тату на твоей шее

Илья загнанно дышит, когда Денис зажимает его в каком-то темном пространстве за сценой, пока по другую сторону баррикад толпа разрывается под новый альбом Руслана, пока Артур крутит диджейские диски, пока остальные скачут вокруг, снимают и просто хорошо проводят время. Коломиец забирается руками под чужую футболку, наклоняя голову ближе к чужой шее, Коряков не знает, куда себя деть, он еще и стакан с какой-то хуйней пытается не разлить, многозадачности в конкретно таких ситуациях его не учили. — Ден, ты тварь конченная, знал? — Слышал, что ты пиздел про меня, поэтому догадывался, — Денис глухо смеется, когда Илья захлебывается собственным дыханием, — щас уже не можешь так открыто хуйню разгонять? — Отъебись. Я ничего не разгонял. — Да ну? Мне подписота другое говорит. Денис отстраняется от него и наблюдает, как Илья опускает голову, специально отводя взгляд, прикусывает губы и тяжело, максимально обречено вздыхает. Молчит. Коломиец, не получив никакой удовлетворительной реакции, запускает ладонь тому в волосы и тянет, поднимая чужую голову вверх, Коряков шипит, но все еще ничего не говорит. — Денис ведет себя, как самый настоящий эгоист и избалованный ребенок, неспособный нормально обсуждать какие-то конфликтные ситуации, вот. Не парьтесь, чат, мало ли Денисов еще есть в этом мире, — точь-в-точь цитирует блондин недавние фразы, которые проговаривал Илья на стриме. — И в чем я не прав, придурок? — даже загнанный в угол, в буквальном смысле, Коряков не будет оправдываться. Чисто из принципа, потому что не он это начал, потому что не он выставляет себя белым и пушистым, ни в чем невиноватым мальчиком, которого обидели. Хотя, жертва здесь именно Илья. — Я веду себя, как эгоист? Ты серьезно щас? Это не я пропадаю в турах месяцами, не отвечая на сообщения и звонки даже в выходные, не я выбираю съебать куда-то посреди ночи с друзьями, а под утро завалиться домой как в ни в чем не бывало. И не я начинаю унижать кого-то в интернете, прекрасно зная ситуацию, будучи ее непосредственным участником, лишь бы чат успокоить. — Ты предлагаешь мне им правду рассказать? Что мы нихуя не друзьями были? Сорри, Ден, мы все еще в России живем, ты был не согласен нашим близким сообщить, что щас изменилось-то? Денис смотрит на него как-то слишком непонятно. Зло-обиженно. А потом отпускает и отходит метра на два. Бросает негромкое «делай, что хочешь, Илья» и возвращается в гримерку, оставляя парня со своими идиотскими мыслями и чувствами. Брюнет делает глоток из уже потрепанного жизнью стакана и морщится. Тянет блевать. Непонятно: от коктейля или от себя. Их перепалки, длящиеся уже хуево-кукуево после того, как они общение прекратили, из колеи не выбивают, но неприятный осадок оставляют точно. И, на самом деле, непонятно кто первый начал. Один сказал, другой огрызнулся, первый ответил и пошло-поехало. На стримах правда старались тему эту не затрагивать. Но зрители то видят, что что-то не так, что нет той химии, какая раньше была, что они даже не смотрят друг на друга большую часть времени, когда до этого буквально их не разлепить было, вот и доебывают вопросами вечными. Тут Денис прав, в интернет что-то высказывать не он начал, Илья просто уже молчать не может, потому что обидно. Потому что ощущение, что его просто-напросто из жизни вычеркнули. Но у этого же принцип «с бывшими не общаюсь». А как по углам того зажимать, так Коломиец самый первый. И не суть, что такое первый и, скорее всего, последний раз было. Просто алкоголь сильно в голову ударил, успокаивает себя брюнет. Но мысли не успокаиваются. Илья считает, что Денис его кинул, еще и максимально тупо, поэтому не имеет права доебываться до него. Коряков тогда тур откатывал осенний, когда Коломиец с нихуя пишет, что их с квартиры выселяют. И все. Ничего больше, никаких обсуждений, никаких решений, никаких планов. Денису-то есть, куда переехать можно, Илья рад, конечно, что тот без крыши над головой не остался. Но он думал, что частью чужой жизни тоже является и Коломиец мог хотя бы намекнуть на то, что он готов его с собой забрать. Не намекнул. Вообще ничего не сказал. Спасибо, что Ксюша существует. Которая на себя решение этой проблемы взяла, хату какую-то нашла неплохую еще и вещи помогла перевезти, потому что занятый концертами Илья уже смирился, что возвращаться ему изначально под мост придется. Нормального разговора после этого у них с Денисом не было. Ощущение, что вообще никогда не было, если честно. Они официально-то ничего не начинали и не заканчивали. Не было этих «давай встречаться», «ты мне нравишься», «нам не по пути», «мне нужен перерыв», «давай расстанемся». Ничего не было. Молча сошлись — молча разошлись. Сейчас пересекаются только на общих тусовках и общение строится на подъебах кто кого хуевей. Близких, друзей и знакомых это подъзаебало, но, спасибо, с лишними вопросами не лезут. Пытались, да ни один из них нормального ответа дать не может. Сами не понимают, как так вышло все, а для диалога адекватного гордые дохуя. Когда концерт заканчивается, и Илья сам возвращается ко всей толпе, Макс чересчур удивляется его появлению. — Илюх, Ден уже уехал. — Ладно? Нахуя мне эта инфа? — Вы разве не вместе живете? — Доброе утро, Максим. Уже больше полугода. — Поссорились? С нихуя? — С хуя. Илья правда пытается держать себя в руках, чтобы не агрессировать, потому что это Шабанов, и он его друг, и он просто очень пьяный. Но у Корякова каждый раз под кожей царапается, а в мозг как будто холод ударяет, когда кто-то упоминает то, что было раньше. Было и было. Все прошло. Он сейчас отдыхать должен, радоваться, смеяться, пить и наслаждаться жизнью, а не грызть себя мыслями, начинающимися с фразы «что если…». ден: я кофту в гримерке забыл привези

