизвестна. Зная Росса, это может быть и просто случайность, поскользнулся и неправильно упал, и последствия драки. — Впервые за долгое время мы вновь с тобой проводим этот праздник вместе. В этот раз я лучше подготовился? Росс спокойно проходит по комнате и садится напротив немца на стул. Откидывается на его спинку, держится уверенно. Сколько же изменений тот претерпел... ФРГ ещё долго к ним не привыкнет. И куда только делся тот Россия со своими глупыми шутками, очень часто ведущий себя либо слишком открыто, либо замыкаясь и ощущая дискомфорт просто от нахождения в окружении других людей. Сейчас это уверенное в себе воплощение, которое, не смотря на многие трудности и, возможно, не самые правильные действия, не намерен позволять лишним мыслям врываться в голову. Он не сомневается ни в своих действиях и решениях, которые он принял окончательно и бесповоротно, ни действиях других, с которыми решился идти бок о бок. Всё же в такие времена сомнения — последнее, что должно присутствовать в жизни воплощения. — Лучше. Это намного эффектнее бумажной валентинки и приглашения в кафе. С усмешкой произносит Герман и прикрывает глаза, вспоминая те предыдущие разы, которые были между ними. Россия улыбается и чуть посмеиваясь кивает головой. Отстав от спинки стула, он берёт бутылку, стоящую посреди стола и штопор. Умело и достаточно быстро он открывает её и наливает сначала Германии и только после себе. — Ты сегодня без очков... Не врежешься потом ни во что? — Ха. Обязательно. Заставлю тебя жалеть меня. А если серьёзно, я надел линзы. Момент для небольшой шутки со стороны обоих прошёл удачно. Россия по крайней мере не скрыл улыбки и был доволен их постепенно развивающимся разговором. — Линзы? Не знал, что ты стал их носить. Ты ведь говорил, что они не удобные для тебя. Россия взял в руку свой бокал и немного покрутил в руке, наблюдая за тем, как вино касается стенок и после медленно стекает вниз бледно-красным шлейфом. Запах тоже был прекрасным. Не прогадал с выбором. За этот момент он немного переживал так же, как и то понравится ли Герману вообще всё это. Пока что, если судить по взгляду и тону голоса, Россия делал вывод, что тому всё нравится. — Они всё ещё неудобные, но, в определённые моменты, они идеальная альтернатива очкам. Например сейчас. Германия так же берёт бокал с вином, неосознанно повторяя действия России и тянется чтобы сделать глоток, но останавливается. — Будем говорить тост? И пока не забыл... ФРГ ставит бокал обратно, после чего достаёт жестяную коробку и ставит её на стол, после чего пододвигает к Россу. Имбирное печенье. Он точно помнил, что они нравятся Федерации, так что не сдержал довольной улыбки от удивлённого взгляда того. — Стоило ожидать, что ты не с пустыми руками. Сама пунктуальность. Хорошо... Насчёт тоста.. выпьем за целостность? Целостность — то, чего им не хватало в отношениях раньше. В этом была вина их обоих. Не дополняя друг друга, а идя порознь, а иногда даже позволяя утаивать что-то друг о друге, они постепенно копали яму два метра вниз для их взаимоотношений. Сейчас же всё должно быть по другому. Просто обязано. — Хорошо. За целостность. Кивнув головой, Германия чокнулся с Россией. Они оба, одновременно делают глоток вина, вкушая терпкий вкус красного. Самый малощадящий вид этого алкогольного напитка. Можно сказать, что он исключительно на любителей. Впрочем для их стадии отношений, когда они прошли огонь и воду, можно сказать, оно идеально подходит. Они спокойно говорят между собой, позволяя словам литься своим чередом. Сейчас они ощущают себя совершенно свободно, словно бы они выпили уже бокала два. Но нет, они пьют постепенно, иногда беря закуски, а степень честности между друг другом приравнивается к сто процентной с самого начала. — Хочешь фокус? Вдруг неожиданная фраза от России, когда он наливает им обоим во второй раз, заставляет ФРГ вопросительно выгнуть