dulzura

      Абсолютное нежелание жить. Вот что ощутила Валерия Гарза с утра. И до самого обеда её не покидали мысли о том, чтобы забить на студентов и свалить домой. А что дома? Дома ноутбук, пара новых книг, документы… В общем, бытовуха. Но это лучше, чем группа абсолютно безмозглых студентов, смотрящих на неё как бараны на новые ворота.       -Мисс Гарза, а для чего нам на последнем курсе испанский? — Очередной студент с очередным вопросом, ответа на который у Валерии нет.       -Для общего развития, — Протянула Валерия, смотря в глаза парня, сидящего на последнем ряду. Скорее всего, желания учиться у него столько же, сколько позитивных оценок в журнале.- Если серьезно, то это был приказ руководства. У вас в последнее время маленькая нагрузка, а дополнительные секции вы не посещаете.       Шепот прошел по аудитории. Студенты последнего курса по специальности «монументально-декоративное искусство», иначе говоря, скульпторы, не утихали ни на минуту, еще больше раздражая новую преподавательницу.       -Тишина, — Валерия повысила голос, пробегаясь взглядом по аудитории — Мне неинтересно слышать ваши возмущения. Испанский у вас будет, хотите вы того или нет.       Молодые люди умолкли, недовольно переглядываясь между собой. А Гарза что? А Гарза сама не особо светится от счастья. Ей дали новую группу, которую ей придется обучать с нуля. И для чего? Через год они выпустятся, не успев выучить и половины программы.       Можно было бы пожалеть бедняг и относиться к ним лояльнее, чем к остальным. Но Валерия никогда не считала себя благодетелем, так что им не избежать справедливого оценивания и отрицательных оценок.       — Требований у меня не так много, — Валерия встала из-за своего стола, медленно проходя перед ним и опираясь бедрами о край стола- Выполняете домашнюю работу, учите конспекты, пишете самостоятельные и сдаете практику. Ничего сложного, если не откладывать все на потом.       Погода за окном стояла приятная: прохладный воздух мягко охлаждает горячую, от жгучего солнца, кожу. Осталась последняя пара. Валерия справится, выдержки ей не занимать.       Пол пары она рассказывала студентам про мексиканскую и испанскую культуру. Пол пары она давила из себя улыбку, отвечая на «очень смешные» комментарии парней, желающих привлечь её внимание. Жаль, у них нет шансов. Точнее, жаль что они не в курсе.       Каждый раз, когда Валерия начинала свой монолог, рассказывая о традициях и истории Испании и Мексики, она слышала посторонние шепотки, которые со временем начали ей надоедать.       Её мысли сбивались в кучу, когда она слышала тихий, довольно низкий женский голос где то справа. Но как только она бросала взгляд на правую часть аудитории, видела лишь взгляд студентов и наигранно- заинтересованную улыбку. Всю пару ей не удавалось подловить нарушительницу порядка.       Наконец, прозвенел звонок, оповещающий о конце пары. Студенты начали разбредаться. К столу Валерии подошла одна из студенток.       -Мэм, разрешите забрать журнал? — Валерия обвела взглядом фигуру девушки: мягкая, голубая толстовка и серые джинсы. Длинные, светло- медные волосы и большие голубые глаза.       Голос Валерия узнала сразу: не такой, как у других девушек. Обычно, дамы делали свой голос немного выше, считая это милым и привлекательным. У этой студентки он был низковатым, но при этом мягким. Словно шуршание бумажного пакета или хруст снега под ногами.       -Ты староста группы? — Девушка кивнула, совсем слегка растянув уголки губ — Староста у нас имеет какие то привилегии? Почему я слышала тебя всю пару?       -Извините- Она кивнула, сжимая губы. Было видно, что она раскаивается вовсе не искренне, а просто желая быстрее отделаться от Валерии. Глаза девушки сощурились, когда она смотрела на преподавательницу.       Женщина протянула ей журнал, щуря свои глаза и бегая взглядом по её миловидному лицу. Красивому, по- женски аккуратному и мягкому.       Студентка приняла журнал, и кратко попрощавшись, вышла из аудитории, покачивая фигуристыми бедрами.       Наконец, Валерия осталась одна. В начале своей карьеры ей показалось, что идти преподом в институт- потрясающая идея. Как носительница языка, она с легкостью доносила людям в головы основы, грамматику и прочие сладости языка. Проработав пару лет военным переводчиком и заработав себе несколько серьезных физических травм, она отказалась от этой идеи и устроилась в один из лучших международных университетов мира.       В нем собираются студенты и преподаватели с каждого уголка. И ей искренне нравится эта часть её работы: узнавать новые культуры, слушать незнакомые языки и размышлять о жизни со студентами. На испанском, конечно.       В целом, работа устраивала ее. Зарплата не уступает зарплате военного переводчика, больше пяти пар в день она не ведет, а студенты в основном здравомыслящие люди. Конечно, без исключений не обходится, но с этим она сделать ничего не может.       Просидев в институте еще час, она наконец засобиралась домой. Взглянула в зеркало в учительской уборной: расчесала черные, короткие волосы. Пригладила ворот темно- серой рубашки и проверила ширинку на черных брюках. Наконец, накинула черную кожанку и вышла из здания института.       Любимицей всей жизни Валерии была лишь она… Любимая, бордовая BMW E38, доставшаяся ей от покойных родителей. Про себя Валерия ласково звала машину «Вишенкой». Старенькая, но приятная глазу машина провела с Валерией почти половину её жизни. Рассекала просторы Мексики, Америки, Англии, Испании… В общем, была везде, где была Валерия.       У Валерии вполне была возможность купить себе новую машину. Вишенка в последнее время начала подводить: то заглохнет на ровном месте, то сломается обогрев. В общем, возраст дает свое. Но ни одна машина не могла насытить сердце Валерии тем ощущением свободы и удовольствия, как Вишенка.       Заведя двигатель, Валерия начала недлинный путь к своей квартире.

***

      Больше месяца Валерия ведет пары у своей новой группы. Обычные скульпторы, как и любые творческие люди, были очень сумбурными, спешащими и по- своему чокнутыми. Валерию веселили их выходки: то разукрасят коридор, то приделают очередной скульптуре часть тела. Благо, на её паре они сидели спокойно. Но в семье не без урода: их староста- Эмили Мур. Своенравная и неугомонная, все время на своей волне, словно намеренно раздражала Валерию не только поведением, а еще и внешним видом: мягкие изгибы всегда были четко видны из-под облегающих платьев, брюк с рубашкой и даже спортивных костюмов. Но блядские деловые костюмы нервировали Валерию больше всего: темно- фиолетовая плотная ткань прямых брюк строго очерчивала бедра, ягодицы и тонкую талию. Того же цвета оверсайз пиджак лежал на её тонких плечах, словно уменьшая её в размерах. Но вся горечь была под ним. Точнее, под ним все было вполне сладко: корсетный, черный топ, больше походящий на лифчик, обнажающий вид на мягкую, светлую грудь, поднимающуюся при каждом вдохе ученицы.       Не привыкшая к такой наглости, Валерия бесконечно ставила отрицательные оценки в журнал, видя, как Эмили спит на её парах, рисует в своей тетради или и вовсе играет в телефон. Но самое невероятное, то что выводило из себя Валерию было то, что Мур неплохо знала испанский. На парах Гарзы ей просто было скучно. За всю пару она могла бросить темно- синий взгляд на педагога лишь несколько раз. Крутила на указательном, длинном пальце прядь темно- медных волос; словно веером, обмахивалась тетрадью по испанскому, любуясь теплой погодой в окно и нежась в лучах солнца, которое выделяло её из всей аудитории, даря её волосам рыжий оттенок.       Когда Валерия поднимала ее перед всей группой, требуя от неё рассказать весь материал за пару- она рассказывала. Рассказывала и растягивала лишь уголки губ, то ли насмешливо, то ли саркастично, выводя Валерию на эмоции. Ненавязчиво поправляла рукав кофты, сползающий с плеча и обнажающий вид на тонкую бретельку черного лифчика. И Валерия видела каждое движение её шеи, её губ и ямочки между ключицами. Ниже взгляд старалась не опускать, ругая себя за излишнюю внимательность.       Валерия терялась. Терялась как ребенок. Не знала, что делать в такой ситуации. Эмили знала весь материал наперед, потому не особо напрягалась на парах, соответсвенно занималась чем угодно, кроме потребления информации.       Валерия сидела в одиночестве после пар, проверяя самостоятельные работы учеников. Работа Эмили была первой: написала она её в последние десять минут пары и сдала последней. Так чем она занималась предыдущие час и двадцать минут?       На удивление, в её работе было несколько ошибок: безмерно глупых, сделанных из невнимательности и, наверное, спешки. Валерия самодовольно улыбнулась, словно доказывая себе, что Эмили не так хороша в испанском. Крупно она поставила в журнал «D». Слабо. Не так плохо. Но слабо. И Валерия понимала, какая она тварь. Понимала, как несправедливо поступает. Понимала, что Эмили знает испанский лучше всех в группе. Ставить заниженную «D» ей, выполнившей верно 75% работы верно, и её одногруппнику, которого Валерия едва вытянула на 35%- несправедливо и мерзко. Но Валерия приготовила ответ на вопрос Эмили: «Ты сделала глупые, детские ошибки. С твоим уровнем языка эти 15% ошибок- трагедия». Валерия сама слышала, насколько непрофессионально и жалко звучат её слова. Но увидеть на лице Эмили стыд, смущение или хотя бы неприязнь- было почти необходимостью.

***

      -Ну в общем…- Валерия отвела взгляд, вертя в руках стакан с виски       -Она возненавидит тебя- Алехандро коротко кивнул, пьяно тыкая в стол пальцем       -Да и насрать. Ни черта она не делает чтоб я ставила ей нормальные оценки, — Челюсть черноволосой сжалась, когда она взглянула в глаза товарища по цеху, и по совместительству своему близкому другу — Мало того, что спит на моих парах, так еще и одевается, как…       — Как двадцатилетняя студентка с красивой фигурой? — Алехандро скалится, смотря на напряженное лицо собеседницы       -Речь не о красивой фигуре. О успеваемости.       -А что ей делать? В ногах у тебя ползать, как другие? Один хер она уже знает все, чему ты учишь.- Мужчина кивнул, саркастично глядя на Валерию       -Хотя бы не заниматься хренью на моих парах.- Валерия цокнула, закатывая глаза — Думаешь, я буду прощать ей всё лишь из-за того, что ты её курируешь?       -Не сомневаюсь, что ты не будешь. Она не плохая…- Достал из кармана пачку сигар.       Алехандро протянул Валерии сигарету, которую она тут же приняла. Алехандро поджог кончик сигареты себе и Валерии. До их слуха доносилась тихая, живая мелодия, перебивающая разговоры в баре.       -… Просто своенравная, — Алехандро затянулся, задерживая горький дым в легких и выдыхая его через ноздри -И на шлюху не тянет. Вообще не тянет.       -Я про шлюху ничего не говорила.       Алехандро лишь хмыкнул, закидывая голову на спинку широкого дивана, обитого черным бархатом. Его глаза закрылись, словно он вслушивался в происходящее. Его поза расслабленна: руки закинуты на спинку дивана, ноги широко расставлены.       -Аккуратнее, Алехандро, — Валерия насмешливо щурится, делая очередную затяжку       -Че? — Он поднял голову, смотря на неё       -Если пуговица на твоем животе оторвется, то мне снесет бошку ею- Та растянула губы в улыбке, кивая на его натянувшуюся ткань рубашки на животе       -Ну, поправился немного, — Алехандро опустил взгляд на свой живот, немного хлопая по нему ладонью и наигранно- обиженно поджимая губы.       Валерия смеется, щуря глаза, и немного хлопая по своему колену от смеха.       -Физрук, блять…- Прошептала Валерия, беззлобно хихикая.       Алехандро преувеличенно хохотнул, передразнивая Валерию. Сегодняшний вечер пятницы был традиционным: двое старых друзей, выросших по соседству, в очередной раз пропускали стаканы виски и текилы. Это стало правилом. На протяжении нескольких лет каждую пятницу в 7 часов они встречались в баре, выкуривая несколько сигарет (Валерия вообще курила только по пятницам, по юности наигралась и с сигаретами, и с алкоголем, и с вещами посерьезнее), выпивая и шутя друг с другом.       -Она тебе просто нравится, — Алехандро затушил сигару о пепельницу, бросив её туда же.       -Кто? — Она облизнула губы, сверкая глазами в полутьме       -Не строй из себя, — Алехандро приблизился, устраивая локти на коленях. Их разделял лишь стол.- Мур. Эмили Мур, если ты не поняла.       -Шутишь? — Она видит его хитрую улыбку- Я стара для малолеток.       -Ты ненамного старше неё, — Алехандро видит, как Валерия отмахивается от него, отпивая из стакана       -Еще студенток мне не хватало. Это непедагогично.       -А ставить несправедливые оценки просто потому что у тебя перед глазами постоянно её сиськи мелькают- это педагогично? — Алехандро грудно смеется, саркастично поднимая бровь       -Это другое. Она меня раздражает.       -Ты пытаешься привлечь её внимание своими выходками в её сторону.       -Потому что я не привыкла что студенты…- Валерия резко умолкла, понимая что не может объяснить свою мысль. Что студенты… Что?       -Что студенты не ползают в твоих ногах и не заглядывают тебе в рот? — Алехандро взглянул на наручные часы       -Прекрати, — Валерия раздраженно поднимает руки, прикрикивая       Алехандро усмехнулся, примирительно поднимая руки. Валерия закусила щеку, рассматривая сигарету в своих пальцах.