Arbitrium est

      Время в Хогвартсе двигалось странным образом — только невыносимо долго длилась пара по истории магии, вынуждающая смотреть на падающие за окном листья, только бы не уснуть, а тут уже снег накрывает тонким слоем школьный двор. Предстоящим Рождеством дети были взбудоражены даже больше чем прошедшим Хэллоуином, и это выливалось в крайне интересные ситуации. Направляясь на травологию серебряная троица наблюдала невероятную картину: близнецы Уизли заколдовали снежки и те летели ровно в затылок профессора Квиррелла, после чего уже рыжие бегали от летящих на них снежков и ругающейся Макгонагалл с криками о штрафах, что вызвало хохот у всех лицезреющих ситуацию.       Абсолютно все ждали каникул и даже учителя, кажется, слегка расслабились и перестали так нагружать заданиями детей. Большой зал постепенно обрастал украшениями, позади учительского стола стояли четыре огромных ели, наряженных в духе каждого из факультетов, а вокруг ещё восемь, украшенных совершенно по разному.       Единственной проблемой был холод — окна в коридорах промёрзли, а согреть кабинет зелий казалось вообще невозможным, даже после нескольких наложенных друг на друга отапливающих заклинаний. Поэтому ученики либо стучали зубами, либо кутались в три слоя одежды [как не странно, всё ещё стуча зубами], грея руки о огонь под котелками. Гарри, Драко и Блейз даже радовались, что выучили согревающее для одежды раньше программы, иначе точно бы превратились в три сосульки.       До начала каникул оставался лишь день и шум сборов расплывался по всему общежитию Слизерина.       — Ты точно уверен, что это всё помещалось, когда ты приезжал? — не сдержал смешок Забини.       Яростно сверкнув глазами, Драко продолжил усердно укладывать в сундук вещи, которые как на зло не хотели укладываться ровно. Собравшие свои вещи Блейз и Гарри наблюдали сначала исподтишка, потом уже более смело, а последние пять минут вовсе ставили ставки на то, что злополучный сундук победит. Был ещё какой-то короткий спор, но Малфой пропустил его мимо ушей.       Прошло ещё какое-то время, пока блондин не плюнул и несколькими взмахами палочки разложил всё в идеальном порядке. Забини и Блэк уставились на наручные часы брюнета и тот недовольно простонал.       — Пять минут, я выиграл. — расплылся в белозубой улыбке мулат.       — Да ну тебя. — закатил глаза Гарри.       Наблюдая за тем, как золотые монеты падают в ладонь Блейза, а после сразу в небольшой кошелёк, Драко несколько раз моргнул.       — И что на этот раз? — с интересом протянул он.       — Спорили на то, через сколько ты вспомнишь про палочку. — проворчал Гарри. — Я спорил на две минуты.       — А я на пять.       Малфой недовольный наморщил нос. Блейз чуть ли не мурчал от удовольствия, Гарри распластался вверх ногами на своей кровати, позволяя волосам касаться ковра.       — Вы два идиота, вы знаете?       — А ты третий, знаем. — улыбнулся Блейз. — Пойдём, принцесса, а то с твоими сборами на прощальный завтрак не успеем.       На свою удачу, Забини выскочил из комнаты до попавшей в цель подушки.       Почти считая минуты до конца рабочего времени, Северус медленно пил кофе, надеясь, что хотя бы до приезда его никто трогать не будет. Дома же можно ожидать чего угодно.       Последнее время он стал часто ловить себя на мысли, что Гриммо правда стал для него домом. Вместе со всеми его неуёмными обитателями.       