14 февраля

Четырнадцатое февраля. День святого Валентина. Всемирный день влюбленных. Прекрасный праздник, наполненный счастьем, смущением, недосказанностью, любовью. Праздник, в который можно увидеть большое колличество пар, самых разных возрастов, идущих за ручку, с букетами, конфетами и игрушками. Счастливые лица повсюду. Но тридцатисемилетний мужчина, за рулем, был совсем не счастлив. Мужчина стоял в пробке, после тяжелого рабочего дня. Быть управляющим самого знаменитого клуба в стране, тяжело, и мужчина тяжело выдохнув, откидывается на сиденье. Аккуратно снимает очки и трет переносицу. Намгю действительно сегодня устал. Из-за особой даты в календаре, в клубе был полный разгром. Сотни пар, сотни драк, сотни разборок. Намгю действительно ненавидит этот праздник. Мужчина смотрит на дорогу и понимает,что домой приедет точно не скоро. Это было не в первой, поэтому мужчина действует по отработанному плану. Открывает новую пачку сигарет, достает одну и поджигает, немного приоткрывает окно и, наконец, затягивается. Разглядывает улицу на которой застрял. Небольшая аллея, с фонярями вдоль тропинок и большое колличество пар. Намгю внимательно рассматривает каждую. Ближе всего идет парочка пожилых людей, бабушка держится за дедушку и хохочет ему на ухо; дальше взгляд падает на совсем маленьких детишек, мальчишка чмокает девчушку в щечку и убегает, а мамочки детей хихикают. Намгю сам непроизвольно улыбнулся, стареет. Дальше взгляд падает на другую пару, два парня, студенты, на вид самые обычные друзья, но Намгю щурит глаза и замечает, как один из парней тихонько касается чужой ладони и второй парень громко хохочет, пока первый заливается краской. Мужчина тяжело выдохнул дым и снова улыбнулся, уж не любил он вспоминать молодость, но сейчас, глядя на молодых, воспоминания так и лезут. Для Намгю школа была самым лучшим временем, которое он прожил. Тогда он не был серьезным управляющим, а самым обычным школьником. Тогда рядом был его лучший друг, Субон. Все годы они творили такую дичь,что не было такого человека,кто бы их не знал. Чем старше они становились, тем страшнее было другим. Два лучших друга, которые за словом в карман не полезут, да и кулаками махать умеют. Намгю улыбается. ​​Действительно, тогда и солнце светило ярче. Одиннадцатый класс вышел самым ярким. Парни открыли для себя наркотики, сначала простая трава, потом пошли и таблетки, и порошки, а запить это все алкоголем, казалось лучшей их разработкой. Обдолбаться вместе за гаражами было чем-то таким нужным и родным, что нужда в этом была постоянная. Это бы их самый интимный и сокравенный момент. Делить один косяк, одну таблетку или одну дорогу, на двоих, всегда все на двоих. На учёбу они забили, но ходили постоянно, не хотели проблем. Но присутствие их в школе, приносило куда больше проблем. Бывший лучший друг. Танос. Знаменитый во всей стране да, и за ее пределами, репер, тогда только начинал записывать свои демки. Танос всегда прискакивал в школу и первым делом отдавал Намгю один наушник, и включал на оценку свою демку. Парень честно пытался серьезно слушать творения своего друга, но чаще всего текст был такой примитивный и не складный, что парень уссыкался так, что заныривал под парту. Танос на это всегда наигранно обижался и вскривал: "я еще стану великим репером. Великий Танос!" А ведь не обманул. Намгю закрывает глаза и полностью облокачивается на сиденье. Что-то в одиннадцатом классе их поменяло. Предвинуло в точку невозврата. Именно в одиннадцатом классе им так хотелось ощутить все, что до этого было запретно. Именно в одиннадцатом классе хотелось Зажимать. Целовать. Кусать. Облизывать. Принадлежать друг другу. Не было и дня, когда из кабинки мужского туалета не слышались звуки поцелуев. Перспорядочные руки одного и второго были везде где можно, и где нельзя. Хотя, на