бровь. Это ещё больше веселит РФ и он хитро улыбается, ставя бутылку обратно. — Хорошо.. не знаю, что ты там конечно задумал, но давай. Глубоко вздохнув, при этом морально подготовившись к чему-то, произнёс немец. Федерация ухмыляется, после чего достаёт из вазы один из цветков и кусает. Да ещё к этому добавляет то, что протягивает его Герману со словами «Будешь?», одновременно с этим жуя. Абсурдная ситуация, поставившая Германию в несколько неудобное положение. Взяв розу, он посмотрел на место, где та была откушена. Это был съедобный цветок, судя по всему из мастики. — Как ты до такого вообще додумался? На выдохе, почти смеясь, спрашивает Германия. Русский лишь усмехается и поднимает плечами. — Тарелки не пробуй, засохли слишком, зубы сломаешь. На эту шутку ФРГ закатывает глаза, пока РФ вновь смеётся. Не долго думая, он так же откусывает «неправильный» цветок. Сладкий вкус сразу кажется очень контрастным в сравнении с вкусом вина, но от этого не становится хуже. Позднее бутылка пустеет, не остаётся ни одной капли. Закуски ещё остались, но в малом количестве, остальное съедено, как и две розы, которые были в вазе. Забавно, что одна из них всё же была настоящей. Германия чуть не съел её, но во время заметил подвох. Каждую минуту, которую они проводили сейчас вместе, каждый час, что сидели здесь, невозможно было проследить и посчитать. Не помня, во сколько это началось, они просто наслаждались моментом. Алкоголь уводил в слабое забвение, а шутки и самые обычные разговоры о том, о сём уводили от бытовых мыслей. Насколько это было прекрасно, проводить именно сейчас, в данный момент, время друг с другом. Галстук ослабляется, первые две пуговицы расстёгиваются, пиджак распахивается. От обычной прелюдии в виде чудесного разговора они переходят к страсти. Чудесное дополнение к вечеру. Отойдя от стола, Россия, держа Германию, подходит к стене и целует его в губы. На этот раз поцелуй был не на пару секунд. Жадный, наполненный желанием и выбиваюший просто весь здравый смысл из головы. Германия на него отвечает без секунды промедления, сам желая сильнее впиться в чужие губы. — Я думал, ты выкинул его... Слабо усмехаясь и переводя дух, вдруг говорит Германия, касаясь ошейника и дёргая за колечко на нём, тем самым притягивая русского к себе ещё ближе. — Зачем же? Подарок прекрасный до сих пор. Тебе дать поводок? То ли шутка, то ли совершенно серьёзная фраза... Германия усмехается и решает кивнуть головой. Какого же его удивление было, когда Россия серьёзно достаёт из кармана брюк поводок. Хотя с другой стороны, чему удивляться. Эта игра намерена быть интересной. Тихий щелчок, после которого Россия опускается на колени. Этот спектакль его забавляет, пока немец почему-то краснеет от подобного. Видимо долгое отсутствие секса сказалось на нём таким образом, что он теперь сгорает от стыда. Выдохнув, он кладёт руку на голову русского и гладит его , паралельно осматривая комнату. Взгляд быстро цепляется за достаточно большой диван. Не долго думая, ФРГ подходит к нему и садится, Россия следует за ним, но, для удобства, всё же передвигается не на четвереньках, а нормально. Правда садится всё равно на пол, что провоцирует тяжёлый вздох. Он лишь довольно улыбается и, приподнявшись, целует немца в шею, не дожидаясь, чтобы тот дёрнул за поводок. Слабо кусает, после чего отстраняется и садится обратно. Ему сейчас смешно и ужасно хочется дождаться, чтобы его возлюбленный взял на себя бразды правления. Потом уж можно будет дождаться команды «можно», сейчас время прелюдий. Он послушно следует за поводком, когда его натягивают. Чувствует укус на своей шее, что забирает из него часть соков. Притворно скулит, но не двигается, пока от его шеи не отстраняются. Утыкается носом в чёрную макушку и трётся, при этом позволяет себе наглость и стягивает пиджак с Германии, а после и переходит к пуговицам белой рубашки. Не смотря на несколько