Как обычно было по понедельникам из дома пришло письмо от Луны, безумно ждущей родню домой и чуть не проболтавшейся о подарках на Йоль. Вложенная внутрь колдография стала уже традицией — каждая хранилась в отдельном дневнике, доступном лишь по кровной магии. На обратной стороне пергамента были пара строк от Сириуса в духе «я такое придумал, с ума сойдёшь» и от Ремуса в продолжении «я пытаюсь его отговорить [но получается плохо]». Белла обычно писем не слала, просто не умела их писать как полагается, поэтому введение в курс новостей о дурдоме на Гриммо двенадцать всецело отдавала дочери.       — Северус? — зельевар слегка вздрогнул, когда услышал обращение.       — Да, директор? — сделав заинтересованный вид, повернулся Снейп.       Дамблдор прошёлся по нему заинтересованным взглядом, после чего вновь вернулся к своей привычно добродушной улыбке старика.       — Я хотел поинтересоваться, как устроился мистер Пот... Блэк. Все никак не могу привыкнуть, что у мальчика другая фамилия. — вздохнул директор. — Меня слегка беспокоит... вектор его общения. Мистер Малфой и мистер Забини хоть и хорошие ученики, однако не лучший пример для подражания.       Для золотого мальчика, разумеется — пронеслось в голове Северуса, но тот лишь перевёл взгляд на неразлучную троицу за столом. Они что-то бурно обсуждали и невозможно не заметить как прикипели к друг другу за первое полугодие. Даже Драко перестал быть таким заносчивым аристократом, каким крёстный помнил его до учёбы. Скрыв улыбку от внезапной мысли в кружке, Снейп легко отогнал мысль на задний план — сюрприз есть сюрприз.       — Я не думаю, что в этом есть что-то плохое, директор. — всё таки решился ответить зельевар. — Возможно, общение с мистером Блэком пойдёт им на пользу.       Найдя удовлетворительные нотки в ответе, Дамблдор кивнул, возвращаясь к своему завтраку. Только вот Северусу теперь есть совсем не хотелось.       Распрощавшись с друзьями на вокзале, Гарри прошмыгнул через проход, осматриваясь в поиске знакомых фигур среди сотен маглов. В голове держался немного смешной план, нацеленный на уговор родителей, который троица обсуждала всю обратную дорогу до Лондона. Уверенности Драко в этом вопросе можно было позавидовать.       Задуматься о том как комично будет выглядеть эта сцена дома он не успел — объекты размышлений снесли с ног черно-белой гурьбой, обнимая до хруста костей.       — Я тоже рад тебя видеть, Луна. — немного сдавленно улыбнулся Гарри, воздуха катастрофически не хватало.       — Мы скучали! — она напоследок сжала его [откуда только силы] и всё таки отпустила, широко улыбаясь.       Улыбнувшись уже мягче и искреннее, Гарри погладил по голове сестру, другой ладонью трепля густую шерсть крутящегося вокруг пса.       — Я тоже очень скучал.       В сопровождении бурно рассказывающей о прошедшем Самайне Луны и вприпрыжку идущего рядом Бродяги Гарри направился в сторону выхода с вокзала, внимательно слушая как Сириус чуть не спалил весь дом праздничным огнём [на этой фразе пёс недовольно рыкнул, но дети лишь рассмеялись].       Неспешная прогулка по улице и резкий шаг в подворотню, где его тут же сгребли в объятия, не давая и подумать о побеге. [Что ж его все сегодня придушить хотят...] Внимательно осмотрев ребёнка, Белла растрепала чёрные волосы и без лишних разговоров аппарировала со всей компанией в коридор.       Через мгновение раздался недовольный крик Вальбурги.       — Что ж, теперь я точно дома.       Уже к вечеру две совы доставили письма от Драко и Блейза, в своём духе делящихся возвращением домой и планами на ближайшие дни. В письме блондина было загадочно брошено «не беспокоиться» о предстоящем празднике, всё уже схвачено. И Гарри не беспокоился. До этого момента. Забини же кратко изложил, что его отпустят в мэнор до самой учёбы и больше особо ничего не сказал. Краткость сестра таланта, ничего не скажешь.       Стук в дверь оторвал Гарри от мыслей и через мгновение в проём заглянула белоснежная копна волос.       — Мама зовёт, сказала что-то важное. — Луна кивнула в сторону кухни. — И возьми палочку.       — Это предсказание или просьба мамы? — поинтересовался Гарри, спускаясь следом за сестрой.       — Предчувствие, в кого-то придётся кинуть парочку силенцио.       О, в этом он даже не сомневался.       Рассевшись по привычным местам, старшие о чем-то негромко разговаривали. Подняв одну ногу на стул, а другую свесив, Беллатриса рассуждала вслух, ставя домик из взрывающихся карт, через раз меняясь с Сириусом. Тот сосредоточенно ставил новые этажи, даже не обращая внимания на гуляющую в своих волосах ладонь Ремуса. Северус поддерживал дискуссию, кажется, считая в голове через сколько попыток карта в руках бродяги взорвётся. Плюхнувшись на свои места, Гарри и Луна с интересом посмотрели на взрослых.       — О, явились, отлично. — Белла оставила последний ход Сириусу. — У меня новости. В этом году мы будем праздновать Йоль с белобрысой частью родни, в Малфой-мэноре. — поняв, что новость не произвела ожидаемого эффекта, она продолжила. — Ждут нас всех.       Сириус хотел что-то крикнуть, но в мгновение в него прилетело силенцио и он, ничего не понимая, уставился на детей, теряя весь запал. Со словами «я же говорила» Луна сняла заклинание, совершенно невинно смотря на дядю. Волна смешков еле спала под серьёзным взглядом Беллы.       — Прям всех? — уже спокойнее переспросил Сириус явно не верящим тоном.       — Всех, даже двух блохастиков.       — При всём уважении, коего у меня к отдельным Малфоям немного, мне кажется это не лучшей идеей. — протянул Ремус.       — Я уже написала что мы все будем. — отрезала Лестрейндж. — Возражения не принимаются.       Повисла тишина, Сириус и Ремус яркой мимикой переговаривались между друг другом, совсем не оценивая эту прерогативу. Северус, похоже, даже веселился, наблюдая за растущим недовольством двоих друзей. Гарри и Луна же сидели в нетерпении и ожидании [палочки с готовым силенцио все ещё лежали под столом]. Беллатриса вздохнула.       — Мы же как-то примирились с друг другом, так? И ничего, живём в одном доме, общаемся. Вот и тут примиримся. Всего пару дней потерпеть. — она медленно перевела взгляд с одного на другого. — К тому же, не торчать же Луне и Гарри все каникулы в доме? Так хоть с семьёй познакомятся, с ровесниками пообщаются, на метле полетают...       Аргумент с щенками [и когда она стала их так называть?] подействовал безотказно, и Сириус лишь коротко вздохнул, принимая ситуацию, его успокаивало лишь наличие в доме Цисси. Ремус сдался ещё на моменте попытки противоречить, поэтому лишь кивнул. Не имеющий ничего против такой компании Северус не высказал никакого недовольства. Дети чуть не светились от радости.       — Вопросов нет? — Белла прошлась взглядом по своим. — Тогда дуйте собираться.