илья:

че блять

тебе алкашка окончательно в голову въебала?

ден: ты единственный кто адрес знает

илья:

пошел нахуй

ден: лезть не буду Сообщение остается непрочитанным после того, как диалог с этим уебком удачно отправляется в архив. У Ильи перед глазами плывет и голова кружится, походу вот кому алкашка реально въебала. Он еле связно просит Артура вызвать ему такси и, узнав данные машины, как может, выходит на улицу, отнекиваясь от предложений его проводить. Хочется просто доехать домой и лечь в кровать, забыв, блять, про определенную часть сегодняшнего вечера. Илья отключается, так и не узнав, что в интернете уже есть фотка того, как Денис держит его за волосы, а он стоит с подкосившимися ногами; так и не увидев сообщение от Артура «вы че совсем ебу дали?».

***

На утро голова раскалывается, поэтому Денису требуется больше времени, чтобы прийти в себя, когда он видит уведомление от Стинта: макс: видел? «фотография» я конечно в ахуе с вас но как будто очевидно было это если че уже везде есть так что готовьтесь к разъебу Ебаный пиздец. Ебаный Стрим инсайд запостил эту хуйню. Ебаный интернет, из которого это уже не удалить. Илья был прав, Коломиец самым близким рассказывать не хотел, а теперь об этом знают все, кому не лень. Ладно телеграмм, там можно комменты отключить или просто не заходить в них, но на иконку тиктока даже смотреть страшно. «Как будто очевидно было». Да не было, блять. Не могло быть. Они на публике никогда грань дозволенного не переступали, за руки не держались, в десна не долбились. Вели себя также, как и остальные. Да, моментами ближе, потому что они и дружили дольше, но никаких компроментирующих факторов. Денис уверен, что Коряков уже тоже в курсе, и? И что? Он просто промолчит? Нормально объяснит ситуацию, рассказав все, что они пережили или опять сморозит что-то лишь бы от него отстали? Илье же репутацию сохранить надо, думается блондину, хотя он никогда не был против того, чтобы поведать обществу, что в отношениях они. Брюнет слишком просто к этому относился. Поэтому и расстались, нихуя ему неинтересно и неважно и не нужно.

