В танце снежинок.

      Снежинки кружили за окнами, в своём бесконечном танце, вальсируя друг с дружкой, не походя ни на одну другую снежинку, из миллиарда парящящих на улицах маленького городка.       В доме, ярком от мерцающих снаружи огоньков, царила приятная тишина. Лишь мысли Майка шумели весь день и не давали ему покоя даже на минуту.       Нахаживая по своей комнате уже девятый круг, он всё думал и думал лишь об одном.       И мысли его были даже не о предстоящем празднике – Рождестве.       Нет, для него это было и не такое уж событие, не считая конечно традиционного обмена подарками со своими сёстрами и просмотра праздничных вечерних шоу, которые в обычные рутинные дни отец запрещал ему включать.       Сегодня же, что-то другое его тревожило и никак не могло угомониться в маленьком сердечке.       Он, наверное, так волновался в последний раз, когда понял, что потерял Уилла.       Но чувства эти, в тот роковой момент, были совсем другими. Негативными.       Это был страх. Ужасный страх потери самого близкого для него человека. Страх потери, который до сих пор преследует его в самых ужасных кошмарах, в виде бездыханного бледного тельца друга.       Паника и ужас. Вот, что он чувствовал тогда.       Чувства, испытываемые парнем сейчас, были совсем иными.       Они словно трепетали в сердце, щекоча стенки изнутри, вызывая улыбку на лице.       Особенно все внутри дрожало, когда он вспоминал о его скромной улыбке, когда в голове эхом проносятся его тихие, но такие задорные, смешки, которые он слышал достаточно редко, только тогда, когда у Байерса было особенно хорошее настроение.       Надо будет сказать ему, улыбаться и смеяться почаще.       Вспоминая его не самые длинные, и одновременно изящные пальцы, держащие в руках карандаш, с остро заточенным грифелем, аккуратно выводящие незамысловатые узоры на листах бумаги, он представляет то, что Байерс так любил рисовать:       Он вспоминает про их компанию, не самую большую, но такую родную..       Незаменимую.       Вспоминает, как тот дарит ему первый их совместный рисунок, со всеми участниками со своими отыгрываемыми ролями.       Потом второй – с драконом.       Потом третий – с эльфийкой Ненси.       Представив её образ на той игре, он невольно прыскает в кулак, жмурясь, в попытках разогнать нелепое видение со старшей сестрой в костюме эльфа.       Затем вспоминает, как вытаскивал его на собственных руках из лаборатории, вцепившись в его, пропахшую лекарствами, больничную сорочку, намертво, так что бы никто не смог у него забрать Байерса, но так, что бы не навредить неподвижному телу.       Представив перед собой те обрывки происходящего, он замирает, сидя на краю кровати, держа руки крепко сжатыми в кулачки, и смотрит пару минут в одну точку, перебирая в голове каждую деталь недавно произошедших событий.       Не успев окончательно провалиться в плохие мысли, снова связанные с возможной потерей друга в тот момент, состояние транса развивает пришедшая так вовремя сестра.       –Маайк,– послышалось протяжно из-за двери, –Я зайду?       –Да, конечно,– ответил мальчик, перед тем, как пару раз встряхнуть головой, разгоняя остатки мыслей, и спрыгнуть с кровати, выходя на встречу к девушке.       –Спускайся вниз, будешь помогать убирать дом к Рождеству. Так как наряжала его полностью я, и ты мне не помог.– решила сразу в лоб выдать сестра, что бы у Майка не было особо времени на раздумья.       –Эй, не правда, я вообще то снаружи все украсил гирляндами.. И ты мне тоже вообще-то не помогала!– показушно задрал нос мальчик, отрицая точку зрения сестры.       –В чем была проблема нормально попросить, а не буркнуть себе что-то под нос и потом в этом меня винить? Или ты только с Байерсом таким разговорчивым становишься?– поинтересовалась девушка.       Лицо Майка в ту же секунду переменилось с раздражённого на испуганное, словно его самый главный секрет раскрыли и рассказали всем людям на Земле, хотя ничего такого не было.       –Нет, все нормально.– не так уверенно, как хотелось бы, промямлил брюнет, с недоверием поглядывая на сестру.       –А мне так не кажется.. Я тебя чем то обидела?– встрепенулась девушка от такой странной, по ее меркам, реакции брата на упоминание младшего Байерса.       –Я же говорю, все нормально.– уже более правдоподобно буркнул он, как обычно, в своем раздраженном тоне.       –Это из-за Уилла? Вы с ним поссорились?– слова сестры снова ударили по ушам, при произнесении чужого имени.       И он был уверен, что премену в его выражении лица заметил бы даже самый тупой и не внимательный человек в мире, а уж его сестричка заметила точно.       А ведь он даже не попросил её оказать ему помощь в попытке признаться лучшему другу.       Возможно, это и к лучшему, меньше проблем с этими вечными расспросами, в коих он пока точно не нуждался.       Они на мгновение замолчали, смотря с опаской друг другу в глаза.       И когда Майк уже было приготовился открыть рот, и снова попытаться отмазаться, за окном послышались чьи-то не громкие голоса, а после, звуки, закрывающейся на ключ, машины.       Приехала Карен с Тэдом.       Вероятно, из супермаркета.                          Дверь на первом этаже распахнулась, и в дом неаккуратно ввалился сначала отец семейства, с тремя огромными пакетами в руках, а только потом с Холли за руку зашла и мать, без сумок, разумеется.       –Дети, мы дома!– крикнула она, не зная, что её и без напряжения связок было отлично слышно, стоящим за углом детям.       –Да, мам, сейчас иду!– встрепенувшись, первым подал голос Майк, и быстро выскользнув через оставленную сестрой щёлку в двери, оставив Ненси стоять в гордом одиночестве.       Нельзя терять свой единственный шанс на спасение. Но он прекрасно знал, что участь, в виде очередного допроса от сестры, его обязательно рано или поздно настигнет. Это просто дело времени и быстроты его реакции.       Сверкнув тенью в коридоре, а затем скрывшись на кухне, Майк мог пока спокойно выдохнуть, и продолжать думать над подачей признания, уже занимаясь уборкой, стараясь избегать косых взглядов сестры.       –Вот же засранец.– шепнула девушка себе под нос, а затем следом за младшим братом двинулась в сторону кухни, где сейчас во всю они будут подготавливать дом к приходу гостей.

***

      В небольшой комнатке, освещаемой лишь светом настольной лампы, в окне то и дело, маячил не высокий силуэт шатена.       Что-то безумолку шепча себе под нос, и непрерывно смотря на уже довольно помятый лист, с аккуратно выведенными на нём буквами, парень аккуратно водил подушечками пальцев по структуре плотного акварельного листа, каких у него было не так уж и много.       Снова кинув взгляд на написанные, собственной рукой, строчки, он испуганно выпятил глаза, а затем непрерывно заморгал, на время отложив листок.       Протерев веки, он снова принялся перечитывать содержимое письма, но видимо ничего не изменилось, потому что, тот в панике побежал умываться.       Перед зеркалом предстало обычно отражение Уилла, такого, какого все уже давно привыкли видеть.       Бледный поникший взгляд, впалые щёки и тонкие руки, наполненные холодной водой.       Он пару раз окатывает лицо ледяным напором, и шумно выдыхая, промакивает его полотенцем.       Затем, выйдя из ванной комнаты он следует по своему обычному маршруту обратно в комнату.       Он не слишком сильно прикрывает дверь, так, что бы хоть малейшее лучи света выглядывали в коридор, хоть и не сильно, но освещая его.       Это уже стало обыденным действием.       Останавливаясь на против не заправленной кровати, он на долю секунды прикрывает уставшие глаза, а затем не глядя тянется за письмом и открывает глаза вновь.       Буквы все такие же. И ничего не поменялось в тексте с признанием.       Глубоко вздохнув, он принимается перечитывать его вновь и вновь, но на первых же строчках запинается.       Буквы, аккуратно выведенные одна к одной, вдруг превращаются в неразборчивую кашу, даже близко не напоминашвую то любовное признание, просто какие то каракули ребёнка.       Нет, так продолжаться не может, он слишком нервничает, а когда решится сделать шаг первым, он запнётся, ударит в грязь лицом, и забрызгает ею Майка.       Он всё испортит.       Учащённо дыша, он выпускает из рук несчастный лист, и тот свободно летит на пол, разрезая воздух, пока не приземляется у порога комнаты, выглядывая из светлого пространства в темный коридор.       Парень приземляется на кровать с приглушённым стоном, и закрывает лицо ладонями, стараясь не расплакаться раньше времени от усталости.       Именно тогда, когда изо рта вырывается первый тихий всхлип, дверь, не закрытая до конца, со скрипом открывается, впуская холод коридора и тень, вползающую внутрь все больше и больше, по мере раскрытия двери.       В дверном проёме не сразу показываются человеческие черты. Силуэт пару секунд стоит снаружи, и только потом заходит за порог комнаты, с опущенным листом в руках.       –Эй, приятель, чего это ты раскидываешься?– с лёгкой задоринкой, в уставшем голосе, произнёс пришедший с работы Джонатан.       Встрепенувшись от такого внезапного появления брата, на пороге комнаты, Уилл не придумал ничего лучше, чем просто как можно быстрее замести следы недавно выступивших слёз, проводя рукавом кофты по мокрым щекам.       –Эй, ты чего? Что уже случилось?– почуяв неладное, вдруг повысил голос старший брат, и мигом оказался около младшего, ударяя в лицо потоком ветра.       –Нет, всё хорошо, просто кризис.. творческий.– в пол голоса произнёс шатен, снова вытирая нос сухим рукавом, как можно правдоподобнее натягивая фальшивую улыбку.       –Ну я же вижу, что что-то случилось, может поделишься со мной своими переживаниями? Я уверен, мы найдём выход вместе.– с сочувствующей улыбкой, Джонатан пристроился рядом, на кровати, перед этим отодвинув ненужные вещи в сторону, оголяя матрас. –Ну-ка, что тут у нас?– показательно вертел перед собой он письмо, адресованное Уиллеру младшему.       –Ничего интересного, просто мои мысли.