***

      — Приветствуем вас в Малфой-мэноре, дорогие друзья.       Промелькнувшим в воздухе скептицизмом можно было резать, но Люциус Малфой сделал вид, что не заметил взгляда Сириуса и Ремуса. Белла предпочла наблюдать за этим цирком со стороны вместе с Нарциссой. Неразлучная троица [пополнившаяся ещё одним блондином] аккуратно выглядывала из-за спин ведьм, ожидая то ли разворота, то ли разгрома гостиной.       Люциус перевёл взгляд с Северуса на стоящего и что-то агрессивно шепчущему зельевару на ухо Сириуса, Ремус стоял с вежливой полуулыбкой. Казалось, что не было никаких лет войны и они никогда не стояли по разные стороны баррикад.       — Когда Беллатриса сказала мне про это, я сначала не поверил. — губы Малфоя тронула заинтересованная улыбка и все четверо, слегка расслабившись, пожали друг другу руки. — Как вы не переубивали друг друга?       — Мы пытались, первые года два. — хмыкнул Сириус.       — Я иногда подумываю их отравить, уж очень кое-кто шумит по ночам. — суровый взгляд Северуса метнулся в сторону.       Старший Блэк закатил глаза, закидывая руку на плечо, похоже, решая побороть мировой рекорд по выведению Снейпа из себя. Не став ждать реализации сей глупой затеи, Драко утащил друзей на второй этаж в свою комнату.       — А вы уверены, что они всё таки не попытаются? — недоверчиво протянул Блейз.       — Стены дома достаточно крепкие чтобы выдержать пару заклинаний. — пожал плечами блондин.       — Ничего не случится, но будут звенеть бутылки. — на своей волне ответила Луна.       Синхронно моргнув, Драко и Блейз посмотрели на Гарри, но тот лишь пожал плечами. Он и сам плохо понимал природу предсказаний младшей сестры. Иногда это были вполне осмысленные предложения, иногда набор слов без каких либо деталей. Главным было одно — всё сбывалось, каким бы бредом оно не звучало. Поэтому за сохранность некоторых личностей и менора можно было не переживать.       Сама же Луна оказалась очень рада новости о [ещё одном] старшем брате в лице Драко, и минуты две просто не выпускала его из объятий. На умоляющий взгляд полу задушенного Малфоя Гарри ничего не сделал, с улыбкой ответив «привыкай». Но Драко, похоже, был совсем не против таскаться с младшей. Настолько, что дуэт блондинов ходил везде вместе до самого ужина, под синхронные переглядки Гарри и Блейза. Не знай они правды, решили бы что Луна потерянная сестра Драко, больно хорошо она вписывалась в бледность и светловолосость семейства Малфоев.       Четвёрка в лице Сириуса, Северуса, Ремуса и Люциуса удивительно не подралась даже к вечеру, напротив — скооперировалась и скрылась где-то в районе кабинета мистера Малфоя. Поняв, что из комнаты почти нет никаких звуков, Белла выдала «лучше бы подрались» на грани разочарования и беспокойства, с чем Нарцисса была целиком и полностью согласилась.       До ужина в Малфой-мэноре повисла приятная тишина.       — Как хорошо что теперь у нас у каждого есть своё зеркало, и нам не нужно ждать мисс «ещё пять минут» целую вечность. — протягивая каждое слово улыбался Блейз.       Драко смирил грозным взглядом через отражение и как ни в чём не бывало продолжил поправлять тёмно-зелёную мантию с лёгким блеском, заметном лишь на свету. С трудом сдерживая улыбку, Гарри заплетал волосы Луны в аккуратную причёску [насколько это было возможно], свой ураган на голове он и не попытался прибрать — в этом не было никакого смысла. Какое-то время младший Малфой усердно зачёсывал назад непослушные пряди, но те лишь вернулись в изначальное состояние, словно на них не наложили десяток слоёв волшебного лака. Волосы Луны хоть и не отличались особой любовью к укладке, всё же поддавались выработанным за годы навыкам Гарри. Блейзу было легче всего — короткий ёршик без обязательных мучений с стрижкой. Драко от него отлип, зато младшая Блэк прилипла — уже полчаса что-то плела из ниток, не отпуская Забини не на шаг. Любопытство оказалось выше, поэтому мулат послушно сидел на месте. Он, как и на Самайн, ограничился чёрной мантией с белой вышивкой символов Йоля. Гарри и Луна [по негласной традиции] были одеты в однотонные мантии глубокого сапфирового цвета, но на свою девочка добавила магией переливающиеся звезды и блёстки, от чего ткань стала похожа на звёздное небо.       