Мужчина из мрамора

ЭНДРЮ

      Сегодня приезжает Аарон с женой и дочерьми. Эндрю смотрел в окно, наблюдая, как редкие прохожие пересекают улицу внизу, и пытался разобраться в своих чувствах.       Он не был уверен, рад ли он этому визиту.       Отношения с братом, если их вообще можно было назвать таковыми, всегда оставались сложными. Они не выросли вместе, не делили детских воспоминаний и не дрались за игрушки, как положено братьям. Они были незнакомцами, связанными только кровью. Их встретила ошибка — случайность, недоразумение, путаница, вызванная усталостью и невнимательностью Рене.       В тот день Рене решила прогуляться в парк, где проводился благотворительный забег. Она не принимала участия, просто искала передышку от суеты. В толпе бегунов она заметила знакомый силуэт — выправка, выражение лица, взгляд. Всё говорило о том, что это Эндрю, и она не стала сомневаться. Конечно, его участие в забеге выглядело странным, но, может, он решил сменить привычки?       Она подошла, заговорила, и несколько минут даже не подозревала, что что-то не так. Молодой человек отвечал ей спокойно, но с лёгким удивлением. Лишь когда голос прозвучал иначе, чем она привыкла, Рене начала сомневаться.       — Ты ведёшь себя так, будто мы не знакомы, — пошутила она.       — Потому что мы действительно не знакомы, — ответил он с мягкой улыбкой.       Тогда-то и выяснилось, что его зовут Аарон. И что он, как и Эндрю, никогда не знал, что у него есть брат-близнец.       Эндрю тогда не знал, что чувствовать. Облегчение? Злость? Любопытство? Всё сразу. Они встретились позже, неловко, сдержанно, осторожно. Словно примерялись друг к другу, пытаясь понять, что с этим знанием теперь делать. Прошло время, прежде чем они начали хоть как-то выстраивать общение.       Но было кое-что, что нравилось Эндрю в этой новообретённой семье. Его племянницы.       Две маленькие, неугомонные близняшки, Софи и Лили. Они были настоящими вихрями, с нескончаемой энергией и заразительным смехом. Их невозможно было игнорировать, они появлялись внезапно, шумные, вечно спорящие, но всегда готовые к новой игре. Им было всего шесть, но у каждой уже был свой характер: Софи — упрямая, своенравная, Лили — более осторожная, но с хитрым прищуром, когда дело касалось шалостей.       Их легко было любить. Они не пытались его изменить, не ждали от него большего, чем он мог дать. Им не нужно было одобрение, они просто брали его за руку и тянули за собой, как будто он был их личной скалой, неизменной и надёжной.       Чего нельзя было сказать про их мать.       Кейтлин.       Сдержанная, безупречная, с холодной улыбкой, которая никогда не доходила до глаз. Она всегда смотрела на него с лёгким прищуром, оценивающе, будто пыталась решить, что он за человек и можно ли ему доверять. Её слова всегда были правильными, но в них чувствовался оттенок чего-то скрытого, настороженного. Она держалась ровно, но между ними всегда был холод.       Эндрю не нравилась Кейтлин. Возможно, потому что она слишком напоминала ему людей, которых он избегал. Тех, кто привык оценивать, подгонять под свои представления, ждать соответствия стандартам. Аарон, кажется, не замечал этого напряжения или предпочитал не замечать.       