– попытался отвертеться от неизбежного шатен, и как можно скорее скрыть из виду обоих злосчастный листочек, но не успел и руку протянуть, как был сбит с толку тем, что брат даже не пытался побороться за сохранность содержимого, написанного на бумаге.       Он протянул, ему на встречу, руку, в которой покоилось письмо, перевернутое текстом вверх.       Джонатан даже не смотрел на него, он смотрел на заплаканные глаза Уилла, и кажется тоже, вот-вот начал бы плакать вместе с ним.       –Прочитаешь для меня?– еле слышно поинтересовался он, пока младший аккуратно забирал письмо из расслабленной руки.       –Не думаю, что тебе будет приятно такое слышать..– он горююще отводит взгляд в сторону, и молчит пару секунд.       –Там что-то про Лонни?– приподнимая одну бровь, он выдаёт свои догадки на счёт содержимого текста, –Да так и надо этому козлу! В этом нет ничего плохого, просто вспомни, что он позволял себе! А ты стыдишься мне прочитать про него?– не понимая всей серьёзности ситуации мальчика, попытался пошутить шатен. Но ответной реакции не последовало, и тогда он вмиг поменялся в лице.       Его очередной ответ шокировал младшего.       –Там что-то про маму..?– с опаской, глядя тому в лоб, снова спросил он.       –Нет! Нет, ни в коем случае! Как ты мог вообще подумать о таком?– то ли с улыбкой, то ли со злостью в голосе, взвизгнул он, пустив запыхавшийся смешок, больно пихая брата в костлявый бок.       –Ау, ау.. я понял-понял, не про маму..– шипя, простонал Джонатан, прежде чем тоже пустить неуверенный смешок.. –Про меня..?– прищурив один глаз, словно пират, он замирает на секунду, в ожидании действий младшего, после чего получает еще один удар в ребро. Ещё сильнее предыдущего.       –Замолчи сейчас же!– отчаянно кричит младший, пока Джонатан, смеется почти искренне, громко, надломленно, призывая посмеяться с ним вместе, что у него, к слову, плохо входит.       –Ладно-ладно..– говорит он, наконец отдышавшись от приступа смеха,– Может..– тянет он,– Это связанно с Майком?       И вот тут он снова замирает, сердце словно останавливается, и по спине пробегают липкие мурашки.       Прямое попадание, если можно так выразиться.       Заметив такую резкую перемену в лице брата, у Джонатана, кажется, сложился пазл в голове.       –Что этот засранец уже натворил?– вдруг грозный голос рассёк устаканившуюся тишину. И настолько неожиданно он прозвенел, что Уилл невольно вздрогнул.       –Нет, ничего не произошло, просто..       –Он обидел тебя? Он как-то обзывался? Он сделал тебе больно?– словно рухнувшая дамба, удерживающая воду, из его рта выскакивало все то, на что Майк был просто не способен с ним сделать.       И эти примеры ранили еще сильнее, чем они могли бы нанести вред в действительности.       Просто от одного такого упоминания, о том, что Майк вообще подумал бы сделать Уиллу больно, не укладывалось у него в голове..       –Джонатан..       –Что?       Уилл протягивает ему письмо.       На лице старшего читается недоумение. Смятение. Он снова перехватывает помятый лист бумаги, и пару раз крутит в руках, рассматривая его, как в первый раз.       Джонатан замирает, когда находит первые строчки, и пару раз моргнув, еще раз взглядом спрашивая разрешения, принимается за чтение текста..       Дорогой Майк.       Сложно найти слова, чтобы выразить все то, что я чувствую... Мы с тобой прошли через многое за эти 8 лет. Вспоминаю, как мы впервые встретились — два мальчика, теплый ветер и качели.. Мальчики, которые даже не подозревали, что их дружба станет такой важной частью их жизней.       С каждым годом я все больше осознавал, как много ты значишь для меня. Мы делили радости, страх и горе, смеялись до слез и поддерживали друг друга в трудные времена.       И ты стал не просто другом, ты стал для меня кем-то гораздо ближе, чем я думал.       Ты тот, с кем можно разделить все — от самых ужасных мыслей до самых безумных идей по спасению человечества..       Но с течением времени я начал замечать, что мои чувства к тебе изменились. Это уже была не просто дружба, это стало нечто большим..       Я понимал, что люблю тебя. Люблю не как друга.. Люблю за твою доброту, за твою искренность, за то, как ты всегда готов прийти на помощь, и вытащить меня даже из пекла ада.       Ты — тот человек, который делает мой мир ярче, и я просто не могу представить свою жизнь без тебя.       Я знаю, что это может показаться неожиданным, и я не хочу, чтобы это разрушило то, что у нас есть. Но я не могу больше скрывать свои чувства. Ты был моей главной опорой, ты мой лучший друг, и теперь я хочу быть еще ближе..       Я боялся признаться, боялся потерять тебя, боялся разрушить то, что у нас есть. Я прятал эти чувства глубоко внутри, надеясь, что они пройдут.. но с каждым новым днём, они только крепли. Каждый твой взгляд, каждое прикосновение заставляли мое сердце трепетать, и начинать биться чаще.       Надеюсь, что ты поймешь меня и примешь мои чувства. Не важно то, как ты отреагируешь, я всегда буду ценить нашу дружбу и все те моменты, которые мы пережили вместе, даже если на этом наши пути разойдутся..       Ты — важная часть моей жизни, и навсегда останешься ее фрагментом, и я очень хочу, чтобы ты это знал..       Майкл Уиллер, согласен ли ты разделись со мной наши дальнейшие совместные переживания, горе и радости? Хочешь ли ты плакать в мое плече, когда будет слишком плохо? Хочешь ли ты продолжить отношения со мной, но в качестве моего.. парня..?       Я люблю тебя, и я хочу быть с тобой..       И в независимости от твоего ответа, я хочу добавить, то, что эти 8 лет моей жизни, проведенные бок о бок с тобой, были лучшим подарком, о котором только можно мечтать..       С любовью, Уилл.       Пару минут Джонатан просто неподвижно сидел, перечитывая всё те же строчки, вновь и вновь.       Его глаза, то и дело, метались по аккуратным буквам, сканируя в который раз текст признания.       Он давно осознал, что письмо не про ненависть. Просто не понимал, что его брат способен так излить душу на бумаге, и не абы кому, а Майку, черти его драли, Уиллеру.       Для Уилла же те минуты молчания, и шумного дыхания, которое превратилось в едва различимое, с момента переосмысления прочитанного, со стороны брата, казались вечностью.       Он боялся даже пошевелиться, не то что бы спросить у него что-то, страшно сгорбившегося.       Вдруг его глаза расширяются и в них снова стремительно начинают накапливаться новые слезы.       Джонатан отпускает несчастное письмо, оставляя его где-то сбоку себя, и быстро притягивает младшего брата в теплые объятия.       –Ты такой умничка..– прижав его нос к своей груди, бормочет ему в затылок.       Уилл лишь шумно дышал тому в свалявшуюся шерстяную кофту, и потихоньку начинал плакать.       Большая тёплая рука прошлась по его спине, прижимая его еще ближе, не давая ускользнуть или попытаться оттолкнуть его от себя.       Джонатан лишь молча, не смея разорвать такой момент, поглаживал его по спине, пока слезы его впитывались в свитер старшего.       –Мне так жаль, Джонатан..– сквозь очередь всхлипываний, удалось невнятно вымолвить только одну фразу, после чего слёзы вновь стали течь по бледным щекам.       –Почему? О чем ты говоришь? Почему тебе должно быть меня жалко?– недоумевал русоволосый парень.       –Тебе.. приходится всё это видеть..       –Уилл,– тихо сказал он, после чего его руки перестали поглаживать чужую спину и переместились на плечи, слегка отодвинув младшего от образовавшегося мокрого пятна на своей кофте, –В первую очередь, я – твой брат, твой старший брат, твоя защитная стена. И я не позволю тебе страдать от чего-либо, понятно?– строго смотрел он на блестящие от слёз глаза, что были напротив него.       –Во вторых: я никогда тебя не осужу за твои действия, я только поддержу и помогу тебе справиться с трудностями..– более нежно шептал он, не переставая смотреть ему во влажные глаза.       –В третьих: не нужно бояться меня. Я хочу, что бы ты доверял мне, Уилл. Делился со мной переживаниями.. Ведь я очень дорожу тобой, и мы очень волнуемся за тебя, вместе с мамой. Ты мой лучший друг, мой братишка, и я люблю тебя таким, какой ты есть, и вовсе не обязательно бояться тех, кому ты можешь не понравиться со своим выбором. Главное, чтобы тебе было хорошо вместе с ним, Уилл, а остальное уже и не так важно. Не правда ли?       Он резко издал еще один всхлип, и еще одна новая порция слез выплеснулась наружу с новой силой.       –Я тоже очень люблю вас..– вжимаясь в кофту всхлипывал шатен.       –Ну всё-всё, тише. Чего ты так расстраиваешься?       –Вдруг он не будет готов к этому..?       –Почему ты так думаешь?       –Я просто не смогу ему признаться..       –Что? Это признание – лучшее, что мне доводилось видеть из всех любовных записок!– неумело пытался подбодрить его брат, прекрасно осознавая, что любовных записок, в его не долгой жизни, практически не было.       Прикусив губу, и сморгнув бусины слёз, Уилл продолжил. –Всё словно плывет, когда я пытаюсь выучить слова..       –А зачем учить? Разве ты не помнишь, что у тебя там написано?       –Знаю, но я боюсь всё испортить, понимаешь..?       –Ты не испортишь.– всё стоял на своём Джонатан.       – Не знаю..       –Послушай, раз ты смог написать такое, буквально, изливая в нём всю свою душу, то ты сможешь сказать ему то же самое, даже не репетируя.       –Я так не могу. Я точно где-нибудь запнусь и умру потом от стыда..       –Тогда нужно приподнести это так, как ты это делал раньше.– вдруг гениальная мысль посетила его голову.       –Это как?       –Через рисунок, как ты обычно и делаешь.       Отпрянув из его теплой хватки, глаза Уилла вдруг сверкнули надеждой, и после, он наконец победно улыбнулся.       –Рисунок! Как я только раньше не додумался?       –Даже не знаю, может ты был слишком занят раздумиями, как-бы произвести на себя хорошее впечатление?– дразня, язвил русоволосый. –Поверь, ты и без этого письма сможешь покорить его.       –Спасибо..– растерянно пожал плечами шатен, даря ещё одну нежную улыбку брату, –За всё спасибо..       