часов за столом, она выглядела вполне достатойно, жаль, что позже помнётся... Его резко тянут вниз, при этом произнося команду «Sitz». Россия послушно садится, убирая руки от Германии. Смотрит на него в предвкушении, ожидая дальнейших действий, при этом отслеживая, что происходит с его мимикой. Затаивает дыхание, когда его берут за подбородок и чуть почёсывают. Чёрная перчатка на руке Германии приносит дополнительное щекочащее чувство. «Ausziehest» раздаётся очередная, давно выученная команда. РФ усмехается. В некоторой степени это была не совсем честная команда... Впрочем так только интереснее каждый раз. Он снимает рубашку, показательно убирая её в сторону, после чего делая всё тоже самое с остальной одеждой. Единственное, что он оставляет — ремень. — Свяжешь мне руки? Спрашивает русский, скорее предлагая. Германия не отвечает на этот вопрос и лишь натягивает поводок, на этот раз заставая русского врасплох. К его губам прикладывают палец, тем самым намекая молчать. Ухмыльнувшись, Россия, не долго думая, кусает любимого за палец, но всё же соглашается на условие молчать. Ремень у него забирают, после чего слабо ударяют им по щеке за шалость. Жёсткой рукой он сжимает волосы на голове русского, тем самым задирая её. Оставив короткий поцелуй на его губах, немец возвращается к шее своего "пса", оставляя на ней поцелуи и укусы. России остаётся лишь послушно стоять на коленях в этой позе, тяжело дыша и сжимая руками Германию чуть ниже талии. Не хватало только прижатых к голове ушей и виляющего хвоста, чтобы эта картина маслом была полной. Когда его волосы отпускают, Россия сразу оказывается прижатым к коленям Германии. Он чувствует, как его медленно поглаживают по позвоночнику, лопаткам плечам. Приняв попытку немного подняться, он почувствовал сопротивление в виде поводка. — Куда это мы? Шафка, ты ведь ещё даже не начал. Боже, Россия тает от подобного вкрадчиво тихого голоса Германии. Вероятно это не совсем нормально, ловить возбуждение и поднятие адреналина от того, что тобой помыкают, но, в контексте секса, для России это было нечто сакральное, да ещё и столь прекрасное. Он никому и никогда бы не позволил с собой себя так вести, но Герман стал удачным исключением. Возвращаясь к нынешнему моменту, РФ быстро понял, что от него хотят. Бляшка ремня тихо щёлкает, и после тихого, короткого шуршания половой орган немца оказывается перед русским в стоячем положении. Усмехнувшись, он немедля взял его в рот, после чего почувствовал дрожь в ногах ФРГ. Подняв взгляд, Рос видит, что тот закрыл глаза и прикрыл рот рукой. Забавная картина, но его задача сейчас не любоваться смущённым личиком Германии. Первое время вспоминая, как это примерно делается, Россия начал постепенно ублажать Германию. Начиная с самой головки, на что получил наибольшее количество реакции за стороны возлюбленного, он спускался ниже, беря в рот горячую плоть, обводя её внутри языком. Россия слышал, как от его действий ФРГ издавал тихие стоны, иногда останавливающиеся поглаживания по спине говорили так же о том, что он работал сейчас хорошо. Когда дело уже дошло до того, что головка проникала в горло, его остановили. Натянутый поводок и команда «Hör auf» заставили его отстраниться от этого действия. Тяжело дыша, Росс вытер рот испачканный сейчас в слюне и естественной смазке, после чего поднял взгляд на немца. Красные уши и щёки, затуманенный возбуждением, но явно довольный, пускай и не до конца, взгляд. Прекрасное зрелище. Его вновь притягивают за поводок и целуют в губы. Россия отвечает, сминая чужие губы и проникая языком, всеми этими действиями частично забирая инициативу из рук немца, но, как только поцелуй был разорван, он вновь садится на пол, ожидая дальнейших команд. Германия на это лишь тихо усмехается, после чего снимает с себя рубашку и убирает куда-то в сторону. — Я скажу команду, которую ты хочешь.. но мы добавим условия. В