Удачная охота

Арису никогда не интересовался, кто такой, черт возьми, этот Чишия. Вечный одиночка, достаточно молчаливый и умеет держаться в тени. Очень умный, признаться честно. Лишь пара пересечений. Но, все же, жизнь свела их и заставила существовать вместе, когда до победы оставалось всего несколько карт. Нужно было набраться сил. В конце концов, целью было выбраться из этого проклятого мира. Шунтаро, судя по всему, был подавлен или просто чем-то расстроен. Он практически не разговаривал. Не то, чтобы он раньше красноречием отличался, но сейчас это было особенно заметно. Усаги иногда раздражало присутствие Чишии, и она уходила охотиться или проверять территорию. Король пик был все ближе. Но время оставалось. Чишия и Арису ни о чем не разговаривали. Обсуждать игры, находясь под угрозой смерти — это одно, но находить общие темы для светской беседы... Кому это нужно? В конце концов, каждый из них мог умереть в любой момент. Но иногда, все же, обмениваться парой слов приходилось: — Почему вы просто не выгнали меня? — Шунтаро сидел около палатки и очень медленно ел приготовленный Усаги суп. — А тебе есть, куда идти? — очень похоже на Арису. Чёртово сострадание. — На верную смерть, — пожал плечами Чишия, тихо усмехнувшись. Дальше тишина. На небе светились тысячи звёзд. Иногда хотелось понять, похожи ли они на звезды из настоящего мира. Ну... или мира, который люди привыкли называть настоящим. Чишия не съел и половины. Достаточно громко поблагодарил сидящую в палатке Усаги, чтобы она точно услышала, и лег в спальный мешок. Арису, почему-то, стало интересно, в чем причина такого подавленного состояния его нового соседа. Шунтаро оставался таким, каким всегда и был. Но более... Другой, наверное. Беспокоить Усаги этими мыслями он точно не собирался. Да и ее этот молчаливый гость и его состояние вряд ли интересовали: — Всё нормально, Чишия? — неуверенно спросил он. — А есть причины полагать, что нет? — Шунтаро открыл глаза. — Нет, — Арису понял, что сейчас не лучшее время. — Просто ты мало съел. Можно я доем? Жутко голодный. — Ешь, если не брезгливый. Чишия отвернулся и продолжил пытаться уснуть, пока Рёхэй доедал его порцию супа. Снова тишина. Арису пытался держать свой интерес при себе. Главное сейчас было выбраться. Все проблемы рано или поздно решатся. *** Чишия собирал ветки для костра. Холодный вечер, нужно было согреться, а отопление в этом мире, похоже, никто не придумал. Да и Шунтаро не хотел быть помехой, поэтому старался приносить хоть какую-то пользу. Арису смотрел со стороны и не понимал, стоило ли помочь. Собирать сухие ветки — не такая уж и сложная задача. Просто хотелось узнать Чишию. В конце концов, им приходилось существовать вместе: — Помощь не нужна? — Рёхэй, все же, решился спросить. — Я уже и сам справился, — Шунтаро понёс найденные ветки к их "лагерю" из одной палатки. — Ладно... Усаги зажгла костёр и начала в найденной где-то кастрюле смешивать ингредиенты для очередного супа. Разнообразить рацион в таких условиях было сложно. Арису помогал ей, пока Чишия молча смотрел на огонь. Как будто завис. Он не был подавлен. Лишь слишком много думал. В особенности о том, что его победы являлись скорее проигрышами. Во многих случаях: — Чишия, — голос Рёхэя прервал его размышления. — Пойдём с нами. — Зачем? — Шунтаро даже не повернулся, чтобы посмотреть на своего собеседника. — Я думал... В смысле, не хочу, чтобы ты чувствовал себя лишним. — Ты Усаги спросил? — тихий смешок. — Ей я явно не