Вдруг, тишина повисла между ними, Джонатан пару секунд мялся, и хотел уже было что-то скать, но решил смолчать, и лишь контуженно выдал:       –Ты слишком много благодаришь по просту, перестань это делать.– упрекнул он его, закатывая глаза и расставляя руки для ещё одной порции обнимашек.       –Спасибо.– принимая объятия, бормотал младший.       –Уилл.       –Прости.       –Это тоже считается за чрезмерную вежливость.       Оба прыснули друг другу за уши, заходясь неприкрытым озорным хохотом.       Наконец угнетающая атмосфера, царившая до этого момента в комнате, улетучилась и оставила после себя лишь разливающийся тёплый свет в коридоре, и звуки опустившихся пакетов с продуктами в прихожей.       –Мальчики, вы не спите ещё?– раздался хриповатый голос Джойс, только зашедшей в дом.       –Вот и мама пришла, пойдём поможем ей с готовкой? Ты же хочешь принести что-то Майку?– чуть ведя бровями шутил старший.       –Клянусь, если ты теперь будешь меня этим подкалывать, я буду тебя щипать.– в поддтверждение своих слов, Уилл больно ущипнул того за икру, на что последовало больнючее шипение и после уже оба валялись на полу от новой порции смеха.       –Что за неудержимое веселье? Так ещё и без меня?– притворно-обиженно лепетала Байерс старшая, заглядывая к Уиллу в комнату.       –Просто наслаждаемся жизнью, мам.– сквозь смех кое-как ответил Джонатан, чуть приподнимаясь с пола, что бы обняться с пришедшей с работы матерью.       –Пойдёмте, поможете мне с готовкой к завтрашнему походу к Уиллерам.– подмигивая, шутила Джойс.       –Уже идём.– крикнул Уилл в след удаляющейся матери с Джонатаном под руку, после чего в последний раз посмотрел на помятое письмо, лежащее на кровати, и убрал его в нижний шкафчик тумбы.       –Нужен рисунок..– задумчиво сам себе говорил шатен, пока поднимался с коленей.       –Рисунок, передающий мои чувства..

***

      Маленькими шажочками, Майк пробирался всё ближе и ближе к своей комнате, подальше от суеты, которая сейчас творилась на кухне. Где-то с зади него раздавались громкие звуки работающего телевизора, за которым сутками сидел его отец.       На кухне, Карен гремела посудой, в раковине шумела вода.       Ещё Нэнси пару минут куда-то пропала, и мама заставила идти искать её, потому что докричаться до неё, увы, не получилось.       –И как обычно: Майк сделай это, Майк сделай то.. Как будто мне самому заняться нечем..– бубня себе под нос, возмущался брюнет, чуть приоткрывая дверь в комнату сестры.       –Эй, Нэнсии,– протяжно позвал он,– Тебя мама звала, ты ей очень нужна сейчас. Кому же еще как не тебе готовить еду на завтра?– специально дразня пустое пространство, лепетал Майк, в надежде на то, что он обнаружит в нём сбежавшую сестру.       В первый раз оказываясь в чужой комнате, за столь долгое время, его глаза начали быстро бегать по интерьеру, разглядывая всё до мельчайших деталей, начиная от розового комода, заканчивая маленькой записной книжкой, лежавшей в открытом состоянии на чужой кровати.       Она то и привлекла его внимание.       Позабыв о том, зачем он вообще сбежал с кухни, он направился к розовой книжке, и почти примостился на мягкий матрас, как из не откуда на него что то накинули. Что то очень тяжёлое.       Свет вмиг потух, и перед глазами предстала, удушающая тьма. В прямом смысле удушающая. Дышать было достаточно трудно.       Он чувствовал, как накинув на него тяжелое одеяло, его кто-то удерживал ещё пару секунд, пока Майк отчаянно пищал и пытался выбраться из чужой хватки, мотая руками в разные стороны, в попытках ударить того, кто его удерживал, и только потом, его рывком перебросили вместе с одеялом на кровать.       –Господи, отпусти меня!– вопил мальчик, пока сверху на него кто-то пристраивался, не сильно прижимая к матрасу, так, для виду, что бы обеспечить ему положение, в котором он будет неподвижно находиться.       –Да не ори ты,– вдруг послышался громкий шёпот сестры, которая прекратила возьню, окончательно устроившись сверху,– Мама услышит, и нам обоим влетит, за то, что отлыниваем от работы.       –Отпусти меня, ненормальная!– пуще прежденого принялся вопить мальчик, тормоша ногами под одеялом.       –Я не шучу, Майкл, либо ты мне всё выкладываешь, как есть, либо ты продолжаешь так лежать, и когда мама поднимется и увидит нас, я скажу, что ты воровал деньги из её тайника, тогда тебя накажут, и всё Рождество ты будешь сидеть в комнате. Один. И к нам никто не придет. Байерсы в том числе.       –Ты блефуешь, чертовка!       –Как ты меня назвал?– кажется, он почувствовал каждой своей клеточкой, как внутри сестры всё закипело, от такого высказывания в её сторону.       –Что я тебе сделал?!       –Лично мне, ты ничего не сделал. Но ты врёшь, не так ли? И мне это не нравится.       –С чего ты взяла.       –У тебя буквально на лбу все эмоции написанны.       –Хватит водить меня за нос, что тебе нужно?       –Я хочу знать, почему ты так отреагировал на мое упоминание вашей дружбы с Уиллом.       –Ничего не случилось.– затея с планом признания стремительно падала к нулю, и осознание этого ни капли его не радовало.       –Майк,– наконец слезая с него, заговорила Нэнси,– Я, в конце концов, твоя старшая сестра.. Ты можешь мне доверять. Потому что я больше не могу слушать твои бесконечно наматываемые круги по комнате, это.. просто сводит с ума! С вами, ребята, явно что-то не так, но ты упорно пытаешься убедить меня в обратном. И у меня только один вопрос – зачем?       Чёрт. Будь ты проклята Ненси со своим длинным, недо-детективным, носом.       Он снова жмурит глаза, от осознания того, что ему уже некуда деваться и придётся всю правду рассказывать прямо сейчас.       Глубоко вдохнув, и медленно выдохнув он начинает:       –Мы не ссорились с ним.– спокойно произносит он, приподнимаясь на локти.       –Тогда в чём дело? Ты просто так, каждый вечер последней недели, наматываешь круги по комнате? Не держи меня за дуру, я уже не такая маленькая, что бы в эти сказки верить.– сжав руки в кулаки, она слегка ударяет ими по матрасу.       –Да подожди, я даже не знаю, как правильно начать, что бы ты правильно меня поняла..       –Я пойму, только скажи мне наконец, что происходит.       –Мне..– не находя себе места, тянет младший,– Мне просто нужна твоя помощь, ладно?– на выдохе произносит он, смотря из под отросшей чёлки на сестру.       –Помощь? От меня? Что на тебя нашло?– недоумевая, произносит она.       –Боже, ты не поймёшь..– раздраженно выдохнул парень, запуская обе руки себе в волосы, чуть оттягивая их в стороны, из-за нервов.       –Ты просто плохо объясняешь.       –Я ничего не..       –Просто скажи уже в чём дело!– явно громче, чем нужно, выкрикнула она.       В моменте, все звуки замерли, и было слышно лишь Майково сердцебиение.       –Мне кажется, я гей..– практически бесшумно произносит он, зажмуриваясь так, что ещё чуть-чуть, и он точно увидит яркие искры.       Было слышно, как прикроватные часы тикают, перегоняя стрелки каждую секунду на миллиметр вперёд.       Размеренное тиканье, отдающееся гулкими ударами в его напряженной голове.       Тик так, тик так.       И ни на миллиметр назад.       –Вот оно как..– ещё тише донеслось со стороны сестры, после чего, повисла вязкая тишина, продлившаяся относительно не долго.       "Назад уже нельзя, Майк. Только вперед."– напоминал он сам себе.       –Я влюблен в Уилла..?– словно пробуя на вкус, оглашение своего главного секрета, полувопросом выдавил Майк, ожидая хоть какой-нибудь реакции от старшей сестры. Та же продолжала сидеть в одном положении, даже не шелохнувшись от очередной новости.       Кажется, прошло гораздо больше времени с момента молчанки, устроенной тёмно-русой девушкой, и Майка это начало не на шутку пугать.       Что если она теперь отвернётся от него?       Что если папа узнает? А как мама отнесётся к этому?       Что если она уже ненавидит его, и просто не хочет пока раскрывать ему её чувства?       Тик так. Тик так.       С её стороны послышались неуверенные покашливания, после чего она все-таки решилась разбавить странную атмосферу:       –Могу ли я тебя поздравить..?– прозвучало так невозмутимо, что Майка аж передёрнуло от её спокойствия.       –И это.. всё?– кажется, не веря своим ушам, преспросил он, что бы точно убедиться, что это не сон, и он не лежит сейчас в коме.       –А ты что-то еще ждёшь? Победный поцелуй?       –Только давай без этого, ладно?– вздёрнув нос, и натягивая маску отвращения, в своей манере, отвечает брюнет.       –Ну, вообще я рада за тебя.. не каждый в твоём-то возрасте сможет принять свою ориентацию, так ещё и рассказать о ней кому-то.       –Да, ты наверное права.– впервые соглашаясь с сестрой, кивает мальчик.       Снова молчание наполнило тёмную комнату, пропахшую сладкими ванильными духами, въевшимися в эти лиловые стены навечно.       –Знаешь.. Я горжусь тобой.– вдруг говорит она, вмиг прильнув к нему, заключая в цепкие объятия.       –Спасибо..?– явно не ожидая от неё объятий, засуетившись, шепчет парень, обнимая её в ответ.       –А это за что?       –Просто спасибо. Спасибо, что не отвернулась..– притупляя взгляд, устремляя его куда то в ковёр, отвечает Майк, натягивая виноватую улыбку.       –Иногда я поражаюсь тому, какой бред может выдать твой рот..– девушка закатывает глаза, и недовольно смотрит на брата.– Ты – мой брат. Я – твоя сестра, твой лучший друг, с которым ты можешь делиться всем, чем угодно и когда угодно.       –Я не мог знать точно, какой реакции ожидать от тебя.– явно не довольный от сестринских нотаций, бурчит он, не давая той закончить речь.       –Я надеюсь, у тебя есть план, как правильно сделать ему предложение?– с интересом спрашивает девушка, поудобнее устраиваясь на кровати.       –Кстати, об отношениях.. Мне всё ещё нужно, что бы ты кое что сделала для меня..– чуть погодя, он дополняет свой ответ,– Для нас с Уиллом..       –Хм, ну давай, Майкл, удиви меня.– прищуривая глаза, с улыбкой, цедит девушка, подпирая скулу косточкой запястья, готовясь к очевидно длинному рассказу.

