Рожденные в огне

Дорога плавилась в сумерках, как кошмарный сон. Драко вцепился в руль, до боли в пальцах. Ему нужно было сосредоточиться. На дороге. На её дыхании. На чём угодно, только не на том, что творилось в его голове. Взгляд соскользнул на Гермиону. Не очнулась. Крови меньше. Это должно радовать. Должно. Но не радовало.Шумный выдох. — Мерлин… ты не справедлив… Шёпот повис в машине,словно последний отзвук его души.  — Детка... мне так жаль. Голос сорвался. Страх перед собой сжимал горло острее, чем любая физическая боль. — Мне жаль потому что я знаю что это еще не предел. Драко сделал глубокий вздох.Грудь сотрясалась от движений, но лёгкие не наполнялись воздухом.Только пеплом. Только ядом. — Сломанная рука? Это только начало.Я чувствую это внутри.Зверь ворочается в глубине сознания, облизывается, довольно урча.Он ещё голоден.Ему мало. И мне страшно, Гермиона…страшно, потому что я знаю, что способен на большее.Гораздо большее. Что мне стоит убить тебя?— Он вновь посмотрел на нее будто ждал ответа. — Всего одно движение.Одно неверное слово — и мои пальцы сомкнутся на твоей шее.Одно неправильное воспоминание — и я всажу свои пальцы тебе в сердце.Я не хочу этого.Я клянусь, я не хочу.Но что-то перекручивает мои чувства, выворачивает их наизнанку… — Я знаю, что ты ни в чём не виновата. Знаю.Но этот зверь…он шепчет мне другое.Он нашёптывает ядом прямо в вены, что ты — причина.Ты — напоминание.Ты — живое доказательство того, что я тебя не защитил.Твоё лицо, твои раны, твои слёзы — это моё проклятие.И я хочу стереть их.Любой ценой.Ты понимаешь? — Детка,я так сильно люблю тебя, что готов убить.Лишь бы ты больше не страдала.Лишь бы ты больше не плакала.Лишь бы никто — даже я — не смог причинить тебе боль. Руки дрожали,нога крепче вжималась в пол,но он не останавливался. — Я и есть твоя боль, да? Я и есть твоя клетка. Гермиона молчала,а Драко мысленно продолжал себя терзать. Зверь внутри тихо нашёптывал, растворяясь в каждой клетке его сознания: «Ты знаешь, что она тебя боится.Ты видел это в её глазах.» Он задержал дыхание, но не смог остановить мысли. «Посмотри на неё.Ты сломал её.Она никогда больше не будет прежней.Никогда.И ты знаешь, что дальше будет хуже.» «Ты хочешь этого, Драко.Ты хочешь видеть, как она ломается.Ты хочешь уничтожить её, потому что сам не можешь вынести, что её тронул кто-то другой.Ты не можешь стереть это из головы.Ты не можешь забыть её крик.Ты не можешь забыть, как он к ней прикасался.Ты можешь только разорвать её в клочья, чтобы никто больше не смог.» Драко резко выдохнул, пытаясь прогнать навязчивые мысли с головы.Нет.Это не так.Он не хочет.Не хочет.НЕ ХОЧЕТ.Но зверь знал правду.И он улыбался в темноте. Гермиона не открывала глаз всю дорогу,окраина Гримсби медленно проявлялась сквозь сумерки, как призрак надежды. Драко почувствовал, как внутренний зверь на мгновение отступил, уступая место трезвому расчету.Палочка. Дом. Исцеление. Магический барьер встретил их призрачной рябью. Он чувствовал, как реальность меняется с каждым шагом - от мира магглов к миру волшебства.Оставив машину и взяв ее на руки он нёс Гермиону, прижимая к себе. Каждый шаг давался с болью - не физической, а той, что разрывала душу. Взгляды жителей Гримсби впивались в них - в его окровавленное тело, в её бездыханную форму. Женщины отводили глаза. Мужчины смотрели с отвращением и жалостью.  — Малфой???  Даниэль, их сосед, бросил сумки прямо на землю.Его лицо исказилось шоком и немедленным желанием помочь. В отличие от остальных, равнодушно провожавших взглядом окровавленную пару, он действительно двинулся навстречу. — Позвольте мне помочь, — голос Даниэля был встревоженным, глаза метались от раны на её теле к телу Драко. Он замедлил шаг. Внутренний зверь зарычал, предупреждая о чужом приближении. Но разум понимал - помощь сейчас не помешает.