Наконец закончив своё творение Полумна надела на руку Блейза плетённый браслет из коричневых и зелёных нитей и заверила, что он защитит его от зла [и мозгошмыгов] в новом году. Кто такие мозгошмыги Забини не понял, но подарок принял, оставив его, как велено, на правой руке.       Солнце давно зашло за горизонт, когда дверь комнаты приоткрылась, впуская хозяйку дома. Она с короткой улыбкой осмотрела сидящих где попало детей и словно плывя подошла к ним. Тёмно-зелёное платье с переливами серебра мягко развевалось у самого пола, а такого же цвета лёгкая мантия свисала с плеч, словно обнимая женщину.       — Вы готовы? — мягко поинтересовалась Нарцисса, осторожно поправляя выбившиеся из причёски Луны пряди.       — Да, maman. — [наконец] отлип от зеркала Драко. — Правда у кое-кого волосы не сдались.       — И не сдадутся, не надейся. — хмыкнул Гарри.       — Так тоже хорошо. — улыбнулась миссис Малфой, убирая волосы крестника слегка назад. — Пойдёмте, все уже собрались.       Стараясь идти тихо и [почти] аристократично, дети следовали за Нарциссой по коридору в сторону гостиной, откуда уже доносился приятный еловый запах.       Резные двери открылись, впуская гостей в просторную комнату с приятным приглушённым светом. Огонь от десятка свеч на широком камине бросает причудливые отсветы на зелёные стены, стоящие напротив диван и кресла из тёмного дерева и возвышающуюся до потолка ель, украшенную шишками, ягодами и гирляндами из сушенных трав. Стоящие почти на каждой веточке свечи ждут своего часа. Чуть дальше длинный стол, накрытый на десять персон в таких же природных цветах, и у самой стены фортепиано, с аккуратным украшением в виде еловых ветвей и нескольких стоящих в ряд свечей.       У самого камина на излюбленных местах сидят старшие. Северус в отдельном кресле усердно делает вид, что не видит пытающегося добраться до него Сириуса, которого так умело сдерживает Ремус, всего лишь перебирая в кой-то веки уложенные волосы. Люциус, в тон супруге и сыну, в тёмно-зелёном костюме с накинутой на плечи мантией, [как необычно] о чем-то спорит с Беллой, одетой в изящное темно-сапфировое платье с серебряными украшениями, совсем не замечая вошедших.       — Думаю можно начать, господа. — прервала разговоры Нарцисса.       Не сговариваясь дети уселись полукругом на ковре у камина, во все глаза наблюдая за тем как Люциус тушит верхний свет в гостиной, а Сириус ставит украшенное травами и ягодами полено в центр очага. От разлитой Северусом на древо жидкости приятно повеяло яблоком. Достав из небольшой шкатулки длинную лучину, Нарцисса подвела его к огню свечи, дожидаясь пока пламя перескочит с фитиля на древесину. Маленький факел опустился на полено и через мгновение вспыхнуло пламя, освещающее гостиную ярким светом, медленно по комнате расплылся запах костра, трав и сидра, и только тогда маленькая компания выдохнула, заворожено смотря на горящие брёвна.       — Пусть благословит Магия наши души в новом году. — прошептала Нарцисса. — Благослови всех в сезон Йоля, всех кто сидит у нашего очага, сегодня мы братья и сестры, сегодня мы семья.       Дрова с треском рассыпались в очаге, заставив вздрогнуть засмотревшихся Драко и Гарри, по комнате прошлась негромкая волна смешков.       Праздничный ужин прошёл в негромких разговорах и лёгких спорах, под запах домашней еды и ягодного глинтвейна, доставшегося и детям, правда в безалкогольной версии. Ель зажгли сразу после ритуала и теперь гостиную освещали десятки огоньков, отбрасывающих узоры на стены. Фортепиано само играло изящную мелодию, скрашивая ожидание до самой важной [не только для детей] части — подарков.       Усевшись полукругом у ели, Гарри, Блейз и Драко наблюдали как Луна, на правах самой младшей в доме, неспешно раздавала свёртки и коробочки по владельцам.       