голосе чётко слышно хитрую усмешку, что частично пугает, но и подливает масло в огонь. Россия послушно ждёт разрешения, а параллельно с этим наблюдают, как его волосы распускают и забирают резинку. Непослушные русые волосы, до этого закованные в хвост, практически сразу оказываются перед глазами, становясь похожими на гриву. Но это не мешает увидеть, а уж тем более почувствовать, как у изначалья полового органа пережимают резинкой. Какой не справедливый способ развлечься... Росс даже подумал на секунду, что ему за что-то мстят. Впрочем это не важно. Короткое слово «Можно» раздалось в комнате, чем полностью развязало руки для русского. Поднявшись с пола, русский первым делом снял последние элементы одежды с Германии и повалил его на диван. На прелюдии сейчас тратить время он не собирался, тем более, что они уже прошли эту ступень, да и у Германии уже был стояк, так что Россия сразу приступает к интересному. Закинув одну ногу себе на плечо, он проводит рукой по ягодицам ФРГ и слабо сжимает одну из них. — Ты ведь не занимался ни с кем в промежутке?.. Вдруг задаёт вопрос Росс, вставляя в нутро Германа первый палец для растяжки. Тот сдавленно мычит и тяжело вздыхает с непривычки. Вообще вопрос был задан скорее просто так. По реакции тела было понятно, что он очень долго не занимался этим. — Я... Ха-... Почти нет.. С трудом ответив на вопрос, Германия заставил Россию удивиться. Формулировка ответа была не расплывчатой, а скорее некорректной. — «Почти»? Уточняет РФ, говоря достаточно терпеливо, параллельно продолжая растяжку. Германия сжимает края обивки дивана и издаёт полу стон, когда стенки кишечника растягиваются под третьим пальцем. Россия явно не медлил с этим делом... — В двадцатом... Пришлось прикинуться дурачком перед Штатами и быстро уйти, он меня почти не тронул... R-russland-...! От резкого толчка пальцев внутри Германия невольно вскрикивает. Это было почти больно. Россия быстро это осознаёт и начинает извиняться. — Прости, Герман, я случайно... Тяжело вздохнув, он вытащил пальцы из немца, после чего поцеловал его в шею и ключицы. ФРГ отвечает не сразу. Он тяжело вздыхает и чуть качает головой. — Продолжай. Поговорим обо всём потом. Сейчас я хочу, чтобы ты наконец вошёл в меня. На эти слова Росс кивает головой и приступает к делу. Приподняв поясницу Германии, он подставляет свой половой орган, после чего медленно входит внутрь. Был у них один конечно прокол, вернее у него, забыть взять смазку... Впрочем ладно. Практика подобная у них уже была и не раз. РФ входит медленно, терпеливо, продвигаясь постепенно, при этом следя, чтобы для Германии этот процесс проходил менее болезненно. Войдя наконец полностью, Россия останавливается, давая возможность привыкнуть, прежде чем они продолжат. Он медленно поглаживает бока, переходя на грудь и впалый живот, Германии, тем самым давая ему лучше расслабиться. — Давай, продолжай... Подаёт голос ФРГ, когда понимает, что дальше можно не ждать и он уже в большей степени привык. Росс кивает, после чего совершает первый толчок. Тугой, но вызвавший полустон удовольствия. Да уж, этим двоим стоит податься в клуб мазохистов. Каждый последующий толчок проходил всё легче, позволяя добавлять темп и амплитуду к действиям. Россия ускорялся, каждый раз входя во всю длину и попадая по простате внутри, тем самым принося удовольствие своему партнеру. Ответом на каждый толчок служили сладостные стоны, которые не сдерживались и наполняли комнату, не выходя за её пределы. Первый раз разрядка наступила достаточно быстро, поскольку до этого Германия уже был разогрет для неё. И естественно останавливаться на этом никто из них не собирался. Как минимум ФРГ не чувствовал удовлетворения, что уж говорить о России, которому намерено ограничили полномочия на это. Так что, дав друг другу передышку на пару минут, они сразу же продолжили. Они естественно сменили позу, чтобы было интереснее, но