Будь рядом

* * *

– Ну, чач, поговорим немного напоследок. Двухчасовой стрим подходил к концу, выключив демку переводя вебку в полноэкранный режим, Данила зарылся пятерней в копну рыжих волос, бегая глазами по чату. – Друг у меня есть, так получилось, что сейчас у него не самый лучший период в жизни. Нет, не медийка, вы его не знаете. Джарахов? А-а-а ещё чего, придурки, – протянул рыжий одновременно с этим как маяк вертясь на кресле из стороны в сторону, – В общем, даже не знаю че ему предложить чтоб серые будни скрасить, и так не часто видимся, мб вы чет подскажете? В чате летели самые разнообразные советы от самопровозглашённых экспертов, кто-то писал про чисто мужское времяпрепровождение в кровати, кто-то про пару каток в доте, кто-то смеялся. Кашин довольно быстро пожалел, что решил таким поделиться, тем более попросить совет, поэтому было принято решение ретироваться пока не поздно. – Лан, пошли вы короче, пока дебилы! – нажав на заветную кнопку, рыжий отрубил стрим вытягиваясь на кресле хрустя всей спиной. Время близилось к поздней ночи, и только Кашин собирался встать, чтобы пойти на кухню, послышался стук в дверь. В принципе, в такой час к нему мог заглянуть только один человек. Осознание этого вызвало небольшие мурашки с непривычки, ведь с этим человеком он долгое время находился в ссоре. Как же так получилось что сейчас последний часто заглядывает к рыжему на "чай"? Да он сам не до конца понял. Данила пошаркал в сторону двери, и даже не заглядывая в глазок открыл её. И в правду, на пороге стоял поникший Руслан, жалостливо смотрящий на Кашина. Молча отойдя, давая протиснуться в проход, рыжий покорно дождался пока тот разуется, после чего молча пошёл на кухню, зная, что тот пойдет за ним. Так, в принципе, и случилось. – Привет? – осипшим голосом начал Руслан, садясь за стол складывая руки на коленях. – Ну, привет, – ответил Даня, включая электрический чайник, который постепенно начал шуметь, разбавляя неловкую тишину. Кашин повернулся к Тушенцову, облокачиваясь руками о столешницу, пристально следя за монотонным выражением лица напротив. – Как дела? – Руслан продолжил бессмысленный диалог, смотря куда угодно, но не на рыжего. – Как обычно, заебись. А у тебя, я так понимаю, хуйня, – младший повёл плечом, вновь оборачиваясь к чайнику чтобы налить кипятка для уже двух приготовленных кружек с чаем. Рус тихо посмеялся, ожидая свою порцию напитка. С двумя кружками чая парни поплелись в комнату Данилы, без слов зная что будут смотреть какие-то видосы на ютубе. Так было уже много раз, Руслан постоянно приходил с кислой рожей в хоромы рыжего, будто маленький побитый котёнок, которого выкинули на улицу. Хуй пойми откуда взявшееся сострадание просто не позволяло прогнать парня с порога, покрыть матом и забыть всё как страшный сон. Вместо всего этого Кашин из раза в раз пускал к себе Руслана, давал ему понежиться в своей тёплой кровати и в своих объятиях, поил чаем, выслушивал. На утро парень получал благодарную улыбку и неловкий поцелуй в щёку. Казалось бы, последнее было бы точно лишним, но всё казалось настолько правильным, что даже возражение будто карается смертной казней. – Дань, ты прости что я так, просто.. Честно, я не ебу к кому ещё пойти, мне правда тяжело, и.. – вдруг вновь заговорил Руслан, сжимаясь до размеров атома, будто каждую секунду боясь реакции рыжего. – Да всё норм, Русь. Наверное, – тихо ответил Данила, поджимая губы. А точно ли всё нормально? Определённо нет. Все эти ночные посиделки и неловкие прикосновения, тёплые объятия и тихое "спасибо, люблю", когда второй не слышит. Всё это и в помине нельзя считать за " нормально". Похуй как-то, ведь "правильно" не всегда должно быть "нормальным". Не сказать, что этот ответ удовлетворил Руслана, но тот кивнул устраиваясь на плече Данилы. – Знаешь, в последнее время мне такая хуйня в голову лезет, я самого себя боюсь временами. Нет, серьёзно, это какой-то пиздец, я превратился в сопливую девчонку в пубертате, мне, сука, почти тридцать, – негодует Рус, слегка подрагивая, – Из-за этой хуйни я стал плохо спать, тики участились, меня дёргает почти каждую секунду, но.. Когда к тебе прихожу, будто лучше становится, наблюдение за тем, как ты просто делаешь обыденные вещи помогает мне отвлечься и прекратить весь этот поток хуйни хоть на немного. Может быть это звучит эгоистично, но я уже не знаю что мне делать. От таблов что мне психиатр выписал меня шныряет так, будто наркоты вкинул, не жизнь а ад, блять. Даня не знает, что на это ответить. Даня был свидетелем того, как Руслана трухает из-за кошмаров, был свидетелем многочисленных сонных параличей парня. Это на самом деле пиздец как стрёмно, но рыжий знает, что хочет помочь хоть как-то почувствовать себя лучше, раз уж на то пошло. Кашин выдыхает, аккуратно беря ладонь старшего в свою, тут же переплетая пальцы, сжимая. Руслан же в свою очередь перевернулся на бок, не разрывая замок из рук. Данила повторил, также переворачиваясь смотря на уставшее лицо напротив. – Русь, я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Мне не трудно проводить с тобой вечера, знаю, что тебе одиноко. Если я ещё как-нибудь могу тебе помочь, то, пожалуйста, скажи, – Даня свободной рукой зарылся в короткие пряди Тушенцова, останавливаясь на затылке. – Просто будь рядом, ладно? – прошептал Руслан, плавясь под чужими прикосновениями. Даня кивнул, притягивая к себе безвольную тушу, обвивая одной рукой торс, принимаясь водить руками по спине, вызывая приятные мурашки. Почувствовав чужие руки у себя на спине в ответ, Данила прижался губами к макушке Руслана, чувствуя как тот расслабляется, медленно погружаясь в дрёму. Вновь немногочисленная ночь без сонных параличей и кошмаров.