самом деле, можно было всегда и везде. Друг другу тогда можно было все. Двое хулиганов всегда ходили со следами друг от друга. Если Танос, как-то щадил Намгю и оставлял следы от зубов и небольшие бородрвые и синие засосы, то Намгю такой пощады не давал. Шея Таноса всегда в больших синих засосах, при чем вся. Так Намгю ревновал. Сам он в этом не признавался, но Танос знал, что его друг уж очень ревнивый и таким образом высказывает свои недовольства. И конечно же метил своего друга. Какие же придурки. Намгю стыдливо закрывает лицо руками и посмеивается. ​​Четырнадцатое февраля одиннадцатого класса. В школе огромный кипиш, девчонки стоят группками, собираясь с силами, чтобы наконец отдать валентинку своему возлюбленному. Парни ходят, как самые главные алфа-самцы и ждут своих заветных валентинкок. Учителя гоняют парочек из углов и ругаются за такие непотребства. Двое главных хулиганов школы сидят на подоконнике верхнего этажа, рассматривая весь этот кипиш. - Че? Сколько у тебя? - фиолетововолосый с усмешкой поворачивается на своего друга, - Как и в пошлом? И позапрошлом? - с ехидной улыбкой спрашивает парень. - Ты че приебался? - раздраженно протароторил длинноволосый, отворачиваясь от друга, - Так хочешь похвастаться сколько телок на тебя наяривает? - Конечно нет, мне главное, чтобы ты на меня наяривал! - весело проговорил Танос, одной рукой, обнимая парня за плечи. - Бон, какой же ты самоуверенный, - с ехидством произнес брюнет, поворачиваясь к парню, - Мне достаточно того, что ты мне отсасываешь. - Знаешь, Нами, - довольно серьезно начал Танос, наклоняясь к самому уху Намгю, - Думаю, с членом за щекой, всё-таки лучше смотришься ты! - произнес лохматый и тут же укусив оппонента за ухо, рванул от подоконника, по дороге растеряв все свои валентинки. Намгю смотрел вслед, удаляющемуся Таносу. Говорить даже ничего не стал, лишь смиренно выдохнув, потер укусанное ухо. По факту же сказал, Намгю всегда и во всем пизже выглядит. Вот только грустный взгляд, всё-таки упал на валяющиеся валентинки. Не очень-то Намгю и кто-то интересовал, кроме Бона, но все равно было обидно, чем он хуже этого обсоса? Намгю немного нажал на газ и продвинулся на пару метров, снова достал сигарету и закурил. Вот же тогда проблемы были. Вечером Танос уговорил Намгю выйти на улицу, конечно же, под отличным предлогом обдолбаться. Это они и сделали. Одна самокрутка переходила с одного рта в другой. Одна таблетка экстази, растворившиеся в поцелуе. Вот она романтика на день всех влюбленных. - Нами, у меня для тебя кое-что есть. Пошли, покажу? - сказал Танос, положив руку на плечо друга, - Откажешь, я начну угрожать. Нам рассмеялся, всё-таки экстази начинает действовать, - Думаешь, я тебя боюсь? Субон тут же обхватил лицо парня двумя руками и начал чмокать везде, куда попадет, нос, губы, щеки, лоб. - Бон, хватит, хватит, - парень начал вырываться, полностью красный и смущенный, - Я понял, пошли. Субон на это лишь расхохотался и схватив парня за руку, потянул в непонятное для того направление. У Намгю все лицо горело, то ли от мороза, то ли от смущения. На лице, как от ожогов, остались следы многочисленных поцелуев. Он честно не понимал зачем Бон так делает. Так ведь делают парочки. Так ведь делают, когда любят. Разве Намгю с Субоном парочка? Нет. Разве они любят друг друга? ... Танос притащил Намгю на крышу девятиэтажки. Парень аккуратно подошел к краю и посмотрел вниз, высоко, пугающе, классно. Парень расплылся в улыбке. - Я так и знал, что тебе понравится! - отозвался Танос прям под ухом и уселся на краю, - Садись, че как не родной? Намгю не стал спорить, просто покорно сел, также на самый край, и начал болтать ногами. Холодный февральский воздух обвивал лицо, приятно, ему нравится. - И че ты меня сюда притащил? Танос закопошился, и на удивление, промолчал. Намгю