Эндрю стоял в зале прилётов аэропорта, засунув руки в карманы и время от времени бросая взгляды на табло с расписанием рейсов. Самолёт из Чикаго уже приземлился, оставалось только дождаться, когда пассажиры выйдут. Он не любил аэропорты – в них всегда царил хаос, спешка, нескончаемый поток людей с чемоданами, охваченных суетой путешествий.       Эти выходные обещали быть непростыми. Он не мог сказать, что ждал их с нетерпением. Видеться с Аароном всегда было… сложно. Они всё ещё осваивались в роли братьев, и хотя с каждым разом их общение становилось чуть менее натянутым, всё равно между ними стояла стена прожитых раздельно лет.       Эндрю украдкой взглянул на телефон. Мысли перескочили на Нила. Он не писал с утра, и, хотя причин для беспокойства не было, Эндрю всё же ощущал лёгкое раздражение. Он привык к их переписке, к шуткам, к этим коротким моментам, когда экран телефона оживал от сообщения. Возможно, стоило самому написать первым? Но стоило ему начать обдумывать, что именно сказать, как его мысли прервали звонкие голоса.       — Дядя Эндрю! — громкие крики слились в один счастливый хор.       Он едва успел развернуться, прежде чем две тёплые кометы врезались в него, обхватив за талию. Он машинально подхватил их на руки, почувствовав, как одна из девочек ткнулась носом ему в плечо.       — Лили, Софи, аккуратнее, — пробормотал он, но улыбка появилась на его лице сама собой.       — Мы скучали! — запротестовала Лили, прижимаясь к нему крепче.       — Очень-очень! — подхватила Софи, заглядывая ему в лицо с сияющими глазами.       — Я тоже скучал, — честно признался Эндрю. Он опустил их на землю и присел, чтобы оказаться на уровне их глаз. — Ну, как вы? Вели себя хорошо?       Девочки переглянулись, а потом синхронно закивали.       — Ну-у… почти всегда, — добавила Лили, хитро улыбаясь.       — Почти не считается, — усмехнулся Эндрю.       К ним подошли Аарон и Кейтлин. Аарон выглядел уставшим после полёта, но в его глазах всё же мелькнуло тепло при встрече.       — Привет, Эндрю, — он протянул руку, и Эндрю пожал её.       — Привет, — ответил Эндрю, отпуская руку брата.       — Рад снова тебя видеть, — добавил Аарон.       Кейтлин, стоявшая чуть позади, чуть натянуто улыбнулась.       — Эндрю, — произнесла она ровным тоном, без особого тепла, но и без явной неприязни. Скорее, просто формальная вежливость.       — Кейтлин, — ответил он так же сдержанно.       — Спасибо, что согласился принять нас на выходные, — добавила она.       — Ну, я не мог отказать двум маленьким террористкам, — хмыкнул Эндрю, глядя на девочек. Они тут же захихикали.       — Мы не террористки! — воскликнула Софи.       — Ага! Мы феи! — добавила Лили, широко раскинув руки, будто вот-вот взлетит.       Аарон усмехнулся, покачав головой:       — Ну что, идём за багажом? Или девочки уже приросли к тебе?       — Я не против, — заметил Эндрю, подхватывая Лили на руки, а Софи тут же вцепилась в его свободную ладонь.       Кейтлин лишь закатила глаза, но промолчала. Аарон только усмехнулся.       Эндрю знал — эти выходные будут непростыми. Но он также знал, что ради Лили и Софи готов терпеть даже Кейтлин.       И, может быть, за это время он и Аарон смогут найти ещё один мост между собой.