нравлюсь. Арису кивнул. Он не считал Чишию другом, просто не хотел видеть, как кто-то сидит, смотря в одну точку. Но всем не поможешь. Нужно было выбирать либо Усаги, либо Шунтаро: — Если захочешь, присоединяйся к нам. Может она передумает, — предложил Рёхэй. — Обязательно. *** Очередная холодная ночь. Костёр пришлось потушить, чтобы случайно не вызвать пожар. Усаги и Арису удачно устроились в палатке, а Чишия отказался. Не хотел смущать никого своим присутствием. Жертвовать комфортом он не привык, но обстоятельства заставили. Арису даже из палатки слышал, как зубы Шунтаро бьются друг о друга. Засыпать это не мешало, но ему не давала покоя мысль, что он спал в тепле, пока кто-то мерз на улице. Аккуратно, чтобы не разбудить Усаги, Рёхэй вылез из палатки. Холодный ветер заставил его вздрогнуть. В этом мире были времена года? Или просто погода менялась? Чишия лежал в спальном мешке и смотрел куда-то в небо. Было видно, что он дрожал: — Тебе холодно? — как будто это было не очевидно. — Есть такое, — с усмешкой ответил Шунтаро. — Но вам вряд ли понравится, если я к вам третьим лягу. — Ты вряд ли поместишься. Арису решил, что лучше он потерпит одну ночь без сна, чем лишиться очередного знакомого. Он подошел ближе к дрожащему Чишии: — Вставай. — Что? — реакция Шунтаро не была похожа на удивление. Скорее недоумение. — Ты намертво замерзнешь. Пойдём, соберём веток. — Огонь может разойтись. — Я буду охранять, — Арису настаивал. — Давай. Чишия вылез из спального мешка и пошёл за Рёхэем. Теплее не стало, но ему пытались помочь. Странное чувство. В лесу недалеко сухих веток было много. Нужно было быть предельно аккуратными, чтобы не наткнуться на какого-нибудь короля пик. Он мог быть где угодно, а увидеть в небе его дережабль через деревья было проблематично. Оба замёрзли. Температура была почти зимняя по меркам Токио. Градусов 10 максимум. Но ветки собрать получилось. Арису принялся зажигать костёр. И все это только для того, чтобы Шунтаро не мерз. Лишь бы выжил. Он, Усаги, Куина, Энн... И так слишком много людей погибло в этих бессмысленных играх. Хотя бы кого-то Рёхэй хотел вытащить вместе с собой из этого проклятого мира. Чишия иногда поглядывал на того, кто пытался помочь ему. Он работал один. Всегда. Но сейчас он был слишком уязвим. Особенно когда король пик может прийти в любой момент: — Ложись, — искра. Костёр. — Ты считаешь мою жизнь настолько ценной? — Чишия усмехнулся. Как ни странно, на сердце от этой мысли стало теплее. — Просто не хочу считать кого-либо достойным смерти, — Арису сел на бревно около костра. — А самого себя? — Шутаро забрался обратно в спальный мешок. — Альтруизм тебе на пользу не идёт. — Я от одной бессонной ночи не умру, а ты заболеть можешь. Снова смешок. Чишия ещё несколько минут смотрел на Рёхэя, пытаясь понять, а не ангел ли перед ним сидел. Шунтаро предал его на пляже. Но Арису продолжал быть все тем же. Может наивным. А может слишком чистым для человечества: — Кем ты был? — спросил Чишия. — В смысле, до попадания сюда. — Никем, — Рёхэй пожал плечами. — Играл в компьютерные игры, на шее отца сидел. — Мечта, а не жизнь, — смешок. Уже более искренний. — Пытаешься стать полезным хотя бы здесь? — Есть такое, — кивнул Арису. Он никогда не стремился быть героем. Но не мог допустить мысли, что Карубэ и Чота умерли зря. — А ты чем занимался в нашем мире? Шунтаро пожал плечами. Законными убийствами. Любая жизнь важна, но за кого-то, черт возьми, удачно заплатили. Он не хотел вспоминать все