Элитное общество Полов Стенли

Утро начинается не с кофе, ведь большой банке молотого, что стояла в шкафчике на Шайтановой кухне, настал-таки конец. Дети решили состряпать прежде невиданный шедевр кондитерского искусства, а по итогу блевали всю ночь без продыху. Микроволновка сгорела, но хотя бы не приносила столько разрушений, как троица дежурных у санузла. И на том спасибо. Лизанька же продрыхла на балконе ака младенец, вдали от поисков тряпок (чтобы заткнуть с двух сторон сразу), неуемного топота (он их маршировать заставил что-ли?) и постоянного "Куда на диван?! В туалет пиздуй!! Иди в туалет гово... Бляяя." Как любой адекватный человек, она считала, что ее медицинские способности возможны к активации только на рабочем месте. Да и это ставилось под огромный вопрос — вчерашний день превратился для Лизаньки в роковой. Ей подло и лицемерно урезали зарплату, а за какие такие грехи, оставалось тайной, покрытой мраком. Наверное, все градусники, поставленные не в подмышку и даже не в рот, возвернулись в несчастную карму медсестры. Факт оставался фактом. Последнюю из пачки она выкурила после работы. Денег на обеспечение вредной привычки просто не оставалось, а вот организм уже нехило ломало. Именно потому она заночевала на свежем воздухе, который, если честно, не очень-то и помог. Лизанька становилась все более и более раздражительной, чем обычно. А это, поймите, серьезный масштаб. Плюс-минус оклемалась свернувшаяся у балконных перил Лиза только после того, как ей хорошенько заехали дверью по хребту. Неужто спиногрызы приспособились к своей плачевной ситуации и выдумали играть в вышибалы с элементами воздушно-десантной подготовки? Показавшийся клок ярких волос заставил думать именно так, но через мгновение рядом с ней приземлилась Хлорка. Ишь какая довольная, выспалась где-то у себя и приперлась, как на горячие пирожки. Она молчит и тихо смеется, убирая прядь темных волос за ухо сонной, злой и очень замерзшей девушки. Лезет, как любит лезть: сначала вкрадчиво ползет ладонями по талии, а потом нагло прижимается к плечу и шее щекой, хер отцепишь. Все было бы отнюдь неплохо, ведь тело Скидки нормально так грело. Но лаборантка вмиг затягивается вейпом — другим, новым и ядерно-фруктовым. Лизанька чуть не повторила судьбу младших Астаротовых. Сразу за троих. Да, ей было бы намного лучше слезать постепенно, если бы она раз за разом тырила электронку на затяжечку у каждого второго из школы. Жизнь осложнял тот факт, что медсестра считала их врагом народа похлеще Гитлера да неудобного белья, и признавала только родные и натуральные, даже немного полезные сигареты. Если бы ей дали шанс привести сто аргументов, почему вейпы юзают только желающие понтануться малолетки и абсолютные не-ценители прекрасного... Ждите Лизаньку через пять минут на пороге с километровым свитком, где все двести причин будут писаны с красной буковки. Медсестра морщится и пытается отодвинуться. Не выходит, ведь Хлора чуть ли не вьелась в ее плечо. Лиза недостаточно проснулась для того, чтобы что-то доказывать, у Скидки настроение абсолютно противоположное. Потому она тянет побольше мутного дыма в рот и мягко выдыхает его сквозь губы Лизаньки, не забывая прежде всего осторожно прижаться своими. Лизанька не возражает, но у нее внутри все равно перебирает на помехи и глупую, почти подростковую дрожь. Она не ожидала от себя, что ей так резко полюбится приторный вкус дешевой парилки и чужих покусанных губ. В таком случае, она не против подпитать свою зависимость еще и еще раз. Вот только какую из?