What’s the point of being gay if you can’t have unlimited creampies?

      Нет, он не ревновал к гребаному ребёнку.         Кенни, как это часто бывало, оставили присматривать за племянницей на выходные. В конце концов, он был лучшим в мире дядей. Однако даже у самого большого дяди были дела, о которых нужно было позаботиться, а это означало, что Кейли была передана в залог Эрику и Кайлу на весь день.         Строго говоря, ответственность за Кейли лежала на Кайле. Не то чтобы Кенни не доверял Эрику, просто... его ожидания на его счёт были намного ниже. Кенни даже не пришлось ничего говорить, он передал Кейли и её ланч-бокс Эрику, и прежде чем Кайл закрыл дверь, Кенни остановил его, чтобы встретиться с ним взглядом.         — Позаботьтесь о ней.         — Кенни, расслабься, — заверил Кайл, — мы можем присмотреть за ребёнком несколько часов.         Один короткий кивок, и Кенни отправился делать… что бы там ему ни нужно было сделать. Несколько лет назад Кайл научился не задавать вопросов.         Кенни заранее предупредил их, что Кейли может быть немного непослушной, но, честно говоря, она была настолько послушной, насколько это возможно для дошкольника. Эрик отнёс её на кухню, взял для неё коробку с яблочным соком, а себе налил стакан яблочного сидра. Который, как он объяснил ей, был в основном просто яблочным соком для взрослых.         После этого Эрик бросил её на диван, на что Кайл издал неодобрительный звук, но Кейли хихикнула, вставил ей в сок трубочку и спросил, не хочет ли она посмотреть «Закон и порядок: Специальный корпус».         — Картман!         — Что? Это самый лучший вариант.         — Что-нибудь подходящее по возрасту, пожалуйста.         Эрик усмехнулся и закатил глаза. Получив одобрение Кейли (и Кайла), Эрик остановился на следующем лучшем варианте: «Улице Сезам». Кейли выползла из своего угла на диване и устроилась рядом с Эриком. Кайл прищурился. Он мог бы проигнорировать это, но потом эта змейка протянула свою маленькую ручку и потянула за руку, перекинутую через диван.         —Хм? — Эрик промычал: — Тебе холодно или что?         — Да.         У Кайла дёрнулся глаз, когда его муж обнял эту маленькую… шлюшку. Они сидели так, и Кейли вцепилась в руку Эрика так крепко, как только могла. Эрик, казалось, ничего не замечал. В тот момент он был гораздо больше увлечён куклами на экране.         — Боже, Зои такая надоедливая, — пробормотал он, и Кейли согласилась: — Роко — просто камень!         Кайл моргнул. Он любил своего мужа. По-настоящему любил.         — Знаешь, — сказал он Кайлу, — на самом деле это шоу очень хорошо снято. Кукловодство — умирающий вид искусства. Я бы хотел, чтобы в других шоу использовали такие практические эффекты, а не эту чушь с компьютерной графикой.         Кайл улыбнулся в ответ на это.         — Большая Птица!         — Черт возьми, да! Я люблю Большую птицу.         Кайл снова нахмурился. Его муж любил его. Любил! И он знал это. Они очень очень сильно любили друг друга, и никто — особенно маленькая девочка — не встанет между ними. Он не испугался. Он не сгорал от ревности.         Кейли, должно быть, почувствовала, как в Кайле закипает ненависть, потому что она посмотрела на него. Эрик немного поговорил о музыкальной композиции и о том, что она должна успокаивать, а также о том, что Коржик был ему очень близок.         Они не сводили глаз друг с друга. Лицо Кайла исказилось от злости. Кейли зашипела на него.         — Думаю, пора вздремнуть, — улыбнулся Кайл, хлопая в ладоши и вставая.         — Я даже не… а, точно, — Кейли протестующие вскрикнула, впившись крошечными ноготками в предплечье Эрика, когда Кайл попытался её оттащить. — Не думаю, что она устала.         — Она явно не в себе, — процедил Кайл сквозь зубы, — вот почему она такая капризная.         — Никакого сна!         — Ты слышал её, Кахл, — Эрик пожал плечами, — леди знает, чего хочет.         О, она, чёрт возьми, сделала это, эта бесстыжая шлюха, которая жрёт карандаши. Прежде чем Кайл успел возразить, Эрик обхватил его свободной рукой за бёдра и усадил на диван с другой стороны.         Хорошо. Из чистой вредности Кайл крепко обнял своего (своего!) мужа за талию. Кейли начала щипать его за руки, но Кайл и не думал отстраняться. Эрик провёл рукой вдоль бока Кайла, и в тот момент он был так зол, что даже позволил Картману себя потрогать.         Ох да. Всё шло ко дну.  