ден:

я хз че делать

макс: напиши илье обсудите он же тоже в этом участвовал вы типа расстались тогда да?

ден:

да

и я у него в игноре

макс: ебать ты его обидел или че

ден:

не обижал я его

сам обиделся

макс: ден вы сначала не разлей вода потом вас друг к другу вообще подпускать нельзя ощущение что в глотки вцепитесь а потом в сети фотка как ты его у стены зажимаешь что у вас случилось?

ден:

я не знаю ясно

он в туре был а нас в это время с квартиры выселили

я ему написал об этом и все

он ничего не ответил вообще

ксюша его переездом занималась

я ахуел тогда от того что он просто молча съехал

ну и разошлись тогда

ну и вот как щас получается

макс: вы конченные? ты же в курсе что илье некуда съезжать было?

ден:

ну

макс: денис боже блять а тебе было и как я понял ты ему тоже по поводу этого нихуя не сказал это просто тихий ужас вы вообще блять разговаривали в отношениях или трахались просто от нехуй делать И до Дениса медленно, но верно доходит. Не разговаривали. По ощущениям, вообще ничего не обсуждали. По пьяни как-то получилось все. Закрутилось-завертелось, проснулись у меня. И так как-то и начали. Идиоты, короче.

ден:

я все еще хз че делать

макс: я тебе сказал напиши илье поговорите нормально хотя бы раз вы ж любите друг друга до сих пор сто проц раз из-за такой хуйни расстались нахуя ты вообще полез к нему вчера?

ден:

я ебу?

макс: ну видимо скоро будешь ;)

ден:

отъебись шабанов

но спасибо за совет

Денис ненадолго, но в раздумья уходит. Анализирует, что вообще в их отношениях происходило. Вывод неутешительный. Понимает, что не только Илья хуйню творил, признаться честно, Илья вообще ничего не творил. Просто существовал в чужом пространстве какой-то промежуток времени. Иногда пропадал, когда слишком много дел накапливалось, но всегда возвращался. А Денис, ну, это Денис. И он доебистый. Может, надо было как-то легче реагировать раньше, когда Коряков действительно что-то обсудить пытался. Коломиец просто замолкал, все эти откровенные разговоры переживать не хочется. Ему проще пообижаться пару дней, а потом сделать вид, что ничего не было. Но видимо придется менять что-то, потому что Макс прав, Денис любит до сих пор. Как бы скрыть этого не пытался за всей своей агрессией в чужую сторону, рамок он никогда не переходил.

ден:

надо поговорить

илья: я кофту твою забрал Пишут одновременно. Ну супер.

ден:

видел уже?

илья: мне артур с утра пораньше весь мозг выел

ден:

обсудить не хочешь?

илья: че ты в себе разобрался наконец? Илья, непонятно специально или нет, задевает, блять, за больное.

ден:

пошел нахуй

с тобой можно хоть раз нормально поговорить?

без этих твоих подъебов тупых

илья: о боже простите денис не хотел задеть ваше эго сам блять научись нормально разговаривать и руки не распускать где попало и с кем попало

ден:

ты не кто попало

илья: да знаю я заебешь извиниться не хочешь за вчерашнее?

ден:

ты по-моему не особо против был

илья: не помню чтобы ты спрашивал

ден:

кофту верни мою

там и поговорим

седня вечером норм?