***

      Когда они покидали аэропорт и направлялись к машине, Софи и Лили, сияя от радости, вдруг взялись за руки и, переглянувшись, одновременно воскликнули:       — Дядя Эндрю, можно в твою мастерскую? Мы хотим посмотреть, что ты делаешь!       Эндрю мельком взглянул на Аарона, но тот только пожал плечами, давая понять, что не против. Кейтлин скрестила руки на груди, её лицо отразило лёгкое недовольство, но она промолчала.       — Если вы не будете трогать всё подряд, то можем заехать, — ответил Эндрю.       — Обещаем! — хором сказали девочки, ухватившись за его руки.       Они направились к машине, и пока Эндрю и Аарон загружали сумки в багажник, девочки продолжали расспрашивать:       — А у тебя есть что-то новое? — поинтересовалась Софи, глядя на него большими голубыми глазами.       — Ты что-нибудь лепишь прямо сейчас? — добавила Лили, подпрыгивая от нетерпения.       — Да, есть несколько работ, но вы должны быть аккуратны, — напомнил он.       Дорога до мастерской прошла в разговорах. Лили и Софи делились школьными историями, рассказывали о своих новых друзьях и даже попытались объяснить Эндрю, почему их учительница по музыке — «самая строгая, но справедливая».       Когда они прибыли в мастерскую, Эндрю первым открыл дверь и пропустил всех внутрь. Запах глины, дерева и краски наполнил воздух. Девочки с восхищением оглядывались по сторонам, рассматривая работы.       — Вау! Это ещё больше, чем я помню! — восхищённо сказала Софи, приближаясь к одной из скульптур.       Лили первой заметила глиняную голову на полке и, взвизгнув от восторга, бросилась к ней, вытянув руки, но Эндрю вовремя её остановил.       — Осторожно, — сказал он, ставя скульптуру на стол, чтобы девочки могли разглядеть её поближе.       Софи подошла следом, её карие глаза сияли любопытством.       — Кто это? — спросила она, склонив голову набок.       — Это… мой друг, — уклончиво ответил Эндрю, скрестив руки на груди.       Лили, внимательно осмотрев лицо из глины, прищурилась.       — Красивый, — вынесла она вердикт.       Софи кивнула.       — Да, и грустный. Почему он такой грустный?       Эндрю молчал. Он и сам задавался этим вопросом, когда работал над скульптурой. Нил редко выглядел подавленным, но в его глазах всегда была какая-то глубина, что-то, что невозможно было выразить словами. Только формой, тенями, изгибами губ, которые казались задумчивыми даже в глине.       Кейтлин фыркнула.       — Ну, это весьма… необычно, — прокомментировала она, бегло взглянув на работу. — Не знаю, я бы не хотела, чтобы кто-то делал мою голову из глины и хранил у себя.       Аарон усмехнулся.       — Это же искусство, Кейт. Ты же знаешь, у Эндрю свой взгляд на вещи.       Эндрю промолчал, но отметил, что ему не понравился тон Кейтлин. Она всегда говорила так, словно его искусство — просто причуда, а не то, чем он жил. В этот момент телефон в его кармане завибрировал. Он достал его и увидел сообщение от Нила: Нил Где ты?       Эндрю машинально набрал ответ:

Эндрю

В мастерской

      Прошла секунда, и пришёл новый ответ: Нил Тренировка отменилась. Могу прийти раньше. Тогда сходим в клинику?       Эндрю посмотрел на экран, прежде чем ответить:

Эндрю

Да, приходи

      Мысль о том, что Нил скоро будет здесь, вызвала странное, тёплое ощущение в груди. Но его размышления прервала Лили, потянувшая его за рукав.       — Дядя Эндрю, можно нам тоже что-нибудь слепить?       Софи подхватила:       — Пожалуйста! Мы будем осторожными!       Прежде чем он успел ответить, Кейтлин сказала:       — Нам всё равно нужно заехать в магазин. — Она посмотрела на Аарона. — Ты помнишь, что нам нужно?       — Конечно, — кивнул тот. — Детские вещи, кое-что для дома… и продукты.       Эндрю кивнул:       — Можете взять мою машину.       Аарон удивлённо посмотрел на него, но принял ключи.       — Спасибо. Ты уверен, что справишься с девочками?       Эндрю пожал плечами.       — Они не хуже глины.       Лили и Софи захихикали. Кейтлин только покачала головой, но ничего не сказала.       Аарон задержался на секунду, рассматривая ключи в руках. Он понимал, что для Эндрю это жест доверия. Эндрю был привязан к своей машине, она была для него чем-то большим, чем просто транспортом. Он заботился о ней, ухаживал за ней, как за ценным предметом. Дав ключи брату, он словно открывал перед ним ещё одну дверь в свою жизнь.       — Я верну её в целости и сохранности, — тихо сказал Аарон.       — Это даже не обсуждается, — отозвался Эндрю.       Когда Аарон и Кейтлин ушли, Эндрю остался наедине с девочками. Он разложил глину, показал, как разогревать её в руках, и наблюдал, как они с восторгом принимались за работу. Они смеялись, пачкали руки, а Софи даже случайно оставила след на его рубашке, но Эндрю только вздохнул.       Шло время. Эндрю поймал себя на том, что периодически посматривает на дверь, ожидая Нила. Проходил час за часом, но он так и не пришёл. Ни раньше, ни в назначенное время.