слезы, которые пролились из-за него. Матери теряли детей. Деньги решали все: — Тоже, наверное, ничем, — Чишия не хотел врать. Но и всей правды бы не открыл. — Ничем важным, по крайней мере. — Иногда интересно, а когда мы вернёмся, мы... Забудем все? — Арису становилось как-то неприятно от этой мысли. — Если вернёмся, конечно. — Как будто такое можно забыть. — Всякое бывает. В фильмах, по крайней мере, — Рёхэй посмотрел на собеседника. — Запомни хотя бы меня, пожалуйста. — Запомню, Рёхэй Арису. — Шунтаро Чишия. Лёгкие улыбки коснулись их лиц. О черт, такие разговоры грозили лишить обоих сна. Но это не самая страшная участь, честно признаться: — Знаешь, мне постоянно кажется, что я проигрываю в играх, — Чишия признавался скорее себе. — Один человек добровольно отдал свою жизнь, дав мне шанс выжить. В тот момент, на секунду, я подумал... А заслужил ли я? Шунтаро говорил абсолютно спокойно. Его выражение лица не изменилось. Но в голосе слышалась непривычная печаль. Признание поражения: — Он это сделал добровольно, — Арису не отводил глаз от Чишии. Продолжал вглялываться. — По крайней мере, он считал, что ты этого шанса заслуживаешь. Их взгляды встретились. Рёхэй поймал себя на мысли, что, будь они в более приятной ситуации, без опасности, которая могла выпрыгнуть из любого куста... Он бы, наверное, постарался медленно узнавать Шунтаро... По частичке собирать его образ. Ломать его ледяную корку, под которой, наверное, скрывалось нечто яркое: — Я тоже так считаю, на самом деле, — не совсем осознавая, сказал Арису. *** Король пик убил всех. Или нет? В любом случае, Арису не видел ни одного знакомого лица. Взрыв не оставлял шансов практически ни для кого. Рёхэй готов был упасть на колени и рыдать, но до победы оставалось совсем немного. Одна игра. Дама червей. На ватных ногах он поплелся к зданию, где должна была проходить последняя игра. Неужели он единственный, кому было дано выбраться? — Рёхэй Арису, — сзади послышался до боли знакомый голос. Он тут же обернулся. Невозможно словами описать облегчение, которое он почувствовал, увидев Чишию. Его лицо казалось самым родным. Благословением, черт возьми. Пусть и с раной в боку, из-за чего он с трудом ходил. Арису подбежал и обнял Шунтаро, будто видел его в последний раз. Не хотелось ничего больше, чем выбраться из этого проклятого места вместе с этим холодным, недоступным человеком. Возможно даже забыть все произошедшее, не важно. Главное — остаться в живых: — Кто-нибудь ещё выжил? — дрожащим голосом спросил Рёхэй. — Да. Но они вряд ли способны сейчас хотя бы встать. Нужно спешить, — Чишия уже и не пытался скрывать шок от такой яркой реакции Арису. — Точно. Здание, где должна была проходить игра, находилось совсем недалеко. Рёхэй помогал Шунтаро идти, чтобы тот, не дай бог, не упал и не пострадал ещё больше. Осталось совсем немного. *** Майра слишком далеко зашла со своей игрой. Убедила Арису в том, что он чертов психопат. Чишия старался сохранять спокойствие даже когда червонная дама начала заставлять Рёхэя сдаться. Осколки по всему полу. Арису, судя по всему, не понимал, что происходит вокруг него. А Шунтаро бесполезен. Ранен, не способен напасть и хоть как-то помочь. Только гребаными словами. Пытаться достучаться до своего... возможно, в какой-то степени, друга: — Рёхэй Арису, — сначала спокойно. Но его будто и не слышали. — Рёхэй Арису! Майра просто улыбалась. Будто ей нравились эти страдания, эта боль, которую испытывали игроки. Последняя игра — самая