***

      — Как она? — спросил Кенни, собирая вещи своей племянницы.         — Ужасно.         — Что? — спросил Эрик, а Кейли, которая, кстати, могла ходить, наслаждалась последними минутами в объятиях Эрика. Наслаждайся, сука.         — Она была ужасна, - утверждал Кайл и это было правдой.         — Всё с ней было в порядке, — возразил Эрик, — всё, что мы делали это просто смотрели телевизор.         — Что-то я не совсем понимаю, — сказал Кенни, протягивая руки, чтобы обнять Кейли.         Обычно он доверял словам Кайла больше, чем словам Эрика, но его племянница, прежде чем покинуть его объятия, слегка поцеловала Эрика в щёку, и это сказало Кенни всё, что ему нужно было знать. Во-первых, ему нужно было привить Кейли более высокие стандарты. Во-вторых, Кайлу нужно было полечиться. Кенни взглянул на свою любимую рыженькую головку, которая явно подумывала о том, чтобы поколотить ребенка, и закатил глаза. Слава богу, эти два психа оказались вместе. Никто другой не был настолько сумасшедшим, чтобы иметь дело ни с одним из них.         — Она была в полном порядке, - снова сказал Эрик.         — Да, я знаю.         Дверь снова закрылась, оставив парочку наедине.         — Теперь то нам можно посмотреть «Закон и порядок»? — просьба Эрика была прервана поцелуем. Однажды Кайл точно выбьет ему зубы.         — Я хочу, чтобы ты трахнул меня.         — Ох... Ладно.         Их губы снова встретились. Эрик изо всех сил старался найти какой-нибудь ритм, но Кайл был таким… нуждающимся. Поцелуй был небрежным, отчаянным и злым, как в начале их отношений. Это было чертовски горячо, но чуть-чуть странно. Однако он не мог долго думать об этом — Кайл так сильно прикусил его нижнюю губу, что она начала немного кровоточить.         Он сильно этого хотел.         Кайл обхватил ногами талию Эрика, когда его поднимали.         — Где.         — Диван.         Неплохо. Ему нравилось, когда Кайл хотел трахаться за пределами спальни. Даже если это был всего лишь их дом, это было намного возбуждающе. Если бы Эрик добился своего, это место было бы похоже на врата рая, освещенные черным светом. Он хотел трахать Кайла в любой позе, в каждой комнате, при любой доступной возможности. Однако в браке принято брать то, что можно получить (так называемый компромисс), поэтому Эрик уселся задницей на диван, а Кайл устроился у него на коленях.         — Что на тебя нашло? — спросил он, когда Кайл прикусил и пососал его шею. Он ослабил галстук Эрика, но на полпути сдался и начал расстегивать пуговицы на его рубашке.         — Ничего. Заткнись.         Обнажив грудь, Кайл начал пожирать его. Ему нравилось, когда Кайл помечал его, и еще больше нравилось, когда тонкая рука ласкала его член через брюки.         Он шлёпнул Кайла по заднице и заставил его немного привстать на колени, чтобы Эрик мог стянуть с них штаны. Он не мог (и не стал бы) опускать пояс ниже, чем это было необходимо, и Кайл уже вытаскивал его член. Он зашипел, когда его горячий член коснулся прохладного воздуха, и снова успокоился, почувствовав теплоту руки Кайла. Боже, его руки были идеальными — мягкими, гладкими, тёплыми, немного костлявыми, но не слишком — если бы Эрик всю оставшуюся жизнь получал одну только дрочку, он был бы счастлив. К счастью, Кайл взамен предложил ему свою тугую маленькую задницу.         — Вот дерьмо, — пробормотал Эрик, — Смазки нет.         Кайл не сказал ни слова, просто сунул пальцы в рот и облизал их. Эрик был ошеломлён. Кайл посмотрел на него сверху вниз, его лицо раскраснелось от восхитительной смеси раздражения и похоти, и в мозгу Эрика произошло короткое замыкание, когда Кайл оперся на его плечо, чтобы протянуть руку назад и начать ласкать себя. Кайл слегка застонал, и Эрик в реальном времени наблюдал, как его боль перерастала в удовольствие.         — Черт, ты такой горячий.         — Займись своим делом.         Эрик подчинился, размазывая слюну по руке, а потом растирая её по члену. С некоторым смущением он понял, что уже течёт. Никто не заводил его так быстро, как Кайл.         Приподнял свой член и Кайл повел бедрами навстречу.         — Ты уверен, что готов? — спросил Эрик.         — Я выдержу, — выдохнул Кайл, шипя, когда опустился на ствол.         — Вот это девчонка, — пробормотал Эрик. — Моя грязная шлюшка.         Кайл обычно злился, когда Эрик называл его так, хотя почти всегда это вылетало непроизвольно. Это снова напомнило Эрику, что всё это странно. Кайл был для него грязной шлюхой, и ему это нравилось, но у Кайла тоже были свои стандарты. Ему нравилось, когда его угощали вином и ужином, укладывали на кровать, и сначала делали минет. Он не был таким с того первого раза, когда они были пьяны и решили обо всём забыть. Даже когда эта идеальная, упругая маленькая попка подпрыгивала на его члене, Эрик не мог отделаться от мысли, что происходит что-то еще.         — Эй, Кахл?         Было не совсем хорошей идеей отвлекать Кайла, когда он был сверху.         — Что?         — Почему ты так добр ко мне прямо сейчас?         Вместо ответа сосредоточенность на лице Кайла сменилась яростью. Он резко опустил бёдра — прямо на его яйца, чёрт возьми — и посильнее затянул галстук на его шее. Он не душил его, это было скорее угрозой.         — Я сказал тебе заткнись на хрен, — огрызнулся Кайл, и это, естественно, возбудило Эрика ещё сильнее и вызвало у него ещё больше подозрений.         — Просто скажи мне, — захныкал Эрик, прижимаясь к мужу, который в этот момент отказывался двигаться.         — Разве я не могу... просто... хотеть тебя? — спросил Кайл, тяжело дыша, потому что Эрику удалось найти нужное место внутри него.         — Конечно, — пробормотал Эрик, оставляя нежные поцелуи на шее Кайла, — но я имею право на подозрения.         — Подозре... мы женаты! — возразил Кайл. — Секс - это то, чем занимаются трахающиеся супружеские пары! Это нормально, я возбуждён, и твой член принадлежит мне, и поэтому… почему ты остановился? Не останавливайся!         Кайл попытался снова начать двигаться, но Эрик обхватил его бёдра, не давая сдвинуться с места. После нескольких жалких попыток и ругательств Кайл сдался. Когда напряжение немного спало, Эрик смог собраться с мыслями. Его взгляд упал на пустую коробку из-под сока на кофейном столике, и всё встало на свои места. Он ухмыльнулся.         — Теперь я понимаю, - сказал он задумчиво.         — Что? — ухмыльнулся Кайл. — Думаешь, ты мне нравишься или что-то в этом роде?         — Да, — Эрик слегка усмехнулся. — Ты видел, как хорошо я заботился о Кейли, и теперь у тебя детская лихорадка. Ты хочешь завести со мной ребёнка?         Эрик закончил свою неудачную попытку флирта многозначительным подёргиванием бровей. Кайл подумывал о том, чтобы придушить своего мужа (не в первый раз), но вместо этого вцепился ногтями в плечи Эрика. Конечно, он мог бы отрицать это, но Эрик уже понял, что это как-то связано с этой маленькой засранкой. И… «детская лихорадка» — не такое уж плохое оправдание. Это было лучше, чем настоящая причина. И Эрик действительно выглядел сексуально, когда брал ответственность…         — Ты подловил меня, — выдохнул Кайл, а затем его голос понизился до страстного шёпота: — Я хочу, чтобы ты осеменил меня.         Эрик снова дернулся, совершенно случайно, заставив их обоих застонать.         — П-правда? — спросил он. — Ты никогда не позволяла мне кончить в тебя, ты думаешь, это отвратительно…         Кайл держал Эрика за галстук, как поводок, и дёрнул его, чтобы тот заткнулся. Это и было отвратительно. Но, чёрт возьми, он и так вёл себя грубо. Кроме того, Эрик любил гадить.         Кайл провел языком по нижней губе Эрика, скорее просто лаская его рот, чем целуя.         — Я хочу, чтобы ты владел мной, — сказал он, облизываясь между фразами. — Оплодотвори меня , сделай меня своим.         Эрик посмотрел на него стеклянными глазами и просто пропал. Кайл мог притворяться покорным, сколько угодно, но галстук, который передавливал Эрику шею, напоминал ему, кто на самом деле главный в этом доме.       Но Эрик Картман тоже умел притворяться.         Он повалил их обоих на диван, прижав Кайла с такой силой, что тот немного потерял ориентацию.         — Эй!         