Взгляд Драко был холодным, но не агрессивным. Он словно просканировал Даниэля, оценивая намерения. Дом встретил их призрачной тишиной. Полусгоревший, недостроенный, он напоминал склеп их прежней мечты. Каждая обгоревшая балка, каждая треснувшая стена - молчаливые свидетели их разрушенной истории. Драко чувствовал, как Даниэль пытается помочь нести Гермиону, но внутренний зверь нехотя отступал, позволяя постороннему прикасаться к ней. — Что с вами произошло? — настаивал сосед. — Ничего, — холодно отрезал Драко. — Все соседи перемывали вам кости ещё несколько дней после пожара. Голос Даниэля не замолкал ни на секунду, но Драко старался не реагировать.Просто фыркнул, не желая это комментировать.Не было смысла.Соседи. Люди. Бараны.Они всегда найдут, что обсудить.Всегда найдут повод шептаться. — А где Скорпи и Таура? Драко замер.Щёлк.Что-то внутри крошило стены его самообладания.Медленно.Зловеще.Он медленно перевёл взгляд на Даниэля сжав челюсти так сильно, что заныли зубы. — Дети у бабушки. Даниэль почувствовал резкую перемену. Воздух вокруг Драко стал плотным, тяжелым, как перед грозой. — Малфой... — начал было сосед. — Просто помоги мне, ладно, без лишних вопросов, — отчеканил Драко, не желая продолжать разговор. Ступив на первую ступень дома, в нос врезался знакомый запах, перемешанный с гарью. Запах дома. Спокойствия. Запах семьи. Драко резко начал дышать ртом. Войдя внутрь, он отправился в их спальню. Кровать не пострадала от пожара, что не могло не радовать. Аккуратно положив Гермиону на постель, он повернулся к соседу: — У тебя есть палочка? Моя сломана, — соврал он. На самом деле он даже не знал, где она. Когда Драко выбежал на улицу в ту самую ночь, палочка была в руке, но что произошло с ней дальше, известно только одному Мерлину. — Да, да, конечно, — протараторил Даниэль, вынимая палочку из внутреннего кармана своей куртки. Драко взял деревце в руки и почувствовал приток магии. Она обволакивала его, словно давняя любовница, знающая каждый изгиб его души. Магия текла по венам, горячая и требовательная, смывая кровавые следы, наполняя каждую клетку первозданной силой.Внутренний зверь заурчал, потянувшись к этой энергии. Магия огня, откликаясь на его эмоции - темную, опасную мелодию боли и возмездия. Она помнила его. Она была готова подчиниться.Драко сжал палочку крепче. Кончики пальцев начали покалывать от нетерпения.  — Ты умеешь исцелять? — прошептал он, переводя взгляд от своей руки к глазам Даниэля. — Я… эм… я не сильно хорош в этом. Внутренний зверь уже нашёптывал: «Авада. Сейчас. Убить их обоих. Здесь. Сию минуту.» Голос внутри становился всё громче,требовательнее. Магия в палочке вибрировала, готовая подчиниться малейшему импульсу. Одно движение — и зеленое проклятие накроет комнату.Драко сжал зубы. Даниэль не подозревал, насколько близок был к смерти.  — Да, давай, — сказал сосед, забирая палочку и переводя взгляд на тело Гермионы. — Вас не хило потрепало. Кто её так? — спросил он, указывая палочкой на её руку. Драко закрыл глаза на секунду, выдохнул. — Наткнулись на монстра, — ответил он, направляясь на выход из комнаты.Нужно было умыться. Иначе он за себя не отвечает.Внутренний зверь рычал, требуя крови. Каждый шаг к ванной комнате давался с трудом. Контроль висел на волоске. Войдя внутрь он быстро открутил кран. Холодная вода плескала в лицо, немного сбивая внутренний жар. Драко поднял взгляд и увидел своё отражение в зеркале.Чужие глаза смотрели на него. Не серо-стальные, а какие-то выцветшие, будто выжженные изнутри. Кровь на скулах. Царапины. Синяки.Руки.Изуродованные, в засохшей крови. Шея. Напряженная, с выступающими венами, готовыми лопнуть от сдерживаемой ярости. Но самое страшное — взгляд. Звериный. Потусторонний. В отражении смотрел не он. А то чудовище, которое годами пряталось внутри.Его пальцы медленно коснулись зеркала. Чужое отражение сделало то же самое.