сложная: — Арису! — Чишия тряс его тело. Пытался разбудить от этого наркотического эффекта. — Это я. Я! Шунтаро Чишия! Он ненавидел собственную слабость. Ненавидел то, что ему приходилось кричать. Ненавидел блядский ком в горле. Умереть мог кто угодно, но не Рёхэй. Не самое, черт возьми, светлое создание во всем мире: — Арису! — Думаешь, он слышит? — Кано издевалась. Играла с сердцами людей. Прокрадывалась в самую душу. Шунтаро взял осколок. Но это всего лишь осколок... Что он мог им сделать? Напасть? Убить? Тогда игра бы не закончилась никогда. На чистых эмоциях, которыми он редко пользовался, Чишия порезал запястье. Глубоко. Наверное, пытался доказать самому себе и Рёхэю, что он существует. Он не иллюзия: — Арису, — он лёг рядом со сходящим с ума другом. — Я ничего тебе не обещаю. Не обещаю помнить тебя после возвращения. Не обещаю, что, вернувшись, буду творить только добро. Бред, конечно нет. Но я хочу, чтобы ты выбрался, — Шунтаро позволил нескольким слезам пролиться, смешиваясь с кровью. — Видишь кровь? Я здесь. Я живой. Целая, не окровавленная рука Чишии, еле как поднялась и опустилась на щеку Рёхэя: — Ты больше всех нас заслуживаешь жить. *** Игра была окончена. Шунтаро перевязал руку тем, чем пришлось. Теперь Арису с Чишией сидели на краю крыши здания, пытаясь отойти от только что произошедших событий. Такое случается не каждый день. Наверное: — Чишия, — неуверенно начал Рёхэй. — Ты в порядке? — Да, наверное, — Шунтаро пожал плечами. — Главное, что мы выжили. Арису рассмеялся и притянул друга к себе, чтобы обнять. Эмоции через край. Они победили. В небе сняли салюты. Настолько яркие, что аж ослепляли. Чишия молча прижался к нему и пытался запомнить этот запах пота, смешанного с кровью. Ничего противного в этом он точно не видел. В медицинском и не такое нюхал. Выбор, данный каким-то неизвестным голосом с небес, был до жути очевиден. Возможно, вернувшись домой, они все забудут. Но оставаться в этом мире они не хотели. Если это судьба, то они найдут друг друга и в разных странах: — Я точно запомню тебя, Шунтаро Чишия. — Рёхэй Арису, — он положил голову на плечо друга и ждал возвращения. Так же ждали только смерти. Не мучительной. Спокойной. Да и умереть в обнимку, на самом деле, — не так страшно. *** Арису ходил по коридорам больницы, заполненному знакомыми лицами. Он точно знал, что никого из них не встречал раньше. В этом... мире. В этом мире, по крайней мере. Странное чувство дежавю сопровождало его постоянно. Но увидев вдалеке молодого человека с белыми волосами, его сердце аж замерло. Пусть и не на минуту, но... Имя этого человека крутилось на кончике языка, но вспомнить его почти не представлялось возможным: — Извините! — он подбежал ближе. — Не могу говорить точно, но... Мы случайно не знакомы? В глазах знакомого незнакомца промелькнуло удивление. Он, похоже, тоже узнал Арису: — Должно быть, — он пожал плечами. — Не уверен. — Мне кажется, я даже когда-то знал ваше имя, — Рёхэй чувствовал себя сумасшедшим. — Шунтаро Чишия. Арису аж вздрогнул. Он точно знал этого человека. Не понятно, откуда, но знал: — Я Рёхэй Арису. — Что-то очень знакомое. Тишина. Даже неловко, наверное. Похоже на момент, когда два близких человека не знают, о чем ещё поговорить, ведь все уже обсудили. Но Арису, почему-то, не хотел упускать шанс познакомиться с этим Шунтаро. Возможно, заново: — Погода прекрасная, — Рёхэй указал на окно. — Может прогуляемся? — Почему бы и нет, — наверное, этот Чишия чувствовал то же самое.