***

      В кухне творится полный хаос. В голове брюнета тоже, кажется метель бушевала.       Мысли одна за другой метались в ужасной снежной пурге, такой, какая сейчас царила у них за окном.       Он кое-как убедил родителей позвать всех их друзей, даже не подозревая сколько всего ему предстоит для этого сделать.       Можно сказать, он пожизненно заключил в себя в добровольное рабство мытья посуды, после обеда.       С минуты на минуту должны были прийти первые гости, которыми являлись Хендерсоны.       Затем Синклеры и Максин.       От упоминания её имени, его лицо автоматически скорчило недовольную гриммасу, всем своим видом показывающую его неприязнь к этой рыжей персоне, слишком многое себе позволяющую.       Ну всё-таки он не мог просто так её ненавидеть, она крутая, не такая, как все остальные девочки. Достаточно своеобразная персона, другими словами.       И как раз эта изюминка его бесила в Максин.       Она вела себя.. не женственно.       Сама могла постоять за себя, могла кого угодно повалить и глазом не повела бы.       Это и делало её более выделяемую от их остальной массы партии.       Но на удивление она ощущалась с ними, как в своей тарелке. Словно она всегда была с ними, но на долгое время взяла перерыв, а потом снова вернулась.       Встряхнув, залевшую в глаза, чёлку, Майк принялся раздумывать дальше.       После Синклеров приедут Байерсы, живущие как на зло дальше всех его друзей.       Приедет Уилл..       Для него Уилл являлся отдельным гостем, индивидуально приглашённым, будто Карен звонила всем остальным семьям кроме Уилла, которому собственноручно договорился позвонить Майк, естественно крутившийся по комнате ещё пол часа, пока полностью не соберётся с мыслями.       Как-будто он не запинался через каждое слово, когда репетировал эту пригласительную речь, стоя перед зеркалом, вглядываясь в свое отражение.       Как-будто он написал весь этот текст не за долго месяцев до декабря, и не хранил его под кроватью, перечитывая ночами.       Как-будто это был их самый обычный разговор, который таковым никогда не являлся, и даже время их звонков было предназначено заранее.       Он всё продумал за долго до этого момента. Но не продумал, как будет себя вести, когда его шатеновые прядки блеснут от света, горящего в фойе.       Майк выходит из состояния анабиоза, когда его кто-то нервно тормошит за край пиджака.       Он вздрагивает, и испуганно водит глазами по комнате, пока до него не доходит, что он сидит в таком положении достаточно долго, от чего ноги начали затекать и покалывать.       Сколько вообще времени прошло?       Как долго он сидит в комнате?       Как он вообще дошёл до неё, и не грохнулся нигде по дороге?       –Майк, все хорошо?– растерянно, бормотала Карен, уже накрашенная, в своём новом тёмно-синем платье с пушистыми краями.       –Ты плохо чувствуешь себя?       –Что? Нет, все нормально, задумался просто..       –Ты ушёл с первого этажа ещё час назад, точно всё в порядке?–внезапно выдаёт она, от чего у парня начинает пищать в ушах.       Час назад?       –Уилл уже приехал?– не думая о том, как он сейчас выглядит, выпаливает он, а после вскакивает на ноги, так быстро, что в глазах темнеет, а ноги наровятся согнуться пополам, но уже в обратную сторону.       Он пошатывается на месте, а потом приобнимает женщину, прощается с ней и убегает вниз, в надежде встретить Байерса первым.       Карен смотрит ему вслед, пару раз моргая, кажется, наконец понимая, почему её мальчик вел себя так странно весь месяц. Она ничего не говорит ему, просто по прежнему, молча наблюдает, незримо присутствуя в его душевных терзаниях с самим собой.       Майк быстро спускается по лестнице, перепрыгивая по пути вниз по две ступени сразу, настолько торопясь встретить его, не ударить в грязь лицом.       Он заворачивает за угол, ближе к кухне и замирает, видя в приоткрытых дверях маленькую фигурку Байерса, не торопясь, снимающего с себя куртку, отряхивая челку от крошечных снежинок.       Сердце замирает, но тело продолжает двигаться по инерции, не замечая на пути никого, кроме только что приехавших.       –Майк! –с счастливыми криками накидывается на него Оди, повисая на его шее. Он непроизвольно изгибает губы в кривую улыбку, пытаясь не упасть вместе с ней на пол, и аккуратно отстраняется от неё, помогая повесить вещи сначала ей, а потом мисс Байерс.       За ней следом проходит грозная туша Хоппера, неоднозначно зыркнув на него. Коротко здороваясь с брюнетом, он удаляется из его вида и направляется в сторону хозяев дома, также сухо поздороваться.       И вот, перед ним стоит тот, кто заставляет его краснеть каждый раз, как только мысли малейшим образом затрагивают его простой образ.       Уилл, улыбается, смотрит нежно, предвкушая этот насыщенный вечер, сжимая в руках лямки тряпичной художественной сумки.       –Привет.– тихо здоровается Майк       –Привет.– так же светло отвечает Уилл.       –Ну, ты проходи, чего стоять на пороге.       –Да, спасибо.– отходя от порога, мальчик достаёт из сумки, висевшей у него всё это время на плече, свёрток бумаги. –Это.. Мой подарок для тебя.– Уилл протягивает ему руку с бумагой, и терпеливо ждёт, пока брюнет примет подарок. Майк аккуратно перехватывает свёрток из чужих рук и медленно разворачивает его.       С бумаги на него смотрят две пары очаровательных глаз.       Одна пара принадлежала парню в светло-фиолетовом костюме, с колпаком колдуна, кастующему заклинание, и направляющий магический посох в сторону огромной гидры.       Вторая – кудрявому парню в железных доспехах, отбивающему щитом, с большим красным сердцем, огонь, выплескиваемый на них из пасти разъяренного существа, защищая себя и клерика от "огненного дождя".       Глаза его широко распахнулись и на лице читалось приятное изумление.       –Ты сам это нарисовал?– с восторгом произносит старший, чуть сжимая края картины в руках.       –Да.. Тебе нравится?– застенчиво спросил младший, всё так же мявшись на месте, пытаясь не закричать от радости.       –Да это просто шедевр, Уилл! Такой же шедевр, как и все другие, которые ты мне дарил раньше.– добавляет он, чем вызывает едва заметный румянец на лице Байерса.       –Уилл, у меня.. – не успевает договорить Майк, как его наглейшим образом перебивают, снова обнимая. Крепко-крепко, без шансов выбраться из цепких объятий Эл.       –Майк, чего ты тут стоишь?– глупо интересуется она, перебегая взглядом с одного парня на другого.       –Может, потанцуем, пока взрослые не включили глупые не интересные песни?– как ребёнок, интересуется она и берёт его за руку, уводя прочь, в сторону зала, так и не дав договорить Уиллу предложение.       И Уилл остаётся стоять один в фойе, смотря им в простывающий след.       –Сама судьба говорит мне, что ничего не выйдет, на что я только надеюсь..       Разочарованно выдыхая, он движется в сторону отдалённых диванов, но решает свернуть в ванную комнату и помыть руки, прежде чем пройти к остальным людям.       Оди тащит его всё дальше и дальше от маленького силуэта Байерса.       Майку это не нравится, но он не в силах ничего скать Оди, вдруг её это обидит..       Вытащив его, запыхавшегося, в центр зала, с громко играющей популярной музыкой, какую крутили на всех дискотеках, она делает первые шаги в танце, быстро закручиваясь в незамысловатом танце, подталкивая и Майка на ответные действия.       Глотая ком раздражения, он натягивает маску уверенности и фальшивой радости, и напрягаясь всем телом берет Эл за руки, закруживаясь с ней в танце.       Всем вокруг было хорошо. Все веселились, отдыхали, болтали. Проводили время с любимым человеком.       Все, кроме Майка и Уилла.       Он был вынужден плясать с девочкой, с которой уже танцевал ранее.       С девочкой, которая хотела поцеловать его ещё на снежном балу, но Майк тактично отвертелся от предложения, сказав, что ещё рано.       И снова она не теряла надежды поцеловаться с Майком, который, к слову, уже давно не был в таком приподнятом настроении, с каким его вынудили отстраниться от друга и провести время с Эл, которая и без его компании отлично бы провела время.       Его печальный взгляд был припечатан к грустной фигурке шатена, бездельно шляющегося по первому этажу, ни с кем, кроме партии, которая и без него была увлечена беседой друг с дружкой, не взаимодействовал.       Он в полном одиночестве ходил от одного угла к другому, иногда кидая ожидающие взгляды на Майка, которые все время закрывала Эл, вертясь у него перед носом, требуя хоть какого-нибудь внимания.       Нет, он не ненавидел Оди.       Просто это выводило из себя. Когда ты вроде не хочешь находиться рядом с человеком, но уйти не можешь, ибо твой уход мог задеть её сильнее ещё одного тактичного отказа.       Это словно невидимая клетка.       