напрягся,чтобы его друг молчал? Это что же случилось? -Бон, все хорошо? Или ты последние извилины выкурил? - Да, короче! - уж слишком громко для этой крыши,крикнул Танос, - Держи! Намгю внимательно смотрел на друга, пока тот из-за своей спины достает... Цветы. Маленький букетик ромашек. Длиноволосый чуть с крыши не свалился от такого подарка. Танос издевается, да? Намекает,что похож на телку? Неловкость, злоба и непонимание одновременно накатывают юношу. - Ты че совсем ахуел, придурок? Я тебе че телка, чтоли, мне букеты таскать? - громко крикнул Намгю, ударяя несколько раз букетом, - Забирай свой веник, подари лучше своим фанаткам. - Ну, блин, - грустно произнес Субон, - Они же такие красивые, - парень начал аккуратно их поправлять. Намгю повернулся на друга, ожидая увидеть ухмылку, потому что он уже не верит в эту дешевую интонацию друга, но вместо нее увидел искреннюю обиду и неловкость на лице друга. - Я увидел его, когда шел домой, - он осмотрел букетик со всех сторон и поднял глаза на друга, - Ромашки кажутся такими простыми и обычными, но они такие красивые, если в них эту красоту разглядеть, а еще они очень полезные и нужные. Они мне нравятся. Намгю стало неловко, до ужаса неловко. Сердце забилось раз в сто быстрее, не меньше. - И поэтому... Ты его и взял? - парень неловко потер холодными руками шею, - Я похож на ромашку? Субон протянул букет Намгю и захихикал, - На самую красивую ромашку, я тебе отвечаю. До ужаса смущенный Намгю смотрел на друга напротив. Тот тоже сидел весь красный. Интересно, от мороза на улице или все таки смущается гад? Намгю очень любил эту счастливую улыбку на лице Таноса. Она была, как глоток свежего воздуха в самое пекло, теплый плед в морозную ночь. Всегда яркая и такая искренняя. И сейчас она украсила лицо фиолетововолосого, глупая, яркая и до ужаса родная. Намгю готов всегда принимать любые подарки от Бона, лишь бы он почаще так улыбался. -Ну, спасибо, что-ли, - Намгю тут же отвернулся от друга и начал рассматривать букетик. - Ты подожди благодарить!, - Танос дерганно, что-то ищет в кармане, - Это тоже тебе!, - парень протягивает руку. Намгю поворачивается к Таносу, и обращает внимание, что тот уже сел напротив него, оставив одну ногу на крыше, а вторую перекинув на край. В руках у парня валентинка. Намгю сейчас просто расплачется, от колличества стыда и неловкости, которое он сейчас испытывает. Он аккуратно забирает валентинку из чужих рук и рассматривает. Самодельная валентинка, вся в каких-то блестках, непонятных наклейках и неаккуратно вырезанная. Намгю она нравится. Он знает, как его друг ненавидит что-то делать своими руками, и как у него это плохо получается, поэтому эта валентинка, так старательно склееная и вырезанная, заставляет сердце парня, почти что выпригивать из груди. Парень открывает валентинку и видит большими красными буквали I LOVE YOU . Намгю сейчас умрет. Он прям сейчас спрыгнет с этой крыши. От воспоминаний выбивает гудок машины позади. Дорогу освободили. Хватит на сегодня воспоминаний, пора домой. Через время мужчина подъехал в приличный двор, припарковал машину и отправился в подъезд. Поднявшись на самый верхний этаж высотки, зашел в квартиру. Просторная, двухкомнатная студия, полностью пустая и покрытая мраком, Намгю никто не встречал с работы. Мужчина разулся и прошел вглубь квартиры, разделся, сходил в душ и теперь полностью раслабленный пришел на кухню. Взял с подоконника маленькую коробочку, достал оттуда косяк, присел на подоконник и поджег его. Медленно втягиваясь, мужчина всматривался в улицу. Этаж позволяет рассматривать красивые виды города. Поздно, темно, красиво. Что значит эта надпись? Он опять шутит, да? Намгю озадаченно разглядывает валентинку, пока Танос, зачарованно рассматривает парня напротив. Намгю красивый, до безумия красивый. Красивые