Щенки

Грудь Ацуши тяжело вздымалась. Он отполз назад от тела на земле, глядя на него со смесью страха и отвращения. Ветер дунул, охлаждая липкую субстанцию на шее. Ацуши покрылся мурашками и поднялся, не отводя взгляд от него. Глаза мужчины были закрыты, что свидетельствовало о потере сознания. Рюноске наконец повернулся к Ацуши, сузив глаза. —Самостоятельно ты закончить ни с чем не можешь, Джинко? Как был слабым, таким и остался, - его голос был твёрдым, словно он и не сомневался в собственной правоте. Ацуши с трудом удалось отвести взгляд от Шуго и наконец посмотреть на напарника-спасителя. У него возникло ощущение уязвимости, словно та капля силы, которую он обрёл исчезла. И без того бледное лицо побледнело, выдавая его смятение. В попытке защититься от язвительности напарника, он одарил его молчанием, тем не менее, красноречивым. Затем он подошёл к телу на земле, остановившись в шаге от него. Сейчас Ацуши видел не мужчину, родившегося и выросшего в деревне Фуруй - он видел покалеченную душу, такую же как и Марк. Рюноске остановился рядом. —Запрём его в доме, - Рюноске притопнул ногой, смяв траву рядом с головой. Ацуши хмыкнул, пусть и нервно. —Решил обустроить свинарник? Рюноске вздохнул. Ацуши нагнулся и взяв Химицио за живот, повалил его на плечо. Рюноске непроизвольно раскрыл рот, наблюдая за Ацуши, ранее с трудом делавшим отжимания, но без особых усилий закинувшим на плечо мужчину почти в два раза больше него. Половина тела мужчины свисала спереди, а ноги волочились по земле, когда юноша пошёл к дому. Рюноске закрыл за ним дверь и повернулся, оглядываясь на перегородку в соседнюю комнату. —Нужно проверить все комнаты, следи за Химицио, - Рюноске торопливо скрылся за сёдзи, выглядя при этом непривычно суетным. Войдя в комнату, Ацуши остался с Химицио наедине. Ацуши сделал вздох и переложил Химицио с плеча на широкий стол. Колбы, лежащие на столе, покатились и упали на пол. Ацуши, потянувшись поднять их, заметил пузырёк с необычного цвета жидкостью на донышке. Она переливалась от жёлтого к оранжевому. "Экстракт сакуй. Обратить медицинские знания на пользу своей голодной душеньке, похвально, господин Химицио" Ацуши усмехнулся и положил пузырёк в карман жилетки. Вдруг Химицио дёрнулся и выпрямился. Ацуши с опаской ретировался, пока не упёрся спиной в стену. Шуго медленно сел и повернул голову в сторону Ацуши. Его глаза снова были карие, но в них читался тот голод. —Не волнуйся, Ацуши, сейчас я могу сдерживаться. Ты задавался вопросом почему люди становятся такими монстрами? Я тебе поведаю свою историю.