Но наконец ему выпадает шанс уйти, когда Оди в очередной раз отходит к столу за ещё одним стаканчиком лимонада.       Он смотрит пару секунд на удаляющуюся фигуру, а после, делает пару неуверенных шагов к лестнице на второй этаж, и потом, в последний раз глянув на мечущуюся девушку, уже заметившую пропажу парня, шепчет тихое "Прости", скрываясь из виду.       Ещё раз развернувшись вокруг себя, девушка мельком замечает удаляющуюся фигуру парня.       Сделав пару шагов ему на встречу, чтобы выяснить причину его ухода, кто-то кладет тяжёлую тёплую руку ей на плечо, притормаживая её движение.       –Джейн, дорогая..– Хоппер медленно волочит языком, не торопясь ей объяснять всю ситуацию, что ещё больше заводит её, с новой силой заставляя, вырваться и догнать Майка. –Не стоит.. Это не тот, в ком ты нуждаешься.       –С чего ты так решил?– с недоверием поглядывает на него Эл, отстраняясь на пару шагов, перекрещивая руки на груди. –Он сам тебе это сказал?       –Не язви, я всего лишь пытаюсь предостеречь тебя от скорого разочарования.       –О чём ты? Какое разочарование?       –Просто..– он медленно вдыхает через большие ноздри и медленно выдыхает ртом, прикрывая глаза.       От него не приятно слышится запах табака, и Джейн кривит нос, от этого.       –Просто поверь, прошу.       –Спасибо, однажды я поверила в то, что моя мама мертва. Больше я на эти грабли не наступлю..       –Оди, посмотри на меня.– грубым голосом сказал старик в своей манере, поворачиваясь к ней, чуть присаживаясь на корточки. –Я хочу для тебя только лучшего. И не из-за того, что мне тебя жалко. Нет. Ты стала важным для меня человеком, и прошу тебя, просто подожди. Ты скоро сама убедишься в этом.       –Но Хопп! Почему?– тоскующе глядела она на него, словно её только что за что-то отчитали, и ей следует понести наказание.       –Я не могу в это вмешиваться, но ты ведь не глупая девочка? Просто смотри внимательнее.       Девочка лишь кратко кивнула.       –Без использования сил.– добавил он в конце, что вероятно кольнуло её в бок, потому что именно этим она и хотела заняться, спрятавшись ото всех в туалете. Рвано выдохнув он продолжил. –Постарайся не думать об этом разговоре, ладно?       Но она ничего на это не ответила, лишь пару раз моргнула, всё также глядя на него.       Джим, последний раз покряхтев, поднялся с коленей и прихрамывая ушёл к главному столу с вином, оставляя оди в очередной раз одну.       Как же всё это глупо.       Ужасно глупо.       Но делать нечего, и ей всё равно бы пришлось в отсутствие Майка занять себя чем то другим.       Из толпы, стоявшей достаточно близко, чтобы расслышать о чём там говорят, слышится смех и вскоре рыжая девушка сама выходит из неё, направляясь прямиком к Эл.       –У нас с тобой с самого начала не заладилось общение, поэтому я хотела бы это исправить.– ярко улыбаясь, девушка протягивает ей руку. –Я Максин, мы виделись с тобой пару раз.       –Оди. –недоверчиво отвечает девушка, после чего, другая, улыбаясь еще шире, хватает её за руку и быстро шагает к их небольшой компании.       –Я думаю, пока Майка нету, мы можем не плохо развлечься с тобой, как все девочки: обсудим журналы, моду, посплетничаем, заодно и узнаем друг друга.– безумолку болтает рыжая девушка, резко меняя маршрут, уводя её на свободное место, не далеко от главного стола.       –По..сплетничаем?– не понимая, что означает данное слово, переспрашивает Оди, сщурив глаза, придавая себе вид смятения. –Ты что, не знаешь что это значит?– не веря ей, переспрашивает Максин.       Эл отрицательно качает головой.       –Ну, тогда нам точно есть, что с тобой обсудить!– радостно восклицает девушка, принимаясь рассказывать ей про всё, что только можно и нельзя, на время затмевая её разум отсутствием Майка.       И, видимо, у неё это здорово получается, потому что буквально через пару минут, Оди сама активно поддерживает разговор и даже смеётся с её не самых остроумных шуток.       Ища не большую фигурку парня, Майк мечется по 1 этажу. Не такой уж он и большой, чтобы кого-то потерять в нем. Тем более Уилла.       Наконец зазвидев его, совсем недалеко от одной из комнат, приснонившегося к стене, устремляющего свой взгляд куда-то вдаль, в развлекающуюся толпу, Майк останавливается и пару раз моргает, проверяя не видение ли это.       Прикусив губу из нутри, майк делает шаг на встречу шатену, но не успевает до конца осознать, что он уже так близок к вероятно своей самой заветной мечте, как останавливается в считанных миллиметрах от чужого носа.       Уилл, так же собираясь с мыслями, идти к нему сейчас или снова проглотить ком, и дальше продолжать пялиться на него, прикрываясь за интерьером дома, скрипя зубами, делает резкий уверенный поворот, и тут же встречается с ним лицом к лицу.       –Хах, привет, снова..– чуть краснея от неожиданности ситуации, произносит первым старший.       –Да, виделись уже..– глупо улыбаясь, отводит взгляд младший Байерс.       –Я, эм.. У меня есть для тебя подарок.– снова открывает рот брюнет, и в скоре жалеет, что не открыл его раньше.       Глаза Уилла в ту же секунду взлетают к его глазам, и в них, кажется, горят звёзды.       –А я думал, ты забыл..– неловко переступая с ноги на ногу, признаётся смущенный парень.       –Что? Неет, да никогда в жизни! Я никогда бы не забыл про тебя.!– складывая брови домиком, недовольно и одновременно нежно, произносит Майк, чуть сжимая руки в кулаки, явно готовый действовать прямо сейчас.       –Пойдём, я покажу тебе его..?– парень приглашает его в укромный подвал, с надеждой поглядывая, во всё ещё искрящиеся, тёмно-зелёные глаза.       Брюнет протягивает тому руку, немного синеватую и очень холодную от накатившего волнения, и шатен сразу перехватывает её.       У Уилла же руки, наоборот, тёплые, розовато-персиковые.       Он нежно сжимает его ладонь в своей, и через несколько мгновений, парни быстрым шагом направляются в родные стены подвала.       Майк молится про себя, лишь бы всё сработало, над чем они с Нэнси так долго старались и несколько раз чуть снова не рассорились.       Джонатан, невидимый наблюдатель, совершенно спокоен сейчас, знает, что совсем скоро произойдет.       Его взгляд бегает по интерьеру дома Уиллеров, пока он дожидается тёмно-русую девушку на первом этаже, не смея беспокоить её, и подниматься к ней комнату без разрешения.       Он на несколько секунд останавливает сосредоточенный взгляд на одной из семейных фотографий, где Нэнси была одета в платье, в котором она пришла на снежный бал, в том году.       Лёгкая улыбка сама собой расползается по уставшему, на вид, лицу, и наровится расползтись ещё больше, когда в поле зрения появляется его девушка.       Плавно спускаясь по лестнице, в новом, зауженном в талии, коричневом платье, вероятно купленное за долго до Рождества, с кудрявыми волосами, аккуратно собраными в слабый пучок, зафиксированными на голове большим крабом, какие сейчас были на пике популярности у девушек.       Он мог бы сравнить её с зияющей луной, какая сейчас красовалась на холодном тёмном небе.       Но тогда бы он соврал сам себе.       Ненси не луна, она была самой настоящей звездой. Светящейся ярко-ярко, так, что можно было бы ослепнуть, если засмотреться на неё слишком долго.       –Потрясно выглядишь..– чуть раскрыв рот, от удивления, в пол голоса произнес Джонатан.       –Спасибо..– смущённо улыбнулась ему девушка, забирая выбившуюся прядь за ухо, пристраиваясь рядом с ним, облокачиваясь на стену.– Ты тоже, хорошо выглядишь.       –Не смеши, надел, то что было.       –Да я серьёзно.. Мне нравится эта фиолетовая рубашка.       Кинув на неё не одобряющий взгляд, Джонатан не сдержался, видеть её такой льстящей, начиная глупо смеяться, заражая им и даму, стоящую рядом.       –Я что-то не то сказала? Или у меня на лице что-то?– девушка продолжала смеяться и одновременно пытаться стереть что-то не существующее, по её словам, то, что могло рассмешить её парня.       –Нет-нет, просто..– он делает прерывистый вдох, в попытках отдышаться от приступа смеха,– Просто, я так рад видеть тебя сегодня. Видеть вас всех.– уточняет Джонатан, неловко запуская руку в волосы.– Наконец-то счастливых..– он слегка поворачивает корпус, скрещивая руки на груди, упираясь затылком в стену, стягивая беззаботную улыбку, и медленно вздыхая.       Он смотрит в окно, а лунный свет бьет ему в лицо.       Метель успокоилась пару минут назад, поэтому свет не мельтешил, а спокойно рассекал пространство, падая на задумчивое лицо парня.       Джонатан вздыхает ещё раз, и медленно скатывается вниз по стене, устраиваясь на светло сером ковре.       –А что, если бы ничего этого не было?– вдруг он озвучивает терзающие его мысли.       –Ты об истязателе..?– оглашая свои догадки, кудрявая девушка подходит к нему ближе, и пристраивается рядом с ним у холодной стены.       –Да.. Что если бы Уилл в ту ночь задержался у вас, и они закончили бы игру..? Как думаешь, он бы всё равно добрался до него?       –Я не знаю, Джонатан..– сочувствующе посмотрела на него девушка, после чего снова приложила голову к холодной стене.– Это сложно объяснить..       –Я много об этом думал. Не спал ночами. Искал его вместе с мамой и половиной нашего города. Половиной города! Одного мальчика..       –Что ты хочешь мне этим сказать?       –Я веду к тому, что если бы не его пропажа, то мы наверное и не встрети..– он не успевает закончить мысль, как получает ещё один удар в и без того больнючий бок, но на этот раз от своей девушки,– Ау!– громко вскрикивает он, в мгновение скрючиваясь от острой боли.       –Больше ни слова не говори мне, по этому поводу. Я счастлива, что судьба свела нас, пускай и таким изощрённым способом..       С лёгкой улыбкой на лице, девушка укладывает свою голову тому на плечо. Одной рукой она сожалеюще водит по его волосам, а вторая покоится на недавно ударенном месте.       –Прости, было больно?– её щенячьи глазки аккуратно выглядывали из под нависшей челки, и в них, кажется скопилась влага.       –Эй, ну ты чего?– вдруг встрепенулся русый парень, полностью разворачиваясь к ней, пытаясь как можно скорее предотвратить начинающуюся истерику.– Все хорошо, Нэнс, ты чего?       –А ведь правда, что бы было, если бы не истязатель.. Я бы вообще одумалась? Ушла бы от Стива? Или бы так и осталась чокнутой среди "своих"?       –Нэнси, всё, хватит, ничего бы не произошло такого критичного. Просто.. Не было бы на..– он снова получает в тот же самый бок, только на этот раз ещё сильнее.       –Джонатан!       –Я о том, что всё в этой жизни не просто так.. И видимо это должно было произойти, иначе мы сейчас просто не сидели бы вместе, и не плакали по пустякам..– он прижимает её щеку ближе к себе, и одной рукой вытирает её тёплые слёзы, льющиеся по щекам. –Понимаешь? Всё ведь хорошо, о чём тогда грустить? Я ведь сейчас рядом..       –Да. Но если бы..– она снова утыкается тому в рукав с новыми рыданиями, сжимая ткань новой рубашки ещё сильнее.       Джонатан слегка хмурится, после берёт её за обе теплые руки, и сжимает их нежно-нежно, смотря ей в карие глаза, с уже потёкшей по щекам тушью.       –Давай жить сегодняшним днём? Без всяких завтра, на следующей неделе, в прошлом году.. Мы ведь не замечаем самого главного, что сейчас имеем.. Мы не замечаем нас самих.       Девушка стыдливо отводит взгляд, снова наполненный слезами, жмурясь, смаргивая поступившие новые слёзы. Джонатан снова настойчиво тянется к ней, и просит ее внимания.       –Нэнси..– зовет он нежно,– Ну же, посмотри на меня, детка..       –Джонатан, я не..– она снова пытается отвернуться, скрыть свои слёзы, но парень настойчиво сжимает ее ладони.       –Я очень люблю тебя.. Не знаю, подходящий ли это момент, но я хочу, что бы ты никогда это не забывала.– он пододвигается к ней настолько близко, насколько это было возможно, и с блеском в мокрых глазах продолжает смотреть в её, тёмно-карие.       –Люблю тебя всем сердцем. И даже если бы не вся эта история с Истязателем и потусторонним миром, я клянусь.. Я сделал бы всё, что бы ты была моей.       Он смотрит на неё ещё пару секунд, после чего склоняется и дарит ей первый, за этот вечер, поцелуй.       Его искусанные губы прильнули к её, припухшим от истерики, губам, целуя их быстро, но аккуратно, не доставляя ей ненужного дискомфорта.       Парень отстраняется и ещё пару секунд смотрит на неё, продолжая сидеть не в самой удобной позе, для поцелуев, чуть склонив голову на бок.       За считанные секунды, заплаканная девушка сама сокращает расстояние, и впивается в его губы, кусая их страстно, без шанса на залечивание маленьких трещинок на них.       Не успев достаточно отползти от стены, Джонатан снова был коварно прибит к ней, напористыми поцелуями, обрушившимися на него дождём.       Теряя какое-либо обладание над собой и своим телом, залезая на парня сверху, Нэнси, кажется, совсем забыла, что в доме, помимо них, находятся все их близкие друзья, и взрослые люди в том числе.       Джонатана же такая разворачивающаяся картина вполне устраивала.       Он слегка приобнял её тонкую талию, притягивая её ещё ближе, снова сокращая расстояние, и снова одаривая её поцелуями.       Наверное, звуки их нарастающей, страсти могли привлечь какого-нибудь не желательного зрителя. И им стоило бы вести себя как минимум потише, если они не собирались перебираться в спальню или другое, более безопасное место, где их никто не сможет потревожить своим внезапным появлением.       Кем собственно и оказалась испуганная, случившимся переполохом в коридоре, Джойс.       –Господи, мама!– разлепляя глаза, потяжелевшие от наслаждения, и устремляя их на невысокую женщину, парень подскакивает на ноги, и сразу после, подхватывает на руки, раскрасневшуюся, и до ужаса смущенную, Ненси.       Джойс, при виде не самой приличной сцены со своим старшим сыном, моментально разворачивается на 180 градусов, и нервно закусывает губу, теребя в руках ткань длинной юбки, вероятно жалея, что вообще ушла с кухни.       Пару секунд он стоял и смотрел в её спину, словно нашкодивший щенок, с обмякшей от истерики девушкой в обнимку.       –Я ничего не видела!– убедительно мотает руками женщина с полотенцем, висящем на них, неспеша разворачиваясь к молодым, тоже пряча взгляд от прожигающего взгляда детей. –Я хотела позвать вас к столу, и заодно спросить, где пропадают мальчики.– сложив руки на животе, она слегка заглядывает им за спины, но никого не находит.– Вы их случайно не видели?– легкий румянец расползался по её щекам, и неловкая улыбка так и осталась на её лице.       –Мальчики..– в один голос произносит растерянная парочка. Они делают задумчивый вид, и после оба переглядываются, читая мысли друг друга.       –Сколько им нужно времени?– одними губами спрашивает Джонатан.       Ненси, лишь еле заметно, пожимает плечами, и вновь кидает короткий взгляд на ожидающую ответа, Джойс.       И словно по щелчку пальцев, за ее спиной появляются два, спешащих укрыться, силуэта парней, как ни странно, держащихся за руки.       Оба делают удивлённый взгляд, всё так же, продолжая смотреть за спину женщины.       Джойс делает недоумевающий вид, и сначала спрашивает, прежде чем развернуться.       –Там кто-то стоит?– озвучивая свою догадку, женщина начинает разворачиваться в сторону парней.       Майк застывает на месте, понимая, что он сейчас влипнет по уши, если его сестра срочно что нибудь не сделает, чтобы та, не развернулась раньше времени, и не успела заметить их.       Не тогда, когда Майк был просто на 7 небе, от счастья, держа в руке, чужую руку, и собираясь осчастливить их обоих еще больше.       –Нет-нет, мам!– успевает крикнуть Джонатан, прежде чем всё пойдёт по наклонной.– Просто..– он судорожно пытается что-то ей сказать, но в голову, как на зло, не приходит ни одной, даже самой тупой, мысли.       –Мисс Байерс, мне кажется что-то горит!– вдруг вскрикивает девушка, и Джойс сразу делает испуганный взгляд, начиная принюхиваться.       –Карен, мы не горим, случайно?– забывая на первое время про поиск парней, которые всё это время находились сзади неё, чуть выглядывая из за угла, она пулей мчится на кухню, и зовет за собой, такую же встревоженную, Карен.       Майк лучезарно улыбается, в знак благодарности, и мгновением позже, исчезает вместе с Уиллом за соседней стеной, закрывающую кухню.       –Значит..– начинают они одновременно, и снова замирают, глядя друг на друга.       –Всё было спланировано..– заканчивают свои догадки парень с девушкой, задумчиво улыбаясь, не веря в то, что сейчас происходит.       –Как долго ты скрывала это от меня?– шутливо спрашивает русый у девушки.       –Я сама только вчера об этом узнала.– пару раз моргая, отвечает она. –А ты? Как долго ты знаешь об этом?       –Тоже вчера.. Я даже не могу представить, что все так совпало. Два Байерса и два Уиллера. Видимо, судьбе нравится сводить чудаков..       –Перестань!– наконец смеётся тёмно-русая девушка, обнимая своего парня. –Хоть в этом ты абсолютно прав.       –Пойдём, нам нужно сначала привести тебя в порядок.       –Тушь потекла? Сильно?       –Ты не меняешься.– пустив смешок в руку, он аккуратно обнимает её за талию, ловко перехватывая девушку на руки.       –Джонатан, что ты делаешь?       –Как настоящий джентльмен, я просто обязан отнести раненую даму в её покои, чтобы она смогла отдохнуть и не напрягаться лишний раз.– глупым выдавлеваемым голосом цитирует парень, перехватывая ее поудобнее, перемещая одну руку с талии, на сгибы в коленях.       –Джонатан, пусти!– отчаянно пищит девушка, смеясь ярко, пытаясь выбраться из чужой хватки.       –И слушать ничего не хочу. Я выполняю свой долг!– не взирая на дискомфорт, он скрывается на верхних ступеньках лестницы, а затем и за дверью в её спальню.       