НИЛ

      Этот день начинался хорошо.       С самого утра всё складывалось так, будто мир решил сделать Нилу подарок. Он хорошо выспался, проснулся до будильника, а солнце, пробивающееся сквозь шторы, мягко согревало комнату. Завтрак оказался неожиданно вкусным — кто-то из ребят решил заказать еду на всех, и Нилу досталась его любимая выпечка. Даже тренировка обещала быть продуктивной.       Но самым важным было то, что вечером он увидится с Эндрю. И они вместе пойдут проведать котёнка.       От одной мысли об этом внутри разливалось приятное тепло. Это стало для них маленькой традицией — вместе ходить в клинику и наблюдать, как малышка постепенно идёт на поправку. В их встречах была какая-то неизменность, которой Нил давно жаждал. Он ценил каждую из них.       Первый тревожный знак появился в виде сообщения от тренера — стадион закрыли из-за срочного ремонта, и тренировка была отменена. Это было досадно. Он уже настроился на занятие, на привычные нагрузки, на возможность немного отвлечься.       Но в этом был и плюс: раз тренировки нет, значит, он сможет пойти к Эндрю раньше.       Решение пришло быстро. Он накинул куртку, взял сумку и отправился в мастерскую.       Дорога туда была привычной — знакомые улицы, прохожие, чьи лица уже не раз мелькали в его жизни. Ветер был прохладным, но приятным, и Нил позволил себе немного расслабиться. Он думал о том, что скажет Эндрю, когда зайдёт в мастерскую. Может, снова пошутит, как в прошлый раз, когда застал его с ног до головы покрытым глиной?       Нир решил написать ему сообщение.

Нил

Где ты?

      Ответ Эндрю пришёл почти сразу. Эндрю В мастерской       Нил усмехнулся и добавил:

Нил

Тренировка отменилась. Могу прийти раньше. Тогда сходим в клинику?

Эндрю Да, приходи       Он ускорил шаг, предвкушая встречу.       Но когда он подошёл к мастерской, что-то заставило его замедлиться.       Возле входа стояла машина Эндрю.       А рядом с ней стоял сам Эндрю.       Но он был не один.       Рядом с ним стояла девушка, рыжеволосая, примерно одного роста с Нилом. Её волосы сияли в вечернем свете, а осанка была уверенной, даже немного надменной. На ней было стильное пальто, подчёркивающее её утончённость.       Но дело было не в ней. Дело было в нём.       Эндрю выглядел иначе.       Он был одет не в привычную тёмную одежду, а в светлую рубашку и бежевое пальто. Это было так непривычно, что на миг Нил усомнился, тот ли это человек, которого он знал. Вся его обычная сдержанность казалась… размытой. Он стоял ближе к девушке, чем стоял бы к кому-либо, кроме тех, кто ему действительно дорог.       Они о чём-то говорили. Нил не слышал слов, но видел, как губы Эндрю шевелятся, как его взгляд мягче, чем обычно.       Нил уже хотел было окликнуть его, но в следующий миг всё изменилось.       Эндрю поцеловал её.       Нил застыл.       Мир резко сузился до одной точки.       Что?       Нет. Нет, этого не может быть.       Но это было.       Он видел, как Эндрю касался её губ, видел, как она ответила на поцелуй, как её рука легко скользнула по его плечу. Они не торопились, будто это было что-то привычное, естественное для них обоих.       Значит, всё, что у них с Эндрю было — это только работа.       Значит, все взгляды, моменты, тепло… Всё это было только в его голове.       Просто друзья.       Просто натурщик и скульптор.       Просто ещё один человек, который не видел в нём ничего особенного.       Боль накатила неожиданно, пронзая грудь, словно что-то внутри оборвалось. Это было так глупо. Так нелепо. Он сам не знал, чего ожидал, но точно не этого. Он вдруг ощутил себя чужим, словно вторгся в чужую жизнь, к которой никогда не принадлежал.       Они сели в машину. Двигатель завёлся. Машина медленно тронулась с места и вскоре исчезла за углом улицы.       Нил стоял. Не мог двинуться.       Пустота внутри разрасталась, пожирая всё то тепло, что он ощущал раньше. В груди было так тесно, что казалось, он не мог дышать.       Значит, он ошибся.       Значит, он снова поверил в то, чего никогда не было.       Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем его ноги наконец подчинились ему. Но он не направился в мастерскую.       Он развернулся и побежал.       Просто прочь.