шелковые волосы по плечи. Красивый, с горбинкой, носик. Красивые узкие и хитрые глаза. Красивые аккуратные и такие желанные губы. Танос честно пытался разобраться, как можно быть таким? Таким, как Намгю. Таким аккуратным, нежным и трепетным, но в то же время агрессивным, сильным и нерящливым. Как он может аккуратно поглаживать плечи и утыкаться носом в грудь, словно девчонка, а потом вбивать лица в асфальт? Танос правда не знает, когда успел влюбиться в своего друга. Когда тот заботливо вытирал ему нос после драки? Или когда он разбил ему нос за неудачную шутку? Когда они прям под окнами руссички мелом написали шлюха? Или когда под наркотой засыпали в объятьях друг друга? Или когда впервые поцеловались на балконе чей-то хаты? Или все же когда Намгю заболел, и Танос таскал его на руках, потому что Нам не в силах ходить? Он правда не знает, но это и не так важно. Таносу нравится любить Намгю. Любить Намгю - это как тискать маленького котенка, как падать с велосипеда на асфальт, как кушать самые вкусные конфеты и как падать в куст с крапивой. - Я, конечно, понимаю,что с английским у тебя прям все по нулям, но не настолько же, - Танос ухмыляется,- Тебе перевести, Нами? - Переведи., - сказал, как отрезал Нам, - Но не потому что я не понимаю, а потому что я хочу услышать эти слова, - и наконец, Намгю взглянул тому в лицо. - I love you, - Танос ухмыльнулся и придвинулся ближе, врезаясь с парнем напротив, носами, - Я люблю тебя, Нами. Субон легко улыбнулся, а вот Намгю тяжело выдохнул и уже полностью покраснел. Он уткнулся лбом в чужой лоб. - Ждешь ответа? - Намгю смотрит четко в глаза напротив. Такие красивые, родные глаза, чуть видная голубая радужка и огромные черные зрачки. Намгю просто не может от них оторваться. - Взаимно? - Субон тоже не прерывает зрительный контакт, они настолько близко, что чужое дыхание чувствуется на губах. Хочется, пиздец как хочется двинуться вперед, также, как и всегда. Но сейчас все не как всегда. Намгю не отвечает, а поддается ближе и целует. Поцелуй не такой, как всегда. Ни капли грубости или страсти, а наоборот, очень нежный и трепетный поцелуй, еле касающие друг друга губы и тихие выдохи. Разве они умеют так? Так, что сердце замирает? Мужчина, сидя на подоконнике, докурив косяк, утыкается в свои руки и смеется. На губах, как буд-то снова чувствуется этот чувственный поцелуй, а в груди все сжимается. - I love you too., - совсем немного отодвинувшись, отвечает парень на ломанном английском. - М? Переведешь?, - Субон издевается, он любит издеваться над Намгю. Он любит Намгю., - Я не понимаю., - парень проводит кончиками пальцев по виску и аккуратно убирает чужую фиолетовую прядь за ухо, и чмокает в уголок губ. ​- Я тебя тоже люблю, придурок., - отвечает Намгю на выдохе. Этот эмоциональный всплеск и накротик в крови расслабляет Намгю. Он укладывает свои укутанные в куртке руки, на чужие плечи, и утыкается между шеей и плечом. - Знаешь, little kitten, я простым словам не верю., - задумчиво произнес парень и засунул руки в карманы, что-то ища. Не поднимая головы с плеча друга, Намгю обреченно вздыхает. - И че ты предлагаешь? - Предлагаю поклястаться, - парень вытащил из кармана два колечка, связанные из толстой железной проволки, - Клянешься быть всегда моим? Намгю поднял голову и заглянул в глаза напротив, пытаясь разглядеть в них шутку, насмешку, да, хоть что-то,что объяснит,что творит его друг. Но он ничего не разглядел. Бон настроен серьезно. - Клянусь, Бон, - Намгю протянул правую руку и Танос максимально аккуратно, насколько он может своими дрожащими руками, надел на безымянный палец, самодельное колечко, - А ты? Клянешься всегда быть моим? Субон расхохотался, - Я так ебался с этими кольцами, думаешь, дам заднюю? Намгю очень злобно глянул своими уставшими глазами на Субона, тот , не