Эрик не услышал остальную часть протеста. Он закинул ноги Кайла себе на плечи, уперся одной ногой в пол и начал изо всех сил долбить его любимую дырочку. Кайл извивался под ним, пытаясь снова взять верх, но Эрик прижал его запястья и укусил за шею. Он знал, как Кайлу это нравилось - ему нравилось, когда его дразнили, когда отказывали. Ему нравилось, когда Эрик выходил из игры и возвращался обратно, - но Эрик не мог этого сделать. Он вообще не мог вернуться, потому что у него была прекрасная возможность превратить свою рыжую кудряшку в чертово пирожное, до краёв наполненное кремом, и ни одна гребаная капля не пропадет даром.         — Грёбаная грязная шлюха, — прорычал он, и диван слегка прогнулся от его неистовых толчков. — Тебе нравится быть моей игрушкой, не так ли? Бесполезная тряпка для спермы.         В тот момент Кайл явно не слышал ни слова. Его взгляд расфокусировался, он смотрел в пустоту. Каждое унизительное слово, которое произносил Эрик, сопровождалось неистовыми «да», «пожалуйста», «трахни меня», сладкими стонами, криками и всем остальным, что Эрик любил в этом мире.         Эрик схватил его за горло, но затем переместил руку и схватил Кайла за челюсть.         — Посмотри на меня.         — Что ты...         Резкий шлепок на мгновение вырвал Кайла из состояния блаженства. Позже он разозлится, а Эрик, скорее всего, проведёт ночь на этом самом диване, но, чёрт возьми, оно того стоило, просто чтобы увидеть, как пухлые губы Кайла приоткрылись от шока.         — Я сказал, посмотри на меня, сука, - прорычал Эрик.         Он был близок к тому, чтобы кончить, и милое личико Кайла должно было его добить. Кайл явно с трудом следовал указаниям, но изо всех сил старался смотреть на мужчину, который двигался в нём.         — Как меня зовут, сука?         — Папоч... ка, — невнятно пробормотал Кайл. Он искал в задворках сознания Эрика, но так было намного лучше. — Папочка! Пап... ах!         Эрик погрузился в Кайла так глубоко, как только мог, удерживая его на месте, пока кончал. Он чувствовал, как его собственная сперма растекается по члену, обволакивая его, и это сводило его с ума.         Кайл принадлежал ему, весь его, и он мог делать все, что ему заблагорассудится.         — Фу...         Кайл опомнился, осознав, что натворил его похотливый мозг. Эрик снял ноги Кайла со своих плеч, чтобы тому было удобнее лежать. Он обнял Кайла за талию и уткнулся носом ему в шею.         — Ты... ты не собираешься вытаскивать? — спросил Кайл.         — Хах, — лениво рассмеялся Эрик, — чёрт возьми, конечно, нет. Я должен насладиться этим.         — Фу, ты такой— Перестань двигаться, придурок! — Эрик для убедительности двинул бёдрами, и Кайл болезненно ощутил инородные телесные жидкости в своём теле, там, где их не должно быть.         — Не притворяйся, что тебе это не понравилось, — промурлыкал Картман — после этого он ещё какое-то время будет Картманом, — ты только что кончил от моего члена. Мне даже не пришлось тебя трогать.         Он надеялся, что Картман этого не заметит. Кайл ненавидел ощущение спермы внутри себя, правда ненавидел. Но... то, как Картмана так возбудило, просто трахать его вот так, как будто он был вещью... это было безумием.         — Просто...веди себя потише.         — Знаешь, это мило.         — Что ты только что... О чем ты говоришь?         Кайл почувствовал, как тот улыбнулся ему в шею.         — Ты ревнуешь, — пробормотал Эрик, — из-за маленькой влюблённости маленькой девочки. Это очаровательно.         Кайл покраснел. Эрик оставлял лёгкие поцелуи на его шее и груди.         — Тебе не о чем беспокоиться, - сказал Эрик.         — Я чертовски на это надеюсь, — сказал Кайл, проводя рукой по волосам Эрика. — Если ты окажешься ещё большим придурком, чем я думаю…         — Не в этом дело, — сказал Эрик, глядя на него очень серьёзно. — По крайней мере, не только в этом. Я не любитель маленьких детей.         Кайл издал короткий смешок.         — Да, я так и думал.         — Но я никого не люблю, — продолжил Эрик, — кроме тебя.         Они очень сильно любили друг друга. Кайл знал это, Эрик знал это, они оба знали это. Их губы встретились, на этот раз гораздо нежнее.         — Ты все еще спишь на диване за то, что ударил меня.         — Я знаю.