Полученные друг от друга подарки взрослые не показали, но полетевшая в Северуса подушка вполне давала представление о его подарке для Сириуса. Правда после возмущённой фразы Нарциссы парочка успокоилась и лишь кидала в друг друга взгляды на грани «я тебя убью». От Луны абсолютно всем достались плетённые браслеты в цветах праздника. [Почему Блейз получил его раньше никто так и не понял]. Люциус как-то чересчур заинтересованно рассматривал подарок, то ли не верил что ему такое подарили, то ли о чем-то напряжённо думал.       — Ты сейчас доведёшь ребёнка до слёз своей скрупулёзностью. — хмыкнула Белла.       — Не подумай, что мне не нравится, Полумна. — Люциус наконец оторвался от браслета. — Ты использовала магию, когда делала их?       — Нет, я просто плела и пела йольские песни. — пожала плечиками девочка. — Что-то не так?       — Скажем, в них есть немного магии и она действует как карманный оберег. Обычно артефакторы делают такое намеренно и это требует много сил. У тебя есть некоторый талант к этому.       — Артефакторика это интересно... — задумчиво протянула Луна и как ни в чем не бывало продолжила открывать подарки.       Белла мягко потрепала дочь по голове, наблюдая за растущей на лицах детей заинтересованностью. У неё фантазии на подарки никогда не хватало, поэтому все четверо получили по тетради с пополняющимися листами в кожаном переплёте и перья в дополнение. От четы Малфоев им достались книги по интересам — Блейзу что-то о драконах, Драко о ведении дуэлей, Гарри по ядовитым растениям [Северус высоко оценил это издание], а Луне по малоизвестным магическим существам.       — А тут нет подписи... — моргнула младшая Блэк, доставая из под ёлки последний свёрток.       — Надеюсь там ничего взрывоопасного. — протянул Сириус, на всякий случай забирая его у девочки.       Не дав проверить теорию заклинанием, Блэк раскрыл бумагу, поднимая на уровень лица воздушную серебристо-серую ткань. Его глаза вдруг округлились.       — Черт возьми, Лунатик, ты помнишь это? — Сириус тут же вскочил на месте, не замечая как на пол полетела записка. — Мерлин, я боялся что она пропала тогда...       Ремус с не меньшим удивлением уставился на ткань в руках друга. Только поняв, что находится в руках Бродяги, Северус простонал, сползая в кресле. Закончились спокойные деньки.       — «Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне.» — прочитал вслух Гарри с записки. — «Пришло время вернуть её его сыну. Используй её с умом.» Я ничего не понял.       — Это мантия-невидимка. — пояснил Ремус [игнорируя летающую голову Сириуса]. — Она принадлежала Поттерам много поколений. Семейная реликвия, скажем.       — И как я должен использовать её с умом?... — Гарри осматривал попавшую в руки ткань.        — Будешь ходить в ней по школе ночью, сниму баллы. — пробубнил со своего места Северус.       — Так ты ж всё равно меня не увидишь.       Снейп смирил мальчишку недовольным взглядом. Успевшие перехватить мантию Драко и Блейз заинтересованно рассматривали её, поочереди заставляя исчезнуть части тела. Луна тихо хихикала, наблюдая за то появляющимися, то пропадающими головами старших.       — Зная директора, это прям объявление «ходи по школе после отбоя». — вздохнул зельевар.       — Значит, этим прикрывались мародёры во время вылазок? — поинтересовался Люциус. — Понятно, почему вас ловили крайне редко.       — Навыки, ловкость рук и чертовски сильная везучесть. Ну чуть чуть мантия и карта... — улыбался во все тридцать два Сириус. — Кстати, а карта где?       — Разве не осталась у Филча после последнего раза? — приподнял бровь Ремус.       — Учту, что её нужно изъять, подальше от парочки будущих мародёров. — хмыкнул Северус.       Сириус принялся приводить сотню аргументов про то, зачем серебряной троице карта мародёров, Северус парировал примерами того, как самих мародёров оставляли на отработки несколько раз на неделе. Белла, Ремус, Нарцисса и Люциус сидели так словно им только попкорна не хватало для этой сцены.       — Ты же возьмёшь её в школу? — шёпотом поинтересовался Драко.       — Конечно, — прошептал Гарри в ответ. — И я даже знаю, что мы сделаем в первую очередь.