адрес знаешь

илья: к сожалению Илья отбрасывает телефон в сторону. Какой же уебок. Но как бы он не хотел отрицать, «ты не кто попало» отзывается где-то глубоко в сердце. Коряков понимает, что в интернете уже все всё поняли и они вряд ли могут как-то на это повлиять, даже если кто-то попытается хоть что-то для оправдания придумать. Слишком откровенная фотка для обычного дружеского прикола. Он успокаивает Артура, вверяя, что они с Денисом решат все их проблемы и постараются больше не попадаться. Мысль о возможном возобновлении отношений витает где-то рядом весь день. Илья не идиот, он легко признается, что скучает. Что, кажется, любит до сих пор. Им просто поговорить нужно. Обсудить все, что было и что могло бы быть. Пока в такси едет, отгоняет тревожные мысли. Хочет переключить внимание на хорошую погоду за окном, потому что лето и солнце закатное еще светит, но плохо получается. Как будто на первое свидание собрался и думает как не опозориться, но это же Денис. Неважно, как они щас общаются. Раньше все хорошо было, они друзья, да, с проблемами в общении и молчаливыми обидами друг на другами, но это поправимо. Может, им нужен был этот перерыв, поняли, как друг без друга под боком. Сейчас главное момент не проебать. дрейк: 1 уведомление Что этот придурок уже запостил? Илья разблокировал телефон и… Ебать. Пиздец. Кажется, у него в глотке пересохло. Денис скинул фотку. Просто обычное селфи, только он какой-то не такой. Волосы взлохмачены сильнее, чем обычно, взгляд серьезнее, немного видно плечи, которые как будто шире стали. И шея его эта длинная белая с, блять, татуировкой. Какие-то крылья, выведенные аккуратными тонкими линиями, чья середина идеально красуется прям на кадыке. Приехали. Илья не знает как на это реагировать надо. Вообще-то, не надо, его не просили. Но в солнечном сплетении что-то покалывает.

илья:

пошл нахцй

ден: ? Подлецу все к лицу. Это про Коломийца. И брюнет, даже если бы по-настоящему его ненавидел, не смог бы соврать о том, что ему эта черная херня не подходит. Потому что, сука, подходит. Потому что у Ильи аж руки дрожат от того, насколько, и он сжимает подол своей футболки, ведь невозможно быть вот таким.

илья:

я поднимаюсь

И параллельно всё еще тяжело дышит, когда Денис ему дверь открывает, в квартиру пропуская. — Привет, — Илья мнется на пороге так, будто перед ним кто-то незнакомый стоит и он никогда не был в этом месте, — держи. — Привет. Спасибо. И замолкают. Даже не смотрят друг на друга, куда угодно, только не напротив стоящего. — Ты вроде поговорить хотел, — первым сдаётся Илья, поднимая голову, — или уже нахуй? — Нет, не нахуй, пошли. Проходят на кухню и садятся друг на против друга. Как на сеансе у психолога, ей Богу. И снова молчание. Илья пилит взглядом стол, Денис — Илью. И это пиздец полный, потому что у Корякова в голове все обиды и мысли испарились. Кроме одной: блондину тату идет пиздецки. Да и вообще, это Денис хотел поговорить, Денис все это замутил, так пусть, блять, и расхлебывает. Илья продолжает попытки отвлечься от нарастающего напряжения, теребит под столом подол футболки, на собеседника своего не смотрит. — Чай? Кофе? Егерь? — Коломиец решает, что лучше уж так начинать разговор чем никак, хотя, мысли его посещают такие же, как и Корякова: — Последнее, — вздыхает брюнет. — Хотя, есть вероятность, что при таком раскладе, мы тупо потрахаемся. Сказанное Денис не комментирует. Разливает спиртное в бокалы и на стол ставит. — Когда успел? — вообще, у Ильи вопросов больше гораздо, но сейчас, с первым глотком егермейстера озвучить он может только те, что буквально на языке вертятся. — Сегодня. — М-м, — тянет брюнет, будто то не ясно было. Денис почти залпом опустошает свой бокал. Нечаянно слишком звонко ставит его обратно на стол. — Извини, — и, ясное дело, одним «извини» тут не отделаешься. Но ничего больше в голову то и не лезет. — Нихуя ты ультанул… — Илья свой егерь тоже потихоньку потягивает, так что того и глядишь и глаза на Дениса скоро поднять сможет. — Я, так-то не сильно и обижался. — Не пизди. С разговорами у них проблемы на лицо. И как бы не хотелось, алкоголь совсем не помогает. Сколько бы его не выпили. Просто мысли становятся туманнее и уходят совсем в другое русло. Тем более они не ругаются. Не стараются задеть друг друга за живое, не оскорбляют, не обвиняют… Скорее, просто молчат, пытаясь подготовиться к вытекающим из разговора последствиям. Илья, подперев голову рукой, вдумчивый взгляд со стакана на Дениса переводит, будто набравшись смелости для того, чтобы его разглядывать. — Хватит пытаться раздеть меня взглядом. — Руками пойдёт? Ну охуеть. Денис не против. Но с мертвой точки они не сдвинулись. А еще он не достаточно пьян. И, блять он пытался, честно. Но Илья… Встает из-за стола и подходит к нему, чтобы поцеловать. И в данный момент это кажется единственным правильным решением. Чужие касания обжигают, вытесняют все самые плохие мысли, плавят и не прекращаются. Коряков руки в светлые волосы запускает, кожу головы массируя, после чего ладонями аккуратно проводит по шее. У Дениса дыхание перехватывает. Они встречаются пьяными взглядами, которые вместе с тем говорят за них больше, чем они сами. На кухне они не задерживаются. Кое-как не споткнувшись доходят до спальни. И Илья такой… Нежный, до одури, ласковый, что в груди что-то щемит. Денис от этого будто сильнее плавится, под касания ластясь и стараясь отдать столько же, как минимум. У Корякова под одеждой новые татушки скрываются, которые блондин до того только мельком в инсте у его мастера видел. Ему идет. Блять. Как минимум Дениса захлёстывает волной тоски. Оказывается, он пиздецки скучал. Мозговой штурм вопросами к самому себе и к Корякову прерывает Илья негромким «расслабься» в губы. В который раз за сегодня Коломийца уносит. С глубоким вздохом его покидают все здравые мысли, и он ловит чужие губы, вовлекая брюнета в поцелуй. И руки Дениса разбегаются по чужому телу. Блондин, кажется, скоро забудет как дышать от всего того, что чувствует. Илья стягивает с парня футболку, руками проводит от живота до груди и дальше к шее, нечаянно чересчур сильно надавив на нежную кожу. — Сука, больно же, — шипит младший, вздрагивая от неприятного