Кто здесь настоящий? Он или Монстр? Образ в зеркале смотрел прямо на него и улыбался. Не желая больше смотреть на себя Драко оттолкнул дверь ванны, будто мог оставить монстра там, в отражении.Войдя обратно в спальню, он увидел что возле Гермионы сидел Даниэль, уже практически закончив залечивать рану на животе. Когда он услышал шаги Драко за спиной, повернулся: — Её рука, тут магии будет не достаточно, нужен костерост, у вас есть? Драко посмотрел на изуродованную руку. — Не знаю, за это всегда отвечала она, — честно ответил он, не отрывая взгляда. — У меня дома есть флакон, я принесу, — сказал Даниэль, вставая с кровати. — Черт, Малфой, да тебе самому нужна помощь, — он осмотрел его еще раз с ног до головы. Драко не чувствовал боли. Это удивляло, но совершенно его не волновало. — Я в порядке. — Да нет же, — возразил Даниэль, — ты выглядишь просто ужасно. Он направил палочку прямо на Драко, шепча заклинания. Тот почувствовал, как тело стало более правильным, цельным... но опять же - никакой боли, никаких ощущений.Только давящая на грудь тьма. — Спасибо, — коротко ответил Драко, покручивая теперь уже восстановленной ногой. Даниэль улыбнулся и пошел за костеростом, а Драко вышел со спальни. Ноги сами понесли его в детскую.Без осознания.Без цели.Просто инстинкт. Как если бы он всё ещё верил, что там его дети.Что стоит только открыть дверь, и он услышит их голоса.Но нет.Он замер на пороге.Комната, которая должна была быть наполнена смехом…Теперь была пустой.Холодной.Брошенной. Драко медленно вдохнул.Глаза метнулись по комнате, но смотреть было не на что.Игрушки сгорели.Кровати хоть и застелены,но были пусты.Воздух пропитан застывшей тишиной и гарью.Как будто дети никогда здесь не жили.Как будто их не существовало. «Ты оставил их.Ты бежал.Ты даже не обернулся.» «Ты не должен был быть их отцом.Потому что отцы не оставляют.Не причиняют боли.Не поднимают руки.А ты?» Он зажмурился, в груди вспыхнуло что-то сырое, уродливое.Тишина кричала.Эта пустая комната кричала.Она говорила ему правду. — Заткнись…прорычал он себе и развернувшись закрыл двери,стараясь подавить чувство вины. Даниэль вернулся так же быстро, как и исчез, в руках неся нужное зелье. — Помоги мне влить его ей в рот, — сказал он, проходя мимо Драко и направляясь в спальню. Руки Драко аккуратно приподняли голову Гермионы. Даниэль осторожно открутил флакон и поднес к её губам. Жидкость медленной струей начала вливаться в её горло. — Сними с неё повязку и убери доску, попробуем сделать что-то по-лучше, — скомандовал Даниэль. Драко послушно всё выполнил. Его движения были механическими, будто управляемыми кем-то извне. Внутренний зверь притаился, наблюдая.Увидев клеймо на её руке, Даниэль свел брови. — Это еще что такое? Кто ей поставил печать подчинения? Драко резко на него посмотрел: — Ты знаешь что это? — Да, — быстро ответил сосед, — это печать, подчиняющая владельца голосу того, кто её наложил. Старая магия, такую использовали во время первых магических войн, чтобы завербовать как можно больше воинов. — Ты знаешь, как снять эту хрень? — спросил Драко, переваривая информацию. — Знаю, — коротко ответил Даниэль, — никак. Драко почувствовал волну злости. В ту же секунду он резко схватил Даниэля за плечи и наклонился к его лицу: — Что значит никак? Даниэль забегал глазами: — Малфой, убери от меня свои руки. Драко не отпускал. — Убери руки, я сказал, — проговорил он медленнее, вкладывая в каждое слово спокойствие, придавая словам вес. Драко пришлось собрать воедино всю оставшуюся силу, чтобы не разломать ему кости за эти слова. Он разжал свои руки, переводя дыхание. — Это можно как-то ослабить, или…? — голос сорвался, превращаясь в рык.— Или я не знаю.Можно хоть что-то сделать?! Даниэль медленно сглотнул, чувствуя как с Драко происходят какие-то странные вещи. — Есть один способ, — тихо проговорил он. — Но я не уверен что это сработает.