суть осталась та же самая. Германия обхватил руками плечи России, издавая самые непристойные звуки и изгибаясь под ним. Зарывался руками в волосы, бывало задыхался , закатывал глаза и просто получал удовольствие от каждого момента. Россия же с удовольствием наблюдал за тем, как под ним сейчас его возлюбленный находится в таком состоянии, отдавая всего себя. Толкаясь в него, разгоняя кровь, он ощущал гигантское напряжение внизу, которое уже начинало приносить дискомфорт. Тяжело дыша, всё равно ведь не сбавлял темпа и тем самым доводил Германию до оргазма во второй и... На третьем разе его остановили. Тяжело дыша, Германия сглатывал слюну. — Разрежь и кончи в меня... Вдруг произносит немец, вызывая у России удивление. Приподнявшись на дрожащих руках, он обхватил руками плечи русского и оказался сидящим у него на бёдрах. — Dein Gehirn ist völlig abgeschaltet, was für ein Albtraum. Тяжело вздохнув, Германия действует самостоятельно и ужасно опасно. Из кармана брюк складной нож и, без единой задней мысли, разрезает то, что ограничивало разрядку для Федерации. Германия двигается на этот раз самостоятельно, несколько раз садясь на член России прежде чем струя горячей спермы начинает его заполнять. Они оба получают разрядку, Германия с небольшим запозданием, после чего тот начинает тяжело дышать. По телу проходит не утихаюшая некоторое время дрожь, что так же происходит с Россией, но его отпускает быстро. Судя по всему большая заполненность внутри спровоцировало такую реакцию. Голова немного ходила кругом, а в ушах раздавался слабый звон. После столь долгого перерыва, эти чувства были прекрасны. — С тебя новая резинка.. Отдышавшись, резко произносит Россия. Германия на это усмехается и кивает головой, после чего роняет голову на плечо того. — Ха... Само собой. Только давай сейчас просто полежим. У меня есть чувство, что я завтра не встану... Уставший голос немца сейчас был достаточно тихим и немного хриплым из-за стонов. Россия соглашается а предложением и откидывается на подлокотник дивана. Положив руку на голову русского, он медленно гладит его и целует в макушку. Говорить сейчас ещё что-то он не собирался, но в голове он точно сказал сам себе, что этот праздник один из самых лучших, что они когда либо проводили вместе.

***

— Взрослые, вам секс правнуков смотреть противопоказано! Недовольный голос Стёрки раздаётся в трёх ближайших комнатах студии. К счастью никого не было поблизости. — Да? Кому-то стоило продумать момент, чтобы отключить камеры в той комнате. К тому же твои слова излишне резки. Спокойный тон Российской Империи звучит сейчас как издёвка. Он спокойно пьёт чай, пока Пруссия справа от него сидит с совершенной невозмутимостью. — Я -...! Это в любом случае не оправдывает того, что вы оказались в комнате охраны! Это восклицание со стороны автора пресекается глухим ударом чайной ложки по краю чашки. — В поисках тебя? Хах, уж прости, что чаще всего мы находим тебя именно там. Романов становится более серьёзным и отставляет чашку в сторону. Девушке приходится заткнуться. Всё же здесь действительно было больше её вина. Да и Империя был прав. Её обвинение было громким. Всё же они совершенно случайно увидели небольшой фрагмент, после чего быстро вышли из комнаты и наткнулись именно на неё. Тяжело вздохнув, девушка извинилась перед двумя воплощениями и поспешила уйти, паралельно ругая себя за произошедшее. Ри спокойно проводил её взглядом и пожелал удачи. — Мы повторять такое не будем. Вдруг раздаётся со стороны Империи, после чего Пруссия хитро улыбается и обращает на него взгляд. Аккуратно повернув его голову к себе, он поцеловал русского в губы и сразу же отстранился. — Конечно нет, Солнце. Украшать твою шейку чем-то другим я не собираюсь. С усмешкой произносит Пруссак и целует Императора в шею. Тяжело вздохнув, тот ничего не говорит и просто берёт чашку, чтобы выпить наконец этот чай.