ощущения. — Еще не зажила. — Прости, — просто отзывается Коряков, склоняясь к шее, чтобы поцеловать. И как же от этого дурно, блять. Коломиец аккуратно отталкивает брюнета, чмокает в губы, подминая его под себя. Стягивает с парня боксеры, целуя в тазобедренную кость. Илья к нему навстречу тянется, стараясь сократить расстояние между ними. Комнату синеватым освещает монитор работающего компьютера. И для Корякова это самое настоящее проклятие, как минимум потому, что он тонет в голубых глазах напротив. Брюнет, на этот раз гораздо аккуратнее, за чужую шею цепляется, что позволяет ему до слегка припухших губ добраться. Поцелуй выходит смазанным, жадным. Оба кусаются легонько, дразнясь, но намеренно боль не причиняя. И пока Илья зависает в моменте, блондин пальцами бездумно дорожку по его груди ведет, приближаясь к паху. Денис удобнее устроившись, ладонью член Корякова накрывает, начиная двигаться вверх-вниз по всей длине, что дыхание старшего сбивает. И как же Коломийцу хочется тело Ильи засосами усыпать, просто потому что. Потому что может, хочет, ну, и, потому что Илью любит. Пока брюнет не успел опомнится, Денис прикусывает кожу чуть ниже ключиц, оставляя там краснеющую отметину. Одно неаккуратное движение, слишком широкое горло футболки и все. Коломиец поцелуями спускается чуть ниже, пару раз повторяя проделанные действия до тех пор, пока Коряков не начинает под ним недовольно пыхтеть. У Ильи губы искусанные и взгляд шальной. Парень инициативу перехватывает. Теперь его очередь Дениса зацеловывать, только его план не менее коварный, нежели у младшего. Брюнет между длинных ног пристраивается, щекой притираясь к члену, зрительный контакт не разрывая. — Скажи, — просит непонятно что Коряков. Коломиец же не соображает совсем. Глазами хлопает глупо, мыча вопросительно. — Что любишь… — Илья говорит это почти бесслышно, как будто просто хочет услышать фразу. Будто она ничего не изменит. Денис губу прикусывает, настолько неправильно звучит эта просьба. Даже как-то больно морально, потому что все это происходит не потому, что Коломиец хочет Ильей воспользоваться. Потому, что блондин тоже тоскует по чужому присутствию в своей жизни. Потому, что если выполнит чужую просьбу, то не соврет. Денис руками цепкими лицо брюнета к своему притягивает, поцелуями засыпая. Коряков носом слегка шмыгает. — Люблю, конечно, — Илья его в губы чмокает, возвращаясь к начатому. Языком проводит по всему основанию, целует куда попало и, прикрыв глаза берет член в рот, начиная двигаться. Денис с придыханием на ту картину смотрит завороженно, будто отведет взгляд и все перед ним исчезнет, даже моргать боится. Но Илья реальный как никогда, его ладонь нашаривает, и, на свою макушку пристраивает. Но Корякова на данный момент мало что смущает. Парень даже умудряется глазеть на Коломийца из-под ресниц подрагивающих. Просто с ума сойти. И Денис сходит. Точнее, уже давно сошел, стоило им только переспать впервые. Хотя нет, даже еще до этого. А сейчас вновь, по второму-третьему-четвертому кругу. Илья доводит его до разрядки и даже несмотря на то, что Коломиец данным процессом особо не руководит всю сперму проглатывает, дурная пьяная бошка. На прихуевшего Дениса смотрит хитро, после чего находит в прикроватной тумбе смазку и презики запечатанные, лыбясь с того, как блондин предсказуем. Вообще, Коряков собой не просто доволен, а ахуеть как, потому что глаза Коломийца сами за него говорят. Денис их вновь местами меняет, и целует-целует-целует, видно пытаясь так свой восторг передать от Ильи в целом. Впрочем, жирный намек на дальнейшие действия он понимает. Щелкает крышка смазки. Коломиец не торопится, одновременно дразнясь и пытаясь хоть немного разогреть вязкую жидкость. То, что брюнет вновь неосторожно чужую шею сжимает, в этот раз остается без комментариев, и сопровождается тихим шипением. Коряков нетерпеливо мечется, на чужие пальцы насаживаясь, пытаясь стоны сдержать. Денис по его губам поцелуем мажет, на себя больше внимания обращая. Илья дышит загнанно и шепчет что-то