В ночной тишине, с собой наедине

Клик-клик Сотни видеозаписей за несколько лет мгновенно развернулись перед лисом ровными рядами. Он скептично оценил объём предстоящего "исследования" и, вздохнув, одной рукой полез в ящик стола и достал какой-то прибор в форме шара, параллельно прокручивая файлы к началу. Несколькими быстрыми нажатиями по незаметным с первого взгляда кнопкам мальчик настроил прибор и поставил прямо перед собой на стол, зафиксировав на поверхности. Прибор бикнул и спустя пару секунд образовал шаровидное энергетическое поле, как раз покрывшее весь стол и стул вместе с Тейлзом. — Так, пузырь времени готов, теперь вместо 8 часов у меня где-то 15? Привычка разговаривать самому с собой брала верх в этом уединенном пространстве. Потянувшись, он энергично щёлкнул на первую видеозапись. На экране появился слегка смущённый 5-6летний Тейлз. Лисёнок немного помялся, но всё же неуверенно заговорил: — Эми посоветовала мне вести дневник, сказала, что это поможет разобраться в мыслях. Вроде как ей помогает... Мне кажется, что писать слишком долго, поэтому я решил записать видео. Так вот, сегодня... Дальше малыш рассказывал увлекательную историю о не самом удачном своём приключении. Подросток лишь вздохнул и перемотал запись в конец, включая следующую. Та, в свою очередь, не особо отличалась от этой, а потому и она была просмотрена довольно быстро. И следующая. И та,что за ней. Маленький Тейлз на экране с каждой новой записью всё больше входил в раж, его истории становились красочнее, ярче и эмоциональней, несмотря на то, что всё так же были полны частых неудач, которым сам лисенок придавал всё меньше и меньше значения. Но вот видео начали немного меняться. Вот запись о новом изобретении, а вот и исчезли постоянные ошибки и провалы в битвах и приключениях. Да и сам говорящий начал понемногу расти. Дни когда ничего не происходило, хотя их и было мало, отмечались короткими и чёткими видео. От рассказов про изобретения веяло знакомой атмосферой родной мастерской: бесконечные пробы и ошибки, попытки понять непостижимое. И в противовес этому рассказы о приключениях. Вот прямо сейчас на экране лисёнок увлечённо вещал о путешествии на другой остров. Как вместе с Соником, стоящим на крыле, они на Торнадо летели над океаном, обмениваясь шутками. Как после жёсткой посадки вновь пришлось искать Изумруды Хаоса и уничтожать бадников согласованно и беспощадно, как в танце. Это такое чувство нереального единения в моменте. Ты просто знаешь, где сейчас находится твой партнёр и всё, у роботов нет шансов. Адреналин не даёт выдохнуться, и вот после напряжённой битвы вы вновь мчите по прямой на нереальной скорости в качестве "передышки". Неземной взрыв эмоций. Его отголоски можно было почувствовать даже сквозь экран. Но все чувства всё ещё оставались там. Где-то далеко за невидимой гранью. Они были не ЕГО. Не нынешнего Тейлза, а двухвостого лисёнка в компьютере. Это он был тем, кого помнил Соник, он был частью забытых ныне историй. Майлз приложил руку в перчатке к экрану, остановив запись. В душе медленно и противно поднимались несколько весьма неприятных чувств, заполнявших и без того опустевшее во время дневных "открытий" пространство. Невольно прислушавшись к ним, изобретатель смог различить несколько. И первой была Зависть. Он ужасно завидовал. Прослушав много собственных историй, мальчик серьёзно проникся этим духом приключений. Он хотел чтобы это было частью его истории. У того, на экране, было всё: лучший друг, успехи, талант, приключения. Эта зависть вытаскивала за собой ещё несколько чувств: ревность, злость, грусть, жалость, обида; всё мешалось в опасный коктейль где-то внутри. Но длилось это всего пару мгновений. Лисёнок отпрянул от экрана, откидываясь на спинку кресла, возвращаясь в нейтральное настроение. Вдох. Выдох. Откуда берётся эта двоякость? Почему у него не получается просто принять это как своё детство, как своё прошлое, как свою историю? Ответ до боли прост: он и сам давно не такой, как 5 лет назад, а память отчаянно отказывается помогать в собственном восстановлении. Что ж, вспоминая свои же слова о хаос-энергии, до той мы ещё доберёмся. В любом случае это был лишь первый шаг. Может, он и не успеет всё просмотреть до конца ночи, главное то, что он уже узнал немало. А за ближайшие пару часов узнает ещё больше. Встрепенувшись, он вновь запустил видео. Хаос-энергией и экспериментом по восстановлению памяти, он займётся потом, не сегодня. Кажется работы предстоит немало. Но кто может его остановить? Только разве что он сам. Хотя этой условно уединённой ночью, он как никогда в ладах с собой.