Громкие голоса, всех присутствующих сейчас на первом этаже, раздавались совсем близко и, кажется, ещё чуть-чуть и их точно кто-нибудь заметит.       Быстро проскальзывая мимо стоящих столов и стульев, Майк с Уиллом, шаг за шагом, пробирались к заветному подвалу.       Вот она финишная прямая.       И остаётся совсем чуть-чуть.       Карен стояла все это время спиной к ним, говоря о чём-то с Тэдом, на удивление, не сидящем в кресле-раскладушке.       –Уилл, нам нужно подождать, пока мама уйдёт, я боюсь, она позовёт меня в самый неподходящий момент, как это обычно и происходит, и я не смогу..– он на мгновение замолкает, с надеждой поглядывая на парня, чью руку он сейчас сжимает в своей руке.       –Майк, я понимаю.       –Давай на счёт три?– полушёпотом, что бы тот мог разобрать его голос, среди громкой музыки, раздающейся во всём доме, он спрашивает, всё так же глядя ему в глаза. Уилл в ответ лишь кивает, чуть сильнее сжимая чужую руку.       –Раз.       –Два..       –Три!– одновременно произносят парни, после чего срываются с места.       Прерывно вдыхая сладкий аромат, парящий в воздухе, они одним рывком перебираются от стены-укрытия к двери подвала.       Ловким движением руки, Майк распахивает дверку и сначала пропускает Уилла, только потом скрывается внутри сам.       После, следует тихий щелчок.       Дверь закрыта, они в полной безопасности.       Мальчики спокойно выдыхают, рассоединяя сплетённые всё это время, казавшееся бесконечностью, руки. Оглядывая непривычно тихую, для этого места, обстановку.       Абсолютная тишина окутала их с ног до головы. И было слышно лишь их собственное дыхание и биение сердец.       Не было слышно привычных криков борьбы, и счастливых возгласов, при выпадении выигрышных костей, которые они кастовали всей партией.       Не было того запаха покупной пиццы, которую они обычно ели на таких, особо долгих играх.       Только они, и приглушенная музыка, раздающаяся из-за двери.       –Пойдём.– всё ещё шепотом говорил Уиллер, боясь нарушить эту приятную тишину. Снова взяв Уилла за руку, он повёл его в полной темноте вниз, к расчищенному месту, на котором раньше стоял не большой стол.       –"Почему он не включает свет, он не боится, что он на что-то напорется?"– пронеслось у шатена в голове, сразу после чего, старший спотыкается о что-то, и тихо выругивается, пиная какую-то книгу, как Уилл понял, по глухому звуку.       Он тихо посмеивается, его глаза постепенно привыкают к темноте, и оглядывая знакомые стены помещения, он улавливает еле-заметное поблёскивание чего-то очень маленького, висевшего по всему потолку.       Заметив его странное молчание, Майк слегка затормаживает их движение и говорит закрыть глаза, полностью останавливаясь посередине комнаты.       Уилл послушно выполняет просьбу. Закрывает глаза и ждёт.       Перед собой, он слышит какую-то возню, а после, Майк щёлкает чем-то пару раз. И видимо это "что-то " не срабатывает как надо, поэтому он не сильно ударяет по предмету, после чего раздается ещё один щелчок.       Уилл слышит тихий вздох, но тот по прежнему ничего ему не говорит.       Всё затихает, брюнет делает пару шагов, ему на встречу и берёт его за обе руки, аккуратно водя пальцами по его наружной стороне ладони.       –Ты можешь открывать глаза.       И Уилл снова слушается. Распахивает тёмно-зелёные глаза, и замирает на месте, вдыхая так глубоко, насколько он мог.       Вся комната была сплошь увешана сотнями крошечных огоньков светло-голубой гирлянды. Стены, потолок, лестница.       Везде было нежное свечение.       –Майк..– заворожённо шелестал он, не находя слов, что бы описать свой восторг.       –Да?       –Это ты сам всё сделал?       –Вообще, мне Нэнси помогла..– застенчиво произнёс он, держа его ладони в своих, чуть теребя чужие пальцы своими. –Я её попросил..       –Это просто чудесно! Сколько времени вы на это потратили?– не сдерживая в голосе восторга, спрашивает шатен, улыбаясь ярко-ярко, наверное, светлее всех этих гирлянд, вместе взятых. Он отходит от него на пару шагов, крутясь и осматриваясь по сторонам обновлённого подвала, а после налетая на него с объятиями.       –Это ещё не всё.– добавляет Майк, прежде чем Уилл успевает обработать информацию.       Немного отстраняясь от друга, Майк тянется к полке, и толкая что-то, стоящее до этого на ней, за ним падает книга, за книгой игрушка динозавр, обрывающая тонкую нитку своей тяжестью, после, нитка тянет за собой линейку, и только потом, по наклонённой дощечке, скатывается какой то железный шарик, столкнутый не сильным ударом линейки, падающий на столик, и нажимающий кнопку на музыкальном проигрывателе.       В комнате раздаются звуки электрогитары из играющей песни, записанной на пластинку, которую так изощрённо додумался включить Майк.       –Что это сейчас..       –Можно ли пригласить тебя на танец?– вдруг собственные слова кажутся ему очень глупыми, из за чего он нервно прикусывает свои губы изнутри, надеясь, что Уилл этого не заметит.       –Меня? Ну, я даже не..       –Понимаю, это глупо..– начинает Майк, глотая ком волнения, в моменте меняясь в лице.       –Нет-нет, это вовсе не глупо!– утверждает Байерс, чуть махая руками.       –Просто, мне очень жаль, что я не смог пригласить тебя на танец на снежном балу.. Оди было бы не с кем танцевать и я..       –Майк, все хорошо.– всё так же тихо говорит он, глядя на него со всей своей любовью, на которую он был способен. –Я согласен потанцевать с тобой.– лучезарно улыбаясь, он проводит, слегка дрожащими, руками по его рукавам, нетерпеливо, явно сильно волнуясь.       Майк словно светился.       Светился вместе с Уиллом, и их свечение было самым ярким, что было в этом мире.       Перехватывая его поудобнее, и начиная медленно кружиться с ним в рамеренном неторопливом танце, он слегка склоняется к его лбу, прикрывая глаза.       Шаг в лево, шаг в право.       Чужие руки медленно спустились на поясницу другого, и сцепились там, слабо скрещёнными пальцами.       –Прости меня Уилл..– все так же тихо говорил он, не отрывая взгляда ни на секунду. –За то, что не получилось потанцевать на снежном балу, я не знал, как отреагируют люди, да и Оди было бы не с кем провести там время, я был в тупике..       Уилл смотрел на него не понимая, за что перед ним сейчас извиняются.       –Майк, что ты..       –Я был напуган тогда, ведь не знал, как сказать, как рассказать тебе..       –Майк.       –Прости, что не говорил этого раньше, но сейчас..– их и без того медленные движения, затормаживаются, музыка продолжает играть, и они оба растерянны.       –Майк!– в последний раз вскрикивает Уилл, и их медленный танец прекращается совсем. Они так и стоят по середине подвала, смотря друг на друга. Не понимая, что они делают.       –Прости меня, Уилл.– в последний раз извиняется Майк, прежде чем спустить свои руки с чужой поясницы.       –За что ты просишь прощения?– боясь собственных мыслей, которые были хуже другой, шатен с опаской смотрел на Уиллера.       Он понял, что картина была не с дружеским мотивом? Может Джонатан рассказал Нэнси, а та уже доложила ему? Он хочет прекратить дружбу..?       От последней мысли ему сделалось плохо, из за чего, ноги стало мелко трясти, а сам он боялся пошевелиться.       –За это.– вдруг раздается последний вздох, со стороны брюнета, и мир Уилла, кажется вот-вот разрушится окончательно, так и не успевши расцвести.       Все звуки в миг стихли, даже громко играющая музыка со снежного бала, была сбавлена на минимум.       Лишь кровь, шумящая в ушах, давала знать ему то, что он еще не умер, и все ещё стоит нос к носу со своим лучшим другом, который ничуть не отличался сейчас от него.       Такой же напуганный, с подрагивающими руками и учащённым дыханием.       Сердце колотилось так сильно, что казалось, будто оно сейчас выпрыгнет из груди.       Тишина, повисшая между ними, была невыносимо громкой. В ней слышались отголоски всех невысказанных слов, страхов и надежд. Его взгляд, обычно такой открытый и теплый, сейчас казался настороженным, словно он боялся увидеть в ответ отторжение.       Эта ужасная пауза длилась целую вечность, хотя на самом деле прошли лишь секунды. В головах пульсировали одни мысли: "А вдруг он не хочет? Вдруг я все неправильно понял? Вдруг это всё-таки конец..?"       Майк медленно наклонился, и его лицо приблизилось еще сильнее, раскрывая тому на показ все свои веснушки.       В глазах отражалось смятение, но в то же время – неукротимое желание.       Он замер, не в силах пошевелиться, словно зачарованный.       Губы его коснулись чужих горячих губ – нежно, неуверенно, словно ощупывая почву. Это было похоже на прикосновение крыла бабочки, лёгкое и трепетное, нежели на поцелуй.       Внутри всё перевернулось. Волной нахлынули восторг, страх, удивление и какое-то невероятное, ни с чем не сравнимое блаженство.       