безумно пошлое блондину на ухо, призывая к дальнейшим действиям. А после одёргивает Коломийца, что уже было за презервативами потянулся. — Блять, Денис, похуй, я уже не могу, — почти хнычет он, не давая от себя отвлечься. Пиздец. Самый настоящий. Но не то чтобы они жалуются. Илью и впрямь хватает не надолго. Впрочем, Коломиец тоже не то чтобы может похвастаться своей выдержкой. Никуда вставать и идти, ясное дело не хочется, потому парни выбирают просто остаться в кровати, укутавшись в одеяло. Денис молча чужие волосы перебирает, пока Илья устроился на его плече, закинув на блондина руки и ноги — все, чтобы было удобно. И тишина с каждой секундой становится более давящей, хотя в глубине души все ещё чувствуется то фантомное тепло от любви. — Прости, что избегал все твои попытки поговорить о наших отношениях, — тихо начинает Денис, отвлекаясь от чужих волос и переключаясь на заламывание пальцев. Илья это впрочем быстро пресекает, молча накрывая его кисти своей ладонью. — За то, что обижался на глупости, проблемы игнорировал, боялся неясно чего, — Коломиец руки из образовавшегося плена высвобождает, к собственному лицу притягивая. Шмыгает. Плачет?.. — И, что доебывал тебя в турах, слишком мало говорил, как люблю тебя, за то что бросил, когда нас с хаты выселили… Точно плачет. Илья хмурясь на локтях приподнимается, ближе к чужому лицу подтягиваясь. У самого на душе от этой картины кошки скребут, так что брюнет спешит руки Дениса отнять от глаз голубых. Блондин особо не сопротивляется, лишь взгляд отводит, говорить продолжая. — Что разгонял хуйню, что лез… — Хватит, — Илья старается сказать это как можно мягче, чтобы не обидеть разоткровенничавшегося Коломийца. — Я тоже не святой, солнце. У Дениса от этого всего уже давно в груди щемит. Коряков его слёзы вытереть пытается, а вместе с тем они меняют положение на полу-сидя. — Ну? — неясно к чему спрашивает Илья. Лицо чужое к себе поворачивает, в глаза заглядывая. — Не плачь, пожалуйста. Коломиец кивнуть старается, а брюнет, поняв, что видно звучит не сильно убедительно, приподнимает младшего. Глаза прикрыв, своим лбом к чужому прислоняется. — И ты меня, пожалуйста, прости, — тяжело вздыхает Илья. — За все. И за подъебы вместо нормального разговора, и за молчание это тупое, за то, что понимал, что именно тебя обижает, но не пытался исправить это, до тех пор, пока ты сам не попросишь, — вдыхает поглубже. — И за разгоны. И за все то же самое, что мало говорил, что люблю тебя. Молчат. — Пиздец драма, — первым всей серьёзности не выдерживает Денис, тихо хихикая. Не пропустив свою очередь вытирать чужие слезы, он чмокает подуспокоившегося Илью в щеку. Два сапога пара. — Хуйня, — отзывается брюнет, ластясь к Коломийцу. — Хотя, мы голые. Это скорее смешно. И тупо. Я, кстати, тупой. — Нет, тогда я тоже, — ворчит младший. — А вообще похуй, не ебет. — Естественно, не ебет. Сначала хихикают оба, потом молчат. Денис одеяло на них вновь натягивает. — И че мы делать будем? — возобновляет диалог Илья. — Я, будто протрезвел даже, ахуеть, егерь еще остался? — Куда тебе еще, блять? — Коломиец того в объятиях сильнее сжимает, намекая что никуда не отпустит. После возвращается к первому вопросу. — С фоткой? Хз похуй. Если че к Хесусу свалим или к Зубареву. — Буду катать туры в гейропе, чайне и омэрике. Звучит как план. Делаем, — отзывается Илья. — А встречаться со мной будешь? — Коряков на Дениса глядит пару секунд с прищуром, после чего расплывается в улыбке. — Конечно буду, — в щеку целует. — А ты со мной? — Куда я от тебя денусь. — Тебе, кстати, пиздец идет, — Илья своей улыбкой вызывает у Коломийца ответную, после чего аккуратно припадает губами к его шее, пару раз целуя одно место. — Догадывался, что тебе понравится, — признается Денис. — Тебе твои новые тоже. И чуть позже, утром следующего дня, отоспавшись и протрезвев, они заведомо до первого следующего недопонимания обсудят как себя в подобных случаях друг с другом вести. И в будущем, обязательно будут придерживаться этого плана. Вместе.