Щенки

Из воспоминаний его выдернуло прикосновение к плечу. Юноша вздрогнул и уже хотел накричать на виновника, как послышался знакомый голос —Ацуши! - радостный тон, который по отношению к себе слышать было противно. Гниль, сдерживаемая до сей поры весьма успешно, не считая высокомерия, легкомыслия и грубости, теперь начала набирать обороты. Хотелось заткнуть рот или провалиться сквозь землю. Сознание играло с ним, перебирая худшие варианты действий и слов. Доселе праздная жизнь казалась обыденностью. Неловкие улыбки, не менее неловкие слова, звучащие из его уст не убедительно, разговоры с хозяином Дазаем. Окунутся ещё глубже в прошлое и оказаться в сказке. Нельзя. Омрачать забитой головой светлую память не хотелось. И смысла уже нет. С трудом повернувшись, Ацуши выдавил одну из его не самых убедительных улыбок. Ацуши отталкивало от блондина. Ему нравилось думать о нём, как о друге, болтать с ним на незамысловатые темы было здорово. Но чувствовать желание плюнуть желчью и постоянную вину не хотелось. Честные глаза вселяли в сердце Ацуши толику тепла, хоть и на грани с желанием набить ему личико. Дазай говорил такое состояние пройдёт. Получается обманул, ведь с каждым днём душевные терзания за других терялись в шлаке от прошлого Ацуши. Неимоверно тяжело видеть, как вместо приятельской улыбки возникнет жалость. Как уголки губ дрогнут, лицо исказит удивление, а затем и это отвратительное чувство. Жалеют бродяг, малоимущих, небог, котят... И плевать что Ацуши сирота, видеть застывшие слёзы в глазах как в подтверждение мысли о его беспомощности, безумно раздражающе. Особенно наводила ужас мягкая интонация, словно он сошел с ума, а не частично потерял зрение. К счастью, Дазай избавил от перспективы лицезреть его страдания, которых впрочем, могло и не быть. —Это... Это, - глупо повторил изумлённый Миядзава, хлопая глазами. Чего-то такого и стоило ожидать. Сердце у Кенджи чистое, доброе - значит ему незнакомо понятие равнодушие. И эмоции сдерживать он не умеет, в отличие от Накаджимы. Улыбка того так и не дрогнула, лишь помыслы о дальнейшем продолжении диалога завертелись в голове. Спустя миг губы Кенджи приоткрылись, глаза теперь неуверенно бегали по всему лицу. —Ацуши, ты испытываешь боль? Расскажи о произошедшем, - голос почти перешёл в дрожащий шёпот. О, я даже тронут. Был бы годом ранее. Дружество сложилось удачно, поэтому и придумать небылицу для душевного спокойствия труда не составит. Жаль только, что сладостное чувство триумфа было прервано. —Кенджи, это произошло в храме, - с сожалением произнёс Ацуши и перестав улыбаться, отвёл взгляд на плитку, - тогда Дазай остался снаружи и я остался один. Пал без чувств, очнулся уже в лазарете. Кенджи это похоже убедило и он поджал губы и в попытке утешить потрепал по плечу —Стало быть в момент твоего бессилия на тебя напали? - в глазах блондина застыл ужас. Ацуши неуверенно качнул головой, пытаясь показаться более огорченным. Вправду, досадно не видеть левым оком. Абсолютно неча - ни тьмы, ни света. Отрадно, что на меткость потеря никоим образом не сказалась. С реакцией ныне сложнее. Важнее привыкнуть к новым ощущениям. Жить с этим можно. Предаваясь размышления перед сном в голову пришла интересная мысль. В выходной нужно обязательно встретиться с господином Накахарой и Дазаем. Они важные персоны, значит у них можно многому научиться. Клинок, некогда подаренный, должен оказаться в руках уже более опытного воина. Мои умения на данный момент очень сильно ограничены. Ежедневные тренировки дают прогресс, но недостаточный чтобы стать лучшим. В стрельбе я достиг успеха, хоть и на движущийся цели мы не тренировались. Во владении ци я опережаю остальных. Освоить