***

В скромной, озарённой светом, пробивающимся из сёдзи, комнате, на футоне лежал мужчина лет сорока. Под боком мужчины сопел щуплый мальчишка, подрагивая от утренней прохлады под тонким одеялом. Мужчина, поморщившись от света, разлепил веки. Карие глаза первым делом уставились в потолок. Немедля поднявшись, он посмотрел на мальчишку и задумавшись, пошёл босыми ногами к тансу недалеко от футона, в углу комнаты. Мальчишка проснулся лишь через пару часов, когда утренний рассвет не оставил на небе ни следа. Резко сев на кровати, мальчик удивлённо осмотрелся. Поднявшись, он дошел до сёдзи. Раздвинув дверь он вышел в коридор и застыл перед входом в комнату. Мальчика и мать разделяли не только тонкая перегородка, но и страх, усиливающийся с каждым днём. Сделав робкий шажок, он ощутил что ноги становятся ватными от осознания что он увидит. Хотя по-прежнему он считал страшнее другое. Понять, что в той комнатке не будет ни смеха, ни слёз, а пустой футон и пыль. Сделав глубокий вздох мальчик поднял руку чтобы отодвинуть сёдзи, как она отодвинулась, подав слабый поток воздуха. На входе оказалась высокая фигура, заставив его отступить. Плечо мальчика сжали длинные пальцы с такой силой, что он начал думать как бы брат не сломал хрупкие кости. Лицо брата, было осунувшимся и бледным, как никогда раньше. На фоне мертвецки бледной кожи, круги под глазами выделялись безобразными пятнами. Глаза парня сузились, а губы поджались в тонкую линию. —Ты добился своего, уродец, - тихо сказал он и разжав пальцы, немедля скрылся в коридоре. Сердцебиение мальчика участилось, стоило ему подумать о том, что случилось с матерью. Он смотрел прямо в эту щель между перегородкой и стенкой, видя лишь край футона. Решившись, он зашёл. Зашёл тихо, не нарушая священное молчание комнаты, устоявшееся как закон Куриин. Лицо его матери было словно из фарфора - бледное и с мирным выражением лица. Тонкие губы потеряли все краски, точно художник поскупился. Капли пота скатились по виску мальчика, что застыл над матерью. Он пал на колени и взял женщину за щёки. Холодная кожа опалила. —Матушка! Матушка, ты же спишь, правда? Проснись! - слезы стали капать на лицо женщины. Мальчик рыдал так истерично и заливисто, что вряд-ли смог оставить наблюдателя равнодушным. Маленькие пальцы зарылись в ломкие волосы, а сам он прижался лбом ко лбу матери. —Пресвятая Куриин, как ты могла это допустить? Это ложь, богини нет! Все её почитатели это глупцы, так пусть получат по заслугам по воле Абиса! После отпевания в храме прошло несколько дней. Вся семья была тиха и молчалива, будто умерла в тот день вместе с женщиной. Старший сын волком смотрел на всех, особенно на брата. Ненависть выдавало любое его слово в сторону Химицио, пусть даже и безобидная просьба. Не выдержав, младший вышел на улицу. Проходя мимо сада во дворе он не испытал того ощущения прекрасного, а равнодушие. Сад в его глазах завял навсегда. Выйдя к речушке он сел на траву, глядя на своё отражение. Когда слова брата в очередной раз прокручивались в его голове как мантра, он взяв камень, ударил им по водной глади. Отражение размылось на миг, а вода брызнула во все стороны. Тяжело дыша, мальчик опустил руки. Послышались бодрые голоса, принадлежащие его недругам. Он встал, намереваясь покинуть ныне неспокойное место, как увидел поблизости среди редких стволов деревьев мальчишек его возраста. Они громко смеялись, а заметив Химицио, они загоготали пуще прежнего. Как стая волков они окружили замершего Химицио. —Посмотрите кто это? Шуго, наш, одиночка! - Мальчишки рассмеялись так громко и издевательски, что кровь к щекам прилила моментально, то ли от праведного гнева, то ли от стыда. —Я знал что эта не потребная женщина умрёт рано или поздно. Этот недуг она вынесла прямиком из дома терпимости, и вынашивала вместе с тобой! - Химицио сжал кулаки, но знал что дать отпор шайке крепких извергов он не сможет. —Вы недоумки, пусть ваши грязные языки вырвут с корнем! - рявкнул Химицио. Он больше не трясся от одного только их вида, в желал возмездия. Лицо самого крупного вытянулось в секундном удивлении, но вскоре прежняя усмешка вернулась. Он шагнул к Химицио ближе, подначиваемый остальными. Смотря на него снизу вверх он продолжил —А твой отец это бывший клиент, очевидно решивший, будто все забудут о судьбе твоей матери, - Химицио толкнул главаря в грудь, но тот не сдвинулся с места. Сделав то же самое, главарь повалил Шуго на землю. С широкими улыбками, словно оскалом, они смотрели на лицо разгневанного мальчика. —Вы умрёте! Все до одного, клянусь Абисом! - уперевшись руками в землю, он смотрел на зачинщика. Того речь, кажется, не впечатлила. Махнув рукой он подал сигнал. По рёбрам раздались удары ног. Мальчик почувствовал сильнейшую боль, но не только от ударов. Словно кровь стянула вены и внутренности, а сердце кольнуло. Он зажмурился сильнее, не понимая что с ним происходит.

***

Ацуши слушал рассказ вполуха и размышлял о том, почему его силы в самый ответственный момент не получается пробудить. Вспомнив тот день, когда он вырвал глаз Марку, Ацуши пытался уловить каждую деталь в их борьбе. "Точно! Когда Марк упал с кушетки, я услышал звук разбивающегося стекла! Наверняка у него была ампула с защитой от предков и последователей Куриин, где-нибудь в кармане." Внимательно пройдясь взглядом по мужчине, с жаром рассказывающим свою историю, он таки нашёл выпуклость в кармане мужчины. Подобравшись ко столу, он ударил ногой по ничего не подозревающему Химицио. Раздался треск стекла, ткань пропиталась черной жидкостью. Ацуши отпрянул, наблюдая как тот меняется в лице. Накаджима ухмыльнулся, уже вытягивая средний и указательные пальцы. —Ну-ну старый хрыч, тебе пора спать, - из пальцев хлынул поток свечения, отдающий жёлтым оттенком. Шуго дёрнулся, явно несогласный с приговором. Стол скрипнул и под весом мужчины пал, как щит заслоняя того. Склянки треснули, а жидкость растеклась. Химицио весьма удачно оказался за столом. Ци стрельнула в стену, на месте, где только что был Шуго. Ацуши цокнул языком. "Чертов старик. Такие трюки выдаёт, может в прошлом он был мартышкой в зоопарке или акробатом в цирке?" Ацуши оттолкнулся от земли и взмыв в воздухе, он пересёк преграду. Коснувшись одной ногой стены, другой он откинул в прежнее положение стол, чуть не ударив Химицио по голове. Приземлившись, он схватил пытавшегося улизнуть Шуго за штанину и подтянул ближе. Уже настроившись на ци он сложил пальцы, но Шуго повернул голову и метнул стекло. Ацуши отклонился в сторону, а осколки врезались в стену и упали рядом. "Ещё один такой трюк, и я действительно отправлю его в цирк" - с раздражением подумал Ацуши и наконец, пустил ци в голову Химицио. Он обмяк и его щека столкнулась с полом. "Дело сделано. А элексиры жалко, нельзя было поаккуратнее?" Ацуши потянулся лениво и обошел распластавшегося Шуго. Он вышел в тесный коридор, намереваясь проверить что нашёл Рюноске, как перегородка сдвинулась в сторону и тот сделал шаг вперёд. По-видимому, Акутагава не заметил Ацуши и едва не ввалился на него. Ацуши, оперевшись о стену, попытался выскользнуть без единого соприкосновения, но протянутая рука Акутагавы задела плечо. Зажмурившись, он ожидал боли, но ничего не происходило. Распахнув глаза, Накаджима обнаружил удивленный взгляд Рюноске. Редкие брови поднялись, а из при открытых губ донёсся тихий вздох облегчения. Спустя мгновение, тот молча отступил назад в комнату, освобождая пространство в коридоре. Ацуши торопливо вышел на улицу и уже следом за ним пошёл Рюноске. Оба не стали смотреть друг другу в глаза. —Я обнаружил пропавших. Гонец донесёт известие и обнаруженных похоронят, - Рюноске скрестил руки на груди. Ацуши почувствовал довольство "как хорошо сложилось" —Прекрасно, значит сегодня же отправимся в училище. Химицио больше никого не потревожит.