Майк слегка углубил поцелуй, и Уилл ответил, неумело, робко, но с огромной страстью. Мир вокруг перестал существовать. Были только они – их губы, их дыхание, их сердца, бьющиеся в унисон.       Поцелуй был полон нежности и какой-то отчаянной надежды. Он говорил без слов о многом: о страхе потерять, о желании быть вместе, о неуверенности и о той огромной симпатии, что они так долго скрывали друг от друга.       Когда они, наконец отстранились, их взгляды снова встретились.       В глазах обоих читалось изумление и какая-то растерянность. Дыхание сильно сбилось, а щёки пылали огнём, хоть поцелуй и длился не больше пяти секунд.       Он слегка отстранился, словно боясь нарушить хрупкое волшебство момента.       –О черти, прости.. Я не должен был..– прошептал он, едва шевеля губами, его голос заметно дрожал.       –Какой же я идиот! Что я наделал?!– медленно отстраняясь от шокированного парня, Майк схватился руками за голову, крича на себя, за его необдуманность действий.       –Я снова все порчу! Уилл, прошу, прости меня! Я правда не знаю..– не успевает договорить парень, и снова замолкает, оттягивая волосы от их основания.       Ещё чуть-чуть и он точно лишится части своей густой шевелюры.       –Майк..– значительно громче, зовёт его шатен, решительно шагая к нему на встречу.       Пристраиваясь к нему практически лицом к лицу, он быстро опускает свои руки на горячие щёки, поворачивая его голову на себя, притягивая его вновь в плотную к своим губам.       Он не думает что делает, он просто целует его искусанные губы во второй раз, и явно испытывает самое невероятное чувство на свете.       Голова идет кругом, когда воздуха становится слишком мало, что бы продолжать целовать чужие губы, поэтому он отстраняется, слегка покачиваясь на ногах, пытаясь не повалиться на пол от пережитого.              В тёплом свете мерцающих огоньков гирлянды, они стояли друг напротив друга, чувствуя, как время остановилось. Первый поцелуй был нежным и волнующим, словно искра, которая разожгла в их сердцах огонь. Второй же был более уверенным, желанным, отчаянным.       После того, как их губы разъединились, они оба замерли, глядя друг на друга с удивлением и счастьем. В воздухе витала магия момента. Их сердца стучали в унисон, и в этот миг они поняли, что это то, чего они оба так долго ждали.       Молчание не может длиться вечно, и оба наконец решают признаться.       –Я так люблю тебя..       –Ты будешь моим парнем..?       Они застывают на пару секунд, и просто смотрят друг на друга, не веря своим ушам, глазам, да и в принципе не веря в реальность всего происходящего.       Улыбки засияли на их лицах, а в глазах играли радость и облегчение.       Неужели у них получилось?       –Вау..– единственное, что смог выпустить из себя брюнет, прежде чем Уилл начал смеяться, перебивая его поток мыслей. Безудержно, даже больше истерично, он залился искрящимся смехом, таким, какого Майк ещё никогда не слышал от него.       –Я сейчас смешно выгляжу?– поинтересовался парень, пуская свои руки в волосы, поправляя их, так же, не вольно начиная посмеиваться над самим собой.       –Нет-нет, не в тебе дело..– через смех, отрывисто вымолвил шатен, чуть успокоившись и восстановив сбившееся дыхание, он продолжил с улыбкой на лице. –Неужели стоило так заморачиваться, со всем этим, что бы сказать мне это?– произносит парнишка, не отводя счастливого взгляда от Уиллера.       –Поступить иначе было бы просто невозможно..– с любовью шепчет он и аккуратно перехватывает тёплые руки Уилла, смотрит ему в глаза, полные счастья, которое, кажется вот-вот хлынет за края слизистой глаза. –Так ты..?– аккуратно напоминает об недавнем признании брюнет, и с ожиданием ответа, смотрит в чужие глаза.       Уилл, не заставляя себя ждать, практически сразу накидывается на другого парня с визгами счастья и громким "конечно" в ухо, а затем мягким поцелуем в щеку. А затем ещё, и ещё и ещё..       И это могло бы продолжаться вечно, чему Майк несомненно был бы рад, если бы в дверцу подвала кто-то не постучал. Тихо, не настойчиво, раздалось три аккуратных постукивания.       Тук тук тук.       Вздрогнув, Уилл отстранился, переглянулся с Майком, и они вместе попятились к запертой дверце, снова, нежно переплетая тёплые руки.       Поднимаясь вверх по лестнице уже можно было заметить, что все звуки, царившие всё это время за дверью стихли.       Не было слышно ни музыки, ни других посторонних голосов, нарушающих мирную тишину, впервые за этот вечер устаканившуюся, в шумном доме Уиллеров.       Лишь их тихое спокойное дыхание, смешанное с равномерным стуком ботинок о ступеньки лестницы.       Отперев защёлку, парни, даже не спросив, кто нарушил их момент близости, сразу вышли в полумрак первого этажа, озираясь по сторонам, по началу, даже не обращая внимания на стоявшего рядом.       Когда же глаза чуть привыкли к темноте, старший сумел развидеть в ней маленький силуэт Холли, в розовом праздничном платьишке.       –Холли? Что-то случилось?– вдруг насторожился Майк, подходя ближе к младшей сестре.       –Нет, всё хорошо.– невинно улыбается девочка и переводит взгляд с одного мальчика на другого. –Вас долго не было.– подмечает она, чем вероятно смущает парней, все ещё держащихся за руки, но не замечает этого и продолжает дальше. –Мама просила вас позвать, скоро салюты будут..– заворожённо рассказывает мотивы своего прихода к ребятам девочка, после чего сама хватает их за руки и ведёт через весь коридор в фойе, а после, все трое, быстро накидывают на себя куртки.       Завершается вся эта процессия на улице, когда за парнями закрывается дверь и на звук оборачивается сначала Джойс, а только потом хозяйка дома.       –Явились наконец-то.– с долей, не прикрытого, презрения, пробубнил Тэд, ссутулившись ещё больше, чем обычно, стоя у машины, слегка облокотившись на её дверцу.       Рядом стояла Карен, раскрывая объятия для младшей дочери.       –Вы долго, не представляете, чего нам стоило развернуть маму и наплести ей, что вы вышли на задний двор и бла бла бла.– прошипел Джонатан им на ухо, подкравшись сзади, чем знатно напугал парней.       –Он все врёт, всё прошло очень даже гладко, после того, как я сказала, что что-то горит, она сразу забыла про вас.– честно отвечала Нэнси с новым макияжем, в котором ей несомненно помогала её парень.       –Боже, неужели нельзя было оставить мою версию?– закатил глаза светло-русый парень, после чего приобнял девушку и двинулся в сторону дороги. –Идёмте, вот-вот фейерверки начнут пускать. Вы же не хотите пропустить такое зрелище?– подмигнул им на последок Джонатан, после чего, их силуэты стали медленно удаляться к обочине дороги, и вскоре они снова остались наедине с собой и своими мыслями.       Ох, если бы они знали какое зрелище предоставил Уилл для Майка, то у них вероятно бы язык свернулся в трубочку и захлопнулся за зубами.       Потому что искры счастья в его зелёных глазах не смог заметить ни один взрывающийся фейерверк.       Где-то из глубины, скопившейся на улице, толпы послышалось шипение, громкий свист, а после, что-то яркое устремилось ввысь, оставляя за собой белую дымовую полосу из сгоревших остатков пороха, к которому добрался огонёк от подожжёного фитиля.       В небе раздался оглушающий хлопок, и вся небесная гладь на секунду озарилась яркими красками.       За ним полетели остальные фейерверки, так же громко взрывающиеся в небе, рассыпающиеся на тысячи маленьких частиц, сгорающих в полёте, не успевающих коснуться земли.       Все заворожённо смотрели на звёздное небо и искры салютов.       Но Майк наблюдал за более интересной картиной.       Разноцветные искры отражались в блестящих глазах шатена, стоящего совсем рядом, он по прежнему нежно улыбался, бороздя небо задумчивым взглядом.       Вдали послышались треск и хлопот сотни таких же салютов, за какими они наблюдали пару секунд назад.       Ещё тише послышались радостные крики и свист других людей, радующихся волшебству наступившего момента.       Тихо смотря на парней, из-за других людей, Оди чувствует себя хорошо. Она радуется, что у Майка всё хорошо. И что Уилл наконец улыбнулся по настоящему. –"Надо же, Хоппер был прав."– проносится у неё в голове, прежде чем, Максин утаскивает её ближе к обочине, поджечь вместе с ней фитиль новой пачки с фейерверками.       –Уилл..– в полголоса позвал своего парня Майк. –С Рождеством.       –С Рождеством.– коротко кивнул парень, склоняя голову на бок, даря ему ещё один тёплый поцелуй, согревающий его душу изнутри.       И даже в самые злые и кусачие дни, он будет вспоминать этот ледяной танец крохотных снежинок, треск салютов, заливающих небо всеми цветами радуги, и маленький поцелуй его парня.       Он никогда не замёрзнет, вспоминая этот вечер.       Вспоминая Уилла.