несколько видов оружия и обуздать внутренний потенциал. Холодное оружие сейчас в приоритете, без него далеко не продвинуться. Не знаю, что обо мне думает старик, но я успел выделится, как бы прискорбно это не было. Я не остановлюсь и стану сильнее. Ради народа и светлого будущего государства истреблю тварей. Я слишком долго был наблюдателем, позволяя лишать меня близких людей. Свежий воздух заполонил лёгкие, приятно отдавая в голову. Чувство лёгкости разбрелось по телу вместе с теплым прикосновением. Объятья, которые Ацуши так долго не мог себе позволить, оказались приятными до жути. После контакта осталось навязчивое отвращение и желание проглотить мыльных корень, но это не так важно. —Ты жаждал увидеть Чую, не так ли? - игривый тон господина был привычен. Слышать обращение к Накахара по имени чудно. Ацуши лишь мог догадываться какие между ними отношения, но точно не взаимоуважение. Проницательные глаза не устают удивлять. —Всё так, господин Накахара восе? От этих слов лицо Дазая исказилось в усмешке. —В саду, - он указал жестом на поместье Искомый оказался на лавке под дубом. Тень завесой из кисеи легла на его лицо. Взгляды пересеклись и на лице рыжего появилась улыбка. Вид подопечного Дазая его никоим образом не смутил. Повязка осталось проигнорирована. Ацуши тихо выдохнул, полностью расслабляясь. —Не успел и глазом моргнуть, как ты вернулся, - беззлобно усмехнулся Накахара, прикрывая глаза. На скамье оказалось приятно. Прохлада разливалась по телу. —По-иному быть не могло, господин Накахара, - лукаво улыбнулся Ацуши, - вы будете моим ментором на сегодня? Чуя пригляделся к лику парня. Размял пальцы и поднялся в один рывок. —Я готов оказать услугу, её цена, - Накахара замолк и повернул голову, - твоё послушание, - дерзкая улыбка и горящие глаза. Вот что означает быть в прошлом гвардейцем. —Я вас не подведу Оружие скользило в руке. Тренировка больше походила на причудливый танец, в котором фигуры кружились соблюдая особый ритм. Они подхватывали ритм друг друга и создавали новый, пытаясь разгадать чужой и прижать металл к горлу. Заботливо поправляли пальцы на рукояти кинжала, показывали стойку и также заботливо лишая шанса одержать победу. Ноги заплетались, ведь Ацуши в очередной раз уклонился от атаки. Тактика боя Накахары не была хаотичной: опыт подсказывал когда юноша откроется и позволял предугадать его действия. Атаки не шли сплошь, они были чёткими. Ацуши подхватывал тактику, что приятно удивило старшего. Заманил в ловушку, а сам извернулся, зная где в ту же секунду окажется оппонент. Холодный металл коснулся теплой кожи. —Браво, - отозвался Накахара. Хоть он и не использовал и половины своих умений, для того чтобы распознать потенциал этого оказалось достаточно. Ацуши отвёл оружие в сторону. Недоумение отразилось на его лице. Накахара ведь ставил его в тупиковое положение немыслимое количество раз, а Ацуши удалось лишь однажды. Словно прочитав мысли сказал Накахара —Не предавайся волнению, ты смог предугадать моё действие, а это много стоит. Облегчение, испытываемое в данный момент, сравнимо с полётом. Ацуши никогда не летал, но описал бы это именно так. Бодрой походкой к ним направился Дазай —Ребята, вас не было два часа, проголодались? - растягивая гласные с довольным выражением лица поинтересовался Дазай. Из живота Ацуши послышалось урчание. Переглянувшись и выдержав короткую паузу оба бывших гвардейца расхохотались. На лице расползалась улыбка, искренней всех прежних. —Желудок бойца требует подкрепления —Подтверждаю, как его ментор на сегодня —В меню чудесный суп из морепродуктов и не менее вкусная шарлотка, - подмигнул Дазай Может жить не так уж и несносно. По крайней мере рядом с этими людьми.