Моя бабушка была целительницей. Она разрабатывала собственные мази и зелья для личных целей. У меня есть препарат, который способен слегка размыть чары, наложенные на Гермиону. — И? — Драко буквально впился в него взглядом. — Действие краткосрочно, — предупредил Даниэль. — И не факт, что сработает на такой сложной магии. — Но шанс есть? — Шанс есть, — кивнул Даниэль.  — Тогда чего ты ждешь? — спросил Драко, не скрывая раздражения. Даниэль встал с кровати: — Мне нужно съездить к ней, чтобы взять мазь. Мой дом — не магловская аптека, — возразил он с недоумением, разводя руки в стороны. — Я на работу, потом за мазью и вернусь вечером.Вы будете здесь? — уточнил он. — У нас мало времени, к черту работу, — сказал Драко, плюясь ядом, а не словами. — Эй, эй, потише, — ответил Даниэль. — Во-первых, у меня есть своя жизнь, во-вторых, она без сознания, а после костероста будет еще в отключке ближайшие пару часов. Телу нужен отдых, чтобы быстрее залечиваться. Внутренний зверь Драко не слушал,он рычал, требуя немедленных действий.  — Малфой, я не буду задавать лишних вопросов касательно того, что с вами происходит, но честно слово, если ты себя и дальше будешь так вести, справляйтесь сами, мне проблемы не нужны, — твердо сказал Даниэль. Драко выдохнул, подавив вспышку гнева: — Прости, я не... я просто чертовски боюсь за неё. Она не приходила в себя практически всю ночь. — Все будет хорошо, дружище. Отдохни и ты, я постараюсь быстро. С этими словами Даниэль направился к выходу захлопнув за собою дверь, оставляя Драко и Гермиону одних. Он еще минут десять просто стоял и смотрел на неё. Почувствовав безвыходность ситуации, дышать становилось тяжело.Он быстро поцеловал её в лоб - нежно, почти невесомо, словно боясь причинить боль даже прикосновением губ, - и отправился на задний двор.Воздух снаружи казался жестче, чем в доме. Задний двор их дома выглядел как незавершенный эскиз мечты. Небольшой участок земли, частично выжженный пожаром, частично заросший дикой травой. Несколько обугленных деревьев стояли, как призрачные часовые, напоминая о недавней трагедии. Справа - недостроенная беседка, от которой остались только каркасные балки.Старый сарай с инструментами стоял чуть в стороне, покосившийся, но уцелевший. Вокруг него - разбросанные садовые принадлежности, глиняные горшки с треснувшими боками, остатки того, что когда-то было аккуратным садом Гермионы.Земля казалась выжженной, будто впитала в себя всю боль и отчаяние последних событий. — Тео, Тео... — шептал Драко, направляясь к сараю. Войдя внутрь взгляд упал на сундук стоящий в углу.Он быстро присел на против него лихорадочно доставая вещи. Сначала выпала старая куртка Гермионы - выцветшая, с оторванной пуговицей. Затем - детские игрушки: потрепанный плюшевый единорог Тауры, деревянный солдатик Скорпиуса.  Следом - коробка с фотографиями: семейные снимки, где они все еще улыбались. До пожара. До всего, что произошло.Стопка книг - некоторые с обгорелыми краями. Записная книжка Гермионы с торчащими закладками.Какие-то старые инструменты, клубок шерсти, какой-то набор для шитья.И наконец - измятый, слегка потрепанный пергамент.Драко замер, держа его в руках. Быстро развернув, он увидел как лист был исполосан красными линиями, словно кровавой паутиной. Каждая линия - свидетельство передвижений Тео. Каждая линия - свидетельсво того что чары еще работают. Полосы были хаотичными, пересекающимися, но явно указывающими на определенные точки. Некоторые обрывались резко, некоторые тянулись длинными извилистыми маршрутами. Его палец медленно провел по красным потокам, прослеживая каждый изгиб. И вдруг - точка схождения стала предельно ясной. Поместье Ноттов. — Тео дома, — прошептал Драко. Внутренний зверь моментально встрепенулся, почуяв направление. Охота. Цель. Спасение.Взгляд Драко стал холодным и расчетливым. В голове уже начал складывался план.