выпуская чужую руку из своей, поднес ее к лицу и тихонько чмокнул. - Клянусь, my Nami, - парень аккуратно опустил чужую руку и протянул свою правую, Нам надел на него колечко. Парни посмотрели в лица друг другу и ничего не сказав, засмеялись, как ни в себя. А насмеявшись, просто уткнулись в плечи друг друга и схватились за руки, больно сжав ладони друг друга. Каждый думал о своем, но каждый из них был счастлив. Так и просидели они до утра. На удивление, эта февральская ночь была очень теплой. Или просто им было тепло друг с другом. Намгю ненавидит этот праздник. И ненавидит свое одиночество в этот день. Он зарывается своими пальцами в волосы и больно тянет. А на правой руке, на безымянном пальце, так и красуется самодельное колечко Бона. ​ Мужчина уткнулся в свои колени, как тут же услышал, как открывается входная дверь. Намгю недоуменно встает с подоконника и идет к двери. Глаза распахиваются от удивления, когда он видит его. Он видит Субона. Видит своего парня, который уже лет так девятнадцать оставляет Намгю одного на этот праздник, уезжает в тур. Но он стоит тут, перед ним, с большим букетом ромашек. И почему-то, Намгю видит не тридцатисемилетнего легенду Таноса, а своего семнадцатилетнего Бона, с такой же глупенькой улыбкой и ребяческим румянцем. Улыбка непроизвольно расплывается на лице. - С днем всех влюбленных, my little kitten!, - рэпер протягивает букет и тут же чмокает своего парня в щеку. - Субон, ну, что за ребячество? - хихикает Намгю и уходит, чтобы поставить букет в вазу, - Ты почему не в туре? Субон сразу не отвечает, наблюдает, как Намгю со всей осторожностью и нежностью ставит букет в вазу, а вазу на стол. Намгю останавливается у стола и облокачивается на него, ожидая ответа. - Разве я мог пропустить нашу годовщину? - Субон хихикнул и подошел почти вплотную. - С каких пор тебя это начало волновать? - Намгю хитро жмурит глаза, рассматривая мужчину напротив. Не обдолбан, ни капли. - С сегодняшнего дня у нас будет новая годовщина, my boy, - проговорил мужчина, доставая из кармана огромных джинс коробочку, и протягивая ее Намгю. Намгю принял коробку и  аккуратно ее открыл. В ней красовались два кольца, два золотых кольца. С гравировкой их инициалов S+Н, те самые, которые они оставили на той самой крыше , двадцать лет назад. - Не изменяешь себе, да? -  прохихикал Намгю и  аккуратно провел рукой от плеча до шеи, и наклонив парня на себя, прижался губами к чужим губам. Рэпер уместил руки на талии, отвечая на поцелуй. Это не был поцелуй страсти или похоти, это был поцелуй благодарности, любви. Прям как тогда, прям как двадцать лет назад. Фиолетововолосый взял кольцо поменьше, и сняв старое, спросил: ​- Клянешься быть только моим? - Клянусь. Намгю не стал тормозить и взял второе кольцо, и снимая прежнее, спросил: ​- О, Великий Танос, клянешься быть только моим? - Клянусь, my bitch. Они нежно улыбнулись друг другу и Намгю уткнулся в грудь своего, теперь уж мужа, а Субон уткнулся в макушку своего Намгю. - Вместе навсегда? Стоять в объятьях друг друга, ощущается настолько хорошо и правильно, что даже представить сложно жизнь друг без друга. - Навсегда. На кухне стояла полная тишина, слышно только тиканье часов на стене и равномерное дыхание двух мужчин, которые смогли обрести свое счастье, счастье друг в друге. На столе красовался большой букет милых ромашек, а рядышком, в маленькой рамке, столяла та самая валентинка, сделанная семнадцатилетним хулиганом Боном, для его лучшего друга, хулигана, Нами. Когда-то Бон заставил Нами полюбить этот праздник. Но парень быстро забыл, какого это, ощущать себя счастливым в этот день. Но Субон поменяется, он больше не оставит своего Намгю одного в эту дату. Теперь это не просто праздник святого Валентина, а